АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА
пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000
http://fasuo.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
№ Ф09-1811/25
Екатеринбург
04 июня 2025 г.
Дело № А71-12516/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2025 г.
Постановление изготовлено в полном объеме 04 июня 2025 г.
-
Арбитражный суд Уральского округа в составе:
председательствующего Ященок Т.П.,
судей Черкезова Е.О., Поротниковой Е.А.,
при ведении протокола помощником судьи Анкудиновой И.А., рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Удмуртской Республики кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – ИП ФИО1, истец, заявитель) на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.11.2024 по делу № А71-12516/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2025 по тому же делу.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.
В судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в Арбитражном суде Удмуртской Республики приняли участие представители:
ИП ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 10.06.2024, паспорт, диплом), ФИО3 (доверенность от 10.06.2024, паспорт, диплом);
индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – ИП ФИО4, продавец) – ФИО5 (доверенность от 08.11.2023, паспорт, диплом).
ИП ФИО1 обратился в Завьяловский районный суд Удмуртской Республики с иском к ИП ФИО4 и ФИО6 (далее – ФИО6, покупатель) о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи офисного оборудования от 22.05.2022 в связи с мнимостью сделки и применении последствий недействительности (ничтожности) сделки.
Определением Завьяловского районного суда Удмуртской Республики от 15.06.2023 гражданское дело № 2-315/2023 передано на рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики.
Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.07.2023 исковое заявление принято к производству.
Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.11.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.
Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2024 решение суда оставлено без изменения.
В кассационной жалобе ИП ФИО1 просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам
В обоснование доводов, заявитель в жалобе указывает на то, что ИП ФИО7 не могла продать имущество, поскольку 21.04.2021 наложены аресты в качестве обеспечительной меры по делу № А71-10455/2020, а представитель ФИО5 расписался в акте ареста от 26.06.2024 как представитель должника (соответственно, собственника имущества), подтверждая, что спорное имущество по данное время является собственностью ИП ФИО7 Полагает, что ФИО6 и ИП ФИО7 действовали недобросовестно, заключив сделку, направленную на вывод имущества с целью избежать исполнения обязательств перед кредиторами. ФИО6, являясь представителем ИП ФИО7 при наложении арестов, знала о запретах, но приобрела имущество, тем самым способствуя уклонению от взыскания.
ИП ФИО1 в жалобе указывает на то, что судом первой инстанции установлено, что ИП ФИО7 имеющим непогашенную задолженность перед ИП ФИО1, произведено отчуждение принадлежавшего ей имущества, когда узнала о принудительном взыскании в отношении её на сумму 2 111 652 руб., на основании исполнительного листа ФС № 034003362, выданного Арбитражным Судом Удмуртской Республики 05.07.2021, взыскателем по которому является истец. Как считает заявитель, в результате заключения фиктивного договора от 23.05.2022 выведено имущество свыше 100 единиц оборудования, на которое могло быть обращено взыскание по долгам ИП ФИО4, , при этом средства, полученные от ФИО6 за проданное имущество, в счет погашения обязательств перед ИП ФИО1 не отданы, а распорядилась ими по своему усмотрению, что свидетельствует о недобросовестности ИП ФИО4 и злоупотреблении правом.
Истец в жалобе настаивает на отсутствие экономического смысла в покупке производственного имущества для ФИО6, которая в момент заключения спорного договора не имела статуса индивидуального предпринимателя и не являлась соучредителем хозяйствующих обществ. Отмечает, что ФИО6 не доказан факт наличия у неё денежных средств, достаточных для покупки оборудования и бизнеса ИП ФИО7 Кроме того, в дальнейшем при последующих арестах и судебных спорах ФИО6 не проявляла себя как собственник спорного имущества.
Заявитель в жалобе отмечает, что ИП ФИО7 не представлено доказательств декларирования дохода от продажи бизнеса и торгового оборудования, что является доказательством мнимости сделки, а также не оплатила налоги с этого дохода.
ИП ФИО1 приводит довод о занижении стоимости имущества по спорному договору, что, по мнению истца, подтверждается тем, что цена по договору купли-продажи значительно ниже, чем по акту описи и ареста, который ИП ФИО4 не оспорен и не обжалован в судебном порядке.
Кроме того, заявитель в жалобе указывает на то, что ИП ФИО1 20.05.2022предъявлен исполнительный лист в банк, после этого ИП ФИО7 в короткий срок (спустя всего лишь 3 дня) продано имущество по договору от 23.05.2022 своему доверенному физическому лицу ФИО6, которая работала юристом и имела доверенность. Полагает, что судами не учтены указанные обстоятельства, которые, по его мнению, свидетельствуют о мнимости сделки по продаже офисного оборудования, и не дана им надлежащая оценка.
В отзыве на кассационную жалобу ИП ФИО4 указывает, что обжалуемые судебные акты являются законными и обоснованными, доводы заявителя жалобы несостоятельными, просит судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Законность судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы.
Как следует из материалов дела, между ИП ФИО7 (продавец) и ФИО6 (покупатель) 23.05.2022 заключен договор купли-продажи офисного оборудования (далее – договор от 23.05.2022), во исполнение условий которого продавец передал в собственность покупателю производственно-офисное оборудование, а покупатель принял полученное оборудование.
У ИП ФИО7 имеется непогашенная задолженность перед ИП ФИО1, возбуждены исполнительные производства № 84823/22/18030-ИП, № 84822/22/18030-ИП, № 84389/22/18030-ИП.
Полагая, что совершение спорной сделки создает видимость перехода права собственности на оборудование во избежание обращения взыскания на спорное имущество, тогда как денежные средства, полученные от реализации спорного имущества в рамках исполнительных производств, могли погасить часть задолженности, возникшей у ИП ФИО7 перед ИП ФИО1, Предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из того, что истцом не представлено надлежащих доказательств мнимости сделки по купле-продаже офисного оборудования.
Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их изменения или отмены.
Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ является ничтожной мнимая сделка – сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.
Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.
Мнимость (притворность) сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а, совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).
Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.
Из указанных положений следует, что мнимой сделке соответствует отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение ее для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.
Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 АПК РФ). В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется статьями 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.
Исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке, установленном статьей 71 АПК РФ, суды пришли к выводу об отсутствии оснований полагать, что оспариваемая сделка совершена для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.
Принимая данное решение, суды обоснованно исходили из следующего.
Судами приняты во внимание пояснения ИП ФИО7, из которых установлено, что экономическая цель совершения данной сделки заключалась для нее в потребности в денежных средствах для сохранения текущей платежеспособности в условиях начавшейся убыточности бизнеса. Освобождаться от торгово-производственных объектов ИП ФИО7 начала с конца июля 2021 года, так как не имела возможности контролировать сеть, в которой начались недостачи, в частности, ИП ФИО7 на основании соглашения о взаимном урегулировании претензий от 16.07.2021, передала ИП ФИО1 в счет имеющегося долга часть своего бизнеса - торговый павильон, расположенный возле ТЦ «Дуслык» по адресу <...> (факт передачи указанного имущества установлен вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.05.2023 по делу № А71-10455/2020), также передан торговый павильон по адресу: <...>, ФИО8, который ранее являлся работником ИП ФИО7, на основании заключенного с ним договора купли-продажи от 01.04.2022.
Исходя из указанного, суды обоснованно посчитали, что оспариваемый ИП ФИО1 в рамках данного дела договор с ФИО6 не является какой-либо сделкой выборочного характера, обладающей признаками мнимости, поскольку полностью согласуется с единой концепцией волеизъявления ИП ФИО7 по продаже бизнеса и фактическому прекращению предпринимательской деятельности.
Как верно указали суды, оснований считать оспариваемую сделку мнимой лишь по той причине, что ранее ФИО6 работала у ИП ФИО7 юристом, также отсутствуют, поскольку наличие трудовых отношений не лишают ФИО6 права сменить сферу своей деятельности, в том числе заняться предпринимательской деятельностью.
Судами учтены также пояснения ФИО6, согласно которым ФИО6 заинтересовалась кухонным цехом, расположенным на принадлежащем ФИО7 земельном участке, имеющий условный почтовый адрес: <...>, по результатам переговоров ФИО6 приобретено всё находящееся там оборудование (плиты, духовки, холодильники, тестомес и др.), о чем составлен договор от 23.05.2022. Оборудование из цеха не вывозилось, учитывая отсутствие государственной регистрация данного цеха в качестве объекта недвижимого имущества и присвоенного кадастрового номера, в связи с чем предметом договора аренды с заинтересованными лицами он не мог являться, а также, поскольку достигнута договоренность об использовании ФИО6 помещения цеха на условиях его содержания и оплаты коммунальных услуг, то есть фактически заключена сделка купли-продажи оборудования с правом аренды помещения за переменную часть арендной платы (оплата потребленного газа и электроэнергии).
С учетом установленного, при правильном применении норм материального права, суды верно заключили, такой вид договорных отношений не противоречит закону и применялся, в том числе, в сделках между ИП ФИО7 и ИП ФИО1, в связи с этим обоснованно отклонили доводы истца о мнимости сделки лишь на том основании, что приобретенное ФИО6 оборудование не вывозилось из цеха, как имеющие предположительный характер.
Судами из пояснений ФИО6 установлено также, что договор о покупке оборудования заключен в простой письменной форме в г. Ижевске, цена сформировалась исходя из фактического состояния покупаемого оборудования, многое из которого имело значительный срок эксплуатации, износа и цены по предложениям на аналогичные б/у товары на сайтах Авито, и в комиссионном магазине Фуд-Сереис по продаже б/у оборудования для кафе.
Судами установлено, что с момента приобретения ФИО6 оборудования по договору, оно около месяца простаивало в цехе, так как в это время ФИО6 занималась регистрацией в качестве индивидуального предпринимателя и иными организационными вопросами, после чего использовала приобретенное оборудование в своей предпринимательской деятельности по прямому назначению, занималась изготовлением и продажей выпечки, кулинарной продукции и мясных полуфабрикатов, имела в штате 14 наемных работников, выплачивала заработную плату и платила налоги. Однако, в связи с увеличением себестоимости продукции, кадровым дефицитом и потерей рынка сбыта, фактически прекратила свою деятельность в конце июня - начале июля 2023 года, передав индивидуальному предпринимателю ФИО9 спорное оборудование в аренду, который в связи с нерентабельностью также прекратил свою деятельность и в данное время помещение цеха с находящимся там оборудованием простаивает с осени 2024 года.
Доводы истца о том, что ранее часть имущества, являющегося предметом оспариваемой сделки, подвергнута аресту на основании акта от 21.04.2021, рассмотрены судом апелляционной инстанции и правомерно отклонены в связи со следующим.
Апелляционным судом установлено, что в обоснование данного довода истцом представлена копия акта о наложении ареста (описи имущества) от 21.04.2021, составленного судебным приставом-исполнителем Завьяловского РОСП УФССП России по УР ФИО10, согласно которому действительно некоторые предметы, указанные в акте, являлись предметом купли-продажи по спорному договору от 23.05.2022. Однако, отрицая факт нахождения данного имущества под арестом в момент заключения договора и настаивая на снятии ранее наложенных ограничений в спорный период, ИП ФИО7 в подтверждение этого довода представлены документы, а именно: соглашение об урегулировании взаимных претензий от 16.07.202,1 в пункте 5 которого ИП ФИО1 обязался в течение 3-х рабочих дней с момента его подписания отозвать все исполнительные листы, инициировать прекращение всех исполнительных производств в отношении ИП ФИО4, а также обратиться в соответствующие органы для снятия обеспечительных и ограничительных мер, наложенных на её имущество; заявление ИП ФИО1 на имя начальника Завьяловского РОСП УФССП России по УР ФИО11 от 20.07.2021 о снятии всех обременений и наложенных арестов на имущество ФИО7 в связи с заключением мирового соглашения, в том числе, о снятии арестов и ограничений по исполнительному производству от 27.10.2020 № 82410/20/18030-ИП, по которому ранее и производился арест согласно акту от 21.04.2021.
Как установлено апелляционным судом, на основании названного выше заявления ИП ФИО1 все возбужденные в отношении ИП ФИО7 исполнительные производства прекращены, все ранее наложенные аресты на ее имущество сняты, о чем достоверно известно как истцу, так и ИП ФИО7, в связи с чем продавец, заключая договор купли-продажи от 23.05.2022, действовал добросовестно и не мог знать, что спустя год после прекращения исполнительных производств ИП ФИО1 повторно предъявит исполнительные листы для исполнения.
Доказательств, свидетельствующих об обратном, а также опровергающих доводы ИП ФИО7 в этой части, истцом в материалы дела, суду не представлено.
Судом апелляционной инстанции установлено, что, напротив, представленные истцом копии актов повторного ареста этого же имущества, произведенного 26.06.2024, спустя более двух лет после совершения оспариваемой сделки, свидетельствуют о необременительном характере спорного имущества до 26.06.2024, то есть до совершения данных повторных исполнительных действий, обоснованность которых в данное время проверяется Завьяловским районным судом Удмуртской Республики по делу № 2-2883/2024 по иску ФИО6 об освобождении имущества из под ареста.
Отклоняя довод заявителя о ничтожности сделки, в связи с тем, что приобретенное имущество не вывозилось с прежнего адреса, апелляционный суд вернозаключил, что данное обстоятельство не свидетельствует о ее мнимости, поскольку спорное имущество является стационарным оборудованием пищевого цеха, обустроенного в отдельно стоящей самовольной постройке, где фактически и осуществлялась предпринимательская деятельность ФИО6 с привлечением наемных работников.
Оснований для иных выводов у суда кассационной инстанции не имеется.
Таким образом, правильно применив указанные выше нормы права, с учетом толкования условий договора, пояснений сторон договора, оценки представленных в материалы дела доказательств, приняв во внимание доводы и возражения лиц, участвующих в деле, в их совокупности и взаимосвязи, в порядке статьи 71 АПК РФ, суды установили, что отсутствуют основания пролагать, что спорная сделка совершена для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия и материалами дела подтверждено соответствие волеизъявления сторон сделки внутренней воле, в связи с чем не установлены признаки мнимости, сделав обоснованный вывод о не подтверждении мнимости заключенного между ИП ФИО7 и ФИО6 договора, в связи с чем правомерно отказали ИП ФИО1 в удовлетворении заявленных требований.
Доказательств обратного заявителем в материалы дела, суду не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).
С учетом совокупности представленных в дело доказательств у судов отсутствовали основания для иных выводов.
Все доводы заявителя, приведенные в кассационной жалобе, судом отклоняются, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права, были предметом исследовании судов первой и апелляционной инстанций, фактически направлены на переоценку установленных судами обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, сводятся к несогласию с выводами судов и не свидетельствуют о нарушении судами норм права. Между тем оценка имеющейся по делу доказательственной базы и установление на ее основании фактических обстоятельств дела – прерогатива судов первой и апелляционной инстанций и в рамках рассматриваемого дела суды осуществили данные процессуальные действия в соответствии с нормами действующего процессуального законодательства (статьи 64, 65, 71 АПК РФ). При этом переоценка не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статья 286 АПК РФ).
Нормы материального права применены судами правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.
С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК РФ, суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.11.2024 по делу №А71-12516/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий Т.П. Ященок
Судьи Е.О. Черкезов
Е.А. Поротникова