АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Ростов-на-Дону

«13» сентября 2023 года Дело № А53-16393/23

Резолютивная часть решения объявлена «06» сентября 2023 года Полный текст решения изготовлен «13» сентября 2023 года

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Корха С.Э.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Добровольской

М.Ю. рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по иску Кельвин Кляйн Трейдмарк Траст (Calvin Klein Trademark Trust)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН

<***>, ОГРНИП <***>) о взыскании,

при участии:

от ответчика – представитель по доверенности от 18.01.2023 № 61/146-н/61-2023-1- 68 ФИО2,

установил:

Кельвин Кляйн Трейдмарк Траст (Calvin Klein Trademark Trust) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 85858, № 167771 в сумме 50 000 руб., почтовых расходов в сумме 220 руб., расходов на получение выписки из ЕГРИП в сумме 200 руб., стоимости товара в сумме 250 руб.

Определением суда от 19.05.2023 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением от 17.07.2023 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

В предварительном судебном заседании суд завершил рассмотрение всех вынесенных в предварительное заседание вопросов, признал дело подготовленным к судебному разбирательству. Учитывая надлежащее уведомление участвующих в деле лиц о рассмотрении настоящего дела, отсутствие возражений против рассмотрения дела в их отсутствие, суд открыл судебное заседание непосредственно после завершения предварительного судебного заседания в порядке части 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец явку представителя не обеспечил, через канцелярию суда направил дополнительные пояснения, приобщённые судом к материалам дела.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал относительно заявленных требований, по основаниям, изложенным в ранее представленном отзыве.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя истца в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом правил статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о том, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Суд, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, установил следующие фактические обстоятельства.

Кельвин Кляйн Трейдмарк Траст (Calvin Klein Trademark Trust) является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных, в том числе, в отношении товаров 03, 09, 14, 16, 18, 21, 24, 25, 40 классов МКТУ – в том числе одежда, обувь, головные уборы, сумки, рюкзак, зарегистрированных в Международном бюро Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности (регистрационные номера № № 85857, 85858, 377787, 167771, 161808, 86095) и с предоставлением правовой охраны на территории РФ.

Истцу стало известно, что в торговой точке «Бельё», расположенной но адресу: <...>, предлагается к продаже и реализуется продукция, незаконно индивидуализированная товарными знаками истца, а именно трусы мужские.

В указанной торговой точке истцом была осуществлена проверочная закупка товара, незаконно индивидуализированного товарными знаками, что подтверждается видеозаписью осмотра торговой точки и закупки товара, ориентировочное время закупки 12 час. 00 мин. Кассовый чек продавцом не был представлен, ввиду отсутствия кассового аппарата.

Исходя из информации, зафиксированной представленной видеозаписью лицом, осуществляющим реализацию индивидуализированной товарными знаками истца продукции, является ИП ФИО1, ИНН <***>.

Данный товар характеризуется как «Одежда, обувь, головные уборы» и относится к 25 классу МКТУ.

Признаком контрафактности вышеуказанной продукции является тот факт, что на упаковке отсутствует информация о потребительских свойствах данного товара и правообладателе упомянутого товарного знака.

Истец не заключал с ответчиком лицензионный договор, предметом которого являлась бы передача исключительных прав на товарные знаки и иным образом права не передавал. Основания для внедоговорного использования товарных знаков у ответчика отсутствуют.

Компенсация рассчитана истцом с учетом следующих обстоятельств: характера нарушения - без соответствующего разрешения правообладателя использован популярный и широко известный товарный знак в коммерческих (предпринимательских) целях; формирование у потребителя мнения о том, что правообладатель является производителем низкокачественного товара (контрафактный товар - низкокачественный).

Реализовав указанную продукцию, ответчик нарушил исключительные права истца на объекты интеллектуальной собственности.

На основании изложенного, истец считает обоснованным требовать от ответчика выплаты компенсации за нарушение принадлежащих истцу прав на товарные знаки № 85858, № 167771 в размере 50 000 руб.

Истец направил в адрес ответчика претензию с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав, которая была оставлена ответчиком без удовлетворения.

Неоплата ответчиком в добровольном порядке компенсации за нарушение исключительных прав истца послужила основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233), если Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (п. 3 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность за незаконное использование товарного знака.

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (п. 1 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Факт незаконного использования товарного знака истца путем предложения к продаже и продажи товара с использованием обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками истца, подтверждается имеющимися в деле доказательствами. Доказательства правомерного использования данных товарных знаков при предложении к продаже и продаже спорного товара ответчиком не представлены.

В материалы дела представлена видеозапись, которая подтверждает факт приобретения спорного товара по адресу, по которому расположена торговая точка ответчика. Видеозапись произведена без нарушений законодательства и соответствует принципам относимости и допустимости доказательств.

Указанная видеозапись позволяет достоверно установить, что на ней показан именно представленный в материалы дела спорный товар, поскольку от момента

приобретения до момента окончания записи товар постоянно находится в кадре, что исключает возможность подмены. О фальсификации представленной в материалы дела видеозаписи ответчик не заявлял.

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств (ст. ст. 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 2 ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Ответчик не представил доказательств того, что зафиксированная на видеозаписи реализация товара осуществлялась не в его торговой точке.

Ссылка ответчика на отсутствие в его действиях состава правонарушения и на недоказанность нарушения исключительных прав истца именно ответчиком не принимаются судом ввиду следующего.

Как разъяснено в пункте 55 Постановления № 10, факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (ст. 493 Гражданского кодекса Российской Федерации), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

В соответствии со ст. 493 Гражданского кодекса Российской Федерации факт заключения договора розничной купли-продажи подтверждается выдачей продавцом покупателю кассового или товарного чека. Материалы дела не содержат товарный чек или кассовый чек.

Ответчик не доказал осуществление предпринимательской деятельности по адресу: <...>, иным лицом.

При этом, сам по себе товарный чек нельзя воспринимать отдельно от представленной в материалы видеозаписи и фотоизображения товара, поскольку эти доказательства составляют неразрывную, логически последовательную цепочку материалов, подтверждающих факт реализации спорного товара ответчиком. С учетом указанного, отсутствие кассового чека для целей рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения.

Указанный правой подход согласуется с практикой рассмотрения аналогичных доводов судами вышестоящих инстанций (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 28.06.2023 № С01-972/2023 по делу № А41-90098/2022).

Как разъяснено в п. 162 Постановления № 10, согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями

соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В соответствии с п. 1 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В этом случае товары, этикетки, упаковки товаров являются контрафактными в случае доказанности незаконности размещения товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения. Решение о доказанности также принимает суд. Бремя доказывания законности размещения лежит на Ответчике, истцу достаточно доказать факт использования Ответчиком спорного товарного знака на упаковке и т.д. Таким образом, ответчик, если им не доказано иное, признаётся нарушителем авторского права и для него

наступает гражданско-правовая ответственность (соответствует правовой позиции, выраженной в постановлении СИП от 11.09.2018 по делу № A32-32077/2017).

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак предусмотрена ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 62 Постановления № 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Сравнение графического изображения нанесенного на спорный товар и товарного знака № 167771, указывает на внешнее сходство реализуемого ответчиком товара с указанным товарным знаком, принадлежащим истцу.

Это свидетельствует о наличии на спорном товаре тождественных внешних признаков, присущих товарам истца, что, в свою очередь, создаст ассоциативный ряд между товарами истца и спорным товаром.

Потребитель, при обращении внимания на товар, которыми торгует ответчик, однозначно может воспринимать их именно как продукт из линейки товаров истца, что подтверждает тождество реализуемого ответчиком товара с товарным знаком № 167771.

Истец не заключал с ответчиком лицензионный договор, предметом которого являлась бы передача исключительных прав на товарный знак и иным образом, права не передавал. Основания для внедоговорного использования товарного знака у ответчика отсутствуют.

В соответствии с пунктом 7.1.2.2. Приказа Министерства экономического развития Российской Федерации и Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2018 № 128 «Об утверждении руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов» (которым отменены Методические рекомендации по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197) сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.); сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях, т.е. при сравнении изобразительных и объемных обозначений сходство может быть установлено, например, если в этих обозначениях совпадает какой-либо элемент, существенным образом влияющий на общее впечатление, или в случае, если обозначения имеют одинаковые или сходные очертания, композиционное построение, либо если они сходным образом изображают одно и то же, в связи с чем ассоциируются друг с другом.

Как правило, первое впечатление является наиболее важным при определении сходства изобразительных и объемных обозначений, так как именно первое впечатление наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, уже приобретавшими такой товар. Следовательно, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявляет отличие за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

В соответствии с пп. 3 п. 7 Приказа Министерства экономического развития Российской Федерации и Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2018 № 128, обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При этом, необходимо учитывать, что обозначения являются сходными до степени смешения, если одно обозначение воспринимается потребителем за другое или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же обозначении, но полагает, что оба обозначения принадлежат одному и тому же изготовителю.

Признаком контрафактности спорной продукции является тот факт, что на упаковке отсутствует информация о потребительских свойствах данного товара и правообладателе упомянутого товарного знака, лицензионная продукция, в виде, реализованном ответчиком, не производится.

Исковые требования заявлены по факту незаконного использования двух охраняемых товарных знаков № 85858, № 167771.

Вместе с тем, исследовав представленные истцом доказательства, суд не находит оснований для взыскании компенсации за нарушении исключительных прав на товарный знак № 85858, поскольку в указанном случае имеет место изображение на спорном товаре только товарного знака № 167771, тогда как изображение товарного знака № 85858 отдельным элементом отсутствует

Кроме того, даже при наличии таких товарных знаков, они предполагаются к включению в одну серию по признаку «сильного элемента» и составляют одно нарушение..

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, при этом, истец вправе выбрать способ защиты своего нарушенного права по своему усмотрению.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации за незаконное использование товарного знака правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из изложенных норм права, а также разъяснений к ним, правообладатель при доказанности факта нарушения его исключительных прав освобождается от доказывания размера понесенных убытков и вправе требовать от нарушителя компенсацию в установленном законом размере, определяемой по усмотрению суда исходя из характера нарушения, принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

В соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-13233 от 25.04.2017, № 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, № 308-ЭС17- 3088 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-4299 от 12.07.2017.

Суд с учетом приведенных норм материального права, оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание обстоятельства дела, характер допущенного ответчиком нарушения, отсутствие доказательств причинения правообладателю каких-либо убытков, стоимость товара, учитывая финансовое положение ответчика, являющегося субъектом малого предпринимательства, исходя из необходимости сохранения баланса прав и интересов сторон и принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, пришел к выводу о том, что, размер компенсации подлежит определению исходя из минимального размера 10 000 руб.

При этом, судом не снижен размер заявленной компенсации, а определен ее размер, что соответствует сложившейся судебной практике (Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2020 № 12АП-5636/2020 по делу № А1241095/2019, Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2020 № 13АП-15754/2020 по делу № А42-1302/2020).

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен

права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая положения статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации сумма компенсации признается судом подлежащей определению в размере 10 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак № 167771.

Таким образом, сумма подлежащей ко взысканию компенсации составляет 10 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований истца суд отказывает.

В соответствии с частью 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при принятии решения арбитражный суд, в том числе, распределяет судебные расходы.

Исходя из правил, установленных статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы по оплате государственной пошлины, понесенные истцом при подаче искового заявления и почтовые расходы, расходы на приобретение спорного товара и за получение сведений из ЕГРИП подлежат отнесению судом на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Требования истца о взыскании судебных расходов, суд признаёт подлежащими удовлетворению пропорционально размеру удовлетворенных требований - 50 руб. расходов на приобретение спорного товара; 44 руб. почтовых расходов; 40 руб. расходов за получение выписки из ЕГРИП, как подтвержденных документально.

Истец при подаче искового заявления чеком по операции от 10.05.2023 оплатил государственную пошлину в размере 2 000 руб., которая по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отнесению на ответчика в сумме 400 руб. поскольку иск удовлетворен частично.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) в пользу Кельвин Кляйн Трейдмарк Траст (Calvin Klein Trademark Trust) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 167771 в размере 10 000 руб., почтовые расходы в размере 44 руб., расходы на получение выписки из ЕГРИП в размере 40 руб., расходы на приобретение спорного товара в размере 50 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 400 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Вещественное доказательство: трусы мужские – 1 шт., по вступлении в силу решения суда уничтожить.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном и кассационном порядке в соответствии с главами 34, 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья С.Э. Корх

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 23.03.2023 10:56:00

Кому выдана Корх Сергей Эдуардович