Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

МОТИВИРОВАННОЕ РЕШЕНИЕ

г. Москва

12.01.2026 года Дело №А41-64833/2025

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Н.А. Кондратенко, рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по заявлению ИП ФИО1(ИНН <***>, ОГРНИП <***>) к ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "БИО-СФЕРА" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании ущерба в размере 569 258 руб.; судебных издержек;

третьи лица: ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО5, водитель ФИО6, САО «Ресо Гарантия».

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО1(ИНН <***>, ОГРНИП <***>) обратился в Арбитражный суд Московской области к ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "БИО-СФЕРА" (ИНН <***>, ОГРН <***>) с иском о взыскании ущерба в размере 569 258 руб.; 20 000 руб. расходов на заключение специалиста;; 33 463 руб. расходов по госпошлине.

К участию в деле привлечены третьи лица (ст. 51 АПК РФ): ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО5, водитель ФИО6, САО «Ресо Гарантия».

В материалы дела представлен отзыв на иск, где ответчик просил отказать в удовлетворении требований.

По результатам рассмотрения дела судом вынесено решение 01.12.2025 об отказе в удовлетворении требований в полном объеме.

В материалы дела от ответчика своевременно представлено заявление о составлении мотивированного решения по делу.

В обоснование иска указано следующее.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 является Цессионарием потерпевшего в результате ДТП, произошедшего 18.05.2024 года с участием автомобиля Мерседес-Бенц (ML 300 CDI), государственный регистрационный номер <***>, принадлежащего на праве собственности ФИО3 и транспортного средства КАМАЗ 5670К3 государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО6 и принадлежащее на праве собственности ООО «БИО-СФЕРА».

ФИО6 вину от 18.05.2024 года признал в полном объёме, что подтверждает Постановлением №18810077230018648861 составленным на месте ДТП по адресу: <...>.

Виновное лицо - ФИО6 сообщил, что на момент ДТП автомобиль под его управлением был застрахован по полису «РЕСО» серия ХХХ № 0389921222.

После ДТП Цессионарий ИП ФИО5 обратилась в страховую компанию виновника, для осуществления прямого возмещения убытков.

По результатам обращения была выплачена сумма в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей 00 копеек.

11 июня 2024 года между ФИО3 и ИП ФИО5 заключён договор уступки права требования (договор цессии) № 10-830 БО.

21 ноября 2024 г. между ИП ФИО5 и ИП ФИО4 заключен договор № 088-Ц.

22 ноября 2024 г. между ИП ФИО4 и ИП ФИО1 заключен договор № 04-Ц.

Согласно, заключения специалиста № 27-11/24 от 27.11.2024 года, стоимость ущерба от ДТП составляет 969 258 (девятьсот шестьдесят девять тысяч двести пятьдесят восемь) рублей 00 коп.

Также истцом понесены дополнительные расходы на определение расходов на восстановительный ремонт транспортного средства в размере 20 000 рублей, что подтверждается платёжным поручением № 55 от 26.11.2024 г., счетом № 21 от 26.11.2024 г.

В силу п. 6 ст. 4 Закона об ОСАГО владелец транспортного средства должен возместить истцу материальный ущерб, причинённый в результате ДТП.

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

На основании п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причинённые убытки (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абз. 6 п. 3 ст. 24 Федерального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" участники дорожного движения имеют право на возмещение ущерба по основаниям и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации, в случаях причинения им телесных повреждений, а также в случаях повреждения транспортного средства и (или) груза в результате дорожно-транспортного происшествия.

В соответствии со ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935 Гражданского кодекса Российской Федерации), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причинённый вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

На основании ч.1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. ФИО6, управляя принадлежавшим ООО «Био¬Сфера» автомобиль КАМАЗ 5670КЗ государственный регистрационный знак О 937 OP 790, состоял с данной организацией в трудовых отношениях, что подтверждается приказом №15 от 31.10.2023 года о приёме на работу, трудовым договором №27 от 31.10.2023 года, согласно которым ФИО6 был принят на работу в качестве водителя.

Разница между страховым возмещением и размером ущерба, причинённого имуществу истца, составляет 569 258 (Пятьсот шестьдесят девять тысяч двести пятьдесят восемь) рублей 00 копеек.

Претензию истца от 01.07.2025 г. о возмещении ущерба, возникшего в результате дорожно-транспортного происшествия ответчик оставил без рассмотрения.

На основании вышеизложенного и руководствуясь абз. 6 п. 3 ст. 24 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения", п. 1 ст. 1064, п. 1 ст. 1079, Гражданского кодекса Российской Федерации, истец обратился в Арбитражный суд Московской области с настоящим иском.

Возражая по доводам иска, ответчиком указано следующее.

В обоснование своих исковых требований Истец указывает, что к нему перешло право требования возмещения вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия от 18 мая 2024 года, на основании цепочки договоров уступки права требования (цессии), заключённых между различными лицами.

Данная цепочка выглядит следующим образом:

• 11.06.2024 — первоначальный кредитор (собственник повреждённого

транспортного средства) уступил право требования ИП ФИО5 на основании договора цессии № 10-830 БО;

• 21.11.2024 — ИП ФИО5 уступила это право ИП ФИО4 по договору цессии № 088-Ц;

• 22.11.2024 — ИП ФИО4 уступил право требования Истцу по договору цессии № 04-Ц.

Таким образом, позиция Истца строится на предположении, что указанные договоры образуют непрерывную и действительную правопреемственную цепочку, обеспечивающую переход спорного права от первоначального кредитора к Истцу.

Между тем, как установлено судами общей юрисдикции, в материалах выплатного дела страховой компании содержится иной договор уступки права требования, который прерывает указанную цепочку.

Речь идёт о договоре уступки права требования № ОЦФ 03-06/2024 от 13.06.2024, заключённом между ИП ФИО5 (в качестве цедента) и иным лицом — ФИО2 (в качестве цессионария).

В силу условий данного договора ФИО2 был передан полный объём прав, связанных с дорожно-транспортным происшествием от 18 мая 2024 года. Передача включала не только права на получение страхового возмещения от страховщика (САО «РЕСО- Гарантия»), но и права требования к виновнику ДТП и к владельцу транспортного средства, являющемуся источником повышенной опасности.

Данные обстоятельства прямо подтверждены материалами выплатного дела, представленными страховой компанией по запросу суда, и получили оценку в судебных актах по гражданскому делу № 2-96/2025.

Таким образом, на момент заключения последующих договоров уступки — от

21.11.2024 и 22.11.2024 — у ИП ФИО5 отсутствовали какие-либо права, которые могли быть предметом последующей передачи. Соответственно, договоры № 088-Ц и № 04-Ц не породили для их участников никаких правовых последствий в отношении спорного права требования, поскольку их предметом стало право, которое к этому моменту уже выбыло из правовой сферы цедента.

Согласно статье 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, цедент гарантирует существование уступаемого права на момент заключения договора уступки. Если право к этому моменту уже было передано другому лицу или прекратилось иным образом, последующая уступка является юридически ничтожной в части передачи данного права и не может повлечь возникновения прав у нового кредитора.

В рассматриваемом случае именно такая ситуация и имеет место: к моменту заключения договоров от 21 и 22 ноября 2024 года право требования возмещения ущерба уже было передано иному лицу, что подтверждено судебными актами, имеющими преюдициальное значение.

Следовательно, Истец не является надлежащим правопреемником по спорному требованию, так как не доказан факт перехода к нему спорного права. Право, на котором он основывает свои требования, к моменту заключения соответствующих договоров цессии ему передано быть не могло в силу отсутствия у цедента такого права.

Обстоятельства, касающиеся наличия либо отсутствия у Истца права требования по спорному дорожно-транспортному происшествию, уже были предметом судебного рассмотрения в рамках гражданского судопроизводства и получили правовую оценку в вступивших в законную силу судебных актах судов общей юрисдикции.

Решением Калачевского районного суда Воронежской области от 03.04.2025 по делу № 2-96/2025 в удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО1 было отказано в полном объёме.

Апелляционным определением Воронежского областного суда от 26.06.2025 по делу № 2-96/2025 (№ 33-3767/2025; идентификатор 36RS0016-01-2025-000047-03; изготовлено 30.06.2025) решение суда первой инстанции отменено, принято новое решение — в удовлетворении исковых требований ИП ФИО1 к ФИО6 и ООО «БИОСФЕРА» отказано.

В рамках рассмотрения данного гражданского дела апелляционная инстанция исследовала представленные договора цессии и установила следующее. В материалах выплатного дела страховой компании содержится договор уступки права требования № ОЦФ 03-06/2024 от 13.06.2024, заключённый между ИП ФИО5 (цедент) и третьим лицом — первоначальным цессионарием. В силу условий указанного договора первоначальному цессионарию был передан полный объём прав по ДТП от 18.05.2024, включая права: к страховщику (САО «РЕСО-Гарантия»); к водителю транспортного средства — причинителю вреда; к собственнику/владельцу транспортного средства причинителя вреда; а также иные связанные права (т. 1, л.д. 148).

Судебная коллегия Воронежского областного суда пришла к выводу, что право требования по спорному ДТП не могло перейти по последующим договорам уступки от 21.11.2024 и 22.11.2024, так как на момент их заключения уступаемое право уже было передано первоначальному цессионарию.

В мотивировочной части апелляционного определения указано: «право требования о взыскании ущерба от ДТП 18 мая 2024 г. не могло перейти от ФИО11 к ИП ФИО12 по договору цессии от 21.11.2024 г., поскольку уже было уступлено третьему лицу (первоначальному цессионарию). Истцом не представлено надлежащих доказательств перехода к нему права требования убытков.».

Таким образом, факт отсутствия у Истца права требования по спорному ДТП установлен вступившим в законную силу судебным актом апелляционной инстанции.

В силу частей 2 и 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному делу с участием тех же лиц, не подлежат повторному доказыванию при рассмотрении настоящего арбитражного дела.

Указанные обстоятельства имеют для настоящего дела преюдициальное значение и являются самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В том числе ответчик был не согласен с размером взыскиваемого ущерба.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1, 2 статьи 71 АПК РФ).

Кроме того, указание в диспозиции статьи 15 ГК РФ о возмещении ущерба в виде расходов, которые могут возникнуть у потерпевшего, не означает освобождение истца от необходимости доказывания факта возможного возникновения расходов, превышающих размер полученного страхового возмещения.

Соответственно, истцом должны быть представлены доказательства, подтверждающие объективное превышение размера расходов, которые могут возникнуть в будущем в результате ремонта ТС, над размером полученного страхового возмещения с учетом индивидуальных характеристик автомобиля и особенностей его ремонта.

При этом в подтверждение своих доводов представлено лишь заключение специалиста, содержащее предполагаемую оценку рыночной стоимости восстановительного ремонта.

Суд критически относится к представленному истцом заключению специалиста, поскольку оно выполнено экспертным учреждением по заказу истца за соответствующее денежное вознаграждение.

Об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения эксперт не предупреждался.

Кроме того, заключение составлено без осмотра транспортного средства.

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи представленные сторонами в материалы дела доказательства, принимая во внимание обстоятельства установленные Апелляционным определением Воронежского областного суда от 26.06.2025 по делу № 2-96/2025 (№ 33-3767/2025; идентификатор 36RS0016-01-2025-000047-03; изготовлено 30.06.2025), которые являются в рамках настоящего дела преюдициальными применительно к положениям ст. 69 АПК РФ, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований в полном объеме.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176, 226 – 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

В соответствии с частью 4 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.

Судья Н.А. Кондратенко