ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Москва
10.03.2025
Дело № А40-80283/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 24.02.2025
Полный текст постановления изготовлен 10.03.2025
Арбитражный суд Московского округа
в составе: председательствующего-судьи Федуловой Л.В.,
судей Красновой С.В., Немтиновой Е.В.,
при участии в судебном заседании:
от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 23.08.2022);
от ФИО3 - не явился, извещен;
от ФИО4 - не явился, извещен;
от общества с ограниченной ответственностью «Курант-М» – ФИО5 (доверенность от 09.01.2023);
от финансового управляющего ФИО4 – ФИО6 - не явился, извещен;
рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1
на решение Арбитражного суда г. Москвы от 10.04.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2024 по делу №А40-80283/2023
по иску индивидуального предпринимателя ФИО1
к ФИО3, ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «Курант-М»,
третье лицо: финансовый управляющий ФИО4 – ФИО6,
о привлечении к субсидиарной ответственности,
УСТАНОВИЛ:
Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1, истец) обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик), ФИО3 (далее – ФИО3), обществу с ограниченной ответственностью «Курант-М» (далее – ООО «Курант-М») о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Курант МЕД» (далее – ООО «Курант МЕД») и взыскании в солидарном порядке с ответчиков денежных средств в размере 2 366 524 руб. 49 коп.
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО4 – ФИО6.
Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.04.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2024, в удовлетворении исковых требований отказано.
Не согласившись с вынесенными судебными актами, ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в ином составе суда. Заявитель в кассационной жалобе ссылается на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права.
В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.
До рассмотрения жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от ООО «Курант-М» поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 АПК РФ.
В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель кассатора поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ООО «Курант-М» возражал против удовлетворения жалобы.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд не направили, что, в силу части 3 статьи 284 АПК РФ, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.
Изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287 АПК РФ правильность применения судами норм материального права и соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела и установлено судами, решением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2019 по делу №А40-315006/2018 с ООО «Курант Мед» в пользу ИП ФИО1 взыскана задолженность в размере 380.000 руб. 00 коп., пени за период с 05.10.2017 по 21.12.2018 в размере 242.660 руб. 40 коп., пени в размере 0,3% в день от суммы задолженности 380.000 руб. 00 коп. за период с 22.12.2018 по день фактического исполнения обязательства, задолженность по коммунальным платежам в размере 70.126 руб. 65 коп., пени за несовременную оплату коммунальных платежей за период с 23.11.2018 по 21.12.2018 в размере 6.101 руб. 02 коп., пени в размере 0,3% в день от суммы задолженности 70.126 руб. 65 коп. за период с 22.12.2018 по день фактического исполнения обязательства, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 16.989 руб. 00 коп.
На основании вступившего в законную силу решения судом выдан взыскателю исполнительный лист ФС № 033148985.
Постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП по Новомосковскому АО ГУ ФССП России по г. Москве от 13.01.2021 исполнительное производство №1186715/19/77041-ИП, возбужденное на основании исполнительного листа ФС №033148985 по делу №А40-315006/2018, окончено в связи с тем, что невозможно установить местонахождения должника, его имущества, либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях.
18.08.2022 ООО «Курант Мед» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (ГРН записи 2227707667922 от 18.08.2022).
На дату прекращения хозяйственной деятельности участниками ООО «Курант Мед» являлись: ФИО3 с размером доли 60% уставного капитала, ООО «Курант-М» с долей 40% (ГРН записи 1177746963789 от 13.09.2017); должность генерального директора с 13.09.2017 занимал ФИО4
В обоснование требований истец ссылался на то, что ответчики были извещены о задолженности перед ФИО1, при этом каких-либо действий, направленных на восстановление деятельности ООО «Курант Мед» и устранение причин, повлекших внесение в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений в отношении общества, а равно и на погашение задолженности перед истцом, не предприняли, с заявлением о банкротстве ООО «Курант Мед» в арбитражный суд также не обращались.
Полагая, что в результате недобросовестного поведения ответчиков истец лишился объективной возможности взыскать с ООО «Курант Мед» присужденные судом по делу №А40-315006/2018 денежные средства, истец обратился в суд.
В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.
Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.
В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его учредителями и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление № 53).
Следовательно, если неспособность удовлетворить требования кредитора подконтрольного юридического лица спровоцирована реализацией воли контролирующих это юридическое лицо лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, то участники корпорации и иные контролирующие лица в исключительных случаях могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Закона о банкротстве), в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве.
Доказывание того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощено законодателем для истцов посредством введения опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов. Так, в частности, отсутствие у юридического лица документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью, закон связывает с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими неправомерными действиями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. В силу этого и в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующие должника лица за такое поведение несут ответственность перед кредиторами должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 № 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).
Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего («брошенный бизнес»). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 №305-ЭС23-29091).
В пункте 28 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, приведена позиция, согласно которой основанием к субсидиарной ответственности может выступать избрание участниками юридического лица таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц, которые заведомо не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, ведение единой по сути экономической деятельности через несколько юридических лиц, не наделенных достаточным имуществом; перевод деятельности на вновь созданные юридические лица в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.
Участники корпорации также могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самими участниками допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица (например, использование одним или несколькими участниками банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором юридического лица стало невозможным.
При этом в данном случае не подтверждены обстоятельства, которые свидетельствовали бы о том, что ответчиками допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества, в частности, использование ответчиками банковских счетов общества для удовлетворения личных нужд вместо осуществления расчетов с кредиторами, вывод имущества из общества в пользу третьих лиц на невыгодных условиях и т.д.
В обоснование наличия убытков истец ссылался на неисполненный должником судебный акт о взыскании в пользу истца денежных средств, при этом основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности является умышленное, по мнению истца, исключение общества из ЕГРЮЛ и не обращение в суд с заявлением о банкротстве.
Между тем исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), само по себе не является основанием привлечения контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 №306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 №307-ЭС20-180, от 30.01.2023 №307-ЭС22-18671).
Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически доведение до банкротства (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 №306-ЭС19-18285, 06.07.2020 №307-ЭС20-180, от 17.07.2020 №302-ЭС20-8980).
Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов, при его применении судам необходимо учитывать сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность, наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений
Проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, установив, что в данном случае неисполнение обязательств должника вызвано рыночными факторами, а не спровоцировано в результате недобросовестного поведения ответчиков, суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу о недоказанности наличия причинно-следственной связи между исключением должника из ЕГРЮЛ и неисполнением должником обязательств по погашению долга перед истцом.
Судами также учтено, что в целях укрепления финансовой стабильности общества контролирующими лицами должника заключен договор займа от 01.10.2017, что обеспечило в 2017-2018 годах исполнение обязательств перед истцом по договору аренды №ДЗ П-1 от 01.10.2017.
Оснований не согласиться с выводами судов кассационная коллегия не усматривает и признает, что все существенные обстоятельства дела судами установлены, правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно и спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм процессуального права.
Судебная коллегия отмечает, что доводы, изложенные истцом в кассационной жалобе, проверены судом кассационной инстанции в полном объеме, однако не опровергают выводы судов, основаны на ошибочном толковании закона, не подтверждены надлежащими доказательствами и не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права, повторяют доводы, изложенные при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанции, получившие соответствующую правовую оценку судов двух инстанций и направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и основанных на них выводов судов, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу части 2 статьи 287 АПК РФ.
Судами правильно применены нормы материального права, не допущено нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов, в связи с чем, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.
Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда г. Москвы от 10.04.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2024 по делу №А40-80283/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Председательствующий-судья Л.В. Федулова
Судьи: С.В. Краснова
Е.В. Немтинова