Постановление по делу № Ф08-1133/2025 от 09.07.2025 | ФАС Северо-Кавказского округа

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

г. Краснодар

Дело № А53-27022/2023

09 июля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 июля 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Тамахина А.В., судей Бабаевой О.В. и Денека И.М., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Фесенко А.Г. и участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от истца – индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) – ФИО2 (доверенность от 18.10.2022), от ответчика – крестьянского хозяйства «Ника» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО3 (глава), ФИО4 (доверенность от 14.10.2024), ФИО5 (доверенность от 14.05.2025), третьего лица – ФИО3, в отсутствие истцов: индивидуального предпринимателя ФИО6 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>), индивидуального предпринимателя ФИО7 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>), извещенных о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу крестьянского хозяйства «Ника» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 29.10.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2025 по делу № А53-27022/2023, установил следующее.

ИП ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском к крестьянскому хозяйству «Ника» (далее – крестьянское хозяйство) о взыскании 4 млн рублей задолженности по договору займа от 07.09.2020, 182 400 рублей пеней с 31.08.2021 по 31.05.2023 с последующим их начислением по день фактической оплаты суммы долга, 422 246 рублей 58 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами с последующим их начислением до фактической оплаты суммы долга.

В рамках дела № А53-46178/2023 ИП ФИО6 обратился в арбитражный суд с иском к крестьянскому хозяйству о взыскании 3 952 тыс. рублей задолженности по договору займа от 07.09.2020, 180 211 рублей 20 копеек пеней с 31.08.2021 по 31.05.2023 с последующим их начислением по день фактической оплаты суммы долга, 417 179 рублей 62 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами с последующим их начислением до фактической оплаты суммы долга.

В рамках дела № А53-46061/2023 ИП ФИО7 обратилась в арбитражный суд с иском к крестьянскому хозяйству о взыскании 4 млн рублей задолженности по договору займа от 07.09.2020, 182 400 рублей пеней с 31.08.2021 по 31.05.2023 с последующим их начислением по день фактической оплаты суммы долга, 422 246 рублей 58 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами с последующим их начислением до фактической оплаты суммы долга.

Определением суда первой инстанции от 10.06.2024 дела № А53-27022/2023, А53-46178/2023 и А53-46061/2023 объединены в одно производство с присвоением объединенному делу № А53-27022/2023.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3.

Решением суда от 29.10.2024 с крестьянского хозяйства в пользу ИП ФИО1 взыскано 4 млн рублей задолженности, 181 600 рублей пеней с 01.09.2021 по 31.05.2023 с дальнейшим их начислением по день фактической оплаты долга, 44 518 рублей 69 копеек расходов по уплате государственной пошлины; в удовлетворении остальной части иска ИП ФИО1 отказано. С крестьянского хозяйства в пользу ИП ФИО6 взыскано 3 952 тыс. рублей задолженности, 179 420 рублей 80 копеек пеней с 01.09.2021 по 31.05.2023 и с дальнейшим их начислением по день фактической оплаты долга, 39 661 рубль 27 копеек расходов по уплате государственной пошлины; в удовлетворении остальной части иска ИП ФИО6 отказано. В удовлетворении иска ИП ФИО7 отказано.

Постановлением апелляционного суда от 29.01.2025 решение от 29.10.2024 изменено. С крестьянского хозяйства в пользу ИП ФИО7 взыскано 4 млн рублей задолженности, 181 600 рублей пеней с 01.09.2021 по 31.05.2023 с дальнейшим их начислением по день фактической оплаты долга, 50 877 рублей расходов по уплате государственной пошлины по иску и жалобе; в остальной части иска ИП ФИО7 отказано. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе и дополнении к ней крестьянское хозяйство просит отменить обжалуемые судебные акты и направить дело на новое рассмотрение. Заявитель указывает на недоказанность наличия у заимодавцев финансовой возможности предоставления крестьянскому хозяйству денежных средств в заявленном размере. Суд первой инстанции не рассмотрел вопрос о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральной службы по финансовому мониторингу. Судами не устанавливались обстоятельства расходования крестьянским хозяйством денежных средств, полученных от заимодавцев, которые при рассмотрении заявления лица, участвующего в деле, о признании сделок недействительными являются юридически значимыми и должны устанавливаться исходя из совокупности доказательств. Глава крестьянского хозяйства ФИО3 фактически не получала денежные средства; в день подписания договоров займа и составления расписок денежные средства ФИО3 не передавались; подписанные ФИО3 договоры займа и составленные расписки оказались в распоряжении заимодавцев случайно. Само по себе наличие письменных договоров займа и расписок о получении крестьянским хозяйством денежных средств, датированных одной датой, на значительные суммы, при условии того, что все договоры содержат аналогичные условия, включая срок возврата до 31.08.2021, в отсутствие совокупности иных доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика волеизъявления на получение заемных денежных средств в общем размере от всех займодавцев, не является достаточным доказательством заключения спорных договоров займа от 07.09.2020 при отсутствии доказательств возможности их реального исполнения. Кроме того, в пунктах 2.1 договоров стороны предусмотрели, что в случае, если сумма займа передается наличными денежными средствами, факт передачи денежных средств фиксируется распиской, засвидетельствованной одним свидетелем. Между тем в нарушение пунктов 2.1 договоров расписки ФИО3 не засвидетельствованы одним свидетелем, поэтому их нельзя признать в силу соглашения сторон допустимыми доказательствами, подтверждающими факт передачи денежных средств, так как их письменная форма не является соблюденной. Иных доказательств передачи или перечисления денежных средств во исполнение договоров истцами не представлено.

В отзыве на кассационную жалобу ИП ФИО1 отклонил доводы крестьянского хозяйства, просил оставить судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Определением суда округа от 27.05.2025 рассмотрение кассационной жалобы отложено на 15 часов 15 минут 25.06.2025.

Определением от 23.06.2025 в составе суда произведена замена судьи ФИО8 на судью Бабаеву О.В. (часть 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), после замены судьи рассмотрение кассационной жалобы начато с начала.

В судебном заседании представители крестьянского хозяйства заявили ходатайство о допросе в качестве свидетеля ФИО9

Ходатайство судом принято к рассмотрению.

Представители крестьянского хозяйства поддержали доводы кассационной жалобы.

Представитель ИП ФИО1 возражал против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Рассмотрев ходатайство крестьянского хозяйства о допросе в качестве свидетеля ФИО9, суд кассационной инстанции счел его не подлежащим удовлетворению, поскольку сбор дополнительных доказательств, в том числе свидетельских показаний, не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу положений статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которыми установлены пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и дополнения к ней, отзыва на жалобу, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установлено судами, 07.09.2020 ФИО1 (займодавец) и крестьянское хозяйство (заемщик) заключили договор займа, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 4 млн рублей, а заемщик обязуется возвратить указанную сумму займа в обусловленный договором срок. За пользование суммой займа проценты не начисляются.

Согласно пункту 2.1 договора займодавец перечисляет заемные средства заемщику на его банковский счет в полной сумме в рублях либо передает наличными денежными средствами, в последнем случае факт передачи денежных средств фиксируется распиской, засвидетельствованной одним свидетелем.

В соответствии с пунктом 2.3 договора возврат суммы займа осуществляется путем перечисления денежных средств займодавцу на его банковский счет или путем передачи наличных денежных средств в срок до 31.08.2021.

На обороте последней страницы договора глава крестьянского хозяйства ФИО3 собственноручно выполнила расписку, которой подтвердила получение денежных средств в размере 4 млн рублей по договору от ФИО1, обязалась возвратить заем в срок, согласованный договором.

7 сентября 2020 года ФИО6 (займодавец) и крестьянское хозяйство (заемщик) заключили договор займа, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 3 952 тыс. рублей, а заемщик обязуется возвратить указанную сумму займа в обусловленный договором срок. За пользование суммой займа проценты не начисляются.

Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что займодавец перечисляет заемные средства заемщику на его банковский счет в полной сумме в рублях либо передает наличными денежными средствами, в последнем случае факт передачи денежных средств фиксируется распиской, засвидетельствованной одним свидетелем.

В силу пункта 2.3 договора возврат суммы займа осуществляется путем перечисления денежных средств займодавцу на его банковский счет или путем передачи наличных денежных средств в срок до 31.08.2021.

На обороте последней страницы договора глава крестьянского хозяйства ФИО3 собственноручно выполнила расписку, которой подтвердила получение денежных средств в размере 3 952 тыс. рублей по договору от ФИО6, обязалась возвратить заем в срок, согласованный договором, до 31.08.2021.

7 сентября 2020 года ФИО7 (займодавец) и крестьянское хозяйство (заемщик) заключили договор займа, по условиям которого займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 4 млн рублей, а заемщик обязуется возвратить указанную сумму займа в обусловленный договором срок. За пользование суммой займа проценты не начисляются.

В пункте 2.3 договора предусмотрено, что возврат суммы займа осуществляется путем перечисления денежных средств займодавцу на его банковский счет или путем передачи наличных денежных средств в срок до 31.08.2021.

На обороте последней страницы договора займа глава крестьянского хозяйства ФИО3 собственноручно выполнила расписку, которой подтвердила получение денежных средств в размере 4 млн рублей по договору от ФИО7, обязалась возвратить заем в срок, согласованный договором, до 31.08.2021.

Поскольку крестьянское хозяйство заемные денежные средства в согласованный договорами срок не возвратило, истцы направили ответчику претензии от 07.06.2023, которые оставлены последним без удовлетворения.

Ссылаясь на неисполнение крестьянским хозяйством обязательств по возврату денежных средств, истцы обратились в арбитражный суд с иском.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался статьями 395, 807, 808, 812, 861 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015 (вопрос № 10), и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, признав доказанными факт передачи денежных средств во исполнение договоров займа и финансовую возможность предоставления суммы займа, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований ИП ФИО1 и ИП ФИО6 в части взыскания основного долга и пеней, отказав во взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Суд первой инстанции установил, что ответчик не оспаривает факт заключения и подписания договоров займа от 07.09.2020, факт составления расписок от 07.09.2020 о передаче денежных средств, о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не заявил.

Изучив содержание расписок, суд констатировал, что ФИО3, получив денежные средства в счет договоров займа от 07.09.2020, действовала как глава крестьянского хозяйства, а не в качестве физического лица в своих личных целях.

Поскольку крестьянское хозяйство не оспаривает факты подписания договоров займа, а также составления расписок, суд отклонил довод ответчика о том, что при заключении договоров займа от 07.09.2020 не присутствовали займодавцы, как не имеющий юридического значения.

Допрошенные в судебных заседаниях свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО9 дали противоречивые показания относительно состава участников встречи по заключению договоров и передаче заемных денежных средств, которая состоялась во дворе дома ФИО9, являвшегося общим знакомым займодавцев и главы крестьянского хозяйства ФИО3 Глава крестьянского хозяйства ФИО3 пояснила, что 07.09.2020 подписала договоры, оформила расписки, передала договоры с расписками ФИО9, однако денежные средства в этот день не получила. На следующий день ФИО3 в телефонном режиме сообщила ФИО9 об отсутствии намерения получить денежные средства взаймы от истцов. ФИО9 пояснил, что случайно в конце встречи передал ФИО10 и ФИО11 подписанные со стороны ФИО3 договоры займа с расписками. Показания ФИО9 противоречат показаниям ФИО10, ФИО11, а также пояснениям самих истцов, которые подтвердили передачу денежных средств ФИО3 в счет исполнения заключенных договоров займа 07.09.2020.

Суд принял во внимание, что пояснения ФИО9 и ФИО3 иными доказательствами не подтверждаются и противоречат пояснениям истцов и свидетелей ФИО10, ФИО11

Поскольку факт предоставления займа в силу гражданского законодательства может подтверждаться распиской, суд критически отнесся к изложенной ответчиком позиции о безденежности расписок.

В силу пункта 2 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), оспаривание займа по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств, а также представителем заемщика в ущерб его интересам.

Ответчик не ссылается на заключение договоров займа под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств.

Таким образом, с учетом правил пункта 2 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации при оспаривании займа по безденежности контрдоказательствами не могут быть свидетельские показания.

Следовательно, в ситуации невозможности руководствоваться показаниями свидетелей суд правомерно руководствовался имеющимися в материалах дела письменными доказательствами – расписками.

Суд отметил, что крестьянское хозяйство, действуя разумно и осмотрительно, в условиях предпринимательского риска должно было предполагать последствия оформления расписок в подтверждение получения займа. Изложенная главой крестьянского хозяйства ФИО3 позиция относительно оформления расписок в отсутствие денежных средств противоречит обычаям делового оборота. Дальнейшее поведение ответчика также не подтверждает его позицию, поскольку при отсутствии денежных средств, но передаче в подтверждение тому расписок на значительные суммы, крестьянское хозяйство должно было потребовать от истцов возврата расписок либо оспаривать расписки в судебном порядке, однако активная позиция крестьянского хозяйства проявилась лишь после получения претензий истцов в 2023 году о возврате заемных денежных средств.

Отклоняя доводы ответчика о том, что денежные средства в указанном в договорах займа размере в кассу либо на счет хозяйства не поступали, суд исходил из того, что ФИО3, получив наличные денежные средства, могла самостоятельно ими распорядиться, что не влияет на правоотношения истцов с заемщиком – крестьянским хозяйством, не изменяет заемщика по условиям договоров и не опровергает сам факт выдачи займа.

Вместе с тем суд первой инстанции включил в предмет доказывания вопрос о наличии финансовой возможности у истцов фактически предоставить ответчику значительные суммы денежных средств и, посчитав доказанной наличие таковой у заимодавцев ИП ФИО1 и ИП ФИО6, удовлетворил исковые требования указанных истцов в соответствующей части, отказав в удовлетворении иска ИП ФИО7, не подтвердившей с достаточной степенью достоверности наличие у нее денежных средств в соответствующем размере.

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015 (вопрос № 10), согласно которой в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа, изменил решение суда, удовлетворив исковые требования ИП ФИО7 в части взыскания основного долга и пеней.

При этом апелляционный суд исходил из того, что закон не возлагает на заимодавца обязанность доказывать наличие у него денежных средств, переданных заемщику по договору займа, в то время как обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на заемщика.

Суд апелляционной инстанции отметил, что факт передачи наличных денежных средств крестьянскому хозяйству подтвержден оригиналами договоров займа и расписками ФИО3, подписание которых последней не оспорено.

Суд апелляционной инстанции принял во внимание, что договор займа между крестьянским хозяйством и ИП ФИО7, договоры займа между ответчиком и ИП ФИО1, ИП ФИО6 заключены одновременно 07.09.2020, также как и составлены расписки о получении ответчиком денежных средств, договоры содержат аналогичные условия, включая срок возврата займа – до 31.08.2021, в связи с чем констатировал, что денежные средства наличными переданы всеми истцами, что свидетельствует о возникших заемных правоотношениях единовременно.

Суд округа соглашается с позицией апелляционного суда и не усматривает оснований для применения повышенного стандарта доказывания в рассматриваемом деле, принимая во внимание равенство сторон, отсутствие аффилированности заимодавцев и заемщика и учитывая, что вопрос об источнике возникновения принадлежащих заимодавцу денежных средств, по общему правилу, не имеет значения для разрешения гражданско-правового спора. При подписании сторонами договоров займа и составлении ФИО3 расписок о получении денежных средств заемщиком обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на последнего, что было учтено судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела.

Вопреки доводам жалобы, возложение на заимодавцев обязанности дополнительного доказывания факта накопления ими в полном объеме денежных сумм, выданных в качестве займов, нарушает принцип распределения бремени доказывания (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) при наличии письменных договоров займа и расписок, подтверждающих фактическую передачу денежных средств заемщику.

Довод заявителя о том, что в нарушение пункта 2.1 договоров расписки ФИО3 не засвидетельствованы свидетелем, поэтому их нельзя признать допустимыми доказательствами, подтверждающими факт передачи денежных средств, так как их письменная форма не соблюдена, являлся предметом рассмотрения и оценки судов первой и апелляционной инстанций.

Суд первой инстанции указал, что отсутствие подписи свидетеля в расписках не влечет их недействительность. Недействительность расписки в качестве последствия отсутствия подписи свидетеля договорами займа не предусмотрена. О признании договоров займа и расписок недействительными ответчик не заявил.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, поскольку в силу гражданского законодательства (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации) предоставление займа может подтверждаться распиской.

Таким образом, суды приняли расписки в качестве надлежащих письменных доказательств, подтверждающих реальность заемных отношений сторон, в том числе предоставление ответчику займа на согласованных условиях.

Суд округа, соглашаясь с позицией судов нижестоящих инстанций, отмечает, что расписка, подтверждающая передачу займа наличными денежными средствами, является письменным доказательством реального исполнения договора и возникновения заемного обязательства у заемщика. Нахождение такого документа у заимодавца подтверждает реальность предоставления займа. Поэтому в рассматриваемом случае отрицание факта получения денежных средств при наличии собственноручно составленных ФИО3 расписок на обратной стороне договоров направлено на уклонение заемщика от исполнения обязательства.

Вопреки приведенным в кассационной жалобе доводам со ссылкой на положения статей 160, 162 Гражданского кодекса Российской Федерации факт того, что представленные расписки не засвидетельствованы свидетелем, не влечет несоблюдение письменной формы договора и не опровергает получение суммы займа.

В данном случае последствием отсутствия подписи свидетеля в расписке является невозможность заимодавца ссылаться на показания свидетеля как на дополнительное доказательство передачи суммы займа.

Условие пункта 2.1 договоров займа о необходимости засвидетельствования расписки свидетелем при передаче суммы займа заемщику с очевидностью направлено на повышение гарантий заимодавца, его защиту от возможного отрицания заемщиком факта передачи денежных средств, принадлежности почерка, подписи в расписке, то есть, по сути, на предупреждение возможных правонарушений, защиту прав заимодавца.

Исходя из этого незаключенность договоров займа, передача денежных средств по которым оформлена распиской, не засвидетельствованной свидетелем, не может быть констатирована судом в ситуации, когда заемщик собственноручно написал расписку и в утвердительной форме (как на состоявшийся факт) указал на получение денежных средств, оговорив полученную сумму и срок ее возврата.

Отсутствие в расписке подписи свидетеля не лишает ее силы как письменного доказательства, поскольку само по себе составление расписки уже свидетельствует о воле заемщика на получение денежных средств.

Оснований полагать, что расписка не отражает действительную волю заемщика на получение денежных средств и что в отсутствие подписи свидетеля заемщик не отвечает за свои действия, у суда не имеется. Подписание расписки свидетелем может усилить ее доказательственное значение, являясь дополнительным доказательством факта передачи денег, но не замещает волю заемщика, выраженную в расписке.

Указание заявителя на отсутствие в расписках даты их составления не принимается судом округа, поскольку они выполнены ФИО3 собственноручно на обратной стороне договоров, что подразумевает их составление в момент заключения договоров. В судебном заседании суда округа ФИО3 подтвердила, что расписки составлены в день подписания договоров, то есть 07.09.2020.

Кроме того, в расписках указана дата возврата суммы займа, в том числе со ссылкой на условия договоров, что позволяет установить срок возникновения обязательства по возврату займа.

Судами правомерно не приняты во внимание заключения ИП ФИО12 по результатам психофизиологического опроса ФИО3 и ФИО9 с применением полиграфа о факте получения денежных средств по договору займа, проведенного по их собственной инициативе, поскольку результаты психофизиологического исследования с использованием полиграфа не являются допустимыми доказательствами опровержения факта передачи займа при наличии в деле письменных доказательств – расписок, собственноручно написанных главой крестьянского хозяйства ФИО3

Отсутствие перечисления в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств, в том числе названных заключений по результатам психофизиологического опроса с применением полиграфа, само по себе не означает, что не упомянутые доказательства не были учтены и оценены судами наряду с иными документами в их совокупности и взаимосвязи.

Довод заявителя о том, что суды не устанавливали обстоятельства расходования крестьянским хозяйством денежных средств, полученных от заимодавцев, судом округа отклоняется, поскольку само по себе распоряжение ответчиком полученными денежными средствами после получения суммы займа правового значения для разрешения вопроса о взыскании долга по договорам займа не имеет.

Ссылка заявителя жалобы на ответы правоохранительных органов по вопросу проверки обращения ответчика с заявлением о совершении мошеннических действий со стороны ФИО11, ФИО10, ФИО7, ФИО6 и ФИО1 не может быть принята судом округа во внимание, поскольку итогового процессуального документа по заявлению крестьянского хозяйства последним в материалы дела не представлено. Кроме того, из ответа ОРЧ СБ ГУ МВД России по Ростовской области от 10.04.2024 № з/247704457673 следует, что по результатам проведенной проверки подтвердить либо опровергнуть изложенные в обращении крестьянского хозяйства сведения не представилось возможным в связи с противоречивостью объяснений сторон.

Довод кассационной жалобы о непривлечении судами к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральной службы по финансовому мониторингу подлежит отклонению.

Согласно пункту 1 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, суды вправе привлекать к участию в деле государственные органы, если обстоятельства дела свидетельствуют о наличии признаков легализации доходов, полученных незаконным путем.

Таким образом, привлечение к участию Федеральной службы по финансовому мониторингу является правом суда, при этом суд при рассмотрении данного вопроса исходит из конкретных обстоятельств дела.

В рассматриваемом конкретном случае суды не усмотрели необходимости в привлечении Федеральной службы по финансовому мониторингу.

Соответствующее обстоятельство не является основанием для отмены принятых по настоящему спору судебных актов, поскольку отсутствуют основания полагать, что участие указанного уполномоченного органа при рассмотрении вопроса об исполнении обязательств по договорам займа являлось обязательным в силу закона или требовалось исходя из обстоятельств дела.

Из обжалуемых судебных актов также не следует, что они содержат выводы о правах и обязанностях данной организации либо могут повлиять на ее права или обязанности по отношению к одной из сторон спора, что исключает необходимость привлечения к участию в настоящем деле (часть 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Приведенный представителем ответчика в ходе судебного заседания устный довод о рассмотрении дела с участием ИП ФИО6 с нарушением компетенции судом округа отклоняется, поскольку данный вопрос являлся предметом самостоятельного рассмотрения. Определением суда от 04.04.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 12.04.2024, отказано в удовлетворении ходатайства ответчика о передаче дела на рассмотрение суда общей юрисдикции. Суды установили, что на момент обращения в суд (14.12.2023) ФИО6 обладал статусом индивидуального предпринимателя, спор носит экономический характер (предоставление займа юридическому лицу – субъекту экономической деятельности), поэтому пришли к выводу о наличии оснований для рассмотрения дела арбитражным судом. При обращении с апелляционной жалобой на решение ответчик не приводил доводов о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права о компетенции при рассмотрении дела, поэтому соответствующий довод, заявленный лишь в ходе судебного заседания на стадии кассационного обжалования, не может быть принят судом округа.

Суд кассационной инстанции полагает, что изложенные в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют об ошибочности выводов суда первой инстанции, апелляционного суда о применении норм права относительно установленных ими по делу обстоятельств, а сводятся к иной оценке представленных доказательств и установленных судами фактов, в то время как иная оценка этих доказательств и фактов процессуальным законом к компетенции суда кассационной инстанции не отнесена в силу статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно абзацу второму пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.

Нарушения, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлены. Основания для отмены или изменения постановления суда апелляционной инстанции по доводам кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства крестьянского хозяйства «Ника» о допросе свидетеля отказать.

Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2025 по делу № А53-27022/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.В. Тамахин

Судьи

О.В. Бабаева

И.М. Денека