Постановление по делу № 13АП-8499/2025 от 02.06.2025 | 13 арбитражный апелляционный суд

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

02 июня 2025 года

Дело № А56-68638/2021/со.

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 02 июня 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Слоневской А.Ю.,

судей Будариной Е.В., Сотова И.В.,

при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем Дмитриевой Т.А., после перерыва - ФИО1,

при участии до перерыва:

от конкурсного управляющего ООО «Оккервиль» ФИО2: ФИО3 по доверенности от 09.01.2025,

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 03.05.2023,

после перерыва:

от конкурсного управляющего ООО «Оккервиль» ФИО2: ФИО3 по доверенности от 09.01.2025, ФИО6 по доверенности от 15.05.2025,

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 03.05.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-8499/2025) ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.03.2025 по делу № А56-68638/2021/со., принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Оккервиль» к ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Оккервиль»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Оккервиль» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 187320, Ленинградская область, м.р-н Кировский, г.п. Шлиссельбургское, <...>, ком. 202, далее - Общество).

Решением суда от 19.04.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, исполнение обязанности конкурсного управляющего возложено ФИО7. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №77 от 30.04.2022.

Определением суда от 14.06.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 05.02.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, ФИО4 привлечена к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам Общества.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.05.2024 определение от 05.02.2024 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.09.2024 определение от 05.02.2024 и постановление от 09.05.2024 отменены, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Определением суда от 05.03.2025 ФИО4 привлечена к субсидиарной ответственности, производство по обособленному спору в части определения размера требования приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО4 обратилась в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении заявления отказать. По мнению подателя жалобы, все затраты, указанные должником в основных средствах по счету, подтверждаются реальными платежами (расходами), что отражено в выписке Общества по банковскому счету. Ответчик указывает на то, что признаки объективного банкротства отсутствовали, Общество имело достаточное количество активов для погашения возникших обязательств. Также апеллянт считает, что действия ответчика по списанию основных средств и запасов в убыток, а также по распределению аванса на сумму 64 000 000 руб. являются обоснованными. ФИО4 указывает, что невозможность выполнения работ в 2020 году вызвана объективными обстоятельствами, бухгалтерская отчетность не искажена, а непринятие мер по взысканию задолженности не могло привести к объективному банкротству.

Конкурсный управляющий представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на то, что ФИО4 обязана была обратиться в суд с заявлением о признании банкротом Общества в срок, начиная с 01.04.2018. Кроме того, действия ответчика по списанию основных средств и запасов, утрате или полному обесцениванию активов Общества по вине ответчика повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы. Также вследствие действий и (или) бездействия ответчика наступила невозможность полного погашения требований кредиторов.

ФИО4 представила объяснения по делу, согласно которым указала, что отсутствует искажение бухгалтерской документации, а дата возникновения признаков банкротства и его причины не соответствуют тем, что указаны конкурсным управляющим.

Конкурсный управляющий представил пояснения на апелляционную жалобу, в которых указал, что перенос части расходов 2018-2020 годов в сумме 73 966 000 руб. полностью неправомерен и направлен исключительно на улучшение финансовых показателей и введения в заблуждение внешних пользователей отчетности (контрагентов) относительно истинного финансового положения Общества. Кроме того, у Общества отсутствовали активы, достаточных для выполнения всех своих обязательств, что указывает на его неплатежеспособность.

В судебном заседании представитель ФИО4 доводы апелляционной жалобы поддержал, представитель конкурсного управляющего против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Лица, участвующие в деле, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, пришло к выводу о том, что ответчиком не подано заявление о признании должника банкротом в месячный срок, в силу действий (бездействия) конкурсная масса сформирована не в полном объеме, дебиторская задолженность не взыскивалась, в результате чего имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных данной статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Таким образом, возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности возникает при наличии следующих условий: возникновение одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; неподача соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности его руководитель, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве сокрытие должником, и (или) контролирующим должника лицом, и (или) иными заинтересованными по отношению к ним лицами признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества не влияет на определение даты возникновения признаков банкротства для целей применения пункта 1 настоящей статьи.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ФИО4 являлась генеральным директором Общества и единственным владельцем долей в уставном капитале Общество, то есть является контролирующим должника лицом до 14.04.2022, то есть до даты открытия процедуры конкурсного производства. Таким образом, ФИО4 является контролирующим должника лицом, что ответчиком не оспаривается.

В силу положений главы III.2 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность предусмотрена за невозможность полного погашения требований кредиторов, а также за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника.

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление №53) руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, конкурсным управляющим представлен документально обоснованный расчет показателей бухгалтерской отчетности Общества.

В основу расчета, проведенного конкурсным управляющим, легло сравнение показателей оборотных активов и краткосрочных обязательств, отраженных в бухгалтерском балансе Общества.

Так, оборотные активы в бухгалтерском балансе включают в себя следующие показатели: запасы; налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям; дебиторская задолженность; финансовые вложения (за исключением денежных эквивалентов); денежные средства и денежные эквиваленты; прочие оборотные активы. В свою очередь, краткосрочные обязательства в бухгалтерском балансе определены следующими показателями: заемные средства; кредиторская задолженность; доходы будущих периодов; оценочные обязательства; прочие обязательства.

Указанный расчет произведен на основании показателей данных бухгалтерского баланса (отчетности) Общества, анализа базы данных 1С, а также акте проверки Общества от 22.08.2022.

Исходя из представленного расчета, конкурсным управляющим выявлено, что бухгалтерский баланс (отчетность), представляемый Обществом в отчетный орган, содержит недостоверные сведения по строке 1210 Актива о наличии запасов. Фактически по данным 1С материальные запасы имеют отличные значения. Разница показателя «запасы» в расчете ФИО4 и конкурсного управляющего является остатками незавершенного производства (далее - НЗП). Однако данных инвентаризации НЗП нет. Так, руководителем Общества искусственно определен остаток НЗП, якобы относящийся к объекту «общестроительные работы Заневский пр. д.5 2 этап, заказчик ГУМРФ им.Адмирала Макарова», для переноса части расходов на последующие годы с целью улучшения финансовых показателей Должника.

Отражая недостоверные сведения по строке 1210 Актива (запасы), контролирующим должника лицом умышленно осуществляло искажение бухгалтерской отчетности в период с 2018 по 2021 годы, с целью улучшения экономических показателей Общества и введения в заблуждение внешних пользователей отчетности (контрагентов) относительно истинного финансового положения Общества.

Таким образом, конкурсным управляющим в материалы дела представлены документально обоснованный расчет показателей бухгалтерского баланса (отчетности) Общества и сведения относительно искажения показателей бухгалтерской отчетности.

Исходя из данных вышеприведенного расчета, конкурсный управляющий установил, что в 1 квартале 2018 года совокупный размер обязательств превысил реальную стоимость активов Общества. В последующие периоды диспропорция между стоимостью активов Общества и размером его обязательств возрастала.

Таким образом, признаки объективного банкротства (неплатежеспособности) Общества уже имелись как минимум на 01.04.2018.

Кроме того, конкурсным управляющим установлено, что Общества отвечало признакам недостаточности имущества.

Из сведений бухгалтерского баланса (отчетности), отраженных в базе данных 1С за период с 01.01.2018 по 30.06.2021, следует, что по состоянию на 30.06.2019 размер активов Общества составлял 91 011 000 руб., в тоже время размер кредиторской задолженности был равен 107 319 000 руб. Так, на 30.06.2019 размер кредиторской задолженности превышал размер активов Общества более чем на 16 000 000 руб., что является существенным.

Учитывая изложенное, Общество уже по состоянию на 30.06.2019 не имело достаточного количества собственных активов для погашения возникших обязательств, что обуславливает наличие такого признака несостоятельности (банкротства), как недостаточность имущества.

В связи с указанными обстоятельствами образовалась кредиторская задолженность, в частности, перед следующими кредиторами: общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Город», общество с ограниченной ответственностью «Скит», федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Государственный университет морского и речного флота имени адмирала С.О.Макарова».

Помимо прочего, у Общества образовалась непогашенная по причине недостаточности денежных средств задолженность по оплате труда лиц, работавших по трудовым договорам, за период с апреля 2020 года по июнь 2021 года в общем размере 2 354 953,47 руб. Указанная задолженность также включена в реестр требований кредиторов Общества.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013, наличие у должника на определенную дату просроченного обязательства, которое не было исполнено и впоследствии было включено в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в такой период.

В соответствии с пунктом 4 Постановления №53 под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Исходя из пункта 8 Постановления №53 руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

На основании пункта 9 Постановления №53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и неисполнением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

В таком же положении находятся физические лица - кредиторы, работающие по трудовым договорам.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Указанные выводы сформулированы Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении № 309-ЭС15-16713 от 31.03.2016 и определении № 305-ЭС19-9992 от 21.10.2019.

Таким образом, ответчик не обратилась в суд с заявлением о признании Общества банкротом в месячный срок, чем нарушены положения Закона о банкротстве.

В силу пункта 16 Постановления №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 17 Постановления №53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

В силу пункта 18 Постановления №53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Конкурсным управляющим установлено, что в период с 2018 по 2021 годы на балансе Общества имелись основные средства первоначальной стоимостью 8 688 270 руб.

Согласно данным бухгалтерского баланса за 2020 год в строке 1150 актива Обществом отражены основные средства на сумму 1 628 000 руб. Однако в бухгалтерской отчетности, представленной в 2021 году, основные средства отсутствуют. Исходя из данных, представленных в базе 1С, Обществом 01.07.2021 года произведено списание основных средств по остаточной стоимости с баланса в убыток.

Также по данным бухгалтерского баланса в 2020 году в строке 1210 актива Обществом отражены запасы (товарно-материальные ценности, материалы и т.п.) в размере 91 109 000 руб. Однако в бухгалтерской отчетности, представленной в 2021 году, запасы (товарно-материальные ценности, материалы и т.п.) отсутствуют. Исходя из данных, представленных в 1С, Обществом 01.07.2021 произведено списание запасов (товарно-материальных ценностей, материалов и т.п.) на сумму 20 413 676 руб. с баланса в убыток (основание списания - списание материалов на прочие расходы).

Конкурсный управляющий указывает на факт утраты или полного обесценивания активов должника по вине его руководителя.

ФИО4 01.07.2023 произведено списание основных средств на сумму 1 628 000 руб. и материалов на сумму 20 413 676 руб. в убыток. Указанное списание произведено без каких-либо фактических или документальных оснований, без необходимых проверочных мероприятий (инвентаризация, ревизия, служебная проверка и т.п.), без установления причин утраты товарно-материальных ценностей и без выявления и постановки на учет каких-либо годных остатков, что свидетельствует о недобросовестном поведении руководителя Общества.

В рамках обычной хозяйственной деятельности организации основные средства и запасы (товарно-материальные ценности, материалы и т.п.) не могут уйти с баланса предприятия бесследно, а расходуются в его производственной деятельности, продаются или отчуждаются иным образом, в случае их порчи устанавливаются причины и виновные лица, остаются годные остатки.

Конкурсный управляющий неоднократно указывал на то, что ответчиком не представлены в материалы дела какие-либо документы, подтверждающих наличие оснований для списания активов Общества.

Кроме того, конкурсный управляющий отмечает, что основные средства и материалы Общества обладают объемом, весом, различны по своему составу (категории) и назначению, а значит, не могли одномоментно прийти в непригодность.

Также отсутствие первичных документов, на которых основано списание основных средств, конкретных причин утраты стоимости по каждой категории товарно-материальных ценностей, комиссионной или внешней оценки активов на момент их списания, судьбы каких-либо годных остатков или факта их реализации, утилизации вызывает разумные обоснованные сомнения в умышленном выводе активов ФИО4

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Так, ответчиком после наступления объективного банкротства совершены действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение Общества, а именно, ответчиком нецелевым способом расходован аванс поступившего от ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О.Макарова», искажена бухгалтерская задолженность Общества, не взыскана дебиторская задолженность, что привело к увеличению кредиторской задолженности.

В рамках исполнения государственного контракта № 48-220/2016 от 20.12.2016 (далее - Контракт), заключенного ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О.Макарова» (заказчик) и Обществом (исполнитель), последним получен аванс на выполнение работ в сумме 64 000 000 руб., согласно платежному поручению № 283716 от 26.12.2019.

Указанный аванс предназначался для выполнения комплекса работ по реконструкции объекта капитального строительства «Реконструкция учебного городка № 2 ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова», по адресу: Санкт-Петербург, Заневский проспект, д. 5, второй этап».

Дополнительным соглашением № 12 к Контракту определена дата окончания работ - 30.06.2021.

Между тем, ответчик, получив аванс, направила его не на выполнение работ по контракту, а на погашение обязательств, возникших в период с августа 2017 года по июнь 2020 года.

Данные обстоятельства также отражены в акте проверки Общества от 22.08.2022, согласно которому с момента получения аванса в сумме 64 000 000 руб. никаких действий по оплате авансов и иных мероприятий по исполнению государственного контракта № 48-220/2016 от 20.12.2016, заключенного с ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О.Макарова» на выполнение комплекса работ по реконструкции учебного городка № 2, предприятием совершено не было.

О невыполнении работ по Контракту за счет полученного аванса также свидетельствуют письма заказчика в адрес Общества.

Так, в письме от 06.07.2020 № 120-22/2105 заказчик указывает на то, что 26.12.2019 Обществу выплачен авансовый платеж по Контракту в размере 64 000 000 руб., однако по состоянию на текущую дату фронт работ на объекте не развернут должным образом.

В претензии от 10.03.2021 № 006-10/905 заказчик указывает, что 26.12.2019 во исполнение контракта застройщиком перечислен аванс генеральному подрядчику в размере 64 000 000 руб., что подтверждается платежным поручением от 26.12.2019 № 283176. В связи с невыполнением генеральным подрядчиком работ по контракту, заказчик требует вернуть неотработанный аванс в размере 64 000 000 руб.

Заказчиком 15.07.2021 принято решение об одностороннем отказе от исполнения Контракта, о чем внесена соответствующая запись в ЕИС и уведомлен исполнитель. В уведомлении от 15.07.2021 № 006-10/3186 заказчик также указывает, что 26.12.2019 во исполнение контракта застройщиком перечислен аванс в размере 64 000 000 руб. На текущую дату работы на объекте не начаты, прогнозный план закрытия авансового платежа застройщику не представлен. Письма застройщика от 12.01.2021 № 006-10/32, от 27.01.2021 № 006-10/214, от 12.02.2021 № 120-22/503 о возобновлении работ на объекте и претензии от 18.02.2021 № 006-10/587, от 10.03.2021 № 006-10/905 оставлены без ответа. Заказчик требует перечислить неотработанный аванс по контракту в размере 64 000 000 руб. в федеральный бюджет.

Таким образом, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что ответчик после получения аванса 26.12.2019, осознавая тяжелое финансовое положение Общества, заведомо не собираясь исполнять свои обязанности по контракту перед заказчиком, распределил денежные средства перед контрагентами по обязательствам, возникшим в более ранний период. Такое расходование аванса является нецелевым, необоснованным.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что у Общества не имелось достаточного количества собственных активов для выполнения всех своих обязательств и указывает на его неплатежеспособность.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает на то, что в обеспечение исполнения контракта между акционерным обществом «МСП Банк» (далее - Банк) и Обществом заключен договор о предоставлении банковской гарантии 11Э-Т-83991/18 от 27.12.2018 (далее - Гарантия).

В связи с нарушением Обществом обеспеченного гарантией обязательства от ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О.Макарова» 20.08.2021 в адрес Банка поступило требование о выплате денежных средств по Гарантии в размере 64 000 000 руб. (неотработанный аванс), которое удовлетворено.

Впоследствии у Общества образовалась задолженность перед Банком, которая в последующем включена в реестр требований кредиторов, размер неисполненных обязательств увеличен в итоге в два раза.

Таким образом, действия ФИО4 по нецелевому распределению аванса в размере 64 000 000 руб., выразившиеся в погашении ранее возникших задолженностей перед контрагентами, нельзя оценивать как разумные и добросовестные. Напротив, совокупность действий бывшего руководителя Общества ФИО4 выходят за пределы обычного делового риска и направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Кроме того, ФИО4 умышленно осуществлялось искажение бухгалтерской отчетности в период с 2018 по 2021 годы, с целью улучшения экономических показателей Общества и введения в заблуждение внешних пользователей отчетности (контрагентов) относительно истинного финансового положения Общества.

Искажение бухгалтерской отчетности привело к неверному представлению контрагентов о реальной стоимости активов Общества. В результате привлечены денежные средства, позволяющие Обществу выполнять обязательства перед контрагентами, тем самым отдаляя момент наступления юридического банкротства организации.

Искажение бухгалтерской отчетности, в частности, привело к заключению договора гарантии, договора займа № 1 от 16.01.2020 между индивидуальным предпринимателем ФИО8 и Обществом на сумму 5 000 000 руб.

При отражении действительных данных показателей бухгалтерской отчетности, контрагенты могли бы оценить все экономические риски и не предпринимать действий по заключению вышеуказанных договоров, что впоследствии исключило бы включение задолженностей по ним в реестр требований кредиторов Общества.

Таким образом, действия ФИО4 по искажению бухгалтерской отчетности привели к увеличению размера обязательств Общества, включенных в реестр требований кредиторов.

Также судом установлено, что ответчиком не предпринимались меры, по взысканию дебиторской задолженности.

Перечень дебиторов, размер задолженности, основание и период ее возникновения, а также пояснения о возможности ее взыскания представлены в материалы дела.

Исходя из установленных сведений, конкурсным управляющим выявлен перечень дебиторов, взыскание задолженности с которых на сумму 8 331 133 руб. в силу бездействия ФИО4 оказалось невозможным.

Дебиторская задолженность является частью активов Общества, однако ФИО4 в период хозяйственной деятельности Общества, обладая необходимой информацией, документами и компетенцией не предприняла мер по ее взысканию.

Таким образом, бездействие ответчика в части непринятия мер по взысканию дебиторской задолженности, свидетельствует о неразумном и недобросовестном поведении ФИО4, и привело к причинению убытков кредиторам, поскольку в результате невозможности взыскания дебиторской задолженности Общество утратило возможность пополнения конкурсной массы, что в силу статьи 65 АПК РФ не опровергнуто ответчиком.

При изложенных обстоятельствах обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по приведенным в ней доводам.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.03.2025 по делу № А56-68638/2021/со. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Слоневская

Судьи

Е.В. Бударина

И.В. Сотов