АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

г. Краснодар

Дело № А22-1185/2021

19 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 марта 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Глуховой В.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от Управления Федеральной налоговой службы по Республике Калмыкия – ФИО1 (доверенность от 20.08.2024), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего учредителя общества с ограниченной ответственностью «Комсомольскнефть» ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 03.10.2024 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2024 по делу № А22-1185/2021 (Ф08-1072/2025), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «КомсомольскНефть» (далее – должник) финансовый управляющий учредителя должника ФИО2 ФИО3 (далее – финансовый управляющий ФИО2) обратился в Арбитражный суд Республики Калмыкия с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в общем размере 797 306 849 рублей 29 копеек.

Определением суда от 03.10.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 27.12.2024, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО2 просит отменить судебные акты и принять новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, суды неправильно распределили бремя доказывания обстоятельств, в материалах дела содержатся доказательства, подтверждающие финансовую возможность кредитора предоставить спорные денежные средства должнику, поскольку денежные средства перечислены с расчетного счета, открытого на имя должника в ПАО «Банк ВТБ».

В отзыве на кассационную жалобу уполномоченный орган просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал доводы отзыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, постановлением апелляционного суда от 27.12.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4

Решением суда от 12.04.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 Постановлением апелляционного суда от 12.07.2024 решение суда от 12.04.2024 отменено, принят по делу новый судебный акт; продолжено рассмотрение дела о несостоятельности (банкротстве) должника в рамках процедуры наблюдения на срок 6 месяцев с даты принятия постановления.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ФИО2 ссылается на следующее. Должник и ФИО2 заключили договоры займа: от 16.11.2015 № 2/3М/15 согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 50 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 18 % годовых; от 12.12.2017 № 12/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 50 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых; от 25.12.2017 № 13/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 40 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых; от 12.01.2018 № 15/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 30 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых; от 26.01.2018 № 17/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 20 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых; от 05.02.2018 № 18/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 30 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых; от 20.02.2018 № 19/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 20 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых; от 23.03.2018 № 20/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет денежные средства в размере 30 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых; от 18.04.2018 № 21/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 20 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых; от 25.04.2018 № 23/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 20 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых; от 17.12.2018 № 24/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 30 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых; от 28.12.2018 № 25/3М согласно которому ФИО2 перечислил на банковский счет должника денежные средства в размере 20 млн рублей, проценты за пользование займом установлены в размере 30 % годовых.

Обязательства по возврату суммы займа должником по всем перечисленным договорам не исполнено. Должник и ФИО2 заключили соглашение от 01.11.2021 о возврате займов к договорам займа с процентами от 12.12.2017 № 12/3М, от 25.12.2017 № 13/3М, от 12.01.2018 № 15/3М, от 26.01.2018 № 17/3М, от 05.02.2018 № 18/3М, от 20.02.2018 № 19/3М, от 23.03.2018 № 20/3М, от 18.04.2018 № 21/3М, от 25.04.2018 № 23/3М, от 17.12.2018 № 24/3М, от 28.12.2018 № 25/3М, от 16.11.2015 № 2/3М/15, по условиям которого возврат суммы займов осуществляется не позднее 10.10.2022 в сумме основного долга в размере 340 млн рублей и процентов согласно договорам займа в размере 457 306 849 рублей 29 копеек. ФИО2 11.10.2022 в адрес должника направил претензию, однако обязательства по возврату суммы займов должником не исполнены.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения финансового управляющего ФИО2 27.01.2024 в арбитражный суд с данным заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды обоснованно руководствовались статьями 10, 807 – 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статьями 19, 63, 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), Федеральным законом от 21.11.1996 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35), Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020.

В соответствии со статьей 71 Закона о банкротстве требования кредиторов вне зависимости от того, заявлены по ним возражения или нет, могут быть включены в реестр требований кредиторов только на основании определения суда после проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 26 постановления № 35, в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807, пунктом 2 статьи 808 Гражданского кодекса договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 № 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику).

Установление указанных обстоятельств обусловлено необходимостью исключения при заключении договора займа недобросовестного поведения сторон данного договора (злоупотребления правом), которое направлено на искусственное увеличение кредиторской задолженности должника-банкрота.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – Кодекс). В подобной ситуации действия, связанные с временным зачислением аффилированным лицом средств на счет должника, подлежат квалификации по правилам, установленным статьей 170 Гражданского кодекса.

Если кредитор и должник являются аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Суды установили, что ФИО2, как учредитель должника со 100% долей в уставном капитале, является контролирующим должника лицом и аффилированным с ним лицом по смыслу статей 61.10 и 19 Закона о банкротстве.

Учитывая, что заявитель является единственным участником должника, и именно он обладал всей полнотой информации об источниках перечисляемых средств и целях их перечисления, суды правомерно исходили из того, что он был обязан раскрыть все обстоятельства внесения средств на счет должника, включая источники данных средств, исключить саму возможность транзитного характера перечисления указанных средств, а также опровергнуть разумные сомнения независимых кредиторов в целях финансирования должника и реальности перечисления средств.

Определениями от 14.05.2024 и 13.06.2024 суд первой инстанции обязывал ФИО2 и его финансового управляющего ФИО3 представить дополнительные доказательства, подтверждающие наличие задолженности в заявленном размере; доказательства того, что финансовое положение ФИО2 (с учетом его доходов) позволяло предоставить должнику денежные средства в размере 340 млн рублей; доказательства, передачи указанных денежных средств должнику (платежные документы).

В подтверждение заявленных требований финансовым управляющим ФИО2 представлены копии вышеуказанных договоров займа, копия соглашения о возврате денежной суммы к договорам займов с учетом процентов, выписка по счету ФИО2 в ПАО «Банк ВТБ» № 40817810145720000143 за период с 08.09.2015 по 05.07.2023 и акт сверки взаимных расчетов за период с января 2015 года по ноябрь 2021 года, подписанный Врио генерального директора должника ФИО5 и ФИО2

Суды критически отнеслись к акту сверки взаимных расчетов, верно указав, что в соответствии с разъяснениями пункта 26 постановления № 35 признание долга должником в силу специфики дел о банкротстве применительно к вышеизложенным фактическим обстоятельствам настоящего спора не является безусловным доказательством реальности предоставления займа и не может являться безусловным основанием для включения основанного на нем требования в реестр требований кредиторов должника.

Представленная выписка по счету ФИО2 в банке за период с 08.09.2015 по 05.07.2023 также не принята судами во внимание, поскольку в рассматриваемом случае сама по себе не может служить подтверждением наличия у ФИО2 денежных средств в размере, достаточном для финансирования по договорам займа на сумму 340 млн рублей в период с 16.11.2015 по 28.12.2018.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Кодекса в совокупности и взаимосвязи, с учетом применения к настоящему спору повышенного стандарта доказывания суды указали на недоказанность заявителем реальности хозяйственных отношений между сторонами и их добросовестность; а также обоснованности перечисления суммы займа в общем размере 340 млн рублей, отсутствия действий со стороны кредитора, направленных на обеспечение исполнения обязательств, и инициированных судебных споров по взысканию задолженности; не представление заявителем разумного экономического обоснования целесообразности заключения договоров займа, что в данном случае также свидетельствует о действиях, направленных на значительное и искусственное увеличение кредиторской задолженности должника в целях осуществления контроля за ходом процедуры банкротства должника.

Исходя из этого, суды верно указали на то, что в нарушение статьи 65 Кодекса кредитором в рассматриваемом случае не представлены допустимые и относимые доказательства наличия у него реальной возможности передачи денежных средств должнику в размере суммы займа, как не представлены и иные доказательства, свидетельствующие о реальности договоров займа, в том числе сведения о том, как полученные средства были истрачены должником.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения. В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции правовой нормы, предусмотренной статьей 170 названного Кодекса, является порочность воли каждой из ее сторон, и отсутствие намерений создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Следовательно, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, установление только тех обстоятельств, которые подчеркивают формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства выясняются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, подтверждающих его исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой наличия и соответствия документов установленным формальным требованиям закона, а необходимо принимать во внимание иные документы первичного учета и доказательства.

Применительно к данному обособленному спору, с учетом предмета и основания заявленного требования, на ответчика возложено бремя доказывания наличия правоотношений, сложившихся между должником и ответчиком, являвшихся основанием для получения спорных денежных средств.

Если конкурсный кредитор ссылается на то, что сделка совершена безвозмездно, процессуальный интерес ответчика должен состоять в том, чтобы представить необходимые и достаточные доказательства существования и действительности сделки, что соотносится с обязанностью участвующих в деле лиц добросовестно осуществлять принадлежащие им процессуальные права, в том числе в части заблаговременного раскрытия доказательств перед другой стороной и судом (часть 2 статьи 41, части 3 и 4 статьи 65 Кодекса).

Суды, оценив договоры денежного займа, представленные заявителем, в совокупности с исследованными доказательствами, пришли к правильному выводу о том, что они в силу статей 167, 168, 170 Гражданского кодекса являются ничтожными (мнимыми) сделками, совершенными лишь для вида без намерения создать соответствующие правовые последствия, поскольку действия сторон направлены не на предоставление и возврат займа, а на создание видимости исполнения договоров займа между аффилированными лицами для осуществления контролируемого банкротства должника, что является злоупотреблением правом.

Исходя из этого, учитывая отсутствие в материалах дела достоверных и бесспорных, не требующих дополнительной проверки доказательств, надлежащим образом подтверждающих как потенциальную возможность, так и фактическую передачу ФИО2 должнику денежных средств по договорам займа, суды сделали обоснованный вывод о направленности действий заявителя исключительно на участие в деле о банкротстве, что свидетельствует об иных интересах, находящихся вне добросовестного поведения кредитора и защищаемых законом интересов, подаче требования кредитором исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. При этом наличия в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр требований кредиторов должника (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"».

Суды отметили, что согласно вступившим в законную силу судебным актам по делу № А22-1300/2019 в деле о банкротстве ООО «ЕвроСибОйл» (в группу компаний-должников, объединенных общими экономическими интересами также входят: должник, ООО «АвтоСпецСервис» и ООО «ЕвроСибОйл», где ФИО2 является 100% учредителем), действия ФИО2 свидетельствуют об иных интересах, находящихся вне добросовестного поведения кредитора и защищаемых законом интересов, требование кредитором подано исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

При указанных обстоятельствах суды, исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив аффилированность заемщика и займодавца, отсутствие реальных правоотношений по займам, суды пришли к правильному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Вводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

Оспаривая судебные акты, заявитель жалобы документально не опроверг правильности выводов судов. Доводы кассационной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Кодекса. В силу статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Поскольку предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, она подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 03.10.2024 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2024 по делу № А22-1185/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 20 тыс. рублей государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Е.В. Андреева

Судьи В.В. Глухова

Е.Г. Соловьев