АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-1748/25

Екатеринбург

28 мая 2025 г.

Дело № А34-17687/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 мая 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Смагиной К.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Черкасской Н.О., рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Курганской области кассационную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк»(далее – Россельхозбанк, банк) на определение Арбитражного суда Курганской области от 25.12.2024 по делу № А34-17687/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Курганской области приняла участие представитель Россельхозбанка - ФИО1 (доверенность от 24.08.2023).

ФИО2 представила ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в ее отсутствие, которое судом округа удовлетворено (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Курганской области от 28.10.2022 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО2 (далее – должник).

Решением Арбитражного суда Курганской области от 22.02.2023 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении ее имущества введена процедура реализации; финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3.

Финансовый управляющий представил в арбитражный суд ходатайство о завершении процедуры реализации имущества ФИО2 с приложением отчета о результатах процедуры банкротства и иных документов.

Россельхозбанк 13.06.2024 представил ходатайство о неосвобождении должника от исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 25.12.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2025, реализация имущества ФИО2 завершена с освобождением ее от исполнения обязательств перед кредиторами.

В кассационной жалобе Россельхозбанк просит определение от 25.12.2024 и постановление от 14.03.2025 отменить, направить спор на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Банк ссылается на обстоятельства продажи ФИО2 21.02.2022, незадолго до подачи в суд заявления о банкротстве, квартиры, направления части средств от ее реализации на гашение ипотечного кредита и приобретение иной квартиры по ул. Уральская, из чего следует, что, имея неисполненные обязательства перед кредиторами, в преддверии банкротства, должник целенаправленно совершил действия по искусственному приданию жилому помещению без обременения статуса единственного жилья, прекратив после этого исполнение иных обязательств, в частности перед Россельхозбанком по кредитным договорам от 23.06.2021, и, подав в суд заявление о банкротстве, но суды это не учли, не исследовали причины и цели реализации квартиры, не установили, мог ли должник, действуя разумно и добросовестно, предпринять действенные меры по погашению долга перед банком, хотя прежняя квартира должника на ул. Советской, площадью 62,8 кв.м., позволяла удовлетворить потребности в жилье самого должника и ее ребенка, а в случае ее реализации в процедуре банкротства, размер полученного должником дохода позволил бы управляющему погасить требования кредиторов, включенных в реестр. Как указывает банк, заключая кредитные договоры, ФИО2 представила недостоверные сведения о доходах - справку 2-НДФЛ от 30.08.2022, по которой ее ежемесячный доход с первого по пятый месяц составляет 93000 руб., но, по справке 2-НДФЛ от 30.08.2022, представленной в суд, ее ежемесячный доход в четвертом месяце 2021 года составил 10030 руб. 23 коп., а в пятом месяце 2021 года – 14711 руб., а предоставление должником за один период справок с существенно отличным размером дохода свидетельствует о злоупотреблении правом с целью введения кредитора в заблуждение, а это достаточное основание для неосвобождения должника от долгов. Банк отмечает, что возможность получения им документальной информации о достоверности размера заработка, указанного в справке о доходах, законодательно не закреплена, официальных источников, где банк вправе получить эту информацию, нет, поэтому перекладывание судом бремени доказывания недобросовестности заемщика на банк неправомерно, а также должник не раскрыл, куда потрачены кредитные денежные средства в сумме 1 350 000 руб.

ФИО2 в отзыве по доводам кассационной жалобы возражает, просит в ее удовлетворении отказать

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 28.10.2022 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО2, а решением суда от 22.02.2023 ФИО2 признана банкротом с введением в отношении ее имущества процедуры реализации; финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3

Согласно отчету финансового управляющего о результатах проведения процедуры банкротства, в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов третьей очереди на общую сумму 2 022 891 руб. 69 коп. Требования кредиторов не погашались.

ФИО2 в официально зарегистрированном браке не состоит, на иждивении имеет несовершеннолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ г.р.

В ходе процедуры банкротства финансовым управляющим направлены запросы в регистрирующие органы с целью выявления имущества, имущественных прав должника для включения их в конкурсную массу; 10.05.2023 проведена опись имущества должника.

В конкурсную массу включено следующее имущество: доля участия 100 % в обществе с ограниченной ответственностью «Рестория» (ИНН <***>), уставный капитал 10000 руб., данное имущество реализовано по цене 10000 руб. (договор от 11.10.2023).

На основной счет должника в период с 27.02.2023 по 30.05.2024 поступили денежные средства в сумме 336 327 руб. 63 коп. (зачисление, социальные выплаты, заработная плата, вычет ФНС, выплата под отчет, поступление задатков, поступление от реализации, материальная помощь).

Должнику выплачен прожиточный минимум на ребенка и самого должника в сумме 299 026 руб. 82 коп., социальные выплаты в сумме 27300 руб.

Расходы на проведение процедуры банкротства составили 12858 руб. 79 коп.

Управляющий провел финансовый анализ должника, составил заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, сделав выводы об отсутствии признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства и невозможности восстановления платежеспособности должника, при этом сделки должника, подлежащие оспариванию, не выявлены.

По результатам проведения процедуры банкротства, ссылаясь на выполнение всех мероприятий процедуры банкротства, на отсутствие свидетельств наличия и возможного выявления имущества должника, пополнения конкурсной массы и реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, представив отчет о результатах проведения реализации имущества должника, реестр требований кредиторов и другие необходимые документы.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции установил наличие всех необходимых оснований для завершения реализации имущества ФИО2

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества ФИО2 лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Россельхозбанком заявлено ходатайство о неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств,

Разрешая вопрос о наличии либо отсутствии оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, суды исходили из следующего.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации), а институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов, целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, поэтому к гражданину-должнику законодатель предъявляетя повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается, в частности, если доказано, что при возникновении (исполнении) обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество. В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

В силу пункта 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей», при установлении признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, иных обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие заведомо не исполнимых обязательств, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации сокрытие (умышленное уничтожение) имущества, и т.п.), суд вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение к нему правила об освобождении от обязательств (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

По смыслу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторских долгов. Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности.

Намеренное уклонение обычно не ограничивается простым бездействием, его признаки, как правило, обнаруживаются в том, что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956 и от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512).

Возражая против освобождения должника от обязательств, Россельхозбанк указал, что при заключении кредитных договоров должник действовал недобросовестно, что выразилось в предоставлении банку при оформлении кредита заведомо ложных сведений о размере дохода должника.

Исследовав и оценив материалы дела и все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, проверив обоснованность доводов банка о том, что ФИО2 при заключении кредитных договоров предоставила недостоверные сведения о доходах, установив, что эти доводы опровергаются материалами дела, пояснениями должника и работодателя, из которых следует, что справка 2-НДФЛ от 08.06.2021 о ежемесячном доходе должника в размере 93000 руб. является реальной, отраженные в ней сведения соответствуют действительности, а в справке 2-НДФЛ от 30.08.2022, представленной должником в суд в настоящем деле о банкротстве, работодателем допущена техническая ошибка, а в подтверждение данных обстоятельств и раскрытого банку уровня дохода должника в материалы дела представлены, в том числе, договор на оказание услуг от 01.12.2020 с ФИО2 на срок до 31.03.2021, согласно которому стоимость выполненных работ составила 93000 руб. ежемесячно с декабря 2020 года по март 2021 года, а также трудовой договор от 12.04.2021 №1, расчетные ведомости, расходные кассовые ордеры, платежные ведомости, согласно которым доход должника за вычетом налога составил: апрель 2021 года – 80910 руб., май 2021 года – 80910 руб., июнь 2021 года - 61770 руб., июль 2021 года – 39150 руб., август 2021 года – 26100 руб., сентябрь 2021 года – 26100 руб., октябрь 2021 года – 26100 руб., ноябрь 2021 года – 12798 руб. 80 коп., декабрь 2021 года – 12797 руб. 80 коп., январь 2022 года – 4342 руб. 71 коп., и ходатайств о фальсификации этих документов не заявлялось, а доказательства, которые подтверждали бы получение должником дохода в меньшем размере, отсутствуют, и, учитывая, что, как установили суды, расхождение сведений в справках о доходах должника, представленных должником в банк и в суд, явилось следствие технической ошибки работодателя, и при этом данный факт также являлся предметом рассмотрения в рамках доследственной проверки по заявлению финансового управляющего, по результатам которого признаков уголовно наказуемого деяния в действиях должника правоохранительными органами не выявлено и в возбуждении уголовного дела отказано, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме того, что ФИО2 злостно и целенаправленно ввела банк в заблуждение относительно своего финансового состояния, представив подложный документ, а иное не доказано и из материалов дела не следует.

При этом суды также исходили из того, что в данном случае представление должником в банк неполной и/или неточной информации о финансовом состоянии нельзя безусловно связывать с умыслом должника на уклонение от исполнения обязательств, при том что представленные в банк справки 2-НДФЛ подписаны налоговым агентом – работодателем, на которого действующим законодательством возложена обязанность по представлению в налоговый орган сведений о доходах работника, неисполнение которой и отсутствие сведений об отчислениях в органы Пенсионного фонда Российской Федерации, неуплата работодателем налога на доход физических лиц не могут быть вменены в вину ФИО2 и сами по себе не опровергают добросовестность должника, длительное время исполнявшего взятые на себя кредитные обязательства и, в частности, погасившего ипотечный кредит.

Кроме того, суды руководствовались и тем, что банк как субъект профессиональной деятельности не был лишен возможности проверить представленную должником информацию, в том числе касающуюся уровня его дохода, наличия иных кредитных обязательств, и перед выдачей должнику кредита в любом случае должен был самостоятельно изучить кредитную историю должника, проанализировать платежеспособность ФИО2, целесообразность выдачи кредита, но доказательств принятия банком мер к проверке достоверности сведений, отраженных в заявлении (анкете) должника, равно как и доказательств в принципе проведения какой-либо проверки платежеспособности должника при предоставлении ему кредита в материалы дела не представлено, при том, что проведение соответствующих мероприятий по проверке сведений о должнике зависит от волеизъявления кредитной организации, а принятие решение о выдаче кредита без проведения такой проверки составляет коммерческий риск кредитной организации.

Помимо изложенного, суды исходили из того, что, согласно письменным пояснениям ФИО2, 07.12.2021 ввиду тяжелого материального положения между ней и кредитором заключено дополнительное соглашение №1 к соглашению от 19.12.2019 по уменьшению размера платежей по ипотеке, а в январе 2022 года должник лишился работы, и трудоустроился на новое место работы, где уровень дохода уже был значительно меньше получаемого ранее в 2021 году, лишь 01.04.2022, но сам по себе факт невозможности оплачивать кредиторские долги, вызванный объективным ухудшением материального состояния должника не может считаться незаконным и быть основанием для не освобождения должника от обязательств.

С учетом всех вышеизложенных установленных судами обстоятельств, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доказательства, установив, что преднамеренное (фиктивное) банкротство должника материалами дела не подтверждается и управляющим не установлено, не выявлены сделки должника, подлежащие оспариванию, не установлено и из материалов дела не усматривается сокрытие или уничтожение имущества должника и сообщение им недостоверных сведений управляющему и суду, учитывая отсутствие в поведении должника признаков намеренного уклонения от погашения долга в их гражданско-правовом значении, а также то, что доказательств того, что должник действовал незаконно, в том числе совершил мошеннические действия, злостно уклонялся от погашения кредиторской задолженности и недобросовестно вел себя в ходе процедуры банкротства, в материалах дела не имеется, а доводы банка о злоупотреблении правом при заключении и исполнении ФИО2 кредитного договора, о злостном и целенаправленном введении банка в заблуждение относительно финансового состояния с представлением подложного документа, не нашли своего подтверждения, и никакие иные обстоятельства, исключающие применение правила, предусмотренного пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, Россельхозбанк не привел, а суды такие обстоятельства не установили, суды пришли к выводам о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для освобождения ФИО2 от исполнения обязательств перед кредиторами в целях последующего восстановления ее платежеспособности, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие о наличии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств, не представлены.

Таким образом, завершая реализацию имущества должника, и, освобождая ее от обязательств, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для завершения процедуры реализации, освобождения должника от обязательств, и из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Довод банка о недобросовестности должника по совершению сделки по отчуждению квартиры и искусственному приданию другому жилому помещению без обременений статуса единственного жилья отклонен апелляционным судом, поскольку впервые заявлен только в апелляционном суде не заявлялся в суде первой инстанции, при этом, полагая в данном случае поведение должника недобросовестным, банк не опроверг тот факт, что должником продана ипотечная трехкомнатная квартира (на то момент единственное жилье должника) в целях погашения долга по ипотеке, на оплату которой и направлена часть вырученных денежных средств, а на оставшиеся средства приобретена квартира меньшей площадью (сейчас единственное жилье должника), и, заявляя данный довод, банк ошибочно полагает, что в случае сохранения и последующей реализации в процедуре банкротства прежней квартиры должника, обремененной ипотекой, размер полученного должником дохода позволил бы погасить требования кредиторов, включенных в реестр, в то время как иные (неипотечные) кредиторы не имеют права претендовать на стоимость единственного жилья, в случае включения которого в конкурсную массу, после реализации и погашения основного долга по ипотеке режим исполнительского иммунитета подлежит распространению на заменившую квартиру ценность - оставшиеся денежные средства, которые следуют судьбе замененной ими вещи (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2023 № 307-ЭС22-27054).

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить доказательства по деул. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Курганской области от 25.12.2024 по делу № А34-17687/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.А. Оденцова

Судьи О.Э. Шавейникова

К.А. Смагина