АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ

600005, <...>

тел. <***>, факс <***>

http://www.vladimir.arbitr.ru; http://www.my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Владимир Дело № А11-4761/2024

20 марта 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 06.03.2025.

Полный текст решения изготовлен 20.03.2025

Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Хитевой А.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кифоренко А.О., рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «НТС Градиент» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 424006, <...>) к ФИО1 (600023, г. Владимир) о взыскании 50 000 руб.,

При участии представителей:

от истца – не явился, надлежащим образом извещен,

от ответчика – ФИО2, по доверенности от 11.11.2023 сроком на 3 года, диплом,

информация о движении дела была размещена в картотеке арбитражных дел в сети Интернет по веб-адресу: http://vladimir.arbitr.ru,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «НТС Градиент» (далее – истец, ООО «НТС Градиент») обратилось в Арбитражный суд Владимирской области с исковым заявлением к ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в сумме 50 000 руб.

Как видно из открытых сведений ЕГРИП, 05.03.2024 ФИО1 прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя в связи с принятием ее соответствующего решения. Однако данное обстоятельство не влияет на подсудность спора.

Истец представил в материалы дела уточнение от 10.06.2024, в котором просил взыскать с ответчика компенсацию в сумме 57 370 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак № 377532; расходы по оплате государственной пошлины в сумме 2000 руб. и судебные издержки в сумме 827 руб., состоящие из стоимости товара в сумме 120 руб., почтовых расходов в сумме 507 руб. и расходов по оплате государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП в сумме 200 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Заявление истца об уточнении исковых требований арбитражный суд принимает на основании части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации как не противоречащее закону и не нарушающее прав других лиц, спор рассматривается по существу с учетом произведенной корректировки.

Ответчик в отзыве возражал против удовлетворения исковых требований. При этом пояснил, что не является производителем спорного товара, при его закупке продавцом не была сообщена информация о наличии на товар исключительных интеллектуальных прав у третьих лиц. Вместе с этим ответчик признает факт реализации спорного товара. В тоже время, ответчик ставит по сомнение стоимость предоставленного права использования товарных знаков в виде ежегодного вознаграждения до 15 февраля в размере 42 000 евро, в том числе НДС 20 %, а также факт государственной регистрации договора от 09.01.2023, поскольку в предоставленном в материалы дела договоре отсутствует удостоверяющая печать регистрирующего органа и подпись должностного лица. По расчету ответчика сумма компенсации составляет 1368 руб. (в зависимости от курса ЦБ на дату фиксации нарушения). ФИО1 оспаривает расчет истца в связи с недоказанностью заключения лицензионного договора от 09.01.2023.

Истец возражал против доводов ответчика, указав, что между ВИВЬЕН САБО КОСМЕТИК САС и истцом заключен лицензионный договор (исключительная лицензия) от 09.01.2023, предоставляющий право использования на исключительной основе товарного знака по свидетельству № 377532 в отношении всех товаров по всем классам Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ), указанных в свидетельстве. Согласно п. 4.1 указанного договора, за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 42 000 евро. Указанный лицензионный договор является действующим, заключен в соответствии с требованиями закона. Также ответчиком не представлены в подтверждение довода о чрезмерности, необоснованности размера компенсации, рассчитанной истцом на момент продажи спорного товара, какие-либо иные действующие лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца.

В судебном заседании ответчик поддержал доводы, изложенные в отзыве.

В судебном заседании, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, был объявлен перерыв до 06.03.2025 до 10 час. 00 мин.

В порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителя истца, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства, по имеющимся в нем доказательствам,

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителя ответчика, арбитражный суд установил следующее.

ООО «НТС «ГРАДИЕНТ» (правообладатель) является обладателем исключительных прав на товарный знак: № 377532 (в виде словесного обозначения «VIVIENNE SABO»), что подтверждается свидетельством на товарный знак №377532, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 23.04.2009, срок действия исключительного права продлен до 15.02.2028.

29.10.2023 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, магазин «JM», был установлен и задокументирован факт предложения к продаже от ИП ФИО1 товара — средство для ресниц косметическое, имеющего технические признаки контрафактности.

Факт реализации указанного товара от имени ИП ФИО1 подтверждается кассовым чеком от 29.10.2023 на сумму 120 руб., спорным товаром, а также видеосъемкой.

В рамках досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика была направлена досудебная претензия с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

Претензия оставлена ответчиком без ответа и без удовлетворения.

Нарушение ответчиком исключительных прав истца явилось основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Проанализировав материалы дела, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

В соответствии с подпунктом 14 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарные знаки и знаки обслуживания являются средством индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Как следует из положений статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации.

Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе (пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

На основании пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными.

Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица.

Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Из материалов дела следует, что истец обратился в защиту принадлежащих ему исключительных прав на товарный знак № 377532 .

Исключительные права истца на товарный знак № 377532 подтверждены свидетельством на товарный знак № 377532 и ответчиком не оспариваются.

Дата регистрации товарного знака за истцом 23.04.2009, срок действия исключительного права продлен до 15.02.2028.

Товарный знак № 377532 имеет правовую охрану в отношении товаров и услуг 3-го класса МКТУ, в том числе в отношении средств для ресниц косметические.

Спорный товар (тушь для ресниц) относится к товарам 3-го класса МКТУ.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 10), для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц.

При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

При исследовании спорного товара, судом установлено, что на упаковке спорного товара имеется изображение, которое до степени смешения сходно с изображением словесного товарного знака № 377532, права на которые принадлежат истцу.

В данном случае, суд отмечает, что изображение на упаковке товара выполнено таким образом, что оно полностью совпадает по звуковым и смысловым признакам.

Доказательств того, что спорный товар был введен в гражданский оборот с согласия правообладателя в материалы дела не представлено.

На спорном товаре (упаковке товара) отсутствует информация о его производителе, о правах истца на товарный знак.

Факт реализации контрафактного товара ответчиком не оспаривается и подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Ответчик факт реализации товара не оспаривал.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Таким образом, пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению.

Поэтому размещение на контрафактных товарах обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, позволяет правообладателю по своему выбору требовать взыскания компенсации в размере, предусмотренном подпунктом 1 либо подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе в двукратном размере стоимости данного товара, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Из материалов дела следует, что требования истца о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак рассчитаны в размере двукратной стоимости права использования товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления Пленума № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в силу чего суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.

Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

При этом установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021).

Соответственно при избранном истцом способе расчета компенсации и, учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом способ расчета компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены.

Применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации, представленный истцом, должен быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения.

Как следует из представленных в материалы дела документов, между ВИВЬЕН САБО КОСМЕТИК САС и истцом заключен лицензионный договор (исключительная лицензия) от 09.01.2023, предоставляющий право использования на исключительной основе товарного знака по свидетельству № 377532 в отношении всех товаров по всем классам Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ), указанных в свидетельстве.

Согласно п. 4.1 указанного договора, за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 42 000 евро.

Исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по договору исключительной лицензии от 09.01.2023, размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 377532 в двукратном размере составляет 57 370 руб. из расчета: 42 000 евро X 98,35 руб. (в зависимости от курса ЦБ на дату фиксации нарушения)/ 4 ТЗ / 1 класс МКТУ / 3 способа использования /12 месяцев Х 2 (двукратная стоимость права использования) =57 370 руб.

При этом на сайте Федерального института промышленной собственности https://www.fips.ru/registers-doc-view/fips_servlet имеется запись: Дата и номер государственной регистрации расторгаемого договора: 31.10.2018 РД0273131; Дата и номер государственной регистрации расторжения договора: 17.03.2023 РД0425863 и Дата и номер государственной регистрации договора: 29.03.2023 РД0427179.

При этом на сайте Федерального института промышленной собственности https://www.fips.ru/registers-doc-view/fips_servlet запись о государственной регистрации договора исключительной лицензии б/н от 09.01.2023 отсутствует.

Ответчиком оспорен расчет истца в связи с недоказанностью заключения лицензионного договора от 09.01.2023.

Ответчик представил контррасчет размера компенсации с учетом лицензионного договора от 15.02.2018. Сведения о спорном лицензионном договоре внесены в государственный реестр.

Поскольку лицензионный договор от 15.02.2018 в отношении исключительного права использования ООО «НТС «Градиент» товарного знака № 377532 заключен в отношении двух средств индивидуализации по свидетельствам № 377532 и № 428602, то его условия более близки к тому способу использования, которым использовал товарный знак № 377532 ответчик, нежели, представленный истцом лицензионный договор от 09.01.2023, предоставляющий право использования на исключительной основе товарных знаков по свидетельствам № 377532, № 428602, № 625842, № 629763 в отношении товаров, зарегистрированных в девяти классах МКТУ.

Поскольку в лицензионном договоре от 15.02.2018 сроком действия до 15.02.2028 стоимость использования товарных знаков № 377532 и № 428602 указана раздельно — 1000 Евро за использование товарного знака № 377532 в одном классе МКТУ и 1000 Евро за использование товарного знака № 428602 также в одном классе МКТУ, а в представленном истцом лицензионном договоре от 09.01.2023 стоимость права указана за использование товарных знаков по свидетельствам № 377532, № 428602, № 625842, № 629763 комплектом в девяти классах МКТУ, то при сравнении обстоятельств правомерного и неправомерного использования товарного знака № 377532 тем способом, который использовал нарушитель, для расчета компенсации по указанной формуле разумно применять лицензионный договор от 15.02.2018.

При определении размера компенсации суд учитывает количество способов, которыми ответчик использовал товарный знак истца, по сравнению с количеством способов использования по лицензионному договору, количество классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых товарный знак незаконно использовался ответчиком по сравнению с количеством классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых этот знак зарегистрирован и предоставлено право его использования по лицензионному договору, в связи с чем установил, что размер вознаграждения в рассматриваемом случае составляет 5463 руб. 90 коп., исходя из расчета: 1 000 Евро * 98,35 рублей/1 класс МКТУ/3 способа использования/12 месяцев*2 (двукратная стоимость права использования) = 5463 руб. 90 коп.

С учетом изложенного заявленные истцом требования о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака № 377532 подлежат частичному удовлетворению в размере 5463 руб. 90 коп.

В остальной части исковых требований суд отказывает.

Истцом также заявлено требование о взыскании расходов на фиксацию правонарушения в размере стоимости приобретенного в рамках закупки товара – 120 рублей, расходы на оплату государственной пошлины за предоставление ФНС сведений из ЕГРИП об адресе ответчика в размере 200 рублей; почтовые расходы в размере 507 рублей.

Статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, отнесены расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Несение истцом расходов на приобретение товара в сумме 120 руб. подтверждается кассовым чеком от 29.10.2023.

Требование истца о взыскании 507 руб. в качестве почтовых расходов по направлению претензии и искового заявления подлежит удовлетворению. Факт несения данных расходов подтверждается почтовыми квитанциями от 25.04.2024, 12.03.2024, 06.06.2024, 27.05.2024.

Расходы по оплате выписки на ответчика в сумме 200 руб. подтверждаются платежным поручением от 16.01.2024.

На основании изложенного, судебные издержки подлежат к взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям всего в сумме 78 руб. 76 коп.

В остальной части суд отказывает.

Согласно пункту 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом. Поэтому вещественное доказательство – тушь для ресниц, приобщенные определением арбитражного суда от 06.06 2024 к материалам дела, подлежат уничтожению после вступления решения в законную силу и истечения срока, установленного для его кассационного обжалования.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины в сумме 219 руб. взыскиваются с ответчика в пользу истца (пропорционально удовлетворенным требованиям), государственная пошлина в сумме 295 руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета с учетом увеличения исковых требований.

Руководствуясь статьями 17, 49, 65, 71, 110, 156, 167-176, 318, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ :

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «НТС Градиент» компенсацию за нарушение исключительных прав в сумме 5463 руб. 90 коп., судебные издержки в сумме 78 руб. 76 коп., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 219 руб.

Выдача исполнительного листа осуществляется по правилам статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «НТС «Градиент» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 295 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Вещественное доказательство – тушь для ресниц, в количестве 1 шт., уничтожить после вступления решения в законную силу и истечения срока, установленного для его кассационного обжалования.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Владимирской области в течение месяца с момента принятия решения.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А.Н. Хитева