АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-7810/21

Екатеринбург

28 мая 2025 г.

Дело № А76-3047/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 21 мая 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 мая 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Столяренко Г.М.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Черкасской Н.О. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 22.11.2024 по делу № А76-3047/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

В судебном заседании с использованием систем веб-конференции приняли участие представители: ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 12.12.2022 серия 74АА № 6131046); ФИО1 - ФИО4 (доверенность от 21.03.2024 серия 74АА № 6587740).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2021 по заявлению ФИО2 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО5 (далее - должник).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 05.04.2021 заявление ФИО2 признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации его долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО6; требования ФИО2 в сумме 22 082 479 руб. 62 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 29.12.2021 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО6

ФИО2 05.07.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании обязательств должника перед ним в размере 22 082 479 руб. 62 коп. общими обязательствами супругов ФИО5 и ФИО1

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 22.11.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2025, заявление удовлетворено, обязательства перед ФИО2, включенные в реестр определением суда от 05.04.2021, в сумме 22 082 479 руб. 62 коп., признаны общими обязательствами супругов ФИО5 и ФИО1

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 22.11.2024 и постановление от 11.03.2025 отменить, в признании обязательств ФИО5 общими обязательствами супругов отказать, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. ФИО1 считает, что, вопреки выводам судов, она представила надлежащие доказательства наличия у нее дохода от трудовой деятельности в 2016 - 2018 годах - выписки по ее счетам, сведения Фонда пенсионного и социального страхования о состоянии ее лицевого счета, содержащие хронологию ее трудовой деятельности за 10 лет, копию ее трудовой книжки и копии трудовых договоров, отраженных в сведениях уполномоченных органов, которые подтверждают осуществление ФИО1 трудовой деятельности и наличие у нее собственных источников дохода, но суды эти доказательства не оценили. Как поясняет ФИО1, по условиям трудовых договоров ее доход состоял из фиксированной части – оклада и плавающей премиальной части, поставленной в зависимость от эффективности выполнения трудовых функций, фиксированная часть дохода отражена в справках 2-НДФЛ и сведениях в Фонд пенсионного и социального страхования, а премиальная часть каждый раз отличалась и выплачивалась наличными денежными средствами, что не противоречит действующему законодательству, и регулярно вносилась ФИО1 на ее расчетный счет. По мнению заявителя, вывод судов об отсутствии у ФИО1 собственных источников доходов и самостоятельных финансовых возможностей для своего жизнеобеспечения сделан без учета ее дохода за 2016 - 2018 годы, размер только фиксированной части которого составил 372 738 руб. 60 коп., а совокупный размер (с учетом премий) значительно превышает эту сумму, а также без учета существенно отличающихся от нынешних прожиточного минимума (9959 руб., 10608 руб., 10002 руб.) и минимального размера оплаты труда (9200 руб., 9700 руб., 11163 руб.) в Челябинской области 2016 - 2018 годов, относительно которых доходов ФИО1 достаточно для ее самостоятельного жизнеобеспечения. Заявитель указывает, что суды не учли обстоятельства, установленные в споре об оспаривании сделок с машино-местами, где ФИО1 представила документы, подтверждающие заключение ею 20.01.2015 предварительного договора купли-продажи машино-мест, внесение ею оплаты за машино-места в размере 200 000 руб. по квитанции к приходному кассовому ордеру от 22.01.2015 и оставшегося долга по оплате за машино-места в размере 1 000 000 руб. в счет обязательств застройщика по выплате неустойки за просрочку сдачи объекта, согласно справке от 13.10.2023, то есть на приобретения машино-мест денежные средства Б-вых фактически не тратились, что не опровергнуто, и доказательства того, что на приобретение машино-мест тратились денежные средства кредиторов ФИО5, в том числе, ФИО2, не представлены, а суды не исследовали вопрос о том, за чьи именно денежные средства приобреталось имущество. Заявитель считает неправомерным требование судов о предоставлении доказательств нехарактерных для внутрисемейных отношений, так как между супругами сложилась практика раздельного ведения счетов и учета финансовых обязательств, ФИО1 имела свой расчетный счет и сама несла все свои расходы, в том числе текущие и бытовые, должник также имел собственные счета, о которых ФИО1 не знала, выписки по которым представлены лишь в суде, а отраженные в них операции не предполагают использование денежных средств в интересах семьи Б-вых, а при таких обстоятельствах суды неверно использовали презумпцию расходования денежных средств должником в интересах семьи, в отсутствие от кредитора четкого и мотивированного расчета того, в каком размере обязательства являются общими (потраченными на нужды семьи должника), проигнорировав необходимость однозначного, недвусмысленного и четкого установления факта использования денежных средств на нужды семьи, и немотивированно, исходили из консолидированной позиции супругов Б-вых, хотя заявитель указывает на неразумные и недобросовестные действия должника, о которых она узнала только в процедуре банкротства, и которые подрывают ее доверие к супругу. ФИО1 настаивает, что она не была инициатором возникновения обязательств ФИО5 перед ФИО2, согласия на заключение договоров займа не давала, выданные должнику займы на семейные нужды не тратились, а доказательства иного, достаточно серьезные доводы и существенные косвенные свидетельства расходования денежных средств на нужды семьи, которых было бы достаточно для перераспределения бремени доказывания по настоящему спору, кредитор, несущий соответствующую обязанность по доказыванию, не представил.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО5 и ФИО1 состоят в зарегистрированном браке с 16.06.1995 по настоящее время, что подтверждается свидетельством о заключении брака от 16.06.1995 серии <...>.

Между ФИО2 (займодавец) и ФИО5 (заемщик) 01.07.2016, 14.10.2016 и 30.05.2017 (в период брака) заключены договоры займа на суммы 10 000 000 руб., 5 000 000 руб. и 2 500 000 руб., соответственно.

ФИО5 не исполнил обязательства по возврату заемных денежных средств, что послужило основанием для обращения ФИО2 с иском о взыскании долга, который удовлетворен решением Советского районного суда г. Челябинска от 13.07.2020 по гражданскому делу № 2-906/2020 и с должника в пользу ФИО2 взыскан долг: 1) по договору займа от 01.07.2016 в размере 10 000 000 руб., проценты за пользованием займом в сумме 1 721 734 руб. 04 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 248 035 руб. 40 коп., 2) по договору займа от 14.10.2016 в сумме 5 000 000 руб., проценты за пользованием займом в сумме 863 127 руб. 28 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 96645 руб. 51 коп., 3) по договору займа от 30.05.2017 в сумме 2 500 000 руб., проценты за пользованием займом в сумме 431 563 руб. 65 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 48427 руб. 01 коп., расходы по уплате госпошлины в размере 54353 руб. 64 коп.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 13.11.2020 решение Советского районного суда г. Челябинска от 13.07.2020 изменено в части присужденных сумм процентов за пользование займом, судебных расходов, с ФИО5 в пользу ФИО2 взыскано в счет долга по процентам за пользование займом по договору займа от 01.07.2016 – 2 649 011 руб. 52 коп., по договору займа от 14.10.2016 – 1 324 505 руб. 75 коп., по договору займа от 30.05.2017 – 550 690 руб. 35 коп., и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 58272 руб.; в остальной части решение оставлено без изменения.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 21.01.2021 решение Советского районного суда г. Челябинска от 13.07.2020 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 13.11.2020 оставлены без изменения.

Несмотря на наличие вступивших в законную силу судебных актов судов общей юрисдикции, ФИО5 не произвел погашение установленной и взысканной с него в судебном порядке задолженности перед ФИО2, что послужило основанием для обращения последнего в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом и включении просуженной задолженности в третью очередь реестра требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2021 по заявлению ФИО2 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО5, в отношении которого определением суда от 05.04.2021 введена процедура реструктуризации его долгов, при этом требования ФИО2 в сумме 22 082 479 руб. 62 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, а решением Арбитражного суда Челябинской области от 29.12.2021 ФИО5 признан банкротом с введением в отношении его имущества процедуры реализации.

Впоследствии ФИО2 подал в арбитражный суд настоящие заявление, в котором просит признать обязательства перед ним в размере 22 082 479 руб. 62 коп. общими обязательствами супругов Б-вых, ссылаясь на то, что заемные денежные средства использовались должником в период брака и в полном объеме расходовались на нужды семьи, поскольку, по сведениям кредитора, ФИО1 в период брака с должником никогда не работала, не занималась предпринимательской деятельностью и полностью находилась и находится на иждивении ФИО5, а также постановлением апелляционного суда от 28.09.2023 и постановлением суда округа от 12.12.2023 по настоящему делу установлено, что после привлечения денежных средств кредитора, в совместную собственность супругов (с фиктивным оформлением на имя несовершеннолетней дочери – ФИО7) приобретено дорогостоящее недвижимое имущество – два нежилых помещения (машиноместа), площадью 13,3 кв.м. - каждое, с кадастровыми номерами 74:36:0406001:5770 и 74:36:0406001:5771, по адресу: <...> (договор купли-продажи нежилых помещений от 21.11.2017 № 141/Елк88а-мм24,25).

Удовлетворяя требования, суды исходили из следующего.

Вопрос о признании обязательства общим разрешается судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), и к участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика, а, если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов, и соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - постановление Пленума № 48)).

В случае заключения одним из супругов договора займа ил совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которым, взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, и по обязательствам одного из супругов, если суд установит, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, использовано на нужды семьи. Бремя доказывания обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, лежит на стороне, претендующей на распределение долга (пункт 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016).

В то же время, исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом) в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Предъявление в таком случае к кредиторам высоких требований по доказыванию, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей, так как они по существу оказываются вынужденными представлять доказательства, доступ к которым у них отсутствует в силу их невовлеченности в спорные правоотношения, в то время как супругам не представляет сложности представить суду доказательства, объективно свидетельствующие о том, на какие цели были израсходованы заемные денежные средства.

Таким образом, если кредитор приводит достаточно серьезные доводы и представляет существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительным его аргумент о предоставлении денежных средств на нужды семьи, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, бремя доказывания личного характера данного обязательства переходит на супругов.

Существуют объективные основания для возложения на супругов, возражающих против обращения взыскания на общее имущество или против признания обязательства общим, бремени опровержения общего характера обязательства, поскольку в силу доверительных, личных и, как правило, закрытых от третьих лиц внутрисемейных отношений пояснить обстоятельства и представить доказательства того, что денежные средства, полученные от кредитора одним из супругов (или обоими), были израсходованы на личные нужды или на нужды семьи, могут лишь сами супруги.

Очевидно, что супруги не заинтересованы в том, чтобы обязательство, оформленное на одного из них, было признано общим, поскольку это увеличит объем ответственности того супруга, который не был стороной договора. Поэтому они не заинтересованы и в том, чтобы оказывать кредитору содействие и представлять доказательства того, что все полученное по обязательству потрачено на нужды семьи.

В законодательстве отсутствует четкое определение нужд семьи, однако в судебной практике сложилось понимание под указанным определением расходов на жилище, питание, одежду, медицинские услуги, образование детей, приобретение и ремонт жилья для совместного проживания и иные расходы на поддержание необходимого уровня жизни семьи.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по настоящему обособленному спору является установление цели получения кредита (займа), а также использование привлеченных денежных средств на нужды семьи.

Как следует из материалов дела и установлено судами, договоры займа на 10,5, 5 и 2,5 млн. руб. заключены должником с ФИО2 в 2016 – 2017 годах, то есть в период брака с ФИО1 (с 16.06.1995 по настоящее время), когда расходы супругов Б-вых являлись значительными: путешествия, питание, проживание, ремонт приобретенной в 2017 году новой квартиры, закупка в указанную квартиру мебели и бытовой техники и т.п., а также приобретение дорогостоящего недвижимого имущества – двух нежилых помещений (машиномест), истинная фигура приобретателя которых не раскрыта, при этом в результате внутрисемейных договоренностей недвижимое имущество в ноябре 2017 года оформлено на несовершеннолетнюю дочь супругов Б-вых - ФИО7 путем заключения от ее имени супругой должника как законным представителем договора купли-продажи, прикрывающего по волеизъявлению родителей договор дарения дочери соответствующего имущества, которое фактически причиталось самим ФИО8, что установлено в обособленном споре об оспаривании договора купли-продажи нежилых помещений от 21.11.2017 № 141/Елк88а-мм24,25.

Учитывая изложенное, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из доказательств в отдельности, достаточность и взаимную связь этих доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, распределив бремя доказывания по настоящему спору с учетом того, что кредитор привел вышеназванные серьезные доводы и существенные косвенные свидетельства, позволяющие во взаимосвязи признать убедительным его аргумент о предоставлении займов на нужды семьи должника, а супругам не представляет сложности представить доказательства, того, на какие цели израсходованы займы, установив, что при этом супруги Б-вы не раскрывают управляющему и суду исчерпывающим образом их внутрисемейные договоренности, а сведения об объективном расхождении целей и интересов супругов Б-вых отсутствуют, установив, что в период после получения спорных займов супруги Б-вы несли вышеназванные значительные расходы по содержанию своей семьи, и иное из материалов дела не следует, но при этом в отношении спорных заемных денежных средств представленные должником в материалы дела доказательства также не позволяют установить, что предоставленные кредитором денежные средства вносились на счета должника, в каком размере и когда они вносились, когда и как они расходовались им, на какие цели, и, в частности, не подтверждают, что спорные заемные денежные средства расходовались исключительно на собственные нужды должника, в то время как возражения должника о расходовании им денежных средств в связи с ведением им роскошного образа жизни (дорогостоящие брендовая одежда и техника, еда в роскошных ресторанах, посещение салонов красоты, пристрастие к азартным играм) имеют предположительный характер, ничем не подтверждены, и в материалы дела не представлено никаких документов, свидетельствующих о расходовании заемных денежных средств исключительно в таких личных целях должника, при том, что это не опровергает расходование денежных средств на общие нужды семьи, и в то же время, учитывая вышеуказанные значительные расходы супругов Б-вых, признав заслуживающими внимания доводы кредитора о нахождении ФИО1 на иждивении ФИО5 ввиду отсутствия у нее самостоятельной достаточной финансовой возможности обеспечивать не только свою жизнедеятельность на достаточно высоком уровне, но и удовлетворять нужды семьи в целом, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме факта использования спорных заемных денежных средств на общие нужды семьи должника, при том, что никаких доказательств, опровергающих данные выводы, и, свидетельствующих об ином, не представлено.

Довод заявителя о наличии у ФИО1 собственного дохода в достаточном размере по результатам исследования и оценки материалов дела и всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, не принят судами во внимание, как не подтвержденный достаточными и относимыми доказательствами и не соответствующий материалам дела, в том числе, с учетом того, что из сведений о доходах супруги должника по форме 2-НДФЛ невозможно установить наличие у ФИО1 самостоятельной финансовой возможности обеспечивать свою жизнедеятельность на достаточно высоком уровне, поскольку общий размер доходов супруги должника за 2019 – 2024 годы составил всего 950 285 руб. 27 коп., из выписок о движении денежных средств по счету супруги должника за 2016 – 2018 годы также не усматривается, что ФИО1 имела самостоятельный источник дохода в достаточном размере, в частности, ввиду того, что совокупный размер оборотов по счету за указанный период составил лишь 683 430 руб. 67 коп., и денежные средства супруга должника вносила наличными денежными средствами, а не перечисляла с расчетного счета иных лиц (работодателя и т.п.), следовательно, представленные выписки опровергают доводы ФИО1 о ведении раздельного бюджета и учета финансовых обязательств супругов, а доказательства, позволяющие прийти к иным выводам, не представлены, и при этом суды также исходили из того, что, как следует из материалов, в период с 2014 года по март 2021 год ФИО1 работала у индивидуального предпринимателя ФИО5 (должник), ее доходы составляли не более 14000 руб. в месяц, и никаких иных документов, подтверждающих наличие у ФИО1 в указанный период каких-либо других доходов, не представлено и никаких ходатайств по данному поводу не заявлено, получение ФИО1 премий ничем не подтверждено, при том, что с премиальной части также подлежит уплате НДФЛ и такие сведения отражаются в отчетной документации работодателя, а в представленных ФИО1 документах названная информация отсутствует, из чего следует, что доводы ФИО1 о том, что в период с 2016 по 2021 года она обеспечивала свое существование исключительно за счет своих собственных доходов, сопоставимых с размером прожиточного минимума и минимальной заработной платы в соответствующий период, включая вышеназванные значительные расходы супругов в спорный период, в том числе и расходы на содержание автомобиля, противоречат материалам дела и не подтверждены надлежащими и достаточными доказательствами.

Учитывая все вышеназванные установленные судами обстоятельства, по результатам исследования и оценки материалов дела и всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, в котором супругами Б-выми не представлено доказательств, опровергающих доводы кредитора о расходовании заемных денежных средств на общие нужды семьи, а также не представлено доказательств ведения раздельного хозяйства, раздельного проживания и отсутствия взаимных отношений между супругами, суды признали доказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличие в данном случае оснований для признания обязательств перед ФИО2, включенных в реестр определением суда от 05.04.2021, в сумме 22 082 479 руб. 62 коп. общими обязательствами супругов ФИО5 и ФИО1, ввиду чего суды удовлетворили соответствующее требования кредитора.

Суды также руководствовались тем, что обращение с требованием о признании обязательства гражданина общим с его супругом не равноценно требованию о взыскании долга с последнего. Определение общего характера обязательства перед конкретным кредитором имеет значение для распределения средств от реализации имущества, находящегося в общей собственности супругов. В данном случае речь идет не о взыскании долга с супруга, а о реализации общего имущества супругов в соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве. Аналогичная позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2019 № 304-ЭС19-21523 и 27.07.2020 № 306-ЭС19-22343(2).

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из совокупности конкретных обстоятельств дела и доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания требований кредитора ФИО2 общими обязательствами должника и его супруги, а также из отсутствия доказательств иного.

Судами верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, правильно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, заявлены в суде апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств, которые должником и его супругой с представлением надлежащих доказательств не опровергнуты. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 22.11.2024 по делу № А76-3047/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.А. Оденцова

Судьи О.Э. Шавейникова

Г.М. Столяренко