ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А
http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Санкт-Петербург
21 мая 2025 года
Дело №А56-117601/2022/сд14
Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 21 мая 2025 года
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
в составе:
председательствующего Сотова И.В., судей Будариной Е.В., Слоневской А.Ю.
при ведении протокола судебного заседания секретарем Галстян Г.А.
при участии: не явились, извещены
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-2673/2025) ООО «Комплексные дорожные решения – М» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.12.2024 г. по делу № А56-117601/2022/сд14, принятое
по заявлению АО «Асфальтобетонный завод №1» к ООО «Комплексные дорожные решения – М»
о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Строительная компания «Олимп»,
третье лицо: ФИО1
установил:
ОАО «Асфальтобетонный завод №1» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ООО «Строительная компания «Олимп» (далее – должник, общество) несостоятельным (банкротом).
Решением арбитражного суда от 24.04.2023 ООО «Строительная компания «Олимп» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.
В рамках процедуры конкурсного производства конкурсный кредитор ОАО «Асфальтобетонный завод №1» обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными платежей, совершенных должником в пользу ООО «Комплексные дорожные решения – М» (далее – ответчик, ООО «КДР-М») в период с 01.01.2020 по 31.12.2021 на общую сумму 87 043 593 руб. 07 коп., и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания указанной суммы с ответчика в конкурсную массу должника.
Определением арбитражного суда от 03.07.2024 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно его предмета, привлечен ФИО1.
Определением арбитражного суда от 20.12.2024 г. заявление кредитора удовлетворено в полном объеме.
В апелляционной жалобе ООО «КДР-М» просит определение от 20.12.2024 г. отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований кредитора, ссылаясь на наличие встречного исполнения по оспариваемым платежам, которым являлось выполнение ответчиком, как привлеченным субподрядчиком, для должника работ по соответствующим договорам субподряда, факт чего установлен судебными актами по делу № А56-78991/2022 и по обособленному спору № А56-117601/2022/тр9; также апеллянт полагает, что реальность встречного исполнения подтверждается представленными им в суде первой инстанции первичными документами и настаивает на отсутствии у должника на момент совершения оспариваемых платежей признаков банкротства и недоказанности аффилированности между сторонами.
Отзывы на апелляционную жалобу не поступили.
После отложения судебного разбирательства в соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) произведена замена в составе суда судьи И.Ю. Тойвонена на судью А.Ю. Слоневскую, в связи с чем рассмотрение дела (апелляционной жалобы) начато сначала.
Лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в настоящее судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.
Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.
Как следует из материалов дела, в период с 01.01.2020 по 31.12.2021 с расчетных счетов должника совершены платежи в пользу ООО «КДР-М» на общую сумму 87 043 593 руб. 07 коп.
Конкурсный кредитор, полагая, что вышеуказанные сделки (платежи) недействительны по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также статьями 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.
Исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с соблюдением положений статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии условий для удовлетворения требований кредитора.
Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.
В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
В частности, как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве; пунктом 3 этой статьи установлено, что правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что по правилам этой главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).
При этом, как установлено пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка),
В то же время в Обзоре судебной практики Верховного суда РФ N 1 (2021) от 07.04.2021 года, утвержденном Президиумом Верховного суда РФ указано, что в соответствии с пунктами 1 и 5 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских (злоупотребление правом).
Ввиду этого в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление N 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Таким образом, для квалификации сделки как совершенной с нарушениями положений статьи 10 ГК РФ необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах, допущено причинение или возможность причинения в результате ее исполнения убытков должнику или его кредиторам вследствие уменьшения конкурсной массы, за счет которой кредиторы должника могли бы получить удовлетворение. Злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая при этом права и законные интересы других лиц. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.
В этой связи, как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 года N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредиторов может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.
В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 Постановления N 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Также в пункте 8 вышеназванного Постановления указывается, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», суд, с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, как совершенной с намерением причинить вред другому лицу, должен установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.
В случае выхода обстоятельств совершения спорной сделки за рамки признаков подозрительной сделки, установленных специальными положения Закона о банкротстве, применению подлежит презумпция добросовестности участников гражданский правоотношений (часть 5 статьи 10 ГК РФ), то есть добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики N 2 (2015) Верховного суда Российской Федерации, презумпция добросовестности может быть опровергнута, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением права сделку представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что стороны при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу.
Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.
При этом, согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции правовой нормы, предусмотренной статьей 170 ГК РФ, является порочность воли каждой из ее сторон, и отсутствие намерений создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.
Также в пункте 86 Постановления N 25 разъяснено, что судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.
Следовательно, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.
В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2011 N 17020/10 указано, что статья 170 ГК РФ применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.
При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, подтверждающих его исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой наличия и соответствия документов установленным формальным требованиям закона, а необходимо принимать во внимание иные документы первичного учета и доказательства.
В данном случае в обоснование своих требований (доводов) конкурсный кредитор ОАО «Асфальтобетонный завод №1» и конкурсный управляющий сослались на то, что оспариваемые платежи совершены в пользу аффилированного с должником лица в условиях неплатежеспособности последнего в целях вывода имущества (денежных средств) во исполнение мнимых договоров посредством формирования на стороне ООО «Строительная компания «Олимп» «центра убытков», а на стороне ООО «КДР-М» «центра прибыли», в результате чего кредиторам должника причинен имущественный вред, о чем ответчик, будучи заинтересованным по отношению к должнику, не мог не знать.
ООО «КДР-М», возражая против данных доводов, указало, что платежи были совершены во исполнение обязательств должника перед ответчиком по заключенным между ними договорам субподряда № 3/СМСО-2020 от 30.01.2020, №УЭО-08.20 от 26.08.2020, № Адм/2021 -1 от 01.01.2021, № Крв/2021-2 от 01.01.2021, №4/АСУДД от 30.01.2020, №Адм/2020-1 от 01.01.2021, №16/02 от 16.02.2021, №Крв/2020-2 от 01.01.2020 и №ТП/РУЧЬИ-0920 от 07.09.2020, в подтверждение чего ответчик представил копии указанных договоров, актов приемки по форме КС-2, справок о стоимости работ по форме КС-3, счетов-фактур, универсально-передаточных актов, товарно-транспортных накладных и иных документов.
Кроме того в обоснование необходимости привлечения его должником к исполнению контрактов в качестве субподрядчика ответчик сослался на отсутствие у должника фактической возможности исполнить условия всех заключаемых государственных контрактов самостоятельно, поскольку общество не обладало необходимым количеством квалифицированных сотрудников для выполнения работ, а также не имело оборудования, техники, транспорта и ресурсов, а в качестве целесообразности заключения соответствующих договоров ООО «КДР-М» указало на получение должником значительной прибыли в виде разницы за фактическое исполнение ООО «КДР-М» в качестве единственного субподрядчика государственных контрактов и цены таких контрактов, что составляло не менее 10% от общей стоимости каждого контракта.
Отклоняя указанные доводы, суд первой инстанции, помимо прочего, исходил из того, что факт аффилированности ООО «Строительная компания «Олимп» и ООО «КДР-М» установлен судебными актами по обособленному спору №А56-117602/2022/сд7 - в частности, судами установлено, что брат учредителя должника и заместителя его генерального директора ФИО1 – ФИО1 - был работником должника - главным инженером, при этом учредителем ответчика является ФИО3 – супруга ФИО1, который также являлся в соответствующие периоды генеральным директором, а затем заместителем генерального директора ответчика.
В этой связи представленные в подтверждение реального выполнения работ ответчиком первичные документы (акты о сдаче-приемке по форме КС-2, справки о стоимости выполненных работ по форме КС-3, счета-фактуры и иные документы) не приняты судом в качестве надлежащих доказательств, свидетельствующих о реальном выполнении работ со стороны ООО «КДР-М», как подписанные между аффилированными лицами, а более того - оценив указанные документы, суд установил, что документы по затратам и расходная часть по договорам не раскрыты, не обоснован характер платежей на общую сумму 45 600 000 руб., перечисленных в 2020 году, и не подтверждено встречное предоставление должнику по платежам на общую сумму 11 228 288,20 руб., полученным в 2021 году, как отметил суд и то, что первый договор подряда между сторонами заключен 30.01.2020 (т.е. спустя две недели с момента образования указанного общества в качестве юридического лица), при том, что представленные ответчиком в подтверждение факта выполнения работ по нему фотоотчеты датированы 27.01.2020, то есть за три дня до заключения этого договора.
Кроме того, судом принято во внимание, что на конец 2020 года балансовая прибыль ООО «Строительная компания «Олимп» составляла 141 433 000 руб., а на конец 2021 года - 90 345 000 руб., при этом общество имело среднесписочную численность штатных работников в 2020 году - 22 чел. и столько же сотрудников в 2021 году, т.е. на момент заключения государственных контрактов должник обладал собственными ресурсами для выполнения работ, предусмотренных государственными контрактами, имел весь необходимый квалификационный, технический и профессиональный потенциал, т.е. ресурсы для самостоятельного исполнения обязательств перед контрагентами, являющими государственными заказчиками, в этой связи суд признал, что, вопреки доводам ответчика, должник в спорный период имел возможность самостоятельно исполнить обязательства по государственным контрактам, а необходимость привлечения ООО «КДР-М» в качестве единственного субподрядчика, отсутствовала.
Равным образом суд отметил и то, что на дату совершения оспариваемых сделок (платежей) у должника имелись обязательства перед АО «Асфальтобетонный завод № 1», которые так и не были исполнены, и соответствующее требование впоследствии включено в реестр требований кредиторов Общества.
При таких обстоятельствах (по их совокупности) суд первой инстанции, исходя из неопровергнутости ответчиком доводов кредитора и управляющего об исполнении государственных контрактов силами самого должника и недоказанности фактического встречного исполнения по оспариваемым сделкам, а также принимая во внимание перевод значительного количества работников из ООО «Строительная компания «Олимп» в ООО «КДР-М» в 2020 и 2021 годах и существенное снижение показателей балансовой прибыли должника в 2020 (141 433 000 руб.) и в 2021 (90 345 000 руб.), при том, что сумма спорных перечислений более чем на 50% превышает указанный показатель, пришел к выводу, что договоры подряда между должником и ответчиком были заключены без цели их реального исполнения, а совершение платежей со ссылкой на эти договоры было направлено на вывод активов (денежных средств) из хозяйственного оборота должника.
Апелляционный суд не находит условий для переоценки изложенных выводов, как сделанных в результате в достаточной степени подробного и всестороннего исследования обстоятельств дела и доводов (возражений) сторон, отклоняя доводы рассматриваемой апелляционной жалобы, отмечая при этом, что с учетом поддержанных кассационным судом по обособленному спору № А56-117601/2022/сд7 выводов о наличии у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности и аффилированности сторон коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об исключительно критическом отношении к представленным ответчиком документам по встречному исполнению по сделкам (платежам), исходя из того, что в целях создания видимости реальности мнимой сделки аффилированным сторонам (что в данном случае – в силу изложенного – имеет место быть) не составляет труда оформить все необходимые документы.
Таким образом, апелляционный суд признает обжалуемое определение соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ), а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.
Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил:
Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.12.2024 г. по делу № А56-117601/2022/сд14 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Комплексные Дорожные Решения – М» - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.
Председательствующий
И.В. Сотов
Судьи
Е.В. Бударина
А.Ю. Слоневская