Постановление по делу № 15АП-19458/2023 от 25.12.2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

город Ростов-на-Дону дело № А53-27967/2019

25 декабря 2023 года15АП-19458/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 25 декабря 2023 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Деминой Я.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от финансового управляющего ФИО2: представитель по доверенности от 01.06.2023 ФИО3;

от ФИО4: представитель по доверенности от 04.10.2022 ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 08.11.2023 по делу № А53-27967/2019 по заявлению финансового управляющего ФИО4 - ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

ответчики: ФИО6; ФИО7

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее также – должник) в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление финансового управляющего ФИО2 (далее также – финансовый управляющий) о признании недействительным договора купли-продажи 25% долей в уставном капитале ООО "МИР", заключенного между ФИО4 и ФИО6, от 17.11.2015 и договора купли-продажи 25% долей в уставном капитале ООО "МИР", заключенного между ФИО4 и ФИО7, от 17.11.2015, применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу ФИО4 50 % доли в уставном капитале ООО "МИР".

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 08.11.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, должник обжаловал определение суда первой инстанции от 08.11.2023 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что оспариваемые договоры купли-продажи доли в размере 50 % за 10 000 руб. являются прикрывающими единую сделку по выводу активов должника в преддверии банкротства – передачи денежных средств в размере 10 000 руб. под видом покупки доли в 50% и безвозмездную передачу недвижимости третьим лицам под видом ее купли-продажи.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО6 и ФИО7 просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.

Представитель финансового управляющего ФИО2 поддержал письменную позицию, представленную ранее.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью "Агроторг" (далее также – ООО "Агроторг") обратилось с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО4 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 12.08.2019 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.11.2019 требования ООО "Агроторг" признаны обоснованными. В отношении индивидуального предпринимателя ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, из числа членов саморегулируемой организации Ассоциации арбитражных управляющих "Сибирский центр экспертов антикризисного управления".

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 22.05.2020 индивидуальный предприниматель ФИО4 признан несостоятельным (банкротом). В отношении индивидуального предпринимателя ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, из числа членов саморегулируемой организации Ассоциации арбитражных управляющих "Сибирский центр экспертов антикризисного управления".

26 июля 2023 года в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указал на наличие оснований для признания сделки недействительной по статье 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Из пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N63), следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления N 63).

Таким образом, под сделками по смыслу главы III.1 Закона о банкротстве понимаются как непосредственно договоры, так и действия, направленные на исполнение существующих обязательств.

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве (пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС17-3098 (2) от 14.02.2018).

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 N 308-ЭС18-16378 по делу N А63-5243/2016.

Как указано выше, настоящее дело о банкротстве возбуждено 12.08.2019, оспариваемые договоры заключены 17.11.2015, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности.

Предусмотренный законом трехлетний период подозрительности не является сроком исковой давности.

При рассмотрении требования о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд независимо от доводов и возражений участников спора обязан проверить, совершена ли оспариваемая сделка в пределах указанного срока. Сделка, совершенная за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Таким образом, указанная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, соответственно управляющему требуется доказывание и установление наличия у сделки пороков, выходящих за пределы подозрительности сделки согласно статье 61.2 Закона о банкротстве.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из разъяснений указанной нормы Закона о банкротстве, предусмотренных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), для признания сделки недействительной по основанию ее подозрительности необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При этом, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве трехлетний срок является пресекательным, поэтому у финансового управляющего отсутствует материальное право оспаривать сделку, совершенную за пределами периода подозрительности.

Таким образом, финансовый управляющий должника не вправе оспаривать сделки, заключенные 17.11.2015, по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304- ЭС15-20061, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, в преддверии его банкротства при неравноценном встречном предоставлении, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из приведенных норм права следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным названным кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы (разъяснения пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 32).

О злоупотреблении сторонами правом при совершении оспариваемых сделок может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно пункту 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В обоснование заявленных требований финансовым управляющим указано на следующие обстоятельства.

03 ноября 2015 года между ФИО4 (далее также - сторона 1) и ФИО6 (далее также – сторона 2) заключен предварительный договора купли-продажи части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью "МИР".

Согласно пункту 1.1 предварительного договора, стороны обязуются заключить в будущем договор купли-продажи части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственность "МИР", по которому сторона 1 будет выступать продавцом, а сторона 2 покупателем части доли в уставном капитале ООО "Мир", номинальной стоимостью 5 000 (пять тысяч) рублей, что составляет 50% уставного капитала ООО "МИР".

Рыночная стоимость части доли – 27 500 тыс. рублей (пункт 2.2 договора). Пунктом 2.4 договора определен график погашения необходимой суммы.

В пункте 2.5 договора указано, что оплата производится наличными денежными средствами. В подтверждение получения денежных средств ФИО4 выдает ФИО6 расписку.

В соответствии с пунктом 2.4.1 договора, покупатель в день подписания предварительного договора должен был передать сумму равную 13 млн. рублей.

17 ноября 2019 года между ФИО4 (далее также - продавец) и ФИО6 (далее также – покупатель) заключен договора купли-продажи части доли в уставном капитале ООО "МИР".

Согласно пункту 1 договора, продавец продал, а покупатель купил часть доли в размере 25 (двадцать пять) процентов в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью "МИР".

Величина отчуждаемой части доли в денежном выражении (действительная стоимость) составляет 5 000 рублей, номинальная стоимость 2 500 рублей, согласно справке № 12, выданной 17.11.2015 ООО "МИР" по состоянию на 17.11.2015.

Согласно пункту 8 договора, указанную часть доли в размере 25 (двадцать пять) процентов в уставном капитале ООО "МИР", продавец продал покупателю за 5 000 (пять тысяч) рублей.

17 ноября 2019 года между ФИО4 (далее также - продавец) и ФИО7 (далее также – покупатель) заключен договора купли-продажи части доли в уставном капитале ООО "МИР".

Договоры купли-продажи от 17.11.2015 нотариально удостоверены.

Как отмечено выше, дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 12.08.2019, оспариваемые договоры заключены 17.11.2015, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, данные сделки не могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности.

В силу изложенного заявление управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых договорах пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).

Однако в рассматриваемом случае финансовым управляющим не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о выходе действий сторон за рамки состава статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом вышеизложенных фактических обстоятельств дела, судом апелляционной инстанции не установлено оснований для признания оспариваемого договора недействительным на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Управляющим не представлено достаточных, достоверных доказательств в подтверждение доводов в указанной части.

Доказательств, очевидно свидетельствующих об отклонении оспариваемой сделки от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, не представлено.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из материалов настоящего дела следует, что признаки неплатежеспособности появились у должника только лишь в 2016 году, так вступившими в законную силу судебными актами установлено наличие у должника начиная с 2016 года неисполненных обязательств, в частности:

- 09.03.2016 между ФИО4 и ООО "Агроторг" заключен договор займа на сумму 4 300 000р. на срок до 05.08.2016г. (дело А53-8276/2019);

- 29.01.2016 между ФИО4 и ООО "Агроторг" заключен договор займа на сумму 1 000 000 рублей, на срок до 01.08.2016г. (дело А53-8298/19);

- 13.04.2016 между ФИО4 и ООО "Агроторг" заключен договор займа на сумму 1 000 000 рублей, на срок до 10.08.2016г. (дело А53-8300/19);

- 24.05.2016 между ФИО4 и ООО "Агроторг" заключен договор займа на сумму 1 500 000 рублей, на срок до 15.08.2016г. (дело А53-8302/19);

- 29.02.2016 между ФИО4 и ООО "Агроторг" заключен договор займа на сумму 600 000 рублей на срок до 01.09.2016 (дело А53-8378/2019);

- 05.05.2016 между ФИО4 и ООО "Агроторг" заключен договор займа на сумму 500 000 рублей на срок до 05.11.2016г. (дело А53-8398/19).

Появление задолженности в 2016 года подтверждено постановлением Пятнадцатого арбитражного суда от 03.10.2021.

В силу части 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Преюдициальными являются установленные по ранее рассмотренному делу обстоятельства, но не выводы о правовой квалификации правоотношений и толковании правовых норм.

Применительно к рассматриваемому случаю, отсутствие признаков неплатежеспособности на период заключения спорных договоров, является установленными обстоятельствами, а не правовыми выводами.

По мнению должника, ликвидное имущество выбыло безвозмездно в пользу третьих лиц под видом ее купли-продажи, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Между тем, указанным доводам была дана оценка в рамках рассмотрения дела № А53-41440/2019.

Из материалов дела № А53-41440/2019 следует, что ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО6, ФИО7, обществу с ограниченной ответственностью "АГРОТОРГ", обществу с ограниченной ответственностью "АГРОМЕТ", обществу с ограниченной ответственностью "МАЙ 07" о признании недействительными:

- договор займа, заключенного 22.12.2015 ИП ФИО7 с ФИО4, на сумму 1 500 000 рублей;

- договор займа, заключенного 23.12.2015 ИП ФИО8 с ФИО4, на сумму 2 000 000 рублей;

- договор займа, заключенного 24.12.2015 ИП ФИО7 с ФИО4, на сумму 2 000 000 рублей;

- договор займа, заключенного 29 января 2016 ООО "Агроторг" с ФИО4, на сумму 1 000 000 рублей;

- договор займа, заключенного 29.02.2016 ООО "Агромет" с ФИО4, на сумму 600 000 рублей;

- договор займа, заключенного 9.03.2016 ООО "Агроторг" с ФИО4, на сумму 4 300 000 рублей;

- договор займа, заключенного 13.04.2016 ООО "Агроторг" с ФИО4, на сумму 1 000 000 рублей;

- договор займа, заключенного 5.05.2016 ИП ФИО7 с ФИО4, на сумму 500 000 рублей;

- договор займа заключенного 24.05.2016 ООО "Агроторг" с ФИО4, на сумму 1 500 000 рублей.

о признании денежных средств перечисленных ФИО7 на основании платежного поручения N 730 от 22.12.2015 в размере 1 500 000 рублей; денежных средств перечисленных 23.12.2015 ИП ФИО6 на основании платежного поручения N 271 в размере 2 000 000 рублей; денежных средств перечисленных 24.12.2015 ИП ФИО7 на сумму 2 000 000 рублей на основании платежного поручения N 739; денежных средств, перечисленных 29.01.2016 ООО "Агроторг" в размере 1 000 000 рублей на основании платежного поручения N 8; денежных средств перечисленных ООО "Агромет" в размере 600 000 рублей на основании платежного поручения N 74 от 29.02.2016; денежных средств перечисленных 09.03.2016 ООО "Агроторг" в размере 4 300 000 рублей на основании платежного поручения N 40; денежных средств перечисленных 13.04.2016 ООО "Агроторг" в размере 1 000 000 рублей на основании платежного поручения N 111 от 13.04.2016; денежных средств перечисленных 09.03.2016 ООО "Агроторг" в размере 4 300 000 рублей на основании платежного поручения N 40; денежных средств перечисленных 05.05.2016 ИП ФИО7 в размере 500 000 рублей на основании платежного поручения N 214; денежных средств перечисленных 24.05.2016 ООО "Агроторг" в размере 1 500 000 рублей на основании платежного поручения N 140; денежных средств перечисленных ООО "Май 07" на основании платежного поручения N 885 от 10.11.2015 - 4 000 000 рублей; денежных средств перечисленных ООО "Май 07"на основании платежного поручения N 887 от 10.11.2015 - 2 000 000 рублей; денежных средств перечисленных ООО "Май 07"на основании платежного поручения N 999 от 15.12.2015 - в сумме 2 000 000 рублей - оплатой по предварительному договору купли-продажи части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью "Мир" (уточненные в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) требования.

Судами указано, что согласно пункту 1.3 предварительного договора купли-продажи части доли в уставном капитале ООО "Мир" от 03.11.2015 ФИО4 и ФИО6 обязались заключить основной договор купли-продажи 50% долей в уставном капитале ООО "Мир" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в срок до 13.11.2015.

В то же время 17.11.2015 истец заключил два нотариально удостоверенных договора купли-продажи 25% долей в уставном капитале ООО "Мир" с ФИО6 и ФИО7 соответственно.

Суды указали, в силу пунктов 9 указанных договоров купли-продажи долей в уставном капитале ООО "Мир" от 17.11.2015 расчет между сторонами на момент подписания договоров был произведен полностью, в связи с чем, доводы об отсутствии фактического исполнения договора купли-продажи части доли в уставном капитале ООО "Мир" не подтверждены допустимыми и достаточными для такого вывода доказательствами.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 03.12.2020 по делу № А53-41440/2019 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2021 решение Арбитражного суда Ростовской области оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.04.2021 по делу № А54-41440/2019 решение Арбитражного суда Ростовской области от 03.12.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2021 по делу №А53-41440/2019 оставлены без изменения.

Таким образом, судами пришли к выводу, что расчеты по договорам от 17.11.2015 произведены полностью, о реальности сделок, об отсутствии оснований для признания спорных сделок недействительными по общегражданским основаниям.

Также в рамках дела № А53-30966/2019 ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО7 и ФИО6 о расторжении договоров купли-продажи части доли (по 25%) в уставном капитале ООО "Мир" от 17.11.2015, признании права собственности на долю в уставном капитале общества в размере 50% номинальной стоимостью 5 тыс. рублей.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 21.10.2019, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 01.06.2020 по делу № А53-30966/2019 решение Арбитражного суда Ростовской области от 21.10.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 по делу №А53-30966/2019 оставлены без изменения.

Судами установлено, что нотариальное удостоверение сделок совершено в установленном законом порядке, денежные средства оплачены в размере, предусмотренном договорами купли-продажи, суды отказали в удовлетворении исковых требований.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, содержащимся в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П, установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу. Факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу.

В постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2004 N 2045/04, от 03.04.2007 N 13988/06, определении Верховного Суда Российской Федерации от 10 июля 2018 г. N 307-АД18-976 и Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 06.11.2014 N 2528-О, сформулирован правовой подход, согласно которому освобождение от повторного доказывания преюдициально установленных фактических обстоятельств спора не исключает их различной правовой оценки, зависящей от характера конкретного спора.

Применительно к рассматриваемому случаю, договоры носили возмездный характер, является установленными обстоятельствами, а не правовыми выводами.

Субъективные пределы преюдициальности формирует суд при определении состава участников спора. Одновременно с этим при оценке обстоятельств на предмет их преюдициальности не требуется полного совпадения субъектного состава участников судебных дел. В частности, преюдиция "связывает" лиц, для которых обстоятельства по ранее рассмотренному делу имеют значение для разрешения нового спора. Равно как и наоборот, обстоятельства, установленные по ранее рассмотренному делу с участием одних и тех же лиц, не имеют преюдициального значения для других лиц, участвующих в новом деле (пункт 5 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции".).

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих явную невыгодность условий заключенной сделки купли-продажи и свидетельствующих об очевидной неравноценности получаемого имущества и встречного предоставления за него, а имеющиеся в деле доказательства не свидетельствуют о существенном (кратном) превышении цены аналогичных сделок относительно оспариваемой.

Согласно пункту 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 01.06.2022, превышение рыночной стоимости отчужденного имущества над договорной ценой само по себе не свидетельствует об осведомленности контрагента должника-банкрота о противоправной цели сделки для ее оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Для целей установления противоправности цели сделки и недобросовестности ответчика по сделке подлежит применению критерий кратности превышения договорной цены над рыночной стоимостью.

В данном случае само по себе приобретение доли в уставном капитале общества по цене отличной от действительной стоимости доли, не может рассматриваться как неравноценное, исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества.

Кроме того, стороны, заключая договоры, предоставили друг другу гарантии и заверения (пункт 19 договоров купли-продажи) и несут ответственность за их действительность.

Доказательства, свидетельствующие о том, что для ответчика было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения, отсутствуют.

Стороны ходатайство о назначении экспертизы не заявляли, а приведенные в статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальные условия, позволяющие назначить суду экспертизу по собственной инициативе, в настоящем деле не установлены.

Из материалов дела следует, что денежные средства по договору купли-продажи переданы должнику, что установлено преюдициально.

В соответствии с положениями части 2 статьи 861 Гражданского кодекса расчеты между юридическими лицами, а также расчеты с участием граждан, связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, производятся в безналичном порядке. Расчеты между этими лицами могут производиться также наличными деньгами с учетом ограничений, установленных законом и принимаемыми в соответствии с ним банковскими правилами.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на то, что конституционный принцип равенства (статья 19 Конституции Российской Федерации), гарантирующий защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает, помимо прочего, недопустимость введения таких ограничений в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

Оспариваемая сделка носит возмездный характер. Оснований для вывода о продаже (передаче) имущества по заниженной цене с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов у суда не имеется.

В рассматриваемом случае должник и ответчик не являются аффилированными/заинтересованными лицами, а потому у суда не имеется оснований для применения к ответчику повышенного стандарта доказывания факта оплаты приобретенного им имущества.

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В силу изложенного заявление финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемом договоре пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).

В рассматриваемом случае финансовым управляющим не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о выходе действий сторон за рамки состава пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не доказано и причинение вреда интересам независимых кредиторов.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

С учетом установленного, правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют, в связи с чем, определение суда отмене не подлежит.

Нарушений, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Из разъяснений абзаца 4 пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" следует, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя. При подаче настоящей жалобы должником по чеку от 17.11.2023 уплачена государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 08.11.2023 по делу № А53-27967/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Г.А. Сурмалян

СудьиЯ.А. Демина

Н.В. Шимбарева