Решение по делу № А51-15548/2024 от 28.03.2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...>

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Владивосток Дело № А51-15548/2024

28 марта 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 20 марта 2025 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Кирильченко М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сергеевой Д.С.,

рассмотрев заявление Общества с ограниченной ответственностью "ВостокЛайн" (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 10.03.2009)

к Дальневосточной электронной таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 15.05.2020)

о признании незаконными решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ№№10720010/071123/3088262 от 25.01.2024, 10720010/151123/3090475 от 14.12.2023, 10720010/151123/3090514 от 12.01.2024, 10720010/241123/3093204 от 28.02.2024, 10720010/111223/3098077 от 08.03.2024, 10720010/111223/3098133 от 07.03.2024, 10720010/131223/3098696 от 01.03.2024, 10720010/131223/3098778 от 26.02.2024,

при участии в судебном заседании:

от заявителя – не явились, извещены надлежащим образом.

от ответчика посредством веб-конференции – ФИО1 по доверенности № 02-10/0039 от 28.08.2024, диплом, паспорт,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "ВостокЛайн" обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Дальневосточной электронной таможне о признании незаконными решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ№№10720010/071123/3088262 от 25.01.2024, 10720010/151123/3090475 от 14.12.2023, 10720010/151123/3090514 от 12.01.2024, 10720010/241123/3093204 от 28.02.2024, 10720010/111223/3098077 от 08.03.2024, 10720010/111223/3098133 от 07.03.2024, 10720010/131223/3098696 от 01.03.2024, 10720010/131223/3098778 от 26.02.2024, одновременно заявив ходатайство о восстановлении срока.

В обоснование заявленных требований общество указало, что у ответчика не имелось оснований для принятия оспариваемых решений, поскольку обществом были представлены все необходимые документы и сведения, подтверждающие таможенную стоимость товаров.

Таможенный орган с заявленными требованиями не согласился, поддержав изложенную в письменном отзыве позицию, указал, что представленные обществом документы не подтвердили правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости были основаны на недостоверных и документально не подтвержденных сведениях. Обосновывая принятие оспариваемых решений, таможенный орган указал, что при сравнении сведений о товарах, заявленных обществом в ходе декларирования, и указанных в экспортных декларациях, поступивших в распоряжение ответчика, последний пришел к выводу об отсутствии документального подтверждения таможенной стоимости декларируемых товаров. При вышеизложенных обстоятельствах, по мнению таможенного органа, им сделан правомерный вывод о том, что представленные заявителем к декларированию коммерческие документы вызывают обоснованное сомнение в их достоверности, в связи с чем, рассматриваемая сделка не может считаться документально подтвержденной и основанной на достоверной информации.

Из материалов дела судом установлено, что ООО «Востоклайн» в Дальневосточный таможенный пост (центр электронного декларирования) ДВЭТ поданы ДТ №№ 10720010/071123/3088262, 10720010/151123/3090475, 10720010/151123/3090514, 10720010/241123/3093204, 10720010/111223/3098077, 10720010/111223/3098133, 10720010/131223/3098696, 10720010/131223/3098778, в которых в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления задекларированы товары различных наименований, поступившие в адрес заявителя во исполнение внешнеторгового контракта от 29.12.2022 № AFUDUOVO-038 (далее - Контракт) заключенного с иностранной компанией «Jinan Afuduo Imp. And Exp. Trading Co., Ltd». Заявленная декларантом таможенная стоимость товаров определена им методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

В связи с выявлением признаков недостоверного заявления таможенной стоимости товаров, задекларированных в ДТ, таможенным органом 13.11.2023, 15.11.2023, 16.11.2023, 24.11.2023, 11.12.2023, 13.12.2023 у декларанта запрошены документы и сведения, необходимые для подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров, а также сообщены суммы обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов, которые необходимо предоставить в целях выпуска товаров.

В информационную систему таможенного органа от декларанта 24.11.2023, 30.12.2023, 22.01.2024, 08.02.2024, 12.02.2024 поступили ответы на запросы документов и (или) сведений.

В адрес декларанта 05.12.2023 по ДТ №10720010/151123/3090475, 14.01.2024 по ДТ №10720010/071123/3088262, 16.02.2024 по ДТ №10720010/241123/3093204 были направлены запросы дополнительных документов и сведений в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС.

От декларанта 05.12.2023 по ДТ №10720010/151123/3090475, 22.01.2024 по ДТ №10720010/071123/3088262 в ответ на запросы дополнительных документов и сведений от 05.12.2023, от 14.01.2024 в информационную систему таможенного органа поступили документы в электронном виде.

По результатам анализа представленных декларантом дополнительных документов, сведений и пояснений таможенным органом 14.12.2023, 12.01.2024, 25.01.2024, 26.02.2024, 28.02.2024, 01.03.2024, 07.03.2024, 08.03.2024 приняты решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ. Сумма дополнительно начисленных подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов составила по ДТ №№10720010/071123/3088262 (272 461,12 рублей), 10720010/151123/3090475 (229230,61 рублей), 10720010/151123/3090514 (949102.41 рублей), 10720010/241123/3093204 (267765,25 рублей), 10720010/111223/3098077 (96215,37 рублей), 10720010/111223/3098133 (212801,91 рублей), 10720010/131223/3098696 (266422,31 рублей), 10720010/131223/3098778 (335499,21 рублей).

Основаниями для принятия вышеуказанных решений послужили следующие выводы таможенного органа: не представлена экспортная декларация; не подтверждена оплата товаров; не представлено документальное подтверждение согласования существенных условий поставки; на запрос таможенного органа о предоставлении прайс-листов продавцов или производителя товаров декларантом документы не представлены (ДТ №№ 10720010/071123/3088262, 10720010/151123/3090475, 10720010/241123/3093204, 10720010/111223/3098133, 10720010/131223/3098696, 10720010/131223/3098778); представленное коммерческое предложение содержит печать и подпись продавца. Указанный документ составлен только на русском языке, при этом документ заверен печатью иностранной компании (ДТ №№10720010/151123/3090514, 10720010/111223/3098077); ведомость банковского контроля по Контракту предоставлена на дату ранее даты декларации. Согласно предоставленной ведомости банковского контроля получателями платежей по Контракту кроме КНР являются несколько стран, в том числе Гонконг, Корея, Япония в то время как Контактом предусмотрена оплата за товар продавцу в КНР. При этом в рамках дополнительной проверки таможенным органом запрашивался внешнеторговый контракт и все действующие приложения, дополнения (изменения) к нему. Однако данные документы представлены не были (ДТ №№ 10720010/151123/3090514, 10720010/241123/3093204, 10720010/111223/3098077, 10720010/111223/3098133); представленные УПД содержат сведения реализации в меньшем размере, чем себестоимость товаров (ДТ №№10720010/131223/3098778, 10720010/071123/3088262); не представлены пояснения о влияющих на цену физических характеристиках, качестве и репутации на рынке ввозимых товаров (ДТ №№10720010/151123/3090514, 10720010/151123/3090475); не представлены регистрационные документы контрагента (Свидетельство предприятия юридического лица о праве на осуществление хозяйственной деятельности, Свидетельство о постановке на учет в налоговых органах КНР, выписки из реестра таможенного органа КНР о регистрации компании в качестве участника ВЭД и т.д. (ДТ №10720010/151123/3090514); запрошенная выписка по движению денежных средств по валютным и рублевым счетам не предоставлена (ДТ №10720010/131223/3098696); не представлены документы о предстоящей реализации ввезенных товаров на территории РФ (ДТ №10720010/131223/3098696).

Не согласившись с решениями таможенного органа, посчитав, что они не соответствуют закону и нарушают его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением, заявив ходатайство о восстановлении срока на обращение в суд.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемых решений, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований заявителя в силу следующего.

По правилам части 1 статьи 198 АПК РФ для признания незаконными решений, действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, необходимо наличие совокупности условий, а именно: оспариваемые решения, действия (бездействия) должны не соответствовать закону или иному нормативному правовому акту, нарушать права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагать на него какие-либо обязанности, создавать иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено Федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом (часть 4 статьи 198 АПК РФ).

На основании части 1 статьи 115 АПК РФ лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных настоящим Кодексом или иным Федеральным законом либо арбитражным судом.

Частью 1 статьи 117 АПК РФ предусмотрено, что процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

По смыслу правовой позиции, содержащейся в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02.12.2013 №1908-О, положение части 4 статьи 198 АПК РФ для исчисления закрепленного им процессуального срока исходит не из презумпции разумно предполагаемой осведомленности лица о нарушении его прав и законных интересов, а из того, что начало течения этого срока определяется в каждом конкретном случае судом на основе установления момента, когда заинтересованное лицо реально узнало о соответствующем нарушении.

Из разъяснений пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 №21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ №21) следует, что срок обращения в суд по делам, рассматриваемым по правилам главы 22 КАС РФ, главы 24 АПК РФ, начинает исчисляться со дня, следующего за днем, когда лицу стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов, о создании препятствий к осуществлению его прав и свобод, о возложении обязанности, о привлечении к ответственности (часть 3 статьи 92 КАС РФ, часть 4 статьи 113 и часть 4 статьи 198 АПК РФ).

Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании. Уважительность причин пропуска срока оценивается судом независимо от того, заявлено ли гражданином, организацией отдельное ходатайство о восстановлении срока. В случае пропуска указанного срока без уважительной причины суд отказывает в удовлетворении заявления без исследования иных фактических обстоятельств по делу (пункт 3 части 2 статьи 136 АПК РФ).

В том случае, когда гражданин, организация в установленные законодательством сроки по своему усмотрению обжаловали решение, действие (бездействие) в вышестоящий орган, вышестоящему должностному лицу и в удовлетворении жалобы отказано или ответ на жалобу не получен в установленный срок, соответствующее решение, действие (бездействие) также могут быть оспорены в суде. В этом случае обращение с жалобой может являться основанием для восстановления срока (часть 4 статьи 198 АПК РФ).

Согласно разъяснениям пункта 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» право на обжалование решений, действий (бездействия) таможенных органов предоставлено в равной мере лицам, как избравшим административный способ обжалования в вышестоящий таможенный орган, так и обратившимся непосредственно в суд (часть 1 статьи 286 Закона о таможенном регулировании). Поскольку лицо, избравшее административный способ обжалования, не может быть ограничено в праве на судебную защиту, период административного обжалования решений, действий (бездействия) таможенного органа, в том числе если жалоба не была рассмотрена по существу, не включается в срок обращения в суд.

Как подтверждается материалами дела, предметом настоящего спора является законность и обоснованность решений таможни от 25.01.2024, от 14.12.2023, от 12.01.2024, от 28.02.2024, от 08.03.2024, от 07.03.2024, от 01.03.2024, от 26.02.2024 о корректировке таможенной стоимости товаров. Заявитель обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании решений таможни посредством электронного документооборота только 10.08.2024, что подтверждается отчетом из информационной системы «Мой арбитр» о направлении заявления в электронном виде и свидетельствует о пропуске срока на подачу заявления в суд.

Заявляя о восстановлении пропущенного срока, общество указало на досудебное обжалование указанных решений в вышестоящий таможенный орган.

Действительно, как подтверждается материалами дела, общество до обращения в суд с рассматриваемым заявлением, 14.03.2024, 22.05.2024 обращалось в таможенный орган с жалобами на решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ№№10720010/071123/3088262 от 25.01.2024, 10720010/151123/3090475 от 14.12.2023, 10720010/151123/3090514 от 12.01.2024, 10720010/241123/3093204 от 28.02.2024, 10720010/111223/3098077 от 08.03.2024, 10720010/111223/3098133 от 07.03.2024, 10720010/131223/3098696 от 01.03.2024, 10720010/131223/3098778 от 26.02.2024.

Как указывает ответчик, 20.03.2024 в ДВЭТ поступили жалобы ООО «Востоклайн» на решения ДВЭТ о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№ 10720010/071123/3088262, 10720010/151123/3090475, 10720010/151123/3090514, 27.03.2024 в соответствии с частью 2 статьи 288 Федерального закона № 289-ФЗ, жалобы ООО «Востоклайн» на решения ДВЭТ о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№10720010/071123/3088262, 10720010/151123/3090475, 10720010/151123/3090514 направлены по принадлежности в Дальневосточное таможенное управление.

Аналогичным образом 27.05.2023 в ДВЭТ поступили жалобы ООО «Востоклайн» на решения ДВЭТ о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№ 10720010/241123/3093204, 10720010/111223/3098077, 10720010/111223/3098133, 10720010/131223/3098696, 10720010/131223/3098778.

ДВЭТ на основании пункта 6 части 1 статьи 293 Федерального закона № 289-ФЗ отказано в рассмотрении по существу жалоб ООО «Востоклайн» на решения ДВЭТ от 26.02.2024, от 28.02.2024, 01.03.2024, 07.03.2024, 08.03.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, о чем Общество уведомлено письмом от 26.06.2024 №02-25/06880.

При таких обстоятельствах, независимо от результатов рассмотрения жалоб общества, учитывая, что в материалах дела имеются доказательства обращения заявителя с жалобами на решения, суд приходит к выводу о том, что пропуск установленного законом срока был обусловлен объективными причинами, имеющими признаки уважительности. С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что заявленные обществом причины для восстановления нарушенного срока являются уважительными, в связи с чем, заявленное обществом ходатайство подлежит удовлетворению.

Давая оценку доводам заявителя о незаконности решений таможни, суд исходит из следующего.

В соответствии с положениями Договора о Евразийском экономическом союзе с 01.01.2018 в Евразийском экономическом союзе осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право Союза, а также в соответствии с положениями Договора.

В пункте 1 статьи 38 ТК ЕАЭС определено, что положения главы 5 «Таможенная стоимость товаров» базируются на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994).

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Согласно пункту 9 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Порядок и условия применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) предусмотрены статьей 39 ТК ЕАЭС, согласно которой таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 Кодекса, при выполнении следующих условий:

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении условий, указанных в данном пункте.

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС установлено, что товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

Таким образом, вышеуказанные положения ТК ЕАЭС свидетельствуют о том, что применяемые подходы к определению таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, должны иметь своей целью наиболее адекватное отражение денежной оценки ввозимого товара, исходя из суммы, способной быть вырученной при его отчуждении в обычных условиях открытого рынка. При декларировании ввезенного товара декларантом должны быть соблюдены условия о документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности заявленной таможенной стоимости товара.

Положенные в основу заявленных требований доводы, общество мотивирует достоверностью представленных таможенному органу сведений о таможенной стоимости ввезенных товаров по ДТ №№10720010/071123/3088262, 10720010/151123/3090475, 10720010/151123/3090514, 10720010/241123/3093204, 10720010/111223/3098077, 10720010/111223/3098133, 10720010/131223/3098696, 10720010/131223/3098778 и предоставлением для их подтверждения необходимого пакета документов.

Вместе с тем, совокупный анализ представленных обществом пояснений и дополнительных документов показывает, что они фактически не были направлены на обоснование стоимостной характеристики заявленной таможенной стоимости.

Согласно пункту 4.1 Контракта оплата партии товара производится следующим путем: 100 % стоимости товаров должны быть оплачены не позднее 12 месяцев после поставки товара на таможенную территорию Российской Федерации.

Пунктом 4.3 Контракта определено, что оплата товаров осуществляется банковским переводом со счета покупателя на счет продавца, либо на счет другого лица, указанного продавцом, посредством уведомления, являющегося неотъемлемой частью контракта.

Сторонами предусмотрен авансовый платеж за товар (от 10 % до 100 % от общей суммы). Сумма авансового платежа должна быть прописана в соответствующей спецификации к контракту на определенную партию товаров. При авансовом платеже срок поставки товаров со дня оплаты составляет 180 дней. При не поставке товара в течение 180 дней, авансовый платеж должен быть возвращен продавцом на счет покупателя в течение 175 рабочих дней (пункт 4.4 Контракта).

При этом довод заявителя о том, что оплата в адрес третьих лиц за товар по Контракту по просьбе продавца - китайской компании никак не подтверждает и не опровергает таможенную стоимость, подлежат отклонению. В комплекте документов при подаче ДТ №10720010/071123/3088262 представлен инвойс-спецификация от 30.07.2023 №AFUDUO-1025, в котором отсутствуют согласованные конкретные условия оплаты

В целях подтверждения оплаты декларантом представлены заявления на перевод от 22.11.2023 №157 на сумму 68 548,90 китайских юаней, от 30.11.2023 №169 на сумму 580 000 китайских юаней, в графах «Назначение платежа» которых отражены реквизиты инвойса от 30.07.2023 №AFUDUO - 1025 (относящегося к данной поставке), а также инвойсы от 30.07.2023 №1027, от 18.07.2023 №1012, от 29.07.2023 №1024. При этом суммы переводов по каждому инвойсу не отражены, что не позволяет установить размер денежных средств, оплаченных по данным заявлениям за декларируемые товары. Сумма денежных средств, переведенных по заявлениям превышает стоимость товаров, задекларированных в ДТ № 10720010/071123/3088262.

Кроме того, в графах «Бенефициар» заявлений на перевод указаны реквизиты компаний «Zhejiang Сартр Service Co., Ltd» (Китай), «Cai Qi» (Китай), не являющихся ни продавцом по Контракту, ни отправителем, ни изготовителем товаров. Роль и статус данных компаний в отношении товаров или с продавцом не прослеживается ни из условий Контракта, ни из коммерческих и транспортных документов. Какие-либо дополнительные соглашения к контракту, в которых сторонами была бы согласована оплата в адрес третьих лиц, реквизиты банков получателей, в таможенный орган обществом не представлены, равно как и объяснения причин невозможности их представления.

В комплекте документов при подаче ДТ №10720010/151123/3090475 представлен инвойс-спецификация от 30.07.2023 №AFUDUO-1027, в котором отсутствуют согласованные конкретные условия оплаты

В целях подтверждения оплаты декларантом представлены заявления на перевод от 22.11.2023 №153 на сумму 27 324 китайских юаней, №154 на сумму 99 403 китайских юаней, №156 на сумму 68 764,32 китайских юаней, в графах «Назначение платежа» которых отражены реквизиты инвойса от 30.07.2023 №AFUDUO-1027 (относящегося к данной поставке). В заявлении на перевод №156 также указан инвойс от 07.08.2023 №1045, при этом суммы переводов по каждому инвойсу не отражены, что не позволяет установить размер денежных средств, оплаченных по данному заявлению за задекларированные товары.

Кроме того, в графах «Бенефициар» указаны реквизиты компаний «Haining Haihong New Material Co., Ltd» (Китай), «Shenzhen Jlh Enterprise Co., Ltd» (Китай), «Yihuang County Huafeng Trading Co., Ltd» (Китай), не являющихся ни продавцом по Контракту, ни отправителем, ни изготовителем товаров. Роль и статус данных компаний в отношении товаров или с продавцом не прослеживается ни из условий Контракта, ни из коммерческих и транспортных документов. Какие-либо дополнительные соглашения к контракту, в которых сторонами была бы согласована оплата в адрес третьих лиц, реквизиты банков получателей, в таможенный орган обществом не представлены, равно как и объяснения причин невозможности их представления.

В комплекте документов при подаче ДТ №10720010/151123/3090514 представлен инвойс-спецификация от 07.08.2023 №AFUDUO-1045, в котором отсутствуют согласованные конкретные условия оплаты

В целях подтверждения оплаты декларантом представлены заявления на перевод от 22.11.2023 №155 (на сумму 142678,63 китайских юаней) и №156 (па сумму 68764,32 китайских юаней), ведомость банковского контроля по состоянию на 15.11.2023, выписки по счету № 40702156600100010879 за период с 01.11.2023 по 15.11.2023. В заявлениях на перевод в графах «Назначение платежа» отражены реквизиты инвойса от 07.08.2023 №AFUDUO-1045, относящегося к данной поставке. В заявлении на перевод №156 также указан инвойс от 30.06.2023 №AFUDUO-1027, при этом суммы переводов по каждому инвойсу не отражены, что не позволяет установить размер денежных средств, оплаченных по данному заявлению за декларируемые товары.

Кроме того, в графах «Бенефициар» заявлений на перевод от 22.11.2023 №№155, 156 содержатся реквизиты компаний «Носо Tecnology (Hongkong) Со Limited» (Китай), «Yihuang County Huafeng Trading Co., Ltd» (Китай), не являющихся ни стороной Контракта, ни отправителем. При этом установлено, что компания «Носо Tecnology (Hongkong) Со Limited)) выступает в качестве производителя части товаров, задекларированных в ДТ № 10720010/151123/3090514. Роль и статус компании «Yihuang County Huafeng Trading Co., Ltd» в отношении товаров или с продавцом не прослеживается ни из условий Контракта, ни из коммерческих и транспортных документов. Какие-либо дополнительные соглашения к контракту, в которых сторонами была бы согласована оплата в адрес третьих лиц, реквизиты банков получателей, в таможенный орган декларантом не представлены, равно как и объяснения причин невозможности их представления.

В комплекте документов при подаче ДТ №10720010/241123/3093204 представлен инвойс- упаковочный лист-спецификация от 05.08.2023 №AFUDUO-1041 на сумму 26 308,93 долл. США, в котором отсутствуют согласованные конкретные условия оплаты

В целях подтверждения оплаты декларантом представлено заявление на перевод от 17.01.2024 №14 (на сумму 180 590,00 китайских юаней, в валюте контракта 24 904.50 долл. США) в графе «Назначение платежа» отражены реквизиты инвойса от 05.08.2023 №AFUDUO-1041, относящегося к данной поставке. Сумма денежных средств, переведенных по заявлению, не соответствует стоимости товаров, задекларированных в ДТ №10720010/241123/3093204. В заявлениях на перевод от 22.11.2023 №153 (на сумму 27 324,00 китайских юаней), №154 (на сумму 99 403,00 китайских юаней), №156 (на сумму 68 764,32 китайских юаней), №157 (на сумму 68 548,90 китайских юаней) представленных при подаче ДТ указаны инвойсы от 30.07.2023 №AFUDUO-1025, от 30.07.2023 №AFUDUO-1027, от 07.08.2023 №AFUDUO-1045. При этом ссылка на инвойс, относящийся к данной поставке, отсутствует. Суммы переводов по каждому инвойсу не отражены, что не позволяет установить размер денежных средств, оплаченных по данным заявлениям за декларируемые товары.

Кроме того, в графе «Бенефициар» заявления на перевод от 17.01.2024 №14 содержатся реквизиты компании «Носо Tecnology (Hongkong) Со Limited)) (Китай), не являющейся ни продавцом по Контракту, ни отправителем, ни изготовителем товаров. Роль и статус данной компании в отношении товаров или с продавцом не прослеживается ни из условий Контракта, ни из коммерческих и транспортных документов. Какие-либо дополнительные соглашения к контракту, в которых сторонами была бы согласована оплата в адрес третьих лиц, реквизиты банков получателей, в таможенный орган обществом не представлены, равно как и объяснения причин невозможности их представления.

В комплекте документов при подаче ДТ №10720010/111223/3098077 представлен инвойс-спецификация от 04.08.2023 №AFUDUO-1040 на сумму 3 841,69 долл. США, в котором отсутствуют согласованные конкретные условия оплаты

В целях подтверждения оплаты декларантом представлено заявление на перевод от 24.01.2024 №31 (на сумму 246 807,86 китайских юаней, в валюте контракта 34 195,75 долл. США) в графе «Назначение платежа» отражены реквизиты инвойсов от 18.07.2023 №AFUDUO-1012, от 01.08.2023 №AFUDUO-1029, от 03.08.23 №AFUDUO-1033, от 02.08.23 №AFUDUO-1032, от 04.08.2023 №AFUDUO-1040 (относящийся к данной поставке). При этом суммы переводов по каждому инвойсу не отражены, что не позволяет установить размер денежных средств, оплаченных по данному заявлению за декларируемые товары.

Кроме того, в графе «Бенефициар» заявления на перевод от 24.01.2024 №31 содержатся реквизиты компании «Qingdao Donrex Co., Ltd» (Китай), не являющейся ни продавцом по Контракту, ни отправителем, ни изготовителем товаров. Роль и статус данной компании в отношении товаров или с продавцом не прослеживается ни из условий Контракта, ни из коммерческих и транспортных документов. Какие-либо дополнительные соглашения к контракту, в которых сторонами была бы согласована оплата в адрес третьих лиц, реквизиты банков получателей, в таможенный орган обществом не представлены, равно как и объяснения причин невозможности их представления.

В комплекте документов при подаче ДТ №10720010/111223/3098133 представлен инвойс-спецификация от 02.08.2023 №AFUDUO-1032 на сумму 26 935,97 долл. США, в котором отсутствуют согласованные конкретные условия оплаты.

В целях подтверждения оплаты декларантом представлено заявление на перевод от 24.01.2024 №31 (на сумму 246 807,86 китайских юаней, в валюте контракта 34 195,75 долл. США) в графе «Назначение платежа» отражены реквизиты инвойсов от 18.07.2023 №AFUDUO-1012, от 01.08.2023 №AFUDUO-1029, от 03.08.2023 №AFUDUO-1033, от 02.08.2023 №AFUDUO-1032 (относящийся к данной поставке), от 04.08.2023 №AFUDUO-1040. При этом суммы переводов по каждому инвойсу не отражены, что не позволяет установить размер денежных средств, оплаченных по данному заявлению за декларируемые товары.

Относительно условий оплаты по ДТ №10720010/131223/3098696, согласно пояснениям декларанта оплата товаров производится не позднее 12 месяцев после поставки товаров на территорию РФ. Данная поставка товаров еще не оплачена. Однако в инвойсе-спецификации от 28.07.2023 №AFUDUO-1023 на сумму 31 145,44 долл. США отсутствуют согласованные конкретные условия оплаты, с учетом установленной Контрактом вариативности оплаты. Таким образом, декларантом не были представлены документы, подтверждающие согласование условий об отсрочке платежа, в связи с чем не представляется возможным установить размер суммы денежных средств, фактически уплаченной за декларируемую партию товара.

В комплекте документов при подаче ДТ №10720010/131223/3098778 представлен инвойс-спецификация от 01.08.2023 №AFUDUO-1029 на сумму 36 912,55 долл. США, в котором отсутствуют согласованные конкретные условия оплаты.

При подаче ДТ были представлены заявления на перевод от 22.11.2023 №153 (на сумму 27 324,00 китайских юаней), №154 (на сумму 99 403,00 китайских юаней), №156 (на сумму 68 764,32 китайских юаней), №157 (на сумму 68 548,90 китайских юаней) в которых указаны инвойсы от 30.07.2023 №AFUDUO-1025, от 30.07.2023 №AFUDUO-1027, от 07.08.2023 №AFUDUO-1045. Ссылка на инвойс, относящийся к данной поставке, отсутствует.

В ходе проверки в целях подтверждения оплаты декларантом представлено заявление на перевод от 18.01.2024 №16 (на сумму 51 915.00 китайских юаней, в валюте контракта 7 159.01 долл. США) в графе «Назначение платежа» отражены реквизиты инвойса от 01.08.2023 №AFUDUO-1029, относящегося к данной поставке. В представленном также в ходе проверки заявлении на перевод от 24.01.2024 №31 (на сумму 246 807,86 китайских юаней, в валюте контракта 34 195,75 долл. США) в графе «Назначение платежа» отражены реквизиты инвойсов от 18.07.23 №AFUDUO-1012, от 01.08.23 №AFUDUO-1029 (относящийся к данной поставке), от 03.08.2023 №AFUDUO-1033, от 02.08.2023 №AFUDUO-1032, от 04.08.2023 №AFUDUO-1040. При этом суммы переводов по инвойсам не отражены, что не позволяет установить размер денежных средств, оплаченных по данному заявлению за декларируемые товары. Общая сумма денежных средств, переведенных по заявлениям №№16, 31, составляет 41 354,76 долл. США, что превышает стоимость товаров, задекларированных в ДТ №10720010/131223/3098778.

Кроме того, в графах «Бенефициар» заявлений на перевод №16,31 указаны реквизиты компаний «Xiaogan Realight Auto Lighting Co., Ltd», «Qingdao Donrex Co., Ltd» (Китай), не являющихся ни продавцом по Контракту, ни отправителем, ни изготовителем товаров. Роль и статус данных компаний в отношении товаров или с продавцом не прослеживается ни из условий Контракта, ни из коммерческих и транспортных документов. Какие-либо дополнительные соглашения к контракту, в которых сторонами была бы согласована оплата в адрес третьих лиц, реквизиты банков получателей, в таможенный орган обществом не представлены, равно как и объяснения причин невозможности их представления.

Согласно информации, доведенной письмом Представительства Таможенной службы Российской Федерации в КНР от 03.08. 2022 № 25-13-16/0805, китайские компании не могут получать валютную выручку за экспортируемые товары на счета иные, чем указано во внешнеторговом контракте. Так, статьей 14 Руководства по валютному регулированию в сфере торговли, утвержденному в приложении № 1 к Уведомлению Государственного управления валютного регулирования КНР от 30.06.2012 №38, валютные платежи в рамках внешней торговли должны осуществляться по принципу «получатель валютной выручки - экспортер, отправитель валютного перевода -импортер». В соответствии со статьей 2 Правил применения руководства по валютному регулированию в сфере торговли, утвержденных в приложении №2 к Уведомлению Государственного управления валютного регулирования КНР от 30.06.2012 №38, предприятие-резидент материкового Китая обязано на основании условий договора своевременно и в полном объеме получить экспортную выручку либо в установленном порядке осуществить ее хранение за рубежом.

Таким образом, цена, фактически уплаченная за товары, задекларированные в ДТ №№10720010/071123/3088262, 10720010/151123/3090475, 10720010/151123/3090514, 10720010/241123/3093204, 10720010/111223/3098077, 10720010/111223/3098133, 10720010/131223/3098696, 10720010/131223/3098778, обществом не подтверждена.

Доводы общества о том, что получение экспортной декларации находится вне возможностей декларанта, подлежат отклонению.

Экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

Как следствие, сведения, отраженные в экспортной декларации, являются значимыми для осуществления контроля таможенной стоимости ввозимых товаров, как отражающие результаты контроля государственных органов страны вывоза. Кроме того, сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению таможенной стоимости вывозимого товара.

Согласно запросам таможенного органа у декларанта запрашивались сканированные копии экспортных деклараций с заверенными переводами на русский язык. Декларантом в ответах на запросы таможенного органа экспортные таможенные декларации представлены не были.

Позиция заявителя о том, что обязанность по представлению экспортной таможенной декларации страны отправления не содержится в действующем законодательстве, является несостоятельной и противоречит положениям подпункта в пункта 8 Положений №42.

Таким образом, непредставление обществом деклараций страны отправления не позволило таможне проанализировать сведения о стоимости декларируемых товаров в стране отправления и не позволило уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товаров в соответствии с законодательством страны происхождения и отправления товаров.

Также довод общества о том, что непредставление приложений по ДТ №10720010/071123/3088262 подтверждается документами к спорной ДТ, суд находит подлежащим отклонению в силу следующего.

Пунктом 1.1 Контракта определено, что продавец продает, а покупатель покупает на условиях CFR порты Восточный, Находка, Владивосток, Россия (в редакции ИНКОТЕРМС 2010) или на условиях FOB/FCA порты Китая/Кореи/Японии/Соединенных штатов Америки и стран АТР или EXW, товары народного потребления, а именно, ткани, трикотажные и швейные изделия, обувь, промышленное оборудование, мебель и фурнитуру к ней, полимерные изделия, строительные материалы, санитарно-техническую продукцию, бытовую технику, изделия для детей, а также технологическое оборудование, спецтехнику, мототехнику, транспортные средства и запасные части к ним иностранного производства и прочие товары, необходимые покупателю для дальнейшей реализации на российском рынке, в соответствии со спецификациями, подписываемыми сторонами на каждую отдельную поставку, являющимися неотъемлемой частью контракта.

Согласно пункту 3.4 Контракта к каждой партии товаров продавец должен предоставить покупателю (не позднее трех дней с момента отгрузки соответствующей партии товаров), посредством электронной почты следующие документы: инвойс, упаковочный лист, спецификация, отгрузочный документ (коносамент).

Соглашением от 25.02.2023 №0081 к Контракту установлено, что в раздел 9 Контракта был добавлен пункт 9.5 о том, что грузоотправителем или грузополучателем могут быть третьи стороны, что должно быть отражено в спецификации к поставке или в дополнительном соглашении, оформленным письменно и заверенным уполномоченными представителями обеих сторон.

Согласно пункту 9.3 Контракта все спецификации, а также иные изменения и дополнения к контракту являются его неотъемлемой частью и оформляются путем составления одного документа, подписанного обеими сторонами, либо путем обмена односторонне подписанными документами, посредством почтовой, факсимильной (телефонной) или электронной связи (электронной почты).

В целях подтверждения заявленных сведений о таможенной стоимости товаров декларантом в таможенный орган были направлены копии Контракта, соглашений к Контракту от 28.02.2023 №0081, от 20.06.2023 №0082, дополнительного соглашения от 11.02.2023 №0077 в формализованном виде, инвойса-спецификации от 30.07.2023 №AFUDUO-1025, международной железнодорожной накладной от 27.10.2023 №32883513.

В графе 22 ДТ №10720010/071123/3088262 обществом заявлена стоимость партии товаров - 35 468,98 долларов США. При декларировании товаров декларантом представлен инвойс от 30.07.2023 №AFUDUO-1025 в формализованном виде, в котором стоимость партии товаров составляет 35 468,98 долларов США (цена за единицу товара №1 - 1,354896 долларов США, товара №2 - 0,334 долларов США). Однако в инвойсе-спецификации от 30.07.2023 №AFUDUO-1025 на бумажном носителе стоимость товаров составляет 32 603,44 долларов США, что не соответствует заявленным в ДТ сведениям и не позволяет установить фактическую стоимость товаров.

Представленные обществом Контракт и инвойс-спецификация от 30.07.2023 №AFUDUO-1025 содержат лишь печать и факсимиле подписи продавца, при этом печать и подпись покупателя отсутствуют, что противоречит положениям пункта 1.1 Контракта. Какие-либо иные документы, в которых сторонами согласованы существенные условия сделки, декларантом в таможенный орган не представлены.

Кроме того, согласно инвойсу-спецификации от 30.07.2023 №AFUDUO-1025 в качестве отправителя/продавца товаров по анализируемой поставке выступает компания «Qingdao Zhiyuansheng International Trade Co., Ltd». Из международной железнодорожной накладной от 27.10.2023 №32883513 следует, что данная компания выступает отправителем товаров. Вместе с тем, в графе 2 ДТ № 10720010/071123/3088262 в качестве отправителя указана компания-продавец товаров «Jinan Aruduo Imp. And Exp. Trading Co., Ltd».

Таким образом, декларантом не представлено документальное подтверждение согласования существенных условий сделки.

Аналогичным образом обстоятельства об отсутствии документального подтверждения согласования существенных условий сделки установлены в отношении всех спорных ДТ.

Так, в графе 22 ДТ №10720010/151123/3090514 обществом заявлена стоимость партии товаров - 25 788,28 долл. США. Однако в спецификации от 07.08.2023 №AFUDUO-1045 стоимость товаров составляет 25 688,81 долл. США, в формализованном инвойсе от 07.08.2023 №AFUDUO-1045 - 25 788,28 долл. США, что не позволяет установить фактическую стоимость товаров.

Направленные обществом Контракт и спецификация от 07.08.2023 №AFU DUO-1045 содержит лишь печать и факсимиле подписи продавца, при этом печать и подпись покупателя отсутствуют, что противоречит положениям пункта 1.1 Контракта. Какие-либо иные документы, в которых сторонами согласованы существенные условия сделки, декларантом в таможенный орган представлены не были, равно как и объяснения причин невозможности их представления.

Также следует отметить, что по результатам фактического контроля задекларированных товаров в ДТ №№10720010/071123/3088262 (АТД №10013090/111123/100774), 10720010/111223/3098133 (АТД №10013090/141223/101729) в форме таможенного досмотра выявлены несоответствия сведений содержащихся в представленных коммерческих документах и заявленных в указанных ДТ.

Так, например, в инвойсе-спецификации от 30.07.2023 №AFUDUO-1025 (ДТ №10720010/071123/3088262) товар №1 «фурнитура крепежная из черных металлов...» согласован сторонами сделки в количестве 15 741 шт., количество мест указано 477. Однако по результатам таможенного досмотра установлено, что фактическое количество грузовых мест составляет 464, а количество товара 15 312 шт.

В рассматриваемом случае совокупность приведенных (выявленных) таможенным органом разночтений и несоответствий в документах/пояснениях/сведениях, представленных обществом для проведения таможенного контроля и подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров, при одновременном значительном отклонении заявленной таможенной стоимости от стоимости идентичных/однородных товаров свидетельствуют об отсутствии достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации в нарушение положений пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Источники ценовой информации для определения таможенной стоимости товаров, задекларированных в ДТ, выбраны таможенным органом верно, последовательность применения методов не нарушена.

Согласно пункту 1 статьи 42 ТК ЕАЭС в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 названного кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

Стоимостью сделки с однородными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 настоящего Кодекса и принятая таможенным органом. При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары.

В случае если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах, с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом уровне продажи и (или) в количестве товаров.

В случае если выявлено более одной стоимости сделки с однородными товарами с учетом поправок в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, для определения таможенной стоимости ввозимых товаров применяется самая низкая из них (пункт 3 статьи 42 ТК ЕАЭС).

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС, «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. При определении, являются ли товары однородными, учитываются такие характеристики, как качество, репутация и наличие товарного знака.

Сравнительный анализ товаров, заявленных в спорных ДТ, с источниками ценовой информации, не выявил существенных различий в наименовании сравниваемых товаров. При этом данные товары имеют сопоставимые количественные, качественные и функциональные характеристики, что позволяет их рассматривать в качестве однородных товаров.

Проверка судом соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источников, выбранных таможней для корректировки таможенной стоимости товаров по спорным ДТ, показала, что третий метод определения таможенной стоимости был выбран таможней последовательно, а выбранные источники ценовой информации сопоставимы по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорных ДТ.

Реализация права на получение консультации по выбору метода определения таможенной стоимости (абзац 3 пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС) поставлена в зависимость от волеизъявления заинтересованного в этом декларанта, который, не используя предоставленные ему таможенным законодательством инструменты по взаимодействию с таможенными органами, принимает на себя риск реализации последними предусмотренных законом полномочий, в том числе по самостоятельному совершению действий, связанных с проведением таможенных проверок.

Доказательств наличия причин отсутствия объективной возможности инициировать проведение консультаций по выбору источника ценовой информации либо предоставить таможне имеющиеся у него в распоряжении сведения об оформлении товаров с идентичными или однородными характеристиками спорному товару до принятия оспариваемого решения заявитель в материалы дела не представил.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что действия таможенного органа по выбору источника ценовой информации не противоречат таможенному законодательству. Иных источников для определения стоимостной основы для определения скорректированной таможенной стоимости декларант в ходе таможенного контроля ответчику не представил. Доказательств обратного обществом не заявлено.

Из материалов дела следует, что основанием для принятия оспариваемых решений послужило выявление признаков, указывающих на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными.

При изложенных обстоятельствах, суд поддерживает вывод таможенного органа о том, что представленные обществом документы не позволяют считать заявленную таможенную стоимость товаров документально подтвержденной и достоверной, поскольку со стороны декларанта отсутствовала должная степень раскрытия информации, позволившая таможенному органу в ходе контрольных мероприятий удостовериться в наличии всех необходимых сведений, подтверждающих обоснованность в рассматриваемом случае первого метода определения таможенной стоимости товаров, заявленных в спорных ДТ.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что произведенная таможенным органом путем принятия решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ№№10720010/071123/3088262 от 25.01.2024, 10720010/151123/3090475 от 14.12.2023, 10720010/151123/3090514 от 12.01.2024, 10720010/241123/3093204 от 28.02.2024, 10720010/111223/3098077 от 08.03.2024, 10720010/111223/3098133 от 07.03.2024, 10720010/131223/3098696 от 01.03.2024, 10720010/131223/3098778 от 26.02.2024, корректировка заявленной таможенной стоимости товаров была произведена при наличии к тому правовых оснований и соответствует положениям таможенного законодательства и не привело к нарушению прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской деятельности, поскольку в силу положений статей 51, 54 ТК ЕАЭС уплата декларантом таможенных платежей, в том числе доначисленных по результатам таможенного контроля таможенной стоимости, является обязанностью декларанта.

Согласно части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд считает изложенные основания и выводы для принятия решений по ДТ№№10720010/071123/3088262 от 25.01.2024, 10720010/151123/3090475 от 14.12.2023, 10720010/151123/3090514 от 12.01.2024, 10720010/241123/3093204 от 28.02.2024, 10720010/111223/3098077 от 08.03.2024, 10720010/111223/3098133 от 07.03.2024, 10720010/131223/3098696 от 01.03.2024, 10720010/131223/3098778 от 26.02.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и требованиям таможенного законодательства, в связи с чем, основания, предусмотренные статьями 198, 201 АПК РФ для удовлетворения требований о признании их незаконными, отсутствуют.

В связи с отсутствием оснований для удовлетворения требований судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные при подаче заявления, на основании статьи 110 АПК РФ относятся судом на заявителя.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении требований отказать

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Кирильченко М.С.