ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, <...>

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 мая 2025 года

г. Вологда

Дело № А66-7851/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2025 года.

В полном объеме постановление изготовлено 26 мая 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Селецкой С.В., судей Марковой Н.Г. и Шумиловой Л.Ф.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Гавриловой А.А.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Техинком-Центр» представителя ФИО1 по доверенности от 30.05.2022, от ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 12.10.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Техинком-Центр» на решение Арбитражного суда Тверской области от 20 января 2025 года по делу № А66-7851/2023,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Техинком-Центр» (адрес: <...>, к. Промышленное здание; ОГРН <***>; ИНН <***>; далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с исковым заявлением к ФИО2 (ИНН <***>) о взыскании 66 615 479 руб. убытков.

Решением суда от 20.01.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе Общество просит отменить решение суда, удовлетворить исковые требования. В обоснование апелляционной жалобы ее податель изложил аргументы, аналогичные по смыслу и содержанию доводам, приведенным суду первой инстанции, также указал на неверную, по его мнению, оценку данных доводов судом предыдущей инстанции. Указывает на отсутствие доказательств передачи ФИО2 первичных документов Общества правопреемнику. Полагает, что ответчик не отрицал фактического непоступления топлива. По мнению апеллянта, выводы о пропуске истцом срока исковой давности являются ошибочными. В этой связи отмечает, что о причинении убытков истец узнал из инвентаризационной описи от 15.09.2022 № 2.

В судебном заседании представитель Общества доводы жалобы поддержал.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Заслушав позиции сторон, исследовав и оценив материалы дела, проверив в порядке статей 266–272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Общество 21.04.2016 зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц; его учредителями с момента регистрации юридического лица являются ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6. Обязанности генерального директора Общества в период с 21.04.2016 по 10.11.2021 исполнял ФИО2

Внеочередным общим собранием участников Общества, состоявшимся 18.10.2021, принято решение о прекращении полномочий генерального директора ФИО2 и назначении с 11.11.2021 на эту должность ФИО7.

На момент прекращения полномочий ФИО2 доли в уставном капитале Общества распределены следующим образом: ФИО4 –15 %, ФИО2 – 15 %, ФИО5 – 35 %, ФИО6 – 35 %.

Приказом от 23.03.2022 № 025/1 «О проведении инвентаризации основных средств и товарно-материальных ценностей» назначено проведение выборочной инвентаризации в период с 23.03.2022 по 30.09.2022 основных средств (счет 01 «Основные средства») и товарно-материальных ценностей (счет 10 «Материалы») Общества по следующим направлениям: выявление фактического наличия имущества, сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета, проверка полноты отражения в учете; выявление и подтверждение фактов недостачи согласно инвентаризационной описи основных средств от 10.11.2021 № 2, инвентаризационной описи товарно-материальных средств от 10.11.2021 № 1; определение технического/ эксплуатационного состояния инвентаризуемых основных средств и товарно-материальных ценностей.

По итогам инвентаризации выявлено, что в период с 2019 года по 2021 год Общество приобрело и оплатило газомоторное топливо на общую сумму 66 615 479 руб.

Платежными поручениями, выписками по лицевому счету на сумму 4 215 100 руб. (2 409 880 руб. внесены в счет оплаты за растворитель) подтверждается оплата топлива на общую сумму 62 400 379 руб. Денежные средства за топливо перечислены обществам с ограниченной ответственностью «Нефтехим», «Химойл», «ТК Регионэнерго», «Комбо». Оплаченное топливо в бухгалтерском учете учтено в качестве производственных нужд, расходов, не учитываемых для целей налогообложения; учтены универсальные передаточные документы и товарно-транспортные накладные о приемке топлива на склад.

Полагая, что частично расходы на топливо произведены за счет чистой прибыли Общества и не учтены в целях налогообложения, что договоры с поставщиками топлива заключены без учета интересов и потребностей Общества, соответственно, закуп и расходование топлива осуществлялось в личных целях, истец обратился в суд с рассматриваемым иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд правомерно руководствовался следующим.

Пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Кодекса), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его личного неимущественного или имущественного права.

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и его последствиями и вина правонарушителя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для наступления ответственности, установленной правилами статьи 1064 ГК РФ, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего вину причинителя вреда; неправомерность или виновность действий (бездействия); размер убытков; причинную связь между неправомерными действиями и наступившими последствиями.

При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ (далее – Закон № 14-ФЗ) «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд Общество или его участник (пункт 5 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

Из разъяснений, приведенных в пунктах 1, 2, 5 и 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), следует, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т. п.).

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Руководитель юридического лица также несет ответственность в виде убытков в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т. п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Из разъяснений, приведенных в пунктах 11–14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. В удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. В состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Таким образом, в силу принципа состязательности сторон судебного спора (статья 9 АПК РФ) и правовых норм, регулирующих доказывание обстоятельств дела (статьи 65, 66 АПК РФ), бремя доказывания распределяется следующим образом: лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения причинителя вреда, наличие убытков и их размер, а также причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред.

Между тем, как верно отмечено судом, фактическое отсутствие топлива или его части, за которое перечислены денежные средства, документально не подтверждено. Документы по итогам инвентаризации истцом в материалы дела не представлены. В отсутствие первичных документов и документов, составленных по итогам инвентаризации, служебная записка начальника транспортно-механической службы истца ФИО8 от 15.09.2022 не может служить надлежащим доказательством недостачи топлива.

Возражая против заявленного требования, ответчик представил в материалы дела копию инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей от 15.09.2022 № 2, согласно которой остаток топлива составил 56,200 тонны на общую сумму 2 510 055 руб. 83 коп. При этом, фактическое количество топлива равно его количеству по данным бухгалтерского учета.

Исследование и осмотр объектов истца в целях установления возможности размещения топлива, его хранения на территории и использования для отопления производственных зданий и зданий иного назначения, эксплуатируемых Обществом, проведены по инициативе истца техническим специалистом, составившим заключение № ЭО-20/24. Доказательства извещения ФИО2 о дате и времени проведения указанного осмотра в материалах дела отсутствуют.

Сведения обо всех цистернах, резервуарах, емкостях, бочках, находящихся в собственности (пользовании) Общества в оспариваемый период, судам двух инстанций не представлено.

В данном случае следует признать обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что действия ФИО2 по заключению сделок на поставку топлива не выходят за пределы обычного делового риска и за пределы условий договоров, не образуют необходимых условий для взыскания убытков. Убедительных, достоверных доказательств обратного не последовало.

Вопреки доводам жалобы, судом установлено наличие корпоративного контроля над Обществом его мажоритарными участниками. Вывод суда о том, что мажоритарные участники Общества в период 2019–2021 год могли влиять на принятие Обществом решений, в любой момент оспорить заключенные сделки по поставке нефтепродуктов, проверить порядок приобретения и расходования топлива, основан на установленных обстоятельствах при рассмотрении дела № А66-13188/2022, признанных судом в силу статьи 69 АПК РФ преюдициальными.

Помимо этого, судом объективно учтено наличие корпоративного конфликта, в результате которого Общество располагает полным объемом информации и документов, в том числе документами, переданными ФИО2 после прекращения его полномочий генерального директора.

Необходимо отметить отсутствие доказательств возникновения и наличия убытков у Общества, а также того, что ответчик при заключении сделок на поставку топлива (нефтепродуктов) в спорный период действовал недобросовестно и неразумно, в нарушение интересов Общества, наступления негативных последствий для Общества и наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступлением негативных последствий.

При таком положении, по результатам исследования и оценки представленных сторонами доказательств, исходя из конкретных установленных при рассмотрении дела обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии в данном случае совокупности условий для взыскания с ФИО2 в пользу Общества спорной суммы в качестве убытков.

По мнению коллегии судей, суд первой инстанции правильно по заявлению ответчика применил последствия пропуска истцом срока исковой давности.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В абзаце втором пункта 10 Постановления № 62 разъяснено, что в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Согласно части 1 статьи 8 Закона № 14-ФЗ участник общества имеет право участвовать в управлении делами общества, получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами, а также иной документацией в установленном его учредительными документами порядке.

Как установлено судом, участники Общества ФИО5 и ФИО6, располагая информацией о видах деятельности Общества, имеющемся у него имуществе, в том числе производственном оборудовании, должны были узнать о закупках газомоторного топлива и его расходовании не позднее сроков, установленных для проведения годовых общих собраний Общества, а в случае наличия подозрений о сокрытии какой-либо информации – обратиться к ответчику с требованием о предоставлении интересующих документов.

Доказательств такого обращения со стороны участников, в том числе в судебном порядке, в материалы дела не представлены.

Также истцом не доказано, что ответчиком чинились реальные препятствия для осуществления контроля финансово-хозяйственной деятельности Общества.

Отсутствие у участника Общества необходимых сведений в течение длительного времени, обусловленное бездействием самого участника, не может учитываться при определении начала течения срока исковой давности. Не реализация участником Общества гарантированных федеральным законом прав на осуществление контроля за финансово-хозяйственной деятельностью Общества является личным волеизъявлением такого участника.

С учетом разъяснений, изложенных во втором абзаце пункта 10 Постановления № 62, фактических обстоятельств апелляционный суд считает верным вывод суда первой инстанции о том, что трехлетний срок исковой давности в отношении требований о взыскании убытков, возникших в период 2019 года, пропущен.

Законных оснований не согласиться с выводом суда коллегия судей не имеет.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда апелляционная коллегия не усматривает.

При подаче апелляционной жалобы Общество уплатило по платежному поручению от 20.02.2025 № 1034 государственную пошлину в размере 30 000 руб. В силу статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежат отнесению на апеллянта.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил :

решение Арбитражного суда Тверской области от 20 января 2025 года по делу № А66-7851/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Техинком-Центр» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

С.В. Селецкая

Судьи

Н.Г. Маркова

Л.Ф. Шумилова