АРБИТРАЖНЫЙ СУД
ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА
420066, <...>, тел. <***>
http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
Ф06-14147/2016
г. Казань Дело № А57-1051/2016
19 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 29 апреля 2025 года.
Полный текст постановления изготовлен 19 мая 2025 года.
Арбитражный суд Поволжского округа в составе:
председательствующего судьи Богдановой Е.В.,
судей Самсонова В.А., Герасимовой Е.П.
при участии в Арбитражном суде Поволжского округа представителей:
ФИО1 – Босс Н.Н., доверенность от 18.12.2022
ФИО2 – Босс Н.Н., доверенность от 01.10.2022
арбитражного управляющего ФИО3 – ФИО4, доверенность от 08.04.2025
в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,
рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1
на определение Арбитражного суда Саратовской области от 01.11.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2025
по делу №А57-1051/2016
по заявлению финансового управляющего имуществом должникам ФИО3 об увеличении размера суммы вознаграждения в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО1.
УСТАНОВИЛ:
решением Арбитражного суда Саратовской области от 24.11.2017 ФИО1 (далее - должник, ФИО1) признан несостоятельным (банкротом) и в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО5
Определением суда от 30.07.2018 ФИО6 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника; определением суда от 03.12.2018 финансовым управляющим утвержден ФИО7
Определением суда от 14.10.2019 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника; определением суда от 20.11.2019 финансовым управляющим утвержден ФИО8
Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2022 ФИО8 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.
Определением Арбитражного суда Саратовской области от 29.11.2022 финансовым управляющим утвержден ФИО9; определением от 01.03.2023 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника.
Определением суда от 01.06.2023 финансовым управляющим утверждена ФИО10
Определением Арбитражного суда Саратовской области от 22.01.2024, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2024, производство по делу прекращено.
В арбитражный суд 15.04.2024 поступило заявление арбитражного управляющего ФИО3, в котором с учетом уточнения заявитель просил установить сумму процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО3 в размере 673 389,49 руб., взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 денежные средства в указанном размере.
Определением Арбитражного суда Саратовской области от 01.11.2024 заявление удовлетворено частично. Судом установлена сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО3 в размере 202 016,84 руб., с ФИО1 взыскано в пользу арбитражного управляющего ФИО3 202 016,84 руб.; в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.
Указанное определение в части установления и взыскания суммы процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО3 в размере 202 016,84 руб. было обжаловано ФИО1 в апелляционном порядке.
Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2024 определение Арбитражного суда Саратовской области от 01.11.2024 в обжалуемой части оставлено без изменения.
В кассационной жалобе ФИО1 просит определение суда первой инстанции от 01.11.2024 и постановление апелляционного суда от 15.01.2024 об установления суммы процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО3 в размере 202 016,84 руб. отменить.
В обоснование жалобы приведены доводы о том, что арбитражным управляющим ФИО3 не было внесено никакого исключительного вклада в прекращение процедуры банкротства, напротив, был совершен ряд незаконных действий (бездействий): попытка реализации имущества должника по заниженной цене, после получения заявления о намерении погасить задолженность кредиторов - чинение препятствий в удовлетворении требований кредиторов (уклонение от заключения мирового соглашения), не обеспечение надлежащей сохранности имущества должника, не принятие мер по взысканию задолженности с общества «Ротор» по исполнительному листу, а также должных мер по взысканию задолженности по исполнительному листу с арбитражного управляющего ФИО8 Считает ошибочными выводы суда о наличии причинно-следственной связи между действиями управляющего и погашением требований кредиторов.
До рассмотрения кассационной жалобы по существу от должника поступило ходатайство о приобщении к материалам дела в качестве информации дополнительных документов (фототаблиц состояния помещения и переписки по вопросу ответственного хранения).
Рассмотрев указанное ходатайство, судебная коллегия отказала в его удовлетворении, учитывая установленные статьей 286 АПК РФ полномочия суда кассационной инстанции (ограничения на сбор и исследование новых доказательств).
В судебном заседании представитель ФИО1 и ФИО2 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил обжалуемые судебные акты отменить, в удовлетворении заявления арбитражного управляющего ФИО3 отказать.
Представитель арбитражного управляющего ФИО3 возражал против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.
Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.
Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, судебная коллегия кассационной инстанции считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит в силу следующего.
Решением Арбитражного суда Саратовской области от 24.11.2017 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом).
Определением от 01.06.2023 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО3
Определением от 16.11.2023 удовлетворено заявление ФИО2 о намерении погасить требования к должнику в полном объеме (9 619 849,91 руб.).
Определением от 18.12.2023 требования кредиторов (общества «Ротор», ФИО11, ФНС России), включенные в реестр требований кредиторов должника, признаны погашенными.
Определением Арбитражного суда Саратовской области от 22.01.2024 (оставлено без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2024), производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника – ФИО1 прекращено на основании абзаца 7 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с удовлетворением всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.
Обращаясь в арбитражный суд с заявлением об увеличении размера суммы вознаграждения финансовый управляющий ФИО3 просила установить сумму процентов по вознаграждению в размере 673 389,49 руб. (рассчитанных по правилам пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве и составляющих 7 % от размера погашения требований кредиторов), при этом указала на прямую причинно-следственную связь между ее действиями и достижением цели процедуры реализации имущества должника, выразившемся в полном погашении третьим лицом – ФИО2 обязательств ФИО1 перед конкурсными кредиторами.
Удовлетворяя частично заявленное ФИО3 требование, суды исходили из следующих, установленным ими обстоятельств: длительности (более 6 лет) процедуры реализации имущества на момент утверждения ФИО3 определением от 01.06.2023 финансовым управляющим должника (являющейся пятым финансовым управляющим, утвержденным в деле о банкротстве должника), установления ею фактического контроля над имуществом должника (находящимся в залоге), переданного ей последним по акту от 08.08.2023; организации проведения ФИО3 торгов по его продаже (первых, вторых и в форме публичного предложения), а также обращения ФИО2, являющейся бабушкой должника, с заявлением о намерении погасить требования кредиторов после оставления судом (определением от 31.10.2023) без удовлетворения заявления ФИО1 о принятии обеспечительных мер в виде запрета финансовому управляющему ФИО3 проводить торги по реализации имущества и опубликования ею в ЕФРСБ сообщения о проведении торгов в форме публичного предложения, в то время как ранее с подобным ходатайством третьи лица не обращались и такого намерения не выражали.
Апелляционным судом также было отмечено следующее: установление арбитражным управляющим после получения доступа к реализуемым объектам пользование одного из них сторонними лицами (операторами сотовой связи) на основании договоров субаренды с ФИО2, во владении которой, в свою очередь, он находился на основании договора аренды, заключенного с должником, факт и обстоятельства чего ранее перед управляющими не раскрывались, денежные средства в конкурсную массу не поступали, и пресечение управляющим пользования имуществом должника в обход конкурсной массы посредством привлечения охранной организации, ограничения беспрепятственного доступа должника и третьих лиц к объекту и заключения с субарендаторами дополнительных соглашений, обеспечивающих поступление платежей в конкурсную массу.
Совокупность указанных обстоятельств позволила судам прийти к выводу о том, что погашение требований кредиторов, включенных в реестр должника, явилось следствием своевременного и эффективного осуществления управляющим ФИО3 мероприятий в процедуре банкротства, имеющих своим вероятным последствием реализацию имущества должника.
При этом суды не усмотрели какой-либо иной объяснимой экономической причины погашения третьим лицом требований кредиторов должника (учитывая, что к моменту совершения указанного действия процедура банкротства длилась более 6 лет и все это время имущество должника находилось в пользовании заинтересованного по отношению к нему лица).
С учетом изложенного, установив, что требования кредиторов должника удовлетворены третьим лицом, однако данному обстоятельству способствовали активные действия управляющего ФИО3, суды пришли к выводу о праве ФИО3 на получение процентного вознаграждения. При этом, заключив, что, хотя финансовым управляющим осуществлен значительный объем мероприятий, направленных на реализацию конкурсной массы, однако данные мероприятия не завершены, имущество должника не реализовано по причине погашения требований кредиторов третьим лицом, имущество имелось у должника с момента возбуждения дела о банкротстве и не требовалось оспаривания сделки должника либо истребования его у третьих лиц, суды посчитали возможным установить размер процентов в сумме 202 016,84 руб. (30 % от заявленной финансовым управляющим суммы), исходя из объема и эффективности мероприятий финансового управляющего.
При этом фактов незаконных действий (бездействия) финансового управляющего, что могло бы послужить основанием к отказу выплаты финансовому управляющему процентов по вознаграждению, в том числе применительно к приводимым должником доводам и обстоятельствам, судами установлено не было.
Доводы должника о том, что при поступлении заявления о намерении погасить требования кредиторов, действуя добросовестно и законно, ФИО3 должна была приостановить торги, однако этого не сделала, препятствовала осмотру потенциальным покупателям объектов продажи, и после поступления денежных средств на счет, продолжала проводить торги, апелляционный суд отклонил как несостоятельные, придя к выводу о своевременном прекращении управляющим ФИО3 проведения торгов (их отмене) после погашения ФИО2 реестра требований кредиторов ФИО1
Довод заявителя жалобы о том, что в результате умышленного бездействия управляющего ФИО3, проигнорировавшей просьбы должника о допуске его к спорному имуществу с целью консервации объекта недвижимости и фактически ограничившей доступ к нему, данное имущество получило повреждения (вследствие негативных погодных условий, подтопления стоками с соседних участков), отклонен апелляционным судом с указанием на нахождение имущества должника в неудовлетворительном состоянии (требующем ремонта) уже по состоянию на 14.09.2021 (согласно экспертному заключению от 15.09.2021 № 01/09/2021), т.е. за 2 года до утверждения ФИО3 финансовым управляющим должника, и на не представление доказательств ухудшения его состояния в связи с действиями (бездействием) ФИО3
Признавая несостоятельными и отклоняя доводы ФИО1 о незаконном отказе ФИО3 в выдаче ему минимального размера от доходов, апелляционный суд, принял во внимание пояснения управляющего ФИО3, согласно которым, обращаясь к ней с ходатайством об установлении ежемесячных выплат на личные нужды, должник не представил ни документы, подтверждающие наличие у него источника ежемесячного дохода, ни документов, подтверждающих суммы ежемесячных платежей на съемное жилье, ЖКХ, лекарства, в связи с чем в ответ на данное ходатайство ею были запрошены необходимые документы, однако ответ от должника не поступил.
Отклоняя как несостоятельные доводы должника о непринятии ФИО3 мер по взысканию с общества «Ротор» средств по исполнительному листу и не принятии должных мер к полному взысканию со страховой компании долга арбитражного управляющего ФИО8 по исполнительному листу, апелляционный суд установил, что переданный представителем должника 31.10.2023 управляющему ФИО3 исполнительный лист в отношении общества «Ротор» 13.11.2023 был направлен ФИО3 в службу приставов по месту регистрации данного общества; что полученный управляющим исполнительный лист на взыскание с арбитражного управляющего ФИО8 в конкурсную массу должника ФИО1 убытков первоначально направлялся ФИО3 в страховую компанию «Арсеналъ», которой была произведена частичная страховая выплата (в октябре - ноябре 2023 года) за период нарушения, приходящийся на срок действия ее полиса, после чего (в декабре 2023 года) направлен управляющим в страховую компанию «Гелиос» и получен ею, что нашло свое отражение в отчете управляющего от 31.12.2023, с учетом чего заключил, что с даты прекращения производства по делу о банкротстве ФИО1 был вправе самостоятельно получать информацию о судьбе исполнительных листов. Судом указано на не представление доказательств, что по вине ФИО3 была утрачена возможность взыскания дебиторской задолженности полностью или в части.
Суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов не усматривает.
Согласно пунктов 1 - 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. Вознаграждение в деле о банкротстве выплачивается арбитражному управляющему за счет средств должника, если иное не предусмотрено данным Федеральным законом. Вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов.
В соответствии с пунктом 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае исполнения гражданином утвержденного арбитражным судом плана реструктуризации его долгов составляет семь процентов размера удовлетворенных требований кредиторов. Сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.
Исходя из правовой позиции, сформулированной в пункте 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, в отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства.
Согласно пункту 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» в случае прекращения производства по делу о банкротстве (пункт 1 статьи 57 Закона о банкротстве), в том числе в связи с исполнением обязательств должника третьим лицом (статьи 113 и 125 того же Федерального закона), проценты по вознаграждению за процедуру банкротства, в ходе которой было прекращено производство, не выплачиваются, за исключением случаев восстановления платежеспособности должника в ходе финансового оздоровления или внешнего управления. В исключительных случаях, если арбитражный управляющий докажет, что он внес существенный вклад в достижение целей соответствующей процедуры банкротства, суд вправе увеличить размер его вознаграждения применительно к пункту 5 статьи 20.6 Закона о банкротстве.
По смыслу названных норм и разъяснений сумма процентов по вознаграждению арбитражного управляющего является дополнительным вознаграждением и выплачивается по результатам завершения (прекращения) соответствующей процедуры банкротства, в которой арбитражный управляющий в интересах должника в целях реализации задач, установленных для данной процедуры, исполнял возложенные на него законодательством обязанности. Установление вознаграждения в виде процентов направлено на поощрение арбитражного управляющего за осуществление работы по принятию мер по формированию конкурсной массы для расчетов с кредиторами.
В свою очередь, арбитражный управляющий не может претендовать на выплату сверх фиксированного вознаграждения тогда, когда при прекращении производства по делу он не производил каких-либо мероприятий, предусмотренных, в частности, пунктом 2 статьи 129, статьями 130 и 139 Законом о банкротстве, а исполнение обязательств состоялось без какого-либо влияния и участия управляющего (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2023 № 306-ЭС21-13461(4).
Указанная правовая позиция применима и в деле о банкротстве гражданина.
В рассматриваемом случае, руководствуясь вышеизложенными нормами права и разъяснениями, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения спорящих лиц, учитывая конкретные обстоятельства дела, и, установив, что требования кредиторов должника удовлетворены третьим лицом, однако данному обстоятельству способствовали активные действия управляющего ФИО3, а ее участие в процедуре банкротства ФИО1 не ограничивалось формальным контролем, отсутствие на стороне финансового управляющего ФИО3 признаков недобросовестных действия (бездействия), суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о праве ФИО3 на получение процентного вознаграждения, размер которых установлен судами исходя из объема и эффективности мероприятий финансового управляющего (в размере 30 % от заявленной финансовым управляющим суммы процентов, рассчитанных им в соответствии с абзацем вторым пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве).
Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.
Доводы, приведенные ФИО1 в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку фактически дублируют ранее приводимые им аргументы и обстоятельства, которые являлись предметом детальной проверки и исследования судов первой и апелляционной инстанций, получили с их стороны надлежащую и исчерпывающую правовую оценку с подробным изложением мотивов отклонения и, по сути, сводятся к несогласию заявителя жалобы с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанному на расхожей с ними оценке доказательственной базы по спору, направлены на их переоценку.
Несогласие заявителя жалобы с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений закона, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права.
Поскольку неправильного применения судами норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, то основания для отмены судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.
Учитывая, что жалоба ФИО1, которому предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины при ее подаче, была оставлена без удовлетворения, на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации с него подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 20 000 руб.
Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Саратовской области от 01.11.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2025 по делу №А57-1051/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 20000 рублей за рассмотрение кассационной жалобы.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий судья Е.В. Богданова
Судьи Е.П. Герасимова
В.А. Самсонов