Решение по делу № А32-1150/2025 от 11.11.2025 | АС Краснодарского края

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А32-1150/2025

г. Краснодар 11 ноября 2025 года

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Мигулиной Д.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Божко Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании 22 октября 2025 года (резолютивная часть решения) дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Ламинам Рус» (Калужская область, ИНН: <***>) к Новороссийской таможне (г. Новороссийск, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) об оспаривании решения Новороссийской таможни от 08.10.2024 о внесении изменений в сведения, заявленных в декларации на товары, после выпуска товаров №10317120/170724/3102669,

при участии: от заявителя по вэб-конференции – ФИО1 - доверенность, от заинтересованного лица – не явился.

УСТАНОВИЛ:

ООО «Ламинам Рус» (далее - Общество, Заявитель) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением об оспаривании Решения Новороссийской таможни (далее - таможня, ответчик) от 08 октября 2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров № 10317120/170724/3102669.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представитель заинтересованного лица в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом, возражения изложены в отзыве на заявление.

Дело рассматривается по правилам статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ).

Суд, заслушав доводы представителей сторон, исследовав материалы дела, оценив в совокупности все представленные доказательства, установил следующее.

Компания ООО «Ламинам Рус» является производителем инновационного строительного отделочного материала - керамических слэбов в Российской Федерации, которые являются аналогами итальянской и испанской керамогранитной плитки производимого формата. Завод компании ООО «Ламинам Рус», расположенный в Калужской области, осуществляет производство полного цикла, начиная от сырьевых материалов (глина, полевые шпаты и пр.) до выпуска керамических слэбов. Товар представляет собой крупноформатные керамические слэбы LAMINAM pазмером 1000*3000 мм, толщиной от 3 до 5,6 мм, которые применяются при отделке как внутри помещений (полы, стены, детали мебели и пр.), так и снаружи (вентилируемые фасады, клеевые фасады).

17.07.2024 во исполнение внешнеторгового контракта №1506-2022 от 15.06.2022, заключенный с производителем BENTO MADENCİLİK SANAYİ VE TİCARET LİMİTED ŞİRKETİ, Турция, ООО «Ламинам Рус» в целях таможенного оформления товара подало в Новороссийскую таможню декларацию на товары № 10317120/170724/3102669 (далее - ДТ), в отношении товара «бентонит природный глинистый материал для производства керамической плитки» в количестве 406 200 кг. (406,2 т.).

18.07.2024 в соответствии с п. 4 статьи 325 Таможенного кодекса ЕАЭС (проверка таможенных, иных документов и (или) сведений, начатая до выпуска товаров) в адрес Общества таможней был направлен запрос документов и сведений, в ответ на который Общество представило имеющиеся у него документы, поименованные в запросе.

08.10.2024 по итогам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, Новороссийской таможней принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров № 10317120/170724/3102669, на Общество возложена обязанность уплаты доначисленных таможенных платежей в размере 2 128 186,52 руб.

Решение таможенного органа обосновано совокупной недоказанностью декларантом таможенной стоимости декларируемого товара ввиду:

- декларирования товара по цене ниже уровня таможенной стоимости однородных товаров;

- наличия противоречия в определении условий поставки. Так, в экспортной декларации указаны условия поставки FOB MUGLA, в ДТ указано на FOB GULLUK.

- согласно транспортному инвойсу №97 от 12.07.2024 транспортировка оплачена (морской фрахт ФИО2 (Турция) – Новороссийск (РФ), сведения о транспортировке от MULA до GULLUK не предоставлены;

- в экспортной декларации отсутствуют отметки таможенного органа страны отправления, QR- код ДТ,

- в п. 4.1 внешнеторгового контракта №1506-2022 от 15.06.2022 предусмотрена оплата в долларах путем авансового платежа; банковские документы об оплате не представлены,

- отсутствуют сведения о наличии либо отсутствии страхования в связи с международной перевозкой товара,

- не представлены сведения об оплате транспортно-экспедиционных услуг до таможенной территории РФ

- прайс-лист производителя ввозимых товаров не представлен,

- анализ ведомости банковского контроля не позволяет идентифицировать суммы произведенных платежей по контракту со сведениями о стоимости произведенных поставок, указанными в разделе III ведомости банковского контроля. Кроме того, в нарушение условий контракта оплата произведена в евро, а не в долларах США;

- в представленных по запросу таможни документах об оплате транспортных услуг отсутствуют сведения о ставках фрахта, а транспортный инвойс в нарушение условий договора ТЭО оплачен после оказания услуг по перевозке.

Как следует из внесенных на основании оспариваемого решения изменений в ДТ, таможней применен резервный метод определения таможенной стоимости товаров в соответствии со ст. 45 ТК ЕАЭС. Источником ценовой информации послужили сведения из ДТ № 10317120/010224/3017705 (Товар №1, расчет: 62 716 руб. (таможенная стоимость однородных товаров) / 2000 кг (количество однородных товаров).

Не согласившись с принятым решением таможенного органа, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, установив обстоятельства спора в полном объёме, суд приходит к выводу, что заявленные требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Статьей 200 АПК РФ предусмотрено, что при рассмотрении дел об оспаривании решений и действий (бездействия) государственных органов, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Обязанность доказывания законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли решение или совершили действия (бездействие).

Частью 4 статьи 200 АПК РФ и пунктом 6 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что условиями принятия арбитражным судом решения о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов является наличие одновременно двух обязательных условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с соответствующей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 Кодекса.

Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров (пункту 9 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС определено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

При этом в случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Исходя из положений пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. Платежи могут быть осуществлены, прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Согласно пункту 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления в виде расходов на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза (подпункт 4) и в виде расходов на погрузку, разгрузку или перегрузку ввозимых товаров и проведение иных операций, связанных с их перевозкой (транспортировкой) до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза (подпункт 5).

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 названного Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, лишь в следующих случаях: документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа, исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

С учетом изложенных правовых норм, запрашивая в рамках проведения проверки дополнительные документы, таможенный орган должен исходить из установления признаков, указывающих на то, что заявленные при таможенном декларировании товаров сведения о таможенной стоимости могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены.

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Таким образом, в силу предоставленных таможенному органу полномочий при проведении проверки достоверности заявленных при декларировании сведений о товаре и его таможенной стоимости, принятие решения о внесении изменений в таможенную декларацию в части определения таможенной стоимости и подлежащих уплате исчисленных на ее основе таможенных платежей, должно быть обусловлено наличием обстоятельств, объективно препятствующих применению декларантом выбранного им метода определения таможенной стоимости.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении контроля таможенной стоимости товаров до их выпуска у декларанта возникает обязанность представить запрашиваемые таможенным органом дополнительные документы и сведения либо представить в письменной форме объяснение причин, по которым они не могут быть представлены. При необходимости таможенный орган обязан опровергнуть сведения декларанта и доказать обратное - несоответствие действительной таможенной стоимости товаров стоимости, заявленной декларантом в таможенных целях.

Согласно пункту 9 Постановления ВС РФ №49 таможенная стоимость, определяемая по стоимости сделки с ввозимыми товарами, не может считаться документально подтвержденной и количественно определяемой, только в одном случае, а именно - если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация о цене не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

Поэтому декларант должен представить документы, подтверждающие действительное приобретение товара по заявленной цене и доступные ему для получения в условиях внешнеторгового оборота.

В подтверждение стоимости товаров по ДТ № 10317120/170724/3102669 декларант представил таможенному органу следующие документы:

- внешнеторговый контракт №1506-2022 от 15.06.2022, заключенный с производителем BENTO MADENCİLİK SANAYİ VE TİCARET LİMİTED ŞİRKETİ, Турция,

- приложения к контракту №2 (дополнены п. 3.1 и 4.1 контракта в части возможности оплаты по контакту в евро путем авансового платежа) и 3 от 17.10.2022, №5 от 11.12.2023, №7 от 30.04.2024, №6 от 14.05.2024

- инвойс BNT2023000000019 от 11.07.2024,

- счет-фактура №97 от 12.07.2024,

- судовой коносамент от 12.07.2024,

- договор по перевозке, погрузке, разгрузке/перегрузке №180523 от 18.05.2023,

- химический анализ товара,

- грузовой манифест (cargo manifest) от 12.07.2024.

По запросу таможенного органа от 18.07.2024 общество дополнительно представило:

- экспортную декларацию страны отправления с отметками таможенного органа страны отправления, с переводом, заверенным в установленном порядке, содержащую QR код нового формата, с пояснениями о том, что в экспортной декларации отправителем была допущена ошибка в указании условий поставки (указано, что поставка осуществляется на условиях FOB GULLUK, что отражено в инвойсе BNT2023000000019 от 11.07.2024, город MUGLA – это место оформления смой декларации), в подтверждение чего представлено письмо производителя в адрес общества об ошибке и переводом;

- пояснения общества о формировании цены товара в приложениях к контракту, что является по сути коммерческим предложением (приложение №7 от 30.04.2024 к контракту); с указанием, что цена была снижена производителем в связи с изменением условий поставки: предыдущие поставки осуществлялись на условиях CFR Новороссийск, что влекло дополнительные траты поставщика, которые он включал в стоимость товара; спорная поставка осуществлялась на условиях FOB GULLUK, что сократило транспортные расходы поставщика;

- ведомость банковского контроля №23030385/0001/0000/2/1,

- проформа-инвойс №BNT21/LAMIN01 от 03.05.2024,

- платежное поручение №66 от20.05.2024 и swift к нему,

- выписки из лицевого счета ООО «Ламинам Рус» в АО «ЮниКредит Юанк» №40702.978.5.00014865431 от 27.06.2024, 17.10.2022, 21.10.2022, 22.03.2023, 06.06.2023, 28.09.2023, 27.10.2023, 20.05.2023,

- пояснения о том, что поставки товара осуществляется по предоплате поставок на основании проформы-инвойс; однако, поскольку поставщик может направить в адрес ООО «Ламинам Рус» меньшее или большее количество товара, чем было заявлено в проформе-инвойс и соответственно оплачено, возникают расхождения между фактической ценой товара, указанной в инвойсе, и суммой предоплаты. Все расхождения в расчётах учитываются и будут учитываться при дальнейших поставках. При оплате спорной поставки была учтена переплата ООО «Ламинам Рус» за товар, поставленный по ДТ 10317120/301023/3176553, в размере 113,9 долларов США, а также за товар, поставленный по ДТ 10317120/201123/3187937, в размере 142,46 долларов США. Проформы-инвойс № BNT23/LAMINM05 от 08.09.2023 и № BNT23/LAMIN07 от 13.10.2023, а также платежные поручения № 119 от 28.09.2023+SWIFT и № 141 от 27.10.2023+SWIFT приложены обществом к письменным пояснениям для таможенного органа;

- пояснения о том, что задекларированный товар, поставляемый BENTO MADENCİLİK SANAYİ VE TİCARET LİMİTED ŞİRKETİ в адрес ООО «Ламинам Рус», не подлежит реализации и отчуждению третьим лицам, поскольку является специфическим сырьем и используется исключительно для производства ООО «Ламинам Рус» керамогранитных плит на заводе Ламинам Рус, расположенном по адресу: 249006, <...>;

- пояснение о том, что спорный товар, поставляемый по ДТ 10317120/170724/3102669, не страховался;

- документы, подтверждающие сведения о тарифах на перевозку товаров: заказ № 4 от 02.06.2024 по договору № 180523 от 18.05.2023 на комбинированные услуги; УПД № 176 от 06.08.2024; платежное поручение № 4301 от 19.08.2024;

- пояснение о том, что взаимосвязь между продавцом BENTO MADENCİLİK SANAYİ VE TİCARET LİMİTED ŞİRKETİ и покупателем ООО «Ламинам Рус» отсутствует, товар приобретается на общих условиях продавца;

- сертификаты химических анализов, а также описание бентонита с физическими и химическими характеристиками.

Представленные обществом документы Новороссийская таможня посчитала недостаточными для подтверждения таможенной стоимости задекларированного товара, в связи с чем приняла оспариваемое решение, указав на то, что «уровень заявленной таможенной стоимости оцениваемых товаров ниже по сравнению с уровнем таможенной стоимости однородных товаров при сопоставимых условиях ввоза, что является признаком, указывающим на то, что заявленные при декларировании товаров сведения могут являться недостоверными».

В силу ст. 42 ТК ЕАЭС под однородными товарами понимаются товары, проданные для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенные на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с названной статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары.

Кроме того, исследовав представленную таможенным органом выписку из ИС Малахит в части ИТС, суд установил, что в большинстве случаев сравниваемые товары не соответствуют признаку идентичности, поскольку в ДТ, имеющих более низкий ИТС, был задекларирован товар – бентонит – наполнитель для кошачьего туалета, в то время как заявитель приобрел товар – бентонит природный глинистый материал для производства керамической плитки.

Таким образом, действительный уровень заявленной обществом таможенной стоимости оцениваемых товаров не является ниже по сравнению с уровнем таможенной стоимости однородных товаров 9если таковые были).

В силу п. 8 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" (далее — Пленум № 49) бремя опровержения достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля лежит на таможенном органе.

В оспариваемом решении таможни отсутствует доказательство того, что тот или иной документ, представленный Обществом, является поддельным. Т.е. подлинность и достоверность документов, входящих в обязательный перечень документов и сведений, необходимых для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом, утвержденный ТК ЕАЭС, таможней не опровергнуты.

Согласно п. 9 Пленума № 49 отдельные недостатки в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающие факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не могут являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса.

Кроме того, таможней не учтено следующее.

В силу статьи 15 Конституции РФ, статьи 7 Гражданского кодекса РФ международные договоры Российской Федерации применяются к отношениям, указанным в пунктах 1 и 2 статьи 2 Кодекса, непосредственно, кроме случаев, когда из международного договора следует, что для его применения требуется издание внутригосударственного акта.

Российская Федерация и Турция являются участниками Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (Венская конвенция 1980 года) — многостороннего международного соглашения, имеющего целью унификации правил международной торговли.

Следовательно, в отношении договоров международной купли-продажи при разрешении вопроса о существенных условиях договора (включая порядок согласования цены) необходимо, прежде всего, обращаться к нормам Венской конвенции.

Согласно ст. 23 Венской конвенции договор считается заключенным в момент, когда акцепт оферты вступает в силу в соответствии с положениями настоящей Конвенции. Исходя из смысла статьи 18 Конвенции, любое поведение адресата оферты, выражающее согласие с офертой, является акцептом.

В силу пункта 8 статьи 111 ТК ЕАЭС с момента регистрации таможенная декларация становится документом, свидетельствующим о фактах, имеющих юридическое значение.

Следовательно, указание в таможенной декларации товара в ассортименте и стоимостью соответственно документам (инвойс и оплата) само по себе не могут пониматься иначе как согласие с офертой, выраженной при отсутствии спора в исполнении обязанности покупателя принять товар, указанной в статье 60 Венской конвенции. Аналогичные выводы сделаны в судебных делах № А40-40043/2020; № А40-185550/2020; № А40-289115/2021; № А40-4312/2022; № А40-12563/2022; № А40-277219/2022.

Таким образом, факт заключения сделки на определенных условиях таможней не опровергнут, поддельные документы или документы, полученные незаконным путем, таможней не выявлены.

В силу ст. 39 ТК ЕАЭС, если продажа товаров или их цена зависят от условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, то метод определения таможенной стоимости по стоимости сделки (метод 1) не применим.

В оспариваемом решении это обстоятельство установлено таможней, исходя из того, что Общество не представило по запросу прайс-лист. По мнению таможенного органа, отсутствие прайс-листа «указывает на отсутствие документального подтверждения стоимости товаров, задекларированных в вышеуказанной ДТ, что в соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

Вместе с этим, сами по себе прайс-листы не порождают никаких правовых последствий для покупателя, их данные являются справочной величиной в совокупности с представленными коммерческими документами и не свидетельствует о недостоверности заявленных сведений по таможенной стоимости. Поскольку, прайс-лист предоставляется только производителем / поставщиком, то Общество как декларант не может нести ответственность за его оформление и риск наступления неблагоприятных последствий, если взаимоотношения сторон формируются на основе прайс-листа, который не является публичной офертой.

По своему правовому содержанию прайс-лист представляет собой коммерческое предложение от фирмы-изготовителя/поставщика, которое может быть адресовано как конкретному лицу, так и неопределенному количеству лиц.

С учетом положений статьи 494 ГК РФ, из содержания которой следует, что публичной офертой признается содержащее все существенные условия договора розничной купли-продажи предложение товара в его рекламе, каталогах и описаниях товаров, обращенных к неопределенному кругу лиц, следует, что публичные оферты свойственны розничной торговли, при оптовой оферта продавца формируется индивидуально, в зависимости от наличия товара, объемов закупаемых партий, условий конкретной поставки по ИНКОТЕРМС, и т.д., и т.п.

Таким образом, продавец самостоятельно определяет форму прайс-листа, информацию, содержащуюся в прайс-листе и др. сведения. Представленный прайс-лист полностью подтверждает заявленную стоимость товара на тех условиях, что и предусмотрено внешнеторговым договором. Содержание конкретной группы товаров в прайс-листе не противоречит действующему законодательству.

С учетом изложенного, под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату (определенный период).

При этом указанная в нем информация, по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с покупателем товара. Порядок составления прайс-листа законодательством Российской Федерации или международными актами не определен.

Прайс-лист является информационным документом и не порождает для покупателя никаких правовых последствий. Информация прайс-листа является лишь справочной либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, а не основанием для корректировки таможенной стоимости, поскольку не является основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки.

Соответственно представление (или не представление) указанного документа не свидетельствует о недостоверности заявленной таможенной стоимости.

Аналогичные выводы подтверждены судебной практикой Верховного Суда Российской Федерации (определения от 25.02.2019 по делу № А40-21398/2018 от 12.03.2019 по делу № А32-25059/2016).

Доводы таможни о несоответствии фактической оплаты за товар условиям представленного внешнеторгового контракта № 1506-2022 от 15.06.2022 судом исследованы и найдены несостоятельными.

Так, согласно п. 4.1 контракта оплата товара производится в USD путем авансового платежа.

В дополнении №2 к контракту от 17.10.2022 стороны дополнили п. 3.1 и п. 4.1 контракта следующим содержанием: «Цена товара и оплата товара по настоящему контракту допускается производиться в ЕВРО путем авансового платежа».

В оспариваемом решении таможенный орган указал на невозможность идентификации по ведомости банковского контроля сумм произведенных платежей по контракту со сведениями о стоимости произведенных поставок, указанных в разделе III ведомости банковского контроля, в связи с чем сделал вывод о неподтверждении сведений о порядке и сроках оплаты за товар.

Вместе с тем таможней не принято во внимание пояснение декларанта о том, что поставки товаров от BENTO MADENCiLiK SANAYi VE TICARET LIMITED SIRKETi в адрес ООО "Ламинам Рус" осуществляются по предоплате на основании проформы-инвойс. Однако поставщик может направить в адрес ООО "Ламинам Рус" меньшее или большее количество товара, чем было заявлено в проформе-инвойсе, и, соответственно, оплачено. В связи с этим возникающие расхождения между фактической ценой товара, указанной в инвойсе, и суммой предоплаты учитываются сторонами при дальнейших поставках. Так, при оплате спорной поставки была учтена переплата ООО "Ламинам Рус" за товар, поставленный по ДТ 10317120/301023/3176553, в размере 113,9 долларов США, а также за товар, поставленный по ДТ 10317120/201123/3187937, в размере 142,46 долларов США. В подтверждение указанных доводов обществом были представлены:

- платежное поручение № 66 от 20.05.2024 на сумму 34083,99 евро (37002,25 долл.США) со ссылкой на инвойс № BNT24/LAMIN01 от 03.05.2024;

- платежное поручение № 119 от 28.09.2023 на сумму 17845,21 евро со ссылкой на инвойс № BNT23/LAMIN05 от 08.09.2023

- платежное поручение Nº 141 от 26.10.2023 на сумму 35541,20 евро со ссылкой на инвойс № BNT23/LAMINO7 от 13.10.2023.

Сумма в инвойсе составила 37776.60 USD.

В пересчете на дату платежа товар оплачен в размере 37258,61 USD.

Согласно подпункту 6 указанного письма Министерства Финансов РФ от 21.08.2009 №ШС-22-3/660, проформа-инвойс содержит сведения о цене и стоимости товара, но не является расчетным документом, так как не содержит требования об уплате, указанной в нем суммы. Поэтому, выполняя все остальные функции счета, он не выполняет главной функции счета как платежного документа. Счет-проформа может быть выписан на отгруженный, но еще не проданный товар и наоборот.

Судом путем анализа представленных документов установлено, что поставка товара осуществлена с учетом произведенного авансового платежа.

В силу статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары.

В ходе таможенного контроля ДТ №10317120/170724/3102669 Декларантом представлено платежное поручение № 66 от 20.05.2024 на сумму 34083,99 евро (37002,25 долл. США) со ссылкой на инвойс № BNT24/LAMIN01 от 03.05.2024.

Сумма в инвойсе BNT202400000019 от 11.07.2024 составила 37776.60 USD.

Инвойс № BNT24/LAMIN01 от 03.05.2024 на сумму 37002,25 долл. США является проформой-инвойсом.

Согласно подпункту 6 письма Министерства Финансов РФ от 21.08.2009 №ШС-22-3/660 проформа-инвойс содержит сведения о цене и стоимости товара, но не является расчетным документом, так как не содержит требования об уплате, указанной в нем суммы. Поэтому, выполняя все остальные функции счета, он не выполняет главной функции счета как платежного документа. Счет-проформа может быть выписан на отгруженный, но еще не проданный товар и наоборот.

Фактически было отгружено 406.000 тонн товара, что отражено в инвойсе BNT202400000019 от 11.07.2024.

В инвойсе BNT202400000019 от 11.07.2024 имеется ссылка на проформу-инвойс № BNT24/LAMIN01 от 03.05.2024. Таким образом, эти инвойсы связаны между собой.

Кроме того, таможенному органу также были представлены:

- платежное поручение № 119 от 28.09.2023 на сумму 17845,21 евро со ссылкой на инвойс № BNT23/LAMIN05 от 08.09.2023 - 18700 долл. США;

- платежное поручение № 141 от 26.10.2023 на сумму 35541,20 евро со ссылкой на инвойс № BNT23/LAMINO7 от 13.10.2023 - 37400 долл. США.

Согласно подразделу III.I Ведомости банковского контроля «Сведения о подтверждающих документах»:

Цена товара, заявленного в ДТ 10317120/301023/3176553, составила 18586.10 долл. США., т.е. переплата составила 113.9 долл. США (18700 - 18586.10);

Цена товара, заявленного в ДТ 10317120/201123/3187937, составила 37257.54 долл. США., т.е. переплата составила 142.46 долл. США (37400 - 37257.54).

В силу абз. 2 п. 8 ст. 38 ТК ЕАЭС в случае если при определении таможенной стоимости товаров требуется произвести пересчет иностранной валюты в валюту государства-члена, такой пересчет производится по курсу валют, устанавливаемому (определяемому) в соответствии с законодательством этого государства-члена (далее - курс валют), действующему на день регистрации таможенным органом таможенной декларации, если иное не установлено настоящим Кодексом.

На день декларирования курс долл. США составил 88.2824, курс ЕВРО - 96,2637. Соответственно, курс ЕВРО/долл.США составил 1.09.

Таким образом, платеж в размере 34083,99 ЕВРО составил 37 151,55 долл. США. С учетом переплат по предыдущим товарным партиям (113.9 + 142.46=256.01) обязательство перед поставщиком на день декларирования оплачено в размере 37 407.56 долл. США.

Общество при декларировании товара указало полную таможенную стоимость товара с учетом подлежащей уплате цене, а не только фактически уплаченную. При этом все подтверждающие произведенный авансовый платеж и наличие уже зачтенной переплаты заявитель представил таможенному органу по дополнительному запросу от 18.07.2024, в связи с чем вывод таможни о неподтверждении цены товара в силу отсутствия банковских документов противоречит фактическим обстоятельствам дела.

Судом исследованы возражения таможенного органа в части неподтверждения декларантом несения транспортных расходов и их включения в таможенную стоимость товара и найдены необоснованными в силу следующего.

Таможней отмечено, что заявленные условия поставки FOB предполагают несение покупателем расходов по организации и оплате транспортно-экспедиционных услуг до таможенной территории РФ.

Новороссийская таможня полагает, что, поскольку транспортный инвойс № 97 датирован 12.07.2024, декларант в нарушение условий договора ТЭО оплатило его после оказания услуг по перевозке; при этом в заказе не указаны ставки фрахта, а установить, каким образом декларант узнает о ставках фрахта невозможно. Тем самым не подтверждена в полном объеме транспортная составляющая в структуре таможенной стоимости, что согласно п. 3 ст. 40 ТЕ ЕАЭС ограничением для применения первого метода.

Согласно п. 3.2. договора ТЭО № 180523 от 18.05.2023 оплата услуг Экспедитора производится Клиентом на условиях 100% предварительной оплаты на основании счетов Экспедитора.

По дополнительному запросу таможенного органа в качестве документов, подтверждающих сторонами сведений о тарифах на перевозку товаров, общество предоставило:

-счет-фактура №97от 12.07.2024 с указанием на наименование товара

- транспортно-экспедиционное обслуживание грузов (морской фрахт ФИО2 (Турция) – Новороссийск (РФ), курс долл на 12.07.2024 – 87,9880, груз шпат полевой биг-бег, протокол №3 от 24.04.2024; количество (объем) 406,9 (соответствует весу товара, указанному в ДТ); цена (тариф) 2 991,59; стоимость 1217277,97,

- транспортно-экспедиционное обслуживание грузов (организация терминального обслуживания в порту выгрузки и доставка автотранспортом до пункта назначения), количество (объем) 406,9 (соответствует весу товара, указанному в ДТ); цена (тариф) 7600,00; стоимость 3092440,00, а всего стоимость транспортных расходов составила 4309717,97 руб.

- заказ № 4 от 02.06.2024 по Договору № 180523 от 18.05.2023 на комбинированные услуги;

- УПД № 176 от 06.08.2024 на сумму 4309717,97 руб.;

- платежное поручение № 4301 от 19.08.2024 на сумму 4309717,97 руб.

Таким образам, установлено, что сведения о транспортной составляющей в структуре заявленной таможенной стоимости к таможенному контролю были представлены, но не признаны надлежащими в силу того, что оплата транспортного инвойса произошла после оказания услуг по перевозке. Указанные доводы таможенного органа не могут быть признаны обоснованными, поскольку транспортные расходы оплачены декларантом в полном объеме.

Доводы Новороссийской таможни о несоответствии представленного Обществом экземпляра экспортной декларации также подлежат отклонению.

В оспариваемом решении таможня указала на сомнение в подлинности экспортной декларации ввиду несоответствия условий поставки (в экспортной декларации указаны условия поставки FOB MUGLA, при декларировании заявлены FOB GULLUK); отсутствия сведений о транспортировке товара от MUGLA до GULLUK; отсутствия отметки таможенного органа страны отправления QR-код ДТ.

Вместе с этим, из представленных обществом пояснений на запрос таможни от 18.07.2024 следует, что «со слов поставщика с конца 2023 года Турецкая Республика применяет электронный документооборот... Электронную копию экспортной декларации нового образца с QR-кодом № 24071300ЕХ00004101 от 05.07.2024 года прилагаем». Кроме того, Общество пояснило, что «при оформлении экспортной декларации отправителем была допущена ошибка в указании условий поставки. Письмо BENTO MADENCILIK SANAYI VE TICARET LIMITED SIRKETI в адрес ООО «Ламинам Рус» об ошибке, а так же перевод письма прилагаются».

Таким образом, все необходимые документы были представлены в таможенный орган декларантом.

Кроме того, экспортная декларация не входит в обязательный перечень документов и сведений, необходимых для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом, утвержденный ТК ЕАЭС.

Экспортная декларация является документом, оформляемым иностранным контрагентом и заполняемым в соответствии с законодательством страны отправления, негативные последствия от различия в требованиях, предъявляемых к экспортной декларации законодательством страны отправления и законодательством Российской Федерации, не могут быть переложены на российского декларанта.

При этом экспортная декларация, являясь документом внутреннего таможенного контроля страны продавца, не входит в число документов, имеющих отношение к сделке с российским покупателем, и является одним из дополнительных документов, которые запрашиваются в рамках проведения дополнительной проверки.

В то же время ни действующим законодательством, ни обычаями делового оборота не предусмотрена обязанность декларанта иметь в наличии экспортную декларацию, порядок заполнения которой регулируется нормами иностранного государства, поскольку экспортная декларация страны отправления не относится к числу обязательных документов, подлежащих предъявлению при декларировании товаров и ее отсутствие (или неудовлетворительное для сотрудника российской таможни содержание) само по себе не может являться основанием для корректировки таможенной стоимости товаров.

Таким образом, на момент проведения таможенного контроля у Новороссийской таможни имелись все необходимые данные о фактическом исполнении сторонами обязательств по контракту, что свидетельствует о согласовании сторонами условий контракта, в том числе в части наименования, количества товаров, качественных характеристик товара и его стоимости, а также устраняет сомнения в достижении сторонами договорённости по всем существенным условиям поставки партии товара.

Пунктом 8 Постановления ВС РФ №49 установлена презумпция достоверности информации, представленной декларантом, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Новороссийской таможней не доказано наличие фактов занижения таможенной стоимости, т.е. что покупателем в пользу продавца по рассматриваемой сделке, за эти конкретные товары, осуществлен платеж в сумме, превышающей сумму, указанную в таможенной декларации в качестве таможенной стоимости. Наличие каких-либо расхождений относительно ценовой информации, содержащихся в коммерческих, платежных (расчетных) и иных документах, относящихся к сделке с товарами, ввезенными обществом по указанной таможенной декларации таможенным органом не выявлено и таможней не указаны.

Таможенный орган не доказал невозможность использования стоимости сделки купли-продажи, указанной в спецификациях и инвойсах на поставленный товар, в качестве основания для определения таможенной стоимости по стоимости сделки, не опроверг достоверность сведений, содержащихся в представленных декларантом документах, и не установил зависимость цены сделки от имеющих правовое значение условий.

Принимая оспариваемое решение, таможенный орган указал, что в ходе проверки правильности заявления таможенной стоимости им была выявлена более низкая цена ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров.

Однако Пленум Верховного Суда РФ в пункте 10 своего постановления от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление ВС РФ № 49), подтверждая приоритет применения первого метода определения таможенной стоимости (по цене сделки), установленный статьей VII ГАТТ 1994 и пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС, подчеркнул, что примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

При вынесении оспариваемого решения таможенный орган применил шестой метод определения таможенной стоимости и принял за основу сведения о товарах из таможенных деклараций, оформленных иными участниками ВЭД.

Под сопоставимыми условиями ввоза понимают равноценные показатели условий контракта: по качеству, по количеству, условиям поставки и техническим и физическим характеристикам товара, по долгосрочности контракта и другие критерии, позволяющие сравнить условия и характер ввоза.

В процессе рассмотрения спора таможенный орган представил выписку из ИС Малахит для подтверждения заниженного ИТС, из которой следует, что таможенным органом принимались во внимание лишь код ТНВЭД и наименование товара. Таможней также представлен источник информации – ДТ 10317120/010224/3017705, по которой ввезен товар №4 – бентонит арт DNH00101СИ-2000 кг, кальциевый бентонит низкой степенью набухания. Состав: гигроалюмосиликат. Используется в процессе изготовления керамических изделий. Производитель TORRECID SERAMIC FRIT VE GLAZUR SAN. VE TIC. LTD/ STI. ВЕС БРУТТО 2040, цена 500.

Исследовав источник информации, суд установил, что при его выборе таможенным органом не учитывались стороны и условия сделок, по которым ввезены товары, производители, торговые марки, репутация товаров на рынке, а также свойства товаров, их состав, качественные и коммерческие характеристики, назначение и функции.

Основное различие заключается в количестве (весе) сравниваемых между собой товарами: по ДТ № 10317120/170724/3102669 ООО «Ламинам Рус» ввезло товар весом брутто 406900 кг, в то время как по ДТ № 10317120/010224/3017705 ООО «Самарское объединение керамики» ввезло товар весом брутто 2040 кг., т.е. разница в весе товара, ввезенного заявителем, превышает более чем в 200 раз вес товара, указанного в ДТ, принятой в качестве источника ценовой информации.

При этом если разница в количестве между оцениваемым и сравниваемым товарами составила 203,1 раза, то разница в цене за килограмм составила всего 2,8 раза.

Поправки, учитывающие разницу в весе (количества или коммерческих объемов партий) оцениваемых и сравниваемых товаров, в соответствии с требованиями норм частей 4 и 5 пункта 1 ст. 42 ТК ЕАЭС таможней в обжалуемом решении не произведены.

Следовательно, расчет новой таможенной стоимости товаров по товару ДТ № 10317120/170724/3102669 произведен ответчиком исходя из усредненных значений ТС рубль за 1 кг товара, что прямо запрещено пунктом 16 Решения ЕЭК № 138.

Кроме того, существенными являются и сроки декларирования товаров по ДТ № 10317120/010224/3017705 и по ДТ № 10317120/170724/3102669, разница составляет 167 дней, т.е. превышает установленный законом срок.

В связи с этим суд полагает, что сравниваемые товары не являются однородными по смыслу статьи 42 ТК ЕАЭС, а принятый к сравнению источник ценовой информации не должен быть учтен таможней ввиду неидентичности товара.

В соответствии с пунктом 1 статьи 41 ТК ЕАЭС, в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьей 39 настоящего Кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с идентичными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

Стоимостью сделки с идентичными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 настоящего Кодекса и принятая таможенным органом.

В силу пункта 3 статьи 41 ТК ЕАЭС, в случае если выявлено более одной стоимости сделки с идентичными товарами с учетом поправок в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, для определения таможенной стоимости ввозимых товаров применяется самая низкая из них.

Статьей 45 ТК ЕАЭС предъявляется ряд требований к применению шестого метода. Таким образом, при принятии решения об отказе декларанту в применении первого метода определения таможенной стоимости товаров (по цене сделки) и об определении этой стоимости товаров по шестому (резервному) методу таможенный орган обязан подтвердить 1) наличие оснований, исключающих применение первого метода; 2) отсутствие сведений, позволяющих применить второй, третий, четвертый и пятый методы; 3) правильность применения шестого (резервного) метода.

В силу пункта 2 статьи 45 ТК ЕАЭС методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии с настоящей статьей, являются теми же, что и предусмотренные статьями 39 и 41 - 44 настоящего Кодекса, однако при определении таможенной стоимости в соответствии с настоящей статьей допускается гибкость при их применении.

В частности, допускается, что при определении таможенной стоимости оцениваемых товаров на основе стоимости сделки с идентичными или однородными товарами допускается разумное отклонение от установленных соответственно статьями 41 и 42 настоящего Кодекса требований о том, что идентичные оцениваемым или однородные с оцениваемыми товары должны быть проданы для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезены на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров. (подпункт 2 пункт 2 статьи 45 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 5 статьи 45 ТК ЕАЭС таможенная стоимость ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей не должна определяться на основе:

1) цены на внутреннем рынке Союза на товары, произведенные на таможенной территории Союза;

2) системы, предусматривающей принятие для таможенных целей более высокой из двух альтернативных стоимостей;

3) цены на товары на внутреннем рынке страны вывоза;

4) иных расходов, чем расходы, включенные в расчетную стоимость, которая была определена для идентичных или однородных товаров в соответствии со статьей 44 настоящего Кодекса;

5) цены на товары, поставляемые из страны их вывоза в государства, не являющиеся членами Союза;

6) минимальной таможенной стоимости товаров;

7) произвольной или фиктивной стоимости.

Таким образом, ссылаясь на низкий ценовой уровень и применяя шестой метод определения стоимости товара таможенный орган должен подтвердить обосновать применения данного метода, а также правильность выбора источника ценовой информации, сопоставимость условий сделок с оцениваемым и сравниваемым товаром, использованных таможенным органом при проведенном им сравнительном анализе таможенной стоимости.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что у таможни имелись сведения о наличии деклараций, по которым ввозился товар ниже по уровню цен, чем применила таможня.

Неиспользование таможней при определении деклараций с ИТС менее примененной нарушает требования части 4 статьи 45 Таможенного кодекса ЕАЭС (далее - Кодекс), согласно которым таможенная стоимость ввозимых товаров в максимально возможной степени должна основываться на ранее определенных таможенных стоимостях, что свидетельствует о необходимости учитывать иные декларации.

Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований Кодекса и Соглашения суд исходит из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

В силу положений таможенного законодательства, устанавливающего исчерпывающий перечень оснований невозможности применения метода определения таможенной стоимости товара по цене сделки, таможня должна была не просто сомневаться в достоверности заявленной стоимости товара, а иметь в наличии безусловные доказательства невозможности применения первого метода оценки товара.

При этом различные цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к спорной сделке, не может рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки и служить основанием для корректировки таможенной стоимости.

Действующее таможенное законодательство не устанавливает обязанности для импортеров декларировать товары по средним ценам. Единственным условием установления таможенной стоимости является наличие количественно определяемой и документально подтвержденной достоверной информации о заявленной таможенной стоимости.

Представленные обществом коммерческие документы позволяют определить стоимость товара. Существенные условия контракта сторонами исполнены, претензий, в том числе по качеству, количеству, цене ввезенных товаров у сторон сделки друг к другу не имеется. Доказательства того, что товар фактически доставлен и оплачен по цене, отличной от согласованных сторонами условий контракта, в материалы дела таможенным органом не представлены. Таможенным органом не представлены доказательства, что первичные бухгалтерские документы по сделке содержат недостоверные сведения.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что в нарушение требований законодательства таможенный орган при вынесении оспариваемого не обосновал невозможность применения первого метода определения таможенной стоимости.

Представленные заявителем документы являются необходимыми и достаточными для подтверждения заявленной при таможенном оформлении стоимости ввезенного по спорной таможенной декларации товаров.

Доказательств необходимости использования иного метода определения таможенной стоимости товаров таможенным органом не представлено.

Таможня не подтвердила соблюдение ею положений ст.ст. 38, 39 ,40, 41, 42, 45 Таможенного кодекса.

По мнению суда, общество, соблюдая требования таможенного законодательства, представило в таможенный орган все необходимые документы для подтверждения таможенной стоимости товара по методу определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами, а также надлежащим способом оформило таможенную декларацию, в этой связи таможенный орган необоснованно принял оспариваемые решения.

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ достаточных и надлежащих доказательств недостоверности сведений, содержащихся в пакете документов, представленном обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, так же как невозможность использования таких документов в их совокупности и системной оценке, таможенный орган не представил.

В силу пункта 6 Постановления Пленума Верховного суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта государственного органа недействительным является одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов юридического лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований общества.

Согласно части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличие у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В силу части 3 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины, понесенные заявителем при обращении в суд в размере 50 000 руб., относятся на таможенный орган и взыскиваются с него в пользу заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

признать незаконным и отменить решение Новороссийской таможни (г. Новороссийск, ИНН <***>, ОГРН <***>) от 08 октября 2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров № 10317120/170724/3102669.

Обязать Новороссийскую таможню (г. Новороссийск, ИНН <***>, ОГРН <***>) восстановить нарушенные права и законные интересы общества с ограниченной ответственностью «Ламинам Рус» (Калужская область, Боровский район, деревня Добрино, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) путем возврата 2 128 186,52 руб. таможенных платежей.

Взыскать с Новороссийской таможни (г. Новороссийск, ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ламинам Рус» (Калужская область, Боровский район, деревня Добрино, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 000 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в полном объеме в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Краснодарского края.

Судья Мигулина Д.А.