Постановление по делу № Ф06-1971/2025 от 02.06.2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-2627/2021

г. Казань Дело № А65-28956/2020

02 июня 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 02 июня 2025 года

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В.,

судей Ивановой А.Г., Третьякова Н.А.,

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа:

представителя ФИО1 – ФИО2, доверенность от 17.07.2023,

представителя ФИО3 – ФИО4, доверенность от 23.01.2024,

представителя конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Лифт-НК» ФИО5 – ФИО6, доверенность от 31.01.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО3

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025

по делу № А65-28956/2020

по заявлению конкурсного управляющего должника о признании доказанным наличия оснований для привлечения в солидарном порядке ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Лифт-НК» (вх. 33403),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.12.2020 заявление общества с ограниченной ответственностью «ПродМаш» о признании общества с ограниченной ответственностью «Лифт-НК» несостоятельным (банкротом) к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.12.2020 (резолютивная часть от 21.12.2020) общество с ограниченной ответственностью «Лифт-НК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5, член НП АУ «Возрождение»

В Арбитражный суд Республики Татарстан 13.07.2023 поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании доказанным наличия оснований для привлечения в солидарном порядке ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Лифт-НК» (вх. 33403).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.08.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Лифт-НК» ФИО3 и ФИО1 отказано. Суд взыскал с ФИО3 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Лифт-НК» убытки в размере 18 841 899,78 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025 по жалобе конкурсного управляющего должника определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.08.2024 отменено. Принят по делу новый судебный акт.

Заявление конкурсного управляющего должника (вх. 33403) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Лифт-НК» удовлетворено. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Лифт-НК».

Производство по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с судебным актом суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просил отменить постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025, оставить в силе определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.08.2024.

В обоснование своей кассационной жалобы ФИО1 ссылается на следующее:

- суд апелляционной инстанции, привлекая ответчиков к субсидиарной ответственности, не исследовал вопрос причин несостоятельности должника;

- при этом ответчиками доказано, что доначисление должнику налогов за 2015-2018 г.г. налоговым органом по результатам выездной налоговой проверки, не привело к объективному банкротству должника и не может безусловно свидетельствовать о причинно-следственной связи между действиями ответчика и признанием должника несостоятельным (банкротом) и наличии его вины;

- в период 2018-2020 должник вел строительный бизнес, выполняя государственные контракты и выигрывая торги на новые контракты;

- в материалы дела были представлены возражения против акта выездной налоговой проверки с приложением доказательств, согласно которым ответчики перечисленные в решении налогового органа контрагенты не являются техническими компаниями;

- в материалы дела были представлены постановления следователя от 05.12.2023 о прекращении уголовного дела в отношении ответчиков по спорным эпизодам налоговой проверки в связи с отсутствием события преступления и отсутствием состава преступления, в которых следственные органы не согласились с выводами уполномоченного органа о фиктивности взаимоотношений должника и ряда компаний;

- обстоятельства, на которые ссылались ответчики в обоснование своих возражений, судом апелляционной инстанции фактически не исследованы, нет оценки их доводов и мотивов их отклонения со ссылкой на имеющиеся в материалах дела доказательства;

- обстоятельства и выводы, установленные и сделанные в акте выездной налоговой проверки, не могут иметь для ответчика преюдициального значения, так как ответчик в проведении налоговой проверки не участвовал и его полномочия как руководителя были прекращены до начала проверки.

Не согласившись с судебным актом апелляционной инстанции, ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просила отменить постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025, оставить в силе определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.08.2024.

В обоснование своей кассационной жалобы ФИО3 ссылается на следующее:

- презумпция доведения должника до банкротства по основанию, установленному в подпункте 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является опровержимой и в данном случае не применима. Суд апелляционной инстанции, формально применив указанную презумпцию, в нарушение статей 71, 168, 170, 271 АПК РФ не дал оценки доводам ФИО3 в опровержении этой презумпции, не исследовал объективные причины банкротства должника;

- недоказанность наступления объективного банкротства из-за привлечения должника к налоговой ответственности подтверждается вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.11.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 14.04.2022, которыми установлено, что по состоянию на июль 2020 года признаки объективного банкротства у ООО «Лифт-НК» отсутствовали;

- инициирование кредитором-заявителем процедуры банкротства, а не действия руководства, стало ключевой причиной потери платежеспособности компании из-за подрыва репутации и повышенных требований к подрядчикам, привлекаемым для выполнения государственных контрактов;

- банкротство должника было вызвано объективными факторами, а не наступило в результате неправомерных умышленных решений контролирующих должника лиц;

- размер налоговых обязательств, образовавшихся в период осуществления ФИО3 функций единоличного исполнительного органа должника, в любом случае не превышает 50 % от общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности. В отсутствие доказательств совместного умысла и согласованности противоправных действий последовательно сменявшихся директоров (ответчиков), соответствующую презумпцию, в частности, размер процентного соотношения (50 %), необходимо применять отдельно в отношении каждого из ответчиков;

- одним из обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения дела, является установление периода образования задолженности по уплате налогов (сборов, страховых взносов), указанных в расчете налогового органа. ФИО3 не может нести ответственность за неосмотрительность и неразумность в выборе ряда контрагентов должника, поскольку сделки с данными контрагентами были заключены в период нахождения в должности предыдущего генерального директора должника, а также не может нести ответственность и в отношении платежей по таким сделкам. В результате соотношения размера ущерба в зависимости от периода непосредственного руководства обществом, размер доначисленных по результатам мероприятий налогового контроля сумм налога, которые могут быть вменены ФИО3, составляет менее 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. Таким образом, основания для применения в отношении ФИО3 презумпции, установленной подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, отсутствовали;

- суд не исследовал вопрос применения в отношении ФИО3 правила о защите делового решения, так как с учетом масштабов деятельности предприятия выбор контрагентов не мог полностью лежать только на руководителе;

- решение налогового органа не имеет преюдициального значения при рассмотрении настоящего спора;

- налоговым органом не доказан ни один из эпизодов доначисления налогоплательщику налогов, выводы налогового органа носят предположительный характер, являются незаконными и необоснованными и противоречат обстоятельствам, установленным в уголовном деле.

В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО3 доводы кассационной жалобы поддержали.

Представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Лифт-НК» ФИО5 просил кассационной жалобы оставить без удовлетворения, а постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025 - без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 АПК РФ посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Проверив в соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ обжалуемый судебный акт, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, суд округа считает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене с направлением спора на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

I. Предмет спора.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности солидарно на основании подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3 конкурсный управляющий указывает на то, что должник привлечен к налоговой ответственности за налоговые правонарушения, задолженность в реестре требований кредиторов превышает 50% общего размера требований кредиторов по третей очереди, в связи с чем, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной банкротства.

Как следует из материалов дела и установлено судами, по результатам рассмотрения акта налоговой проверки №6 от 14.05.2021 г., Межрайонной ИФНС России №11 по Республике Татарстан вынесено решение о привлечении ООО «Лифт-НК» к ответственности за совершение налогового правонарушения №6 от 25.04.2022 г. Решение №6 от 25.04.2022г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения вступило в законную силу 27.07.2022г.

По состоянию на дату принятия арбитражным судом заявления о признании несостоятельным (банкротом) должник имеет задолженность по обязательным платежам перед налоговым органом в сумме 249 212 800,07 руб., из них: основной долг – 180 666 332,88 руб., пени – 66 348 993,59 руб., штрафы – 2 197 473,60 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06 февраля 2023 года по делу №А65-28956/2020 указанное требование УФНС по РТ включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ЛИФТ-НК».

По результатам рассмотрения акта налоговой проверки № 479 от 05.02.2021г., Межрайонной ИФНС России №11 по Республике Татарстан вынесено решение о привлечении ООО «Лифт-НК» ИНН <***> к ответственности за совершение налогового правонарушения №1274 от 29.03.2021г.

Решение №1274 от 29.03.2021г., принятое Межрайонной ИФНС России №11 по Республике Татарстан, частично отменено Управлением ФНС России по Республике Татарстан, вступило в законную силу 23.06.2021г.

С учетом принятого уточнения размер задолженности, доначисленной по решению о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №1274 от 29.03.2021г., составляет 204 429,78 руб., из них: недоимка – 178522,00 руб., пени – 4963,12 руб., штраф – 20944,66 руб.

Указанная задолженность также включена в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «ЛИФТ-НК» Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29 мая 2023 по делу № А65-28956/2020 в размере 204 429,78 руб.

Как установлено судом, в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму задолженности в размере 303 305 105,00 руб.

Проверяемым периодом по решению налогового органа являлся период с 01.01.2016г. по 31.12.2018г.

С 02.03.2015г. по 15.05.2017г. функции единоличного исполнительного органа должника осуществлял ФИО1.

С 15.05.2017г. по 18.11.2020г. функции единоличного исполнительного органа должника осуществляла ФИО3.

Обязанность по уплате указанной налоговой задолженности возникла в период, когда функции единоличного исполнительного органа общества осуществлялись ФИО1 и ФИО3

На основании изложенного, руководствуясь положениями подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и полагая доказанным наличие совокупности всех необходимых условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности солидарно по обязательствам ООО «ЛИФТ-НК», конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением

II. Обстоятельства, установленные судом первой инстанции. Выводы суда первой инстанции.

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из того, что вышеуказанная налоговая задолженности образовалась в период, когда руководство должника осуществляли поэтапно ответчики, последовательно сменявшие другу друга лица – ФИО1, а затем ФИО3 При этом, часть налоговой задолженности образовалась в период руководства ФИО1, а часть - в период ФИО3

Суд первой инстанции учел, что размер налоговой задолженности по каждому в отдельности ответчику не превышает 50% от общей задолженности по реестру, и отсутствуют доказательства соучастия ответчиков в реализации единого намерения по неправомерному получению должником налоговой выгоды, поэтому основания для возложения на последовательно сменивших друг друга руководителей должника к субсидиарной ответственности в солидарном порядке без выяснения роли каждого и причиненного непосредственно им ущерба отсутствуют.

Кроме того, суд первой инстанции отметил, что настоящее дело о банкротстве было возбуждено определением суда от 07.12.2020г. по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ПродМаш», то есть до установления решением №1274 от 29.03.2021г. и решением №6 от 25.04.2022г. недоимки по уплате налогов.

Суд первой инстанции также сослался на вступившее в законную силу определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.11.2021, оставленное без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022, А65-28956/2020 и Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 14.04.2022г., которым было установлено, что по состоянию на июль 2020 года признаки объективного банкротства у ООО «Лифт-НК» отсутствовали.

На 20.07.2020г. ООО «Лифт-НК» осуществляло обычную хозяйственную деятельность и продолжало осуществлять ее и после 30.07.2020, в том числе, исполнять условия государственных контрактов, оплачивать и принимать выполненные по договору подряда работы.

Суд также установил, что в период 2018-2020 года должник вел бизнес непосредственно в соответствии со своим видом коммерческой деятельности в сфере строительства, а именно должником выполнялось строительство объектов по многочисленным государственным контрактам.

Суд первой инстанции установил, что перечисленные в решении налогового органа контрагенты, а именно: ООО «Диалог», ООО «Техногрупп», ООО «Технология», ООО «Монтажремстрой», ООО «НК-Промстрой», не были техническими контрагентами, вели хозяйственную деятельность, выполняли подрядные работы и имели иные признаки реальных хозяйствующих субъектов, взаимозависимость, подконтрольность либо согласованность действий между должником и указанными контрагентами отсутствовала.

При этом суд первой инстанции отклонил ссылку конкурсного управляющего на решение Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-19987/2023, поскольку ни ФИО1, ни ФИО3, не являлись участвующими в деле №А65-19987/2023 лицами, а к моменту начала судебного разбирательства их полномочия как руководителей должника уже были прекращены.

Поэтому суд первой инстанции, не установив недобросовестных действий ответчиков, вызвавших банкротство должника, отказал в привлечении их к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем суд посчитал необходимым возложить на ФИО3 убытки в размере причиненного ею кредиторам вреда, связанного с формированием фиктивного документооборота с рядом технических контрагентов, следствием которого стало уклонение от уплаты налога на добавленную стоимость.

Судом было установлено, что в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело №12302920037000006 по факту уклонения от уплаты НДС с ООО «ЛИФТ-НК» за 1,2,3,4 квартал 2016 г. и 1 квартал 2017г. Уголовное дело в отношении ФИО1 было прекращено постановлением следователя от 05.12.2023г., в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, предусмотренного статьей 199 УК РФ.

Также в Нижнекамском городском суде Республики Татарстан рассматривалось уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 199 УК РФ. Согласно предъявленному ФИО3 обвинению и материалам обвинительного заключения ФИО3 в период с 27.04.2017 по 24.12.2019 уклонилась от уплаты налога с ООО «ЛИФТ-НК» за 2, 3, 4 кварталы 2017 года и 1, 2, 3, 4 кварталы 2018 года всего на сумму 18 841 899,78 руб. Постановлением Нижнекамского городского суда от 02.02.2024г. по делу №1- 203/2024 производство по уголовному делу и уголовное преследование в отношении ФИО3, обвиняемой в совершении преступления предусмотренного частью 1 статьи 199 УК РФ, прекращено на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

При этом в постановлении установлено, что ФИО3, являясь лицом, на которое были фактически возложены обязанности руководителя ОО «ЛИФТ-НК» за период с 15.05.2017г. по 18.11.2020г. умышленно уклонилась уплаты налогов с организации, а именно налога на добавленную стоимость с ООО «ЛИФТ-НК» за 2, 3, 4 кварталы 2017 года и 1, 2, 3, 4 кварталы 2018 года всего на сумму 18 841 899,78 руб.

Учитывая, что уголовное преследование в отношении ФИО3 было прекращено по нереабилитирующим основаниям, суд первой инстанции посчитал доказанным факт причинения вреда ФИО3 в размере 18 841 899,78 руб. и привлек ее к ответственности в виде возмещения убытков.

III. Обстоятельства, установленные судом апелляционной инстанции. Выводы суда апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции.

При этом суд апелляционной инстанции принял во внимание следующее.

В проверяемый налоговым органом налоговый период с 01.01.2016 по 31.12.2018 функции единоличного исполнительного органа должника осуществляли последовательно ФИО1 и ФИО3.

Суд апелляционной инстанции учел разъяснения, изложенные в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которым если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности, исчисляемый по правилам абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определяя долю, приходящуюся на каждое контролирующее лицо, пропорционально размеру причиненного им вреда. При невозможности определения размера причиненного вреда исходя из конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определен пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над должником.

Суд апелляционной инстанции посчитал, что оба ответчика, во время руководства которых предприятие должника незаконно не уплатило в бюджет крупную сумму недоимки по налогам, включенную впоследствии в реестр и размер которой составляет более 50% от всего реестра, должны быть привлечены к субсидиарной ответственности, а уже размер ответственности каждого будет определяться впоследствии, с учетом степени их вовлеченности в события, приведшие должника к банкротству.

IV. Выводы суда кассационной инстанции.

Между тем судом апелляционной инстанции неправильно применены нормы материального и процессуального права.

4.1. Как верно указывают кассаторы, презумпции, установленные пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, являются опровержимыми.

Ответчики представили доказательства в опровержение презумпции того, что невозможность удовлетворения требований кредиторов не была связана с выявлением и доначислением налоговой недоимки.

Суд первой инстанции с указанными доводами согласился.

Между тем суд апелляционной инстанции в нарушение пункта 13 части 2 статьи 271 АПК РФ не привел мотивы, по которым он не согласился с судом первой инстанции.

4.2. Суд первой инстанции принял во внимание обстоятельства, установленные в рамках уголовного дела, согласно которым существенная часть контрагентов должника, признанных налоговым органом техническими компаниями, в действительности являлась реальными контрагентами должника, связанными с ним обычными хозяйственными отношениями.

При этом размер вреда, причиненного бюджету от неуплаты налога на добавленную стоимость, составил от действий ФИО1 6 918 560,70 руб., а от действий ФИО3 - 18 841 899,78 руб.

Суд первой инстанции установил, что данный размер вреда с учетом масштабов деятельности должника не мог привести к банкротству должника. Поэтому суд не нашел оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

4.3. Суд апелляционной инстанции не принял во внимание действительный смысл презумпции, установленной подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Предполагается, что в условиях нормальной хозяйственной деятельности и в отсутствие злоупотребления со стороны контролирующих лиц не может сложиться ситуация, при которой состав задолженности перед бюджетом вследствие совершения обществом налогового правонарушения будет составлять более половины всех его обязательств по основной сумме долга (пункт 7 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 г. (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.05.2024).

Смыслом презумпции, установленной подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является следующее.

Одним из основных принципов налогообложения является принцип экономической обоснованности (части 1 и 3 статьи 3 НК РФ), согласно которому, по общему правилу, при установлении налогов учитывается фактическая способность налогоплательщика к уплате налога.

Это в полной мере относится к таким налогам, как налог на прибыль и налог на добавленную стоимость, которыми облагаются результаты реальных хозяйственных операций в пользу должника.

Следовательно, суд должен исходить из того, что должник, пока не доказано обратное, располагал денежными средствами, необходимыми для исполнения налоговых обязательств в предъявленном в настоящем иске размере, однако умышленно не исполнил их.

В том случае, если выведенные денежные средства (взамен уплаты налогов) в той или иной форме были возвращены должнику, следует признать, что вред, причиненный неуплатой налогов, был нивелирован, поскольку тем или иным способом, хотя и не раскрытым, были восполнены активы должника, за счет реализации которых могут быть исполнены восстановленные в ходе проверок налоговые обязательства.

Иная ситуация при наличии обстоятельств указанной презумпции и одновременном отсутствии имущества у должника.

Средства, которые подлежали уплате в виде налогов, были выведены, а активы, за счет которых могло бы осуществляться исполнение налоговых обязательств, не восполнены.

Между тем в рамках настоящего дела ФИО1 приводил доводы о том, что в период его руководства должником и длительный период после его ухода активы должника неуклонно росли и составляли значительную сумму, позволявшую погасить налоговые требования в случае их выявления.

Если данные обстоятельства подтвердятся, у суда не будет оснований суммировать налоговые обязательства в реестре в целях использования презумпции, так как в этом случае действия действовавшего независимо ФИО1 не могли существенно повлиять на имущественное положение должника (пункт 22 Постановления № 53).

4.4. Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно сопровождаться установлением причин несостоятельности должника. Удовлетворение таких заявлений свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Между тем суд апелляционной инстанции не выслушал пояснения ответчиков об иных причинах банкротства, не оценил доводы ФИО3 о наличии таких причин.

4.5. На протяжении всего рассмотрения спора ответчики настаивали на том, что акт выездной налоговой проверки не может служить доказательством совершения ими налогового правонарушения, поскольку они не участвовали в проверочных мероприятиях и их статус руководителей был прекращен до завершения налоговой проверки.

Как следует из определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.08.2023 № 301-ЭС22-27936(1,2) по делу № А29-8156/2017, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.08.2023 № 305-ЭС23-3934(1,2) по делу № А40-133029/2020, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2023 № 303-ЭС21-21101 по делу № А59-6596/2019 оспаривание результатов налоговой проверки бывшим руководителем должника в судебном порядке во избежание привлечения к субсидиарной ответственности и заявление возражений по существу этих результатов в деле о привлечении к субсидиарной ответственности являются двумя альтернативными способами защиты прав бывших руководителей должника. Каждый из данный способов может быть выбран ответчиком по своему усмотрению.

Между тем суд апелляционной инстанции не установил, что ответчики имели возможность участвовать, заявлять возражения, представлять документы от имени должника в ходе налоговой проверки и, несмотря на это, не дал оценки возражениям ответчиков по существу налогового правонарушения (учета фиктивных хозяйственных операций с техническими компаниями).

Суд апелляционной инстанции не обсудил наличия оснований для применения пункта 2 статьи 61.13 Закона о банкротстве с точки зрения того, имелась ли у ответчиков возможность оспаривать необоснованные, по их мнению, требования налогового органа от имени должника к моменту их предъявления.

4.6. Суд апелляционной инстанции не дал оценки представленному в дело постановлению следователя СУ СКР Республики Татарстан от 05.12.2023, согласно которому уголовное преследование в части уклонения руководителей должника от уплаты налога на прибыль за 2016-2018 годы на сумму 95 188 988 руб. было прекращено в связи с отсутствием состава преступления (том 2 листы дела 148-151).

Указанным постановлением было установлено, что должник не мог самостоятельно выполнить взятые на себя обязательства, поэтому у него не может не быть затрат на поставщиков и исполнителей. Вместе с тем установить, кто именно выполнял работы в качестве субподрядчика и поставлял строительные материалы, то есть установить реальный размер расходов, в ходе следствия не представилось возможным.

При этом суд первой инстанции посчитал, что названное постановление опровергает факт причинения ответчиками вреда, связанного с доначислением налога на прибыль.

Следовательно, суду апелляционной инстанции было необходимо дать свою оценку этому выводу суда первой инстанции и либо мотивированно согласиться с ним, либо с учетом положений статьи 54.1 НК РФ оценить возражения ответчиков относительно реальности хозяйственных операций с подозрительными контрагентами, которые явились основанием для исключения затрат при расчете налога на прибыль.

Причем, как установлено следователем в другом постановлении от этой же даты в части, касающейся доначисления НДС, часть контрагентов, действительно, была реальными исполнителями.

Кроме того, если доводы ответчиков о реальности хозяйственных операций в части остальных исполнителей являются неубедительными, суд вправе предложить ответчикам раскрыть сведения и документы, позволяющие установить лицо, осуществившее фактическое исполнение по сделке, рассчитать его налогообложение и, таким образом, обосновать действительный размер вреда, причиненного казне (абзац 12 пункта 5 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.12.2023).

V.Указания суда кассационной инстанции.

При новом рассмотрении суду следует:

- дать мотивированную оценку выводу суда первой инстанции о том, что размер причиненного ответчиками вреда с учетом масштабов деятельности должника не мог привести к банкротству должника или существенно ухудшить положение должника;

- дать мотивированную оценку выводу суда первой инстанции о том, что ответчики опровергли презумпцию доведения до банкротства, представив доказательства того, что банкротство не было связано с доначислением налогов и наступило ранее восстановления налоговой задолженности;

- дать мотивированную оценку доводам ФИО1 о том, что в период его руководства должником и длительный период после его ухода активы должника неуклонно росли и составляли значительную сумму, позволявшую погасить налоговые требования, возникшие в период его руководства, в случае их выявления;

- установить, имели ли ответчики (каждый в отдельности) возможность участвовать, заявлять возражения, представлять документы от имени должника в ходе налоговой проверки и если нет - дать оценку возражениям ответчиков по существу налогового правонарушения (учета якобы фиктивных хозяйственных операций с техническими компаниями);

- если имели – обсудить наличие оснований для применения пункта 2 статьи 61.13 Закона о банкротстве с точки зрения того, имелась ли у ответчиков возможность оспаривать необоснованные, по их мнению, требования налогового органа от имени должника к моменту их предъявления;

- дать мотивированную оценку выводу суда первой инстанции о том, что постановление следователя от 05.12.2023 по вопросу налога на прибыль опровергает факт причинения ответчиками вреда, связанного с доначислением налога на прибыль и либо мотивированно согласиться с ним, либо с учетом положений статьи 54.1 НК РФ оценить возражения ответчиков относительно реальности хозяйственных операций с подозрительными контрагентами, которые явились основанием для исключения затрат при расчете налога на прибыль;

- распределить судебные расходы в связи с рассмотрением кассационных жалоб по итогам нового рассмотрения спора (абзац 2 части 3 статьи 289 АПК РФ).

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

кассационные жалобы ФИО1 и ФИО3 удовлетворить.

Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025 по делу № А65-28956/2020 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья

Судьи

О.В. Зорина

А.Г. Иванова

Н.А. Третьяков