ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

21 апреля 2025 года

Дело № А56-84388/2023/тр209

Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 апреля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова

судей Е.В. Будариной, А.Ю. Слоневской

при ведении протокола судебного заседания секретарем Э.Б. Аласовым

при участии:

от кредитора: представитель ФИО1 по доверенности от 12.07.2024 г.

от конкурсного управляющего: представитель ФИО2 по доверенности от 11.12.2023 г.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-34004/2024) конкурсного управляющего ООО «ЛОСК 1» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2024 г. по делу № А56-84388/2023/тр209, принятое

по возражениям ФИО3

по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования участника строительства (о включении в реестр требований о передаче жилых помещений)

третьи лица: ООО «Балтстрой» и ООО «Строительно Монтажное Управление 585»

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ленинградская Областная Строительная компания № 1»

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 08.12.2023 г., вынесенным по заявлению (принято к производству суда (возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника) определением от 06.09.2023 г.) публично-правовой компании «Фонд развития территорий» (далее – Фонд), общество с ограниченной ответственностью «Ленинградская Областная Строительная компания № 1» (далее – должник. Компания, ООО «ЛОСК 1») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника применены правила § 7 главы IX федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – управляющий), сведения о чем опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 240 от 23.12.2023 г.

В ходе данной процедуры, а именно – 16.04.2024 г. (направлено почтовым отправлением) - в арбитражный суд обратилась ФИО3 (далее – кредитор, заявитель, ФИО3) с возражениями по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования участника строительства, в которых заявитель просила признать обоснованным и подлежащим включению в реестр требований о передаче жилых помещений ООО «ЛОСК 1» требование о передаче жилых помещений - квартир-студий - в многоквартирном доме по адресу: Ленинградская область, Всеволожский муниципальный район, Романовское сельское поселение, <...>, кадастровый № 47:07:0911006:44, имеющих следующие проектные характеристики:

– № (условный номер (индекс)) – 213, этаж - 3, секция - 2, площадь - 24 кв.м., строительные оси 15 - 16, Г1 – А2;

– № (условный номер (индекс)) – 214, этаж - 3, секция - 2, площадь - 27,1 кв.м, строительные оси 13 - 15, Г1 – А2;

– № (условный номер (индекс)) – 231, этаж - 5, секция - 3, площадь – 24 кв.м, строительные оси 15 - 16, Г1 – А2;

– № (условный номер (индекс)) – 232, этаж - 5, секция - 2, площадь - 26,6 кв.м, строительные оси 13 - 15, Г1 – А2;

– № (условный номер (индекс)) – 233, этаж - 5, секция - 2, площадь - 27,4 кв.м, строительные оси 11 - 13, Г1 – А2;

– № (условный номер (индекс)) – 234, этаж - 5, секция - 2, площадь - 27,4 кв.м, строительные оси 10 - 11, Г1 – А2.

Определением от 22.04.2024 г. к участию в деле в качестве третьи лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Балтстрой» (далее – Общество, ООО «Балтстрой») и общество с ограниченной ответственностью «Строительно Монтажное Управление 585» (далее – Управление, ООО «СМУ 585»), а определением арбитражного суда от 17.09.2024 г. требование кредитора о передаче перечисленных помещений включено в реестр требований участников строительства ООО «ЛОСК 1», с указанием размера исполненных обязательств по каждому из них, а именно: 1 034 400 руб., 1 168 010 руб., 1 034 400 руб., 1146460 руб., 1 180 940 руб. и 1 180 940 руб., соответственно.

Данное определение обжаловано в апелляционном порядке управляющим со ссылкой на приобретение заявителем права требования спорных помещений в соответствии с заключенными им с ООО «Балтстрой» договорами цессии от 10.02.2022 г., когда, во-первых, у должника имелись просроченные обязательства перед участниками строительства, а также вынесенные в его отношении судебные акты о взыскании денежных средств и соответствующие исполнительные производства, а, во-вторых – после принятия и вступления в силу федерального закона № 151-ФЗ от 27.06.2019 г., которым в законодательство были внесены изменения и юридическое лицо по заключенным с застройщиком договорам долевого участия в строительстве утратило статус участника строительства (таковыми стали признаваться только физические лица), ввиду чего, управляющий полагает, что, заключая указанные договоры цессии, его стороны действовали с намерением изменить очередность удовлетворения спорного требования и вывести активы должника в предверии его банкротства, а ФИО3 приобрела квартиры без встречного исполнения (ввиду подтверждения факта расчетов путем предоставления приходных кассовых ордеров, оформленных, по мнению апеллянта, с превышением установленных ЦБ РФ лимитов расчетов наличными денежными средствами) и преследовала исключительно коммерческую (инвестиционную) цель, что следует из факта приобретения ей единовременно права сразу на шесть жилых помещений.

Равным образом апеллянт высказывает сомнения в факте оплаты соответствующих договоров долевого участия первоначальным дольщиком (ООО «СМУ-585») и в оплате последующих цессий, заключенных им с ООО «Балтстрой» - ввиду оплаты по всем этим договорам (долевого участия и цессии) путем проведения взаимозачетов при отсутствии доказательств реальности правоотношений (задолженности по ним), обязательства по которым учтены по этим зачетам, полагая, что в этой связи (в силу вышеизложенных обстоятельств) и исходя из необходимости обеспечения защиты прав независимых кредиторов (конкуренции их требований), что к заявителю подлежал применению повышенный стандарт доказывания.

В судебном заседании апелляционного суда представитель управляющего поддержал доводы своей жалобы; представитель кредитора возражал против ее удовлетворения, в т.ч. по мотивам, изложенным в представленном отзыве.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), апелляционный суд пришел к следующим выводам:

Как следует из материалов дела, Компания (застройщик) и ООО «СМУ 585» (дольщик) 12.12.2017 г. заключили договоры участия в долевом строительстве многоквартирного жилого №№ 213, 214, 231, 232, 233 и 234, согласно условиям которых, застройщик обязался с привлечением подрядных организаций построить многоквартирный жилой дом со встроенными помещениями общественного назначения по адресу: РФ, Ленинградская область, Всеволожский муниципальный район, Романовское сельское поселение, <...>, кадастровый № 47:07:0911006:44 (далее – Объект), и после получения Разрешения на ввод Объекта в эксплуатацию передать дольщику не позднее III квартала 2018 г. по Акту приема-передачи соответствующие квартиры.

При этом в пункте 5.1 договоров участия в долевом строительстве сторонами согласован размер долевого взноса, подлежащего в установленные Графиком оплаты, являющимся Приложением к договора, внесению дольщиком застройщику (цена договора), который применительно к каждому из договоров составляет, соответственно, 1 034 400 руб., 1 168 010 руб., 1 034 400 руб., 1146460 руб., 1 180 940 руб. и 1 180 940 руб., а в качестве оплаты по договорам долевого участия суду представлен Акт взаимозачета № В9 от 31.03.2018 г.

Впоследствие – по договорам цессии от 19.02.2018 г. - Управление уступило права требования по указанным договорам долевого участия в пользу Общества (в подтверждение оплаты представлены справки Компании от 10.02.2022 г. о полном исполнении Обществом своих обязательств перед застройщиком по договорам долевого участия), а по договорам цессии от 10.02.2022 г. права стороны по всем договорам долевого участия переданы Обществом ФИО3 (в подтверждение оплаты по ним заявителем представлены копии квитанций к приходным кассовым ордерам), при том, что все перечисленные договоры (долевого участия и последующих цессий) зарегистрированы Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ленинградской области.

Однако, при предъявлении ФИО3 своего требования для включения в реестр о передаче жилых помещений управляющему последний отказал в этом, что послужило основанием для обращения кредитора с рассматриваемым заявлением (возражениями) в суд, который оценивая его, а также доводы сторон, исходил, помимо прочего, из следующего:

В соответствии с пунктами 3, 7 и 8 статьи 201.4 Закона о банкротстве денежные требования участников строительства и требования участников строительства о передаче жилых помещений, требования о передаче машино-мест и нежилых помещений предъявляются конкурсному управляющему; управляющий рассматривает требования участников строительства и, при признании их обоснованными, включает их в реестр требований участников строительства, являющийся частью реестра требований кредиторов, в порядке, предусмотренном настоящей статьей, либо отказывает в этом с уведомлением об этом (о включении или об отказе во включении) в установленный срок участника строительства, который, в этой связи опять же в установленный срок может заявить возражения по результатам рассмотрения конкурсным управляющим требования участника строительства.

В данном случае, оценивая заявленные возражения с учетом норм АПК РФ о порядке доказывания (в частичности - части 1 статьи 65 АПК РФ), суд первой инстанции отклонил доводы управляющего о недоказанности оплаты жилых помещений по вышеуказанным договорам участия в долевом строительстве, как и последующих цессий, поскольку факт такой оплаты подтверждается представленными в материалы дела документами (помимо условий самих договоров), перечисленными выше, как обратил суд применительно к этому внимание и на то, что все договоры (долевого участия и цессии) зарегистрированы в Управлении Росреестра по Ленинградской области, что свидетельствует о проверке этим органом как факта оплаты по договорам, так и наличия в регистрируемых сделках каких-либо пороков.

В этой связи суд также исходил из того, что порядок банкротства организаций - застройщиков многоквартирных домов, регламентированный нормами параграфа 7 главы 9 Закона о банкротстве, направлен на защиту прав граждан, принимающих участие в строительстве жилья, профинансировавших возведение многоквартирного дома и справедливо рассчитывающих на получение встречного эквивалента в виде жилого помещения, а основной целью принятия специальных правил о банкротстве застройщиков является обеспечение приоритетной защиты граждан - участников строительства как непрофессиональных инвесторов, о чем, в частности, свидетельствует установление для граждан третьей - приоритетной - очереди удовлетворения требований по отношению к другим кредиторам (пункт 1 статьи 201.9 Закона о банкротстве), поэтому, по мнению суда, применение названных правил должно быть направлено на достижение этой цели, а не на воспрепятствование ей, а гражданин - приобретатель права требования в отношении спорных квартир в порядке уступки права требования - не должен нести неблагоприятные последствия несовершенной системы отношений застройщика и подрядчика.

Равным образом, суд отклонил довод управляющего об отсутствии у кредитора статуса участника строительства ввиду изначального приобретения прав дольщика юридическим лицом, поскольку, действительно, федеральным законом от 27.06.2019 г. № 151-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 151-ФЗ) в нормы параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве были внесены соответствующие изменения (и в частности - в подпункт 2 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве), в силу которых статусом участника долевого строительства, т.е. имеющим право претендовать на передачу ему жилого помещения или на включение денежного требования в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов (именно применительно к реестру застройщика), в отличие от ранее действовавшей редакции закона, стали обладать только физические лица (граждане); вместе с тем, по мнению суда, положения пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве носят общий понятийный характер; содержанием же соответствующие права наполняются через положения иных норм параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве, и последовательное изменение законодателем норм Закона о банкротстве в 2017 - 2019 г.г. позволяет сделать вывод о том, что в условиях банкротства застройщиков приоритет в защите и восстановлении нарушенных прав все-таки остается на стороне граждан - участников строительства, вступивших в правоотношения с должником-застройщиком в целях получения жилых помещений; юридические же лица, вступившие в правоотношения с застройщиком и преследующие цель извлечения прибыли от такой деятельности, в условиях банкротства должника не могут получить удовлетворение в одной очереди удовлетворения с гражданами; следовательно, в специальной процедуре банкротства застройщиков предусмотрен приоритет на получение в натуре жилых помещений для граждан - участников строительства, а требования юридических лиц к застройщику могут быть удовлетворены только в четвертой очереди денежных требований.

Исходя из этого, и применительно к настоящему спору суд указал, что требование ФИО3 основано на договорах цессии, заключенных ей с ООО «Балтстрой», по условиям которых, к кредитору перешло право получения в собственность жилых помещений, при том, что с учетом абзаца 2 пункта 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 21.12.2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», в силу пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам; вместе с тем, на основании закона новый кредитор в силу его особого правового положения может обладать дополнительными правами, которые отсутствовали у первоначального кредитора, и к такого рода случаям и относится подпункт 3 пункта 1 ст. 201.9 Закона о банкротстве (согласно которому в деле о банкротстве застройщика в третью очередь производятся расчеты по денежным требованиям граждан - участников строительства), а расчеты с другими кредиторами производятся в четвертую очередь (подпункт 4 пункта 1 статьи 201.9 Закона о банкротстве), что с учетом также абзаца второго пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве и пункта 10 Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденного Президиумом ВС РФ 04.12.2013 г. и приобретения в данном случае кредитором своего права требования (по договорам цессии от 10.02.2022 г.) до введения в отношении должника первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве (08.12.2023 г.), по мнению суда первой инстанции, влечет включение требование ФИО3 именно в третью очередь удовлетворения.

В этой связи, суд однако, обратил внимание на то, что, согласно правовой позиции, приведенной в пункте 7 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом ВС РФ 29.01.2020 г. (далее – Обзор от 29.01.2020 г.), при наличии признаков того, что договор уступки права требования между юридическим лицом и физическим лицом заключен исключительно с целью повышения очередности удовлетворения требований (в частности, в случае заключения договора после возбуждения производства по делу о банкротстве либо непосредственно перед возбуждением производства по делу о банкротстве при наличии очевидных признаков неплатежеспособности застройщика), требования гражданина-цессионария включаются в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника (пункт 1 статьи 10 ГК РФ), т.е. в ситуации получения права требования к должнику–застройщику физическим лицом от юридического лица значение имеет момент и цель заключения соответствующего соглашения между ними, что, в то же время, по убеждению суда, в данном случае не влечет понижение очередности требования кредитора, поскольку на дату заключения договоров цессии ООО «Балтстрой» являлось участником долевого строительства и имело к должнику как застройщику действительное право требования по передаче жилых помещений (квартиры), презумпция добросовестности действий кредитора в спорном правоотношении опровергнута не была и представленные им в обоснование своего требования доказательства (в т.ч. подтверждающие факт оплаты) скомпрометированы не были, при регистрации также договорам участия в долевом строительстве в установленном законом порядке и отсутствии доказательств исполнения застройщиком обязательств по передаче объектов долевого строительства в предусмотренный договорами долевого участия срок.

Равным образом, суд отклонил доводы управляющего о приобретение ФИО3 более одного объекта недвижимости, что, по мнению управляющего, необходимо рассматривать как инвестиционную деятельность, поскольку, действительно, как указал ВС РФ в определении от 22.08.2022 г. № 305-ЭС22-7163 по делу № А41-34210/2020, в ситуации приобретения гражданином значительного количества квартир в инвестиционных целях (для последующей перепродажи и получения прибыли) его требования к застройщику, находящемуся в банкротстве, не подлежат приоритетному удовлетворению в режиме требований участника строительства (подпункт 2 пункта 1 статьи 201.1, пункт 3 статьи 201.4 и подпункт 3 пункта 1 статьи 201.9 Закона о банкротстве); вместе с тем, опять же последовательное изменение законодательства о несостоятельности застройщиков позволяет сделать вывод, что предпринимаемые законодателем меры по увеличению гарантий прав граждан - участников строительства преследуют, в первую очередь, цель удовлетворения их потребностей и потребностей членов их семей, связанных с жильем, а как отмечено в этой связи в пункте 2 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.07.2022 г. № 34-П (далее - Постановление № 34-П), участие в долевом строительстве выступает, прежде всего, формой реализации гражданами своего интереса в обеспечении личной потребности в жилище.

Таким образом и со ссылкой на позицию ВС РФ, изложенную в приведенном выше определении, суд в данном случае полагал, что сам по себе факт инвестирования гражданином в объекты недвижимости на этапе строительства не может влечь полный отказ в удовлетворении его требований при банкротстве застройщика, в т.ч. и в силу того, что как отмечено в Постановлении № 34-П, заключение договоров с целью приобретения жилого помещения может быть направлено на удовлетворение не только жилищных потребностей гражданина, но и его экономических интересов (сбережение денежных средств, формирование имущественной базы для дальнейшего получения дохода от сдачи жилья внаем и т.д.), а само по себе приобретение гражданином более одной квартиры еще не свидетельствует об инвестиционном характере его требования, поскольку не исключены ситуации, когда приобретение нескольких квартир обусловлено необходимостью обеспечить потребности в жилище не только гражданина, но и членов его семьи, иных близких лиц, и в этой связи суд в такой ситуации должен вынести вопрос о целях заключения договора в отношении нескольких квартир на обсуждение сторон (применительно к части 1 статьи 133 АПК РФ), и если часть квартир приобретена в потребительских целях, а иная часть - в инвестиционных, требования кредитора подлежат включению в реестр исходя из их правовой природы.

В рассматриваемом же случае, по мнению суда, приобретение кредитором спорных студий небольшой площадью, расположенных близко друг к другу, нельзя признать инвестиционной деятельность, а в приведенных обстоятельствах включение в реестр жилых помещений требований заявителя претворяет в жизнь заложенную законодателем идею обеспечения гарантий граждан на получение жилья вопреки наступившему банкротству застройщика, при отсутствии также доказательств обратного, ввиду чего и исходя из представленных кредитором сведений о намерении перепланировки студий в отдельную квартиру, а также использования жилого помещения в качестве мастерской, суд не усмотрел инвестиционного (коммерческого) характера правоотношений с должником.

Однако апелляционный суд не может в полной мере согласиться с изложенными выводами, поскольку, не опровергая приведенный судом первой инстанции общий посыл о необходимости приоритета в защите прав граждан – участников долевого строительства («обманутых дольщиков»), коллегия все-таки полагает, что при этом арбитражным судом не учтены приведенные им же позиции (в частности – изложенные в пункте 7 Обзора от 29.01.2020 г. и в определении ВС РФ от 22.08.2022 г. № 305-ЭС22-7163 по делу № А41-34210/2020), ограничивающие эту защиту применительно к гражданам, злоупотребляющим своими правами и искусственно создающим ситуацию у них такого статуса (участника строительства), что, в свою очередь, безусловно влечет нарушение прав иных – действительно независимых и добросовестных кредиторов (как граждан – участников строительства, так и иных кредиторов – четвертой очереди, правомерно полагающихся на возможность включения в конкурсную массу спорных квартиры с целью хотя бы частичного удовлетворения их требований).

В частности, как правомерно сослался управляющий и документально не опроверг кредитор и иные заинтересованные в этом лица, права требования к должнику, вытекающие из договоров долевого участия, приобретены ФИО3 на момент, когда у любого разумного и действующего осмотрительно (а равно и добросовестно) лица должны были возникнуть сомнения в реальной возможности исполнения Компанией своих обязательств, как застройщика (т.е. по достройке Объекта), а именно – как отражено в решении по настоящему делу от 08.12.2023 г. о признании должника несостоятельным (банкротом) на момент обращения Фонда в суд с соответствующим заявлением (08.09.2023 г.) должник в нарушение пункта 1 статьи 4 и пункта 1 статьи 6 Закона № 214-ФЗ не выполнил принятые на себя обязательства перед участниками долевого строительства по передаче жилых помещений (квартир) в установленные сроки (не исполнены обязательства перед участниками долевого строительства на сумму более 430 тыс.руб.); дом, строительство которого осуществляет ООО «ЛОСК № 1», до настоящего времени не сдан, строительные работы на объекте не ведутся, а Объект внесен в ЕРПО, ID дома р-40195; также контролирующими и уполномоченными органами установлены неоднократные нарушения, допущенные застройщиком при ведении хозяйственной деятельности, приведшие к возникновению у должника признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества и, как следствие, невозможности исполнения обязательств перед участниками долевого строительства, и в частности - в период с 2014 по 2023 г.г. Комитетом государственного строительного надзора и экспертизы Ленинградской области в рамках регионального государственного контроля (надзора) в области долевого строительства проведены проверки деятельности ООО «ЛОСК №1», связанной с привлечением денежных средств участников долевого строительства для строительства (создания) многоквартирного жилого дома, по результатам которых выдавались акты проверок и предписания об устранении нарушений, а также предостережения о недопустимости нарушения обязательных требований.

Кроме того, согласно же выводам суда (доводам Фонда), в отношении застройщика на тот момент были возбуждены исполнительные производства на общую сумму более 12 000 000 руб., задолженность по которым не погашена до настоящего времени, исполнительные производства не окончены (при открытом (публичном) характере этих сведений), а арбитражным судом вынесены решения в отношении должника, вступившие в законную силу и не исполненные, о взыскании с него задолженности в общей сумме более 1 393 070 руб. 15 коп., что свидетельствует о недостаточности денежных средств застройщика для исполнения обязательств; а 22.06.2022 г. должником было заключено многостороннее соглашение № 1 о взаимодействии при восстановлении прав пострадавших граждан-участников строительства проблемных объектов, расположенных на территории Ленинградской области, которое, по мнению суда, только подтверждает факт несостоятельности (банкротства) должника.

В этой связи и применительно к оценке обстоятельств настоящего спора, коллегия полагает, что ряд приведенных фактов уже имел место на момент приобретения ФИО3 спорного права требования, и более того – как указано выше – срок сдачи Объекта (передачи его дольщику) в соответствии с договорами долевого участия (не позднее III квартала 2018 г.) к этому моменту (10.02.2022 г.) уже значительно истек (при отсутствии доказательств его дальнейшего продления), ввиду чего и с учетом иных – вышеизложенных - обстоятельств кредитор не мог не понимать маловероятность исполнения Компанией своих обязательств по передаче помещений в ординарном (обычном) порядке, как не мог он и не осознавать, что с учетом действующей на тот момент редакции Закона о банкротстве он, как физическое лицо, приобретая права требования по договорам долевого участия у юридического лица и исходя из высокой вероятности признания Компании в последующем несостоятельной (банкротом), что в итоге и случилось, изменяет (повышает) тем самым очередность удовлетворения такого требования в условиях банкротства должника, как застройщика.

С учетом этого же вызывает обоснованные сомнения и озвученная кредитором цель приобретения спорных помещений (в количестве, при этом, шести квартир), применительно к чему суд, кроме того, отмечает, что ее намерение объединить четыре из этих квартир с одной из квартир, принадлежащих (приобретенных по аналогичным договорам) ее супругу – ФИО5 (что (приобретение супругом кредитора единовременно 6 жилых помещений) также влечет сомнения в реальной потребности четы Маковых в таком количестве (12 квартир) помещений для личных нужд), а две квартиры также объединить и переоборудовать в мастерскую, представляется малореализуемым – ввиду необходимости получения на это разрешения соответствующих органов (в области надзора за строительством и содержанием жилых помещений, находящихся в многоквартирных домах), что, например, применительно к переоборудованию жилых помещений в мастерскую означает изменение назначения этих помещений, как вызывает в этой связи и в целом вопрос необходимости (целесообразности) приобретения единовременно нескольких помещений для их дальнейшего объединения вместо приобретения одного, но более крупного (большего по площади) помещения.

Также коллегия в этой связи обращает внимание, что с учетом приведенных управляющим в своей жалобе доводов суд при первоначальном отложении дела (определением от 03.12.2024 г.), предлагал кредитору (помимо прочего) документально обосновать наличие у нее источников средств для оплаты стоимости спорных жилых помещений и потребность в их приобретении (неудовлетворительные жилищные условия, в т.ч. по месту регистрации и отсутствие в собственности иных объектов недвижимости), что, однако, ей сделано не было, а практически одномоментно с кредитором по настоящему спору для включения в реестр требований заявились и два других кредитора (ФИО5 (супруг кредитора) и ФИО6), чьи требования возникли примерно в тот же период и при аналогичных обстоятельствах, что с высокой степенью вероятности, по мнению суда, свидетельствует о реализации должником совместно с его контрагентами (Управлением и Обществом) схемы, направленной на повышение очередности удовлетворения в будущем (в возможной процедуре банкротства) спорных требований, что кредитор, с учетом должной степени разумности и осмотрительности, опять же не могла не осознавать.

Тем не менее, апелляционный суд не усматривает оснований для отказа в признании доказанным факта оплаты как по первоначальным договорам долевого участия, так и по последующим цессиям, поскольку мотивированно (документально) управляющим (как и иные заинтересованными в этом лицами) наличие между Компанией, Обществом и Управлением правоотношений и соответствующих обязательств, зачтенных в счет оплаты по спорным договорам долевого участия и цессии, не опровергнуто, при том, что, исходя из материалов настоящего дела (обстоятельств иных обособленных споров по нему), такая схема взаимоотношения (оплаты/погашения обязательств) являлась для должника обычной, а на иных лиц, не вовлеченных в эту схему, в т.ч. на граждан – физических лиц не могут быть отнесены неблагоприятные последствия выстраивания должником правоотношений со своими контрагентами подобным образом.

Равным образом, суд отклоняет доводы управляющего о ненадлежащем доказательственном значении приходных кассовых чеков, представленных кредитором в подтверждение оплаты им договоров цессии от 10.02.2022 г., поскольку об их фальсификации ни управляющий, ни иные лица не заявили, а несоблюдение при этом ООО «Балтстрой» платежной дисциплины (неотражение надлежащим образом внесения спорных средств в кассу и непоступление их на его счет) опять же не может быть возложено в качестве неблагоприятных последствий на иных лиц (при отсутствии к тому же доказательств их (кредитора с должником и первоначальным (и последующим) дольщиками – Управлением и Обществом) фактической или юридической заинтересованности/аффилированности), несмотря на что, и в силу изложенного выше, коллегия, тем не менее, признает, что приобретение ФИО3 спорных прав требований не преследовало цели реального обеспечения своих (или ее близких/родных) жилищных потребностей (при отсутствии в этой связи также доказательств (обоснования), что имеющиеся на тот момент или в настоящее время жилищные условия кредитора не обеспечивают ее минимальные жизненные потребности или не соответствуют установленным нормам), и такое приобретение было направлено фактически на изменение установленной Законом о банкротстве (в актуальной редакции - Закона № 151-ФЗ) очередности удовлетворения спорного требования, что влечет применение к нему вышеприведенных позиций ВС РФ и понижение очередности удовлетворения ее требования.

Таким образом, определение суда от 17.09.2024 г. подлежит изменению в этой части с взысканием в этой связи с кредитора в доход бюджета государственной пошлины по апелляционной жалобе и за подачу управляющим заявления о принятии обеспечительных мер (удовлетворено апелляционным судом определением от 21.11.2024 г.), отсрочка по оплате которой, была предоставлена управляющему при его обращении с жалобой и указанным заявлением.

На основании изложенного и руководствуясь 110, 112, 223, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2024 г. по делу № А56-84388/2023/тр209 изменить, изложив резолютивную часть судебного акта в следующей редакции:

Разрешить заявленные ФИО3 разногласия с конкурсным управляющим ООО «ЛОСК 1» ФИО4

Признать обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов ООО «Ленинградская Областная Строительная компания № 1», в четвертую очередь удовлетворения, требование ФИО3 в сумме 6 745 150 руб.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 60 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе и ходатайству о принятии обеспечительных мер.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

Судьи

Е.В. Бударина

ФИО7