ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

29 декабря 2025 года Дело № А55-40885/2024

г. Самара

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 декабря 2025 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сергеевой Н.В.,

судей Драгоценновой И.С., Поповой Е.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Сурайкиной А.В.,

с участием:

от акционерного общества «Средневолжская Межрегиональная Ассоциация Радиотелекоммуникационных Систем» (АО «Смартс») - представители ФИО1 (доверенность от 09.01.2024), ФИО2 (доверенность от 25.06.2025),

от общества с ограниченной ответственностью «Квантовые Коммуникации» - представитель ФИО3 (доверенность от 05.12.2024),

от ООО «СМАРТС-Кванттелеком» - представитель ФИО4 (доверенность от 09.01.2025),

рассмотрев в открытом судебном заседании 22 декабря 2025 года по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, дело № А55-40885/2024

по иску общества с ограниченной ответственностью «Квантовые Коммуникации» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к акционерному обществу «Средневолжская Межрегиональная Ассоциация Радиотелекоммуникационных Систем» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании, о расторжении

и по объединенному делу, возбужденному по исковому заявлению акционерного общества «Смартс»

к обществу с ограниченной ответственностью «Квантовые Коммуникации»

о взыскании,

с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО «СМАРТС-Кванттелеком» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Квантовые Коммуникации» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Средневолжская Межрегиональная Ассоциация Радиотелекоммуникационных Систем», в котором просит расторгнуть договор поставки №01-03-338 от 09.11.2018, а также взыскать с ответчика задолженность в размере 3 574 600 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 13.12.2024 исковое заявление принято к производству. Делу присвоен номер А55-40885/2024.

16.01.2025 акционерное общество «Смартс» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просит взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Квантовые Коммуникации» задолженность по договору поставки №01-03-338 от 09.11.2018 в размере 11 438 720 руб.

Делу присвоен номер А55-1022/2025.

От истца поступило ходатайство об объединении дел №А55-40885/2024 и №А55- 1022/2025 в одно производство.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 07.02.2025 дела №А55-40885/2024 и №А55-1022/2025 объединены в одно производство для совместного рассмотрения с присвоением объединенному делу №А55-40885/2024.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 03 июля 2025 года ходатайство акционерного общества «Средневолжская Межрегиональная Ассоциация Радиотелекоммуникационных Систем» о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора - ООО «СМАРТС-Кванттелеком», оставлено без удовлетворения.

Ходатайство акционерного общества «Средневолжская Межрегиональная Ассоциация Радиотелекоммуникационных Систем» о рассмотрении дела в закрытом судебном заседании оставлено без удовлетворения.

Ходатайство акционерного общества «Средневолжская Межрегиональная Ассоциация Радиотелекоммуникационных Систем» об истребовании дополнительных доказательств оставлено без удовлетворения.

Исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Квантовые Коммуникации» удовлетворено.

Расторгнут договор поставки №01-03-338 от 09.11.2018, заключенный между ООО «Квантовые Коммуникации» и АО «СМАРТС», с акционерного общества «Средневолжская Межрегиональная Ассоциация Радиотелекоммуникационных Систем» ИНН <***> в пользу ООО «Квантовые Коммуникации» ИНН <***> взыскана задолженность в размере 3 574 600 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 182 238 руб.

В удовлетворении исковых требований акционерного общества «Средневолжская Межрегиональная Ассоциация Радиотелекоммуникационных Систем» отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Средневолжская Межрегиональная Ассоциация Радиотелекоммуникационных Систем» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить по изложенным в жалобе основаниям и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе заявитель приводит следующие доводы.

Заявитель ссылается на то, что суд проигнорировал доводы АО «СМАРТС» о том, что спорный договор является лишь одним из элементов инвестиционного проекта по опытно-конструкторской разработке систем квантовой коммуникации, реализуемого через систему построенных между АО «СМАРТС» и ООО «Квантовые Коммуникации» гражданско-правовых и корпоративных отношений по управлению ООО «СМАРТС-Кванттелеком» и не дал оценку добросовестности осуществления права на иск со стороны ООО «Квантовые Коммуникации», которое использовано как инструмент давления и гринмейла (корпоративного шантажа) в рамках корпоративного конфликта сторон.

Общество указывает, что, несмотря на то, что сертификация спорного оборудования является обязательной в силу законодательства о техническом регулировании, суд без установления таких обязательных требований и фактического соответствия оборудования этим требованиям, проигнорировав доводы и ходатайства АО «СМАРТС», руководствуясь фактически только пояснениями второй стороны дела, решил вопрос о допустимости коммерческой эксплуатации несертифицированного средства криптографии, предназначенного для работы с гос. тайной, чем создал прецедент легализации оборота криптографической продукции без сертификации и без согласования с уполномоченными органами (ФСБ России), что выходит за пределы его компетенции и нарушает императивные нормы в области технического регулирования.

АО «СМАРТС» также указывает, что вывод о возможности коммерческого использования оборудования сделан на основании факта заключения договора аренды оборудования между АО «СМАРТС» и ООО «СМАРТС-Кванттелеком», условия которого судом не исследовались, при этом они, наоборот, опровергают возможность использования оборудования по назначению, так как оно используется в качестве лабораторного стенда (т.е. в качестве опытного образца, который и был предоставлен в рамках 1 этапа договора, а не как готовое функциональное оборудование).

Кроме того, заявитель также приводит следующие доводы относительного того, что судом не дана оценка представленным доказательствам: договор относится к договорам подрядного типа с элементами НИОКР, что влияет на круг обстоятельств, которые должны устанавливаться при решении вопроса о расторжении договора и последствиях этого, а также на определение начала течения срока исковой давности; наличие обязательных требований законодательства о техническом регулировании к системам квантовой коммуникации; условия и цель использования оборудования по договору аренды; факт использования в оборудовании патента, оформленного на третье лицо, не привлечённое к участию в деле.

ООО «Квантовые Коммуникации» представило письменный отзыв на апелляционную жалобу и дополнения к отзыву, в которых просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Как видно из материалов дела, 09.11.2018 между ООО «Квантовые Коммуникации» (далее - Истец) - Поставщик и АО «СМАРТС» (далее - Ответчик) - Покупатель, был заключен договор поставки № 01-03-338 (далее - Договор).

В силу п. 1.1 Договора, "Поставщик в соответствии с условиями настоящего Договора обязуется изготовить и поставить опытный образец оборудования (далее по тексту - Оборудование), соответствующий требованиям, указанным в Спецификации №1, являющейся неотъемлемой часть настоящего Договора (1 этап). Покупатель обязуется принять Оборудование для проведения тестовой эксплуатации. В результате тестовой эксплуатации Покупатель обязуется направить Поставщику выявленные замечания по работе Оборудования. Поставщик обязуется доработать и усовершенствовать Оборудование с учетом замечаний и предложений Покупателя, а именно выполнить работы, связанные с изменениями функциональности квантовой рассылки ключей Оборудования путем частичной замены либо добавления комплектующих и/или частичного изменения конструктива систем, и/или внесения других изменений (2 этап Договора)".

В соответствии с п. 1.3 Договора, во исполнение обязательств по первому этапу Договора, Истец произвел поставку Ответчику системы квантовой коммуникации 1550-30- ULN на сумму 10 170 000 рублей в количестве 1 шт. и системы квантовой коммуникации 1550-10-TN на сумму 7 703 000 рублей в количестве 1 шт., на общую сумму 17 873 000 рублей, согласно Спецификации №1 к Договору, что подтверждается товарной накладной №23 от 24.12.2018 г., подписанной со стороны поставщика и покупателя.

В соответствии с пунктом 1.7 договора поставки Поставщик гарантировал, что имеет легитимные права на создание и распространение (в том числе, но не ограничиваясь, поставку) оборудования, поставляемого в рамках договора, третьим лицам, а также что данное оборудование соответствует всем необходимым нормам, установленным для такого (аналогичного) оборудования.

Согласно пункту 1.11 договора поставки Поставщик гарантировал, что после тестовой эксплуатации оборудования произведёт все необходимые мероприятия по приведению поставленного оборудования в соответствие предусмотренным для него стандартам и правилам, а также действующим техническим регламентам, и передаст Покупателю сертифицированное оборудование, необходимое для коммерческой эксплуатации.

С учетом изложенного, предметом спорного договора является поставка системы квантовой коммуникации 1550-30- ULN и системы квантовой коммуникации 1550-10-TN.

Из материалов дела также следует, что АО «Смартс» в суде первой инстанции было заявлено ходатайство о привлечении к участию в деле третьего лица ООО «СМАРТС-Кванттелеком».

АО «Смартс» указано, что исполнение спорного договора являлось предметом корпоративного договора тех же сторон, что отражено в пункте 1.1.2 Соглашения от 18.07.2018 участников ООО «Кванттелеком».

Отказывая в удовлетворении заявленного ходатайства, судом первой инстанции указано на то, что согласно п. 1.2 Раздела 1 Договора №01-03-338 от 09.11.2018 "Предмет договора", целью поставки оборудования по Договору является использование его Покупателем (Ответчик) в проекте с шифром 2016-218-08-149. В тексте Договора поставки №01-03-338 от 09.11.2018 нет упоминаний об ООО "СМАРТС-Кванттелеком".

Судом указано, что АО «СМАРТС» в своем ходатайстве не мотивировало, какие права и обязанности третьего лица - ООО «СМАРТС-Кванттелеком» могут быть затронуты, кроме как указания на 1.1.2 соглашения участников ООО «Кванттелеком» от 18.07.2018. Однако вышеуказанное соглашение определяет лишь корпоративные права и обязанности участников по отношению к ООО «СМАРТС-Кванттелеком» и не имеет никакой юридической силы к договору поставки № 01-03-338 от 09.11.2018, заключенному между истцом и ответчиком

Между тем, технология, на которой основана функциональность оборудования (квантовая рассылка ключей), защищена патентом на изобретение № 2454810 от 27.06.2012 (устройство квантовой рассылки криптографического ключа на поднесущей частоте модулированного излучения), исключительное право на которое при заключении договора принадлежало поставщику ООО «Квантовые коммуникации», а затем было отчуждено им ООО «СМАРТС-Кванттелеком» в рамках корпоративных обязательств истца (ООО «Квантовые коммуникации») по пункту 5.5.1 корпоративного договора (Соглашение участников ООО «Кванттелеком» от 18.07.2018) и подтверждается соответствующей записью в патенте (приложение к пояснениями АО «Смартс» от 16.06.2025).

Данным обстоятельствам судом первой инстанции оценка не дана, что было бы возможным в случае участия в деле ООО «СМАРТС-Кванттелеком».

С учетом изложенного затрагиваются права ООО «СМАРТС-Кванттелеком» (ОГРН <***>, ИНН <***>), в связи с чем на основании ст.51 АПК РФ суд апелляционной инстанции привлек вышеуказанное лицо к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Ч.6.1 ст.268 АПК РФ установлено, что при наличии оснований, предусмотренных ч.4 ст.270 данного кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в срок, не превышающий трех месяцев со дня поступления апелляционной жалобы вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.

Определением от 11.11.2025 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела № А55-40885/2024 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Как следует из материалов дела, 09.11.2018 между ООО «Квантовые Коммуникации» (далее - Истец) - Поставщик и АО «СМАРТС» (далее - Ответчик) -Покупатель, заключен договор поставки № 01-03-338 (далее - Договор).

В силу п. 1.1 Договора, "Поставщик в соответствии с условиями настоящего Договора обязуется изготовить и поставить опытный образец оборудования (далее по тексту - Оборудование), соответствующий требованиям, указанным в Спецификации №1, являющейся неотъемлемой часть настоящего Договора (1 этап). Покупатель обязуется принять Оборудование для проведения тестовой эксплуатации. В результате тестовой эксплуатации Покупатель обязуется направить Поставщику выявленные замечания по работе Оборудования. Поставщик обязуется доработать и усовершенствовать Оборудование с учетом замечаний и предложений Покупателя, а именно выполнить работы, связанные с изменениями функциональности квантовой рассылки ключей Оборудования путем частичной замены либо добавления комплектующих и/или частичного изменения конструктива систем, и/или внесения других изменений (2 этап Договора)".

В соответствии с п. 1.3 Договора, во исполнение обязательств по первому этапу Договора, Истец произвел поставку Ответчику системы квантовой коммуникации 1550-30-ULN на сумму 10 170 000 рублей в количестве 1 шт. и системы квантовой коммуникации 1550-10-TN на сумму 7 703 000 рублей в количестве 1 шт., на общую сумму 17 873 000 рублей, согласно Спецификации №1 к Договору, что подтверждается товарной накладной №23 от 24.12.2018 г., подписанной со стороны поставщика и покупателя.

Таким образом, 09 ноября 2018 года стороны заключили спорный договор на изготовление и поставку опытного образца оборудования (1 этап), выполнение работ по доработке и усовершенствованию оборудования (2 этап).

В пункте 1.19 договора указано, что конечным результатом по договору является поставка сертифицированного оборудования, пригодного для использования в коммерческих целях и удовлетворяющего потребности покупателя.

В пункте 1.2 договора указано, что стороны принимают во внимание отсутствие у поставщика на дату заключения договора изготовленного и сертифицированного оборудования, а также отсутствие серийного производства и технологическую сложность оборудования.

В пунктах 1.7–1.13, 1.16 договора поставщик предоставил покупателю гарантии, имеющие характер заверений в соответствии со ст. 431.2 ГК РФ, в том числе:

В пункте 1.12 договора поставщик гарантировал, что в случае невозможности модификации и/или сертификации поставленного оборудования для целей коммерческой эксплуатации покупателя (пункт 1.11), примет поставленное оборудование, а денежные средства, уплаченные покупателем по договору, будут возвращены поставщиком в течение 30 календарных дней, за исключением 20 %, удержанных за период тестовой эксплуатации.

В пункте 1.16 договора указано, что покупатель заключил договор только на условиях исполнения поставщиком второго этапа, предусматривающего поставку сертифицированного оборудования для целей, указанных в финальном протоколе-заявке.

Таким образом, исполнение договора в полном объеме, то есть поставка сертифицированного оборудования для целей коммерческой эксплуатации имела для покупателя существенное значение по смыслу п.2 ст. 431.2 ГК РФ.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 431.2 ГК РФ договорные заверения могут касаться любых обстоятельств, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, в том числе которые возникнут в будущем.

В пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что сторона договора вправе явно и недвусмысленно заверить другую сторону об обстоятельствах, как связанных, так и не связанных непосредственно с предметом договора, но имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, и тем самым принять на себя ответственность за соответствие заверения действительности дополнительно к ответственности, установленной законом или вытекающей из существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В силу абз.3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» на сторону может быть возложена обязанность отвечать за наступление или ненаступление определенных обстоятельств, в том числе не зависящих от ее поведения, например в случае недостоверности заверения об обстоятельствах при осуществлении предпринимательской деятельности.

Судом установлено и сторонами не оспаривается, что сертификация спорного оборудования не была осуществлена со стороны ООО «Квантовые коммуникации», что привело к недостоверности предоставленных заверений по смыслу ст. 431.2 ГК РФ. Указанное обстоятельство не было опровергнуто ООО «Квантовые коммуникации» в ходе судебного разбирательства, доказательства выполнения сертификации ответчиком не были предоставлены. Возложение на истца бремени доказывания отрицательного факта было бы недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения с учётом ст. 65 АПК РФ и пункта 32 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017).

Доводы истца по первоначальному иску судом апелляционной инстанции отклоняются по следующим основаниям.

Так, спор возник из заключенного 09.11.2018 между ООО «Квантовые Коммуникации» (Поставщик) и АО «СМАРТС» (Покупатель) договора на разработку и поставку нового (не существующего на рынке) оборудования (системы квантовой коммуникации) в 2 этапа:

на 1 этапе - поставка опытного образца, на 2 этапе - поставка доработанного и сертифицированного оборудования, пригодного для использования в коммерческих целях Покупателя и удовлетворяющего его потребности (конечный результат).

Поставщик выполнил только 1 этап договора (передал опытный образец) и, ссылаясь на то, что 2 этап не был реализован в связи с отсутствием заявки от Покупателя, потребовал расторжения договора и полной оплаты.

Когда отказ Поставщика от дальнейшего исполнения обязательств стал очевиден из поданного им иска, Покупатель также обратился с исковым заявлением о возврате предварительной оплаты в связи с тем, что Поставщик не предоставил согласованный конечный результат по договору (пункты 1.16, 1.19) и не предпринимал действий для исполнения обязательств по сертификации оборудования в рамках 2 этапа. Возврат предоплаты при недостижении цели договора был прямо предусмотрен договором. Размер исковых требований АО «СМАРТС» - 11 438 720 рублей.

Судом апелляционной инстанции установлено, что предметом спорного договора является поставка системы квантовой коммуникации 1550-30-ULN и системы квантовой коммуникации 1550-10-TN, технология, на которой основана функциональность оборудования (квантовая рассылка ключей), защищена патентом на изобретение № 2454810 от 27.06.2012 (устройство квантовой рассылки криптографического ключа на поднесущей частоте модулированного излучения), исключительное право на которое при заключении 09.11.2018 спорного договора принадлежало согласно сведениям из государственной регистрации договора об отчуждении исключительного права с 17.02.2017 поставщику ООО «Квантовые коммуникации», а затем 11.01.2019 по Договору № 1 об отчуждении исключительного права на изобретение по патенту № 2454810 было отчуждено им в пользу ООО «СМАРТС-Кванттелеком» в рамках корпоративных обязательств истца (ООО «Квантовые коммуникации») по пункту 5.5.1 корпоративного договора (Соглашение участников ООО «Кванттелеком» от 18.07.2018) и подтверждается соответствующей записью в патенте об отчуждении исключительного права.

В соответствии с пунктом 1.7 спорного договора поставки Поставщик в лице ООО «Квантовые коммуникации» гарантировал, что имеет легитимные права на создание и распространение (в том числе, но не ограничиваясь, поставку) оборудования, поставляемого в рамках договора, третьим лицам, а также что данное оборудование соответствует всем необходимым нормам, установленным для такого (аналогичного) оборудования, хотя суд апелляционной инстанции обращает внимание, что на момент заключения спорного договора, Поставщиком ООО «Квантовые коммуникации» уже было заключено Соглашение участников ООО «Кванттелеком» от 18.07.2018, в т.ч. по пункту 5.5.1 корпоративного договора об отчуждении патента на изобретение № 2454810 (далее - Патент) и осуществлялся процесс согласования проекта договора № 1 об отчуждении патента.

В соответствии с пунктом 5.2 Договора № 1 об отчуждении исключительного права на изобретение по патенту № 2454810 Патентообладатель в лице ООО «Квантовые коммуникации» был обязан прекратить любое использование изобретения по патенту с момента подписания сторонами вышеупомянутого договора, а именно с 11.01.1019, что им сделано не было, соответственно, свидетельствует о злоупотреблении правом путем недобросовестного поведения по отношению к Приобретателю патента ООО «Кванттелеком» (в последствии переименовано в ООО «СМАРТС-Кванттелеком») и стороне сделки по Договору поставки №01-03-338 от 09.11.2018 - АО «СМАРТС», т.к. условиями Договора предусмотрено следующее:

- п. 1.18 Оборудование, поставляемое Покупателю в рамках настоящего договора, передается Покупателю со всеми эксплуатационными документами (техническими описаниями, инструкциями по монтажу, эксплуатации и т.п.), необходимыми при использовании Оборудования по его назначению. Поставщик производит первичную настройку Оборудования.

- п.1.19 Конечным результатом по настоящему договору является поставка сертифицированного оборудования, пригодного для использования в коммерческих целях и удовлетворяющим потребности Покупателя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренных ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

ООО «Квантовые коммуникации» к Правообладателю ООО «СМАРТС-Кванттелеком» за получением согласия на распоряжение исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности по патенту № 2454810 никогда не обращалось, согласия Правообладателя не получало, что также было подтверждено в судебном заседании суда апелляционной инстанции представителем третьего лица по делу ООО «СМАРТС-Кванттелеком».

На основании вышеизложенного, а именно отсутствия согласия Правообладателя на использование результата интеллектуальной деятельности по патенту № 2454810 в рамках договора поставки №01-03-338 от 09.11.2018 свидетельствует о незаконности такого использования, что само по себе исключает как возможность использования оборудования по своему назначению (п. 1.18 Договора), а также и возможность достижения конечного коммерческого результата по договору поставки №01-03-338 от 09.11.2018, предусмотренного п.1.19 Договора ввиду отсутствия у Поставщика в лице ООО «Квантовые коммуникации» изначального намерения и возможности исполнить свои обязательства по договору в объеме, необходимом для целей п.п. 1.18 и 1.19 Договора.

Эти обстоятельства свидетельствуют о безосновательности иска со стороны ООО «Квантовые коммуникации» к АО «СМАРТС» и необходимости отказа в нем. Требование полной оплаты за опытный образец как за готовое функциональное оборудование в совокупности с отрицанием необходимости его сертификации представляет собой, по мнению суда апелляционной инстанции, злоупотребление правом. Истец не предпринял никаких мер для получения лицензий и сертификации, не предоставил к приемке сертифицированное оборудование, акт выполненных работ по второму этапу не был представлен и не подписан.

Истец осуществил только первый этап обязательств по договору, который согласно п.1.2 и 1.4 договора является лишь предварительным и не может рассматриваться изолированно от конечной цели – получения сертифицированного оборудования, пригодного для коммерческого использования.

Отсутствие у истца необходимых разрешительных документов, свидетельствует об объективной невозможности исполнения второго этапа договора, что в соответствии с п.1.12 договора является основанием для возврата оплаченных денежных средств за вычетом 20% за тестовую эксплуатацию.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, на момент заключения спорного договора 09.11.2018 поставщик – обладатель исключительного права был единственным лицом, управомоченным использовать изобретение согласно статьям 1358 и 1229 ГК РФ, в том числе изготавливать, продавать, вводить в гражданский оборот продукт, в котором использовано изобретение, таким образом, исполнять договор перед покупателем. В связи с отчуждением исключительного права поставщик в рамках гражданско-правовых отношений с покупателем утратил право на изготовление, продажу и модификацию оборудования без разрешения третьего лица по делу ООО «СМАРТС-Кванттелеком», то есть объективно не мог завершить исполнение по договору.

Именно эти обстоятельства являются реальной причиной приостановления исполнения договора, а не формальное отсутствие заявки со стороны АО «СМАРТС», как указывает истец.

В части иска АО «СМАРТС» к ООО «Квантовые коммуникации», учитывая отсутствие изначальных намерений и возможности исполнить свои обязательства по договору со стороны ООО «Квантовые коммуникации», данные обстоятельства свидетельствуют о имевшем место быть неосновательном обогащении со стороны ООО «Квантовые коммуникации», выразившемся в получении в порядке авансирования денежных средств в сумме 11 438 720 рублей от АО «СМАРТС» по обязательствам, которые не могли быть исполнены. Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что у ООО «Квантовые коммуникации» возникла обязанность по отношению к АО «СМАРТС» возвратить неосновательное обогащение.

Расчет исковых требований АО «СМАРТС» судом проверен, является правильным.

В соответствии с пунктом 1.12 договора поставки Поставщик гарантировал, что в случае невозможности модификации или сертификации поставленного оборудования для целей, указанных в пункте 1.11, примет поставленное оборудование обратно, а денежные средства, уплаченные Покупателем в соответствии с условиями договора, будут возвращены Поставщиком в течение 30 календарных дней за исключением 20%, удержанных за период тестовой эксплуатации.

АО «СМАРТС» оплатило по договору 14 298 400 рублей. Сумма, подлежащая взысканию в соответствии с условиями договора, составляет 11 438 720 рублей, что подтверждается расчётом: 14 298 400 * 0,8 = 11 438 720.

Судом отклоняются доводы ООО «Квантовые Коммуникации» о пропуске АО «СМАРТС» срока исковой давности для обращения в суд по следующим основаниям.

Так, истец не опроверг доводы АО «СМАРТС» о квалификации договора в качестве договора подрядного типа, от чего зависит определение начала течения срока исковой давности.

Заявляя о применении последствий пропуска срока исковой давности, истец определяет в качестве момента начала течения срока исковой давности согласованный сторонами в пункте 1.20 предельный срок исполнения обязательств по передаче оборудования - 36 месяцев с момента подписания договора (09.11.2021).

Однако, момент начала течения срока исковой давности определён ООО «Квантовые Коммуникации» ошибочно по правилам о возврате суммы предварительной оплаты по договорам купли-продажи, где начало течения срока исковой давности исчисляется непосредственно с момента наступления срока поставки товара, что основано на положении п.3 ст. 487 ГК.

Данный подход применен ошибочно в связи с тем, что истец не согласен с доводами АО «СМАРТС» о том, что, несмотря на наименование «поставка», спорный договор очевидно является договором подрядного типа с элементами НИОКР.

Как минимум, в пункте 1.8 спорного договора Поставщик гарантировал, что на момент заключения договора оборудования, необходимого для целей Покупателя, как это указано в п.1.11, на рынке не существует. Характер обязательств Поставщика по договору и распределение рисков прямо свидетельствуют о том, что его предметом является именно выполнение работ по разработке, изготовлению и подготовке к легальному выпуску в оборот нового оборудования, что явно не является поставкой.

В отношении требований, вытекающих из подрядных обязательств, установленный договором срок выполнения работ не имеет определяющего значения при исчислении срока исковой давности, поскольку в ситуации, когда договором не предусмотрено прекращение обязательств по окончании срока его действия и ни одна из сторон не заявляет о расторжении договора, предполагается сохранение интереса обеих сторон в исполнении сделки, в том числе в выполнении работ за счет полученного аванса. Поэтому исковая давность по требованию о возврате неотработанного аванса наступает только по истечении трех лет с момента расторжения договора.

Согласно пунктам 14.2, 14.3 и 14.4 спорного договора он действует до полного исполнения обязательств, что, в совокупности с условиями договора, определяющими требования к конечному результату и порядок оплаты, свидетельствует о сохранении интереса АО «СМАРТС» к полному исполнению договора до момента подачи другой стороной дела иска о расторжении договора, когда окончательный отказ от исполнения обязательств стал очевиден.

Заявление Поставщика о применении исковой давности к требованию Покупателя является злоупотреблением правом. Учитывая, что прекращение договора подряда порождает необходимость соотнесения эквивалентности взаимных предоставлений сторон по этому договору (Постановление Пленума Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора"), при этом в силу ст. 49 АПК РФ суд не вправе выходить за пределы заявленных исковых требований, чтобы компенсировать несбалансированность предоставлений, - Покупатель, получив исковое заявление от Поставщика, не мог иначе реализовать своё право на возврат предварительной оплаты в рамках ликвидационной стадии существования договора, кроме как подав самостоятельный иск.

Поэтому исковое заявление АО «СМАРТС» в данном споре является не произвольным действием, а представляет собой объективно обусловленную процессуальную необходимость для справедливого определения прав и обязанностей при расторжении спорного двустороннего договора и не подлежит формальной оценке на предмет пропуска срока исковой давности вне контекста взаимосвязанных исковых требований.

Институт исковой давности как инструмент защиты должника призван устранить угрозу его нахождения под нескончаемой обязанностью перед кредитором, который не реализует свое право (требование) и направлен на защиту лица от предъявления к нему требований по прошествии значительного времени, когда это объективно нарушает баланс интересов сторон (Определение СКЭС ВС РФ от 04.08.2022 N 306-ЭС22-8161 по делу NA57-10033/2021).

Более того, поскольку исковая давность не применяется судом автоматически, а, согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ, только по заявлению стороны спора, такое заявление безусловно должно рассматриваться судом с позиции добросовестности осуществления этой стороной своего права.

Принимая во внимание в совокупности изложенные выше обстоятельства и правовую природу института исковой давности, заявление Поставщика о пропуске Покупателем срока исковой давности направлено не на добросовестную защиту от неправомерного требования, а на воспрепятствование рассмотрению дела по существу и фактически используется ответчиком как способ уклониться от оценки взаимных обязательств при расторжении договора, которого он сам потребовал при обращении в арбитражный суд.

Согласно пункту 36 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49, при недостоверности предоставленного стороной договора заверения другая сторона, полагавшаяся на имеющее существенное значение заверение, наряду с применением указанных в статье 431.2 ГК РФ мер ответственности (возмещение убытков или уплата неустойки), вправе отказаться от договора (статьи 310 и 450.1 ГК РФ), если иное не предусмотрено соглашением сторон (пункт 2 статьи 431.2 ГК РФ).

С учётом направленной со стороны АО «СМАРТС» претензии в ООО «Квантовые коммуникации», которая не была исполнена ответчиком (исх. № СМР-2024-1722 от 20.11.2024 «Ответ на претензию № 131124 от 13.11.2024»), АО «СМАРТС», обратившись с исковым заявлением о возврате денежных средств, реализовало своё право на отказ от договора.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 450.1 ГК РФ договор считается расторгнутым или изменённым с момента получения второй стороной уведомления об этом, если иное не установлено законом или договором.

В абз. 2 п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» разъяснено, что последствия расторжения договора, отличные от предусмотренных законом, могут быть установлены соглашением сторон с соблюдением ограничений свободы договора, определённых в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и её пределах».

Использовав механизм договорных гарантий (заверений) и согласовав последствия расторжения договора по основанию их недостоверности, стороны добровольно перераспределили риски.

Поскольку при исполнении договора покупателю было передано имущество, которое должно быть возвращено в случае расторжения договора по основанию, указанному в пункте 1.12 договора, с учетом пункта 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), суд апелляционной инстанции одновременно с рассмотрением иска АО «СМАРТС» о взыскании денежной суммы с ООО «Квантовые коммуникации» разрешает вопрос о возврате продавцу переданного покупателю имущества, которое находится у АО «СМАРТС».

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» по результатам рассмотрения дела арбитражный суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 АПК РФ выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), и принимает новый судебный акт.

В рассматриваемом случае решение суда подлежит отмене по пункту 4 части 1 статьи 270 АПК РФ как вынесенное с нарушением норм процессуального права, с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении первоначальных исковых требований ООО «Квантовые Коммуникации», удовлетворении встречного иска АО «СМАРТС» и взыскании с ООО «Квантовые Коммуникации» в пользу АО «СМАРТС» 11 438 720 руб. с возложением на АО «СМАРТС» обязанности в течение 1 месяца со дня вступления в законную силу постановления вернуть ООО «Квантовые Коммуникации» оборудование: система квантовой коммуникации 1550-30-ULN, система квантовой коммуникации 15-50-10-TN.

Расходы по оплате государственной пошлины распределяются на основании ст. 110 АПК РФ.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 03 июля 2025 года по делу № А55-40885/2024 отменить.

В удовлетворении первоначальных исковых требований ООО «Квантовые Коммуникации» (ОГРН <***>, ИНН <***>) отказать.

Встречные исковые требования АО «СМАРТС» (ОГРН <***>, ИНН <***>) удовлетворить.

Взыскать с ООО «Квантовые Коммуникации» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу АО «СМАРТС» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 11 438 720 руб.

Обязать АО «СМАРТС» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в течение 1 месяца со дня вступления в законную силу постановления вернуть ООО «Квантовые Коммуникации» (ОГРН <***>, ИНН <***>) оборудование: система квантовой коммуникации 1550-30-ULN, система квантовой коммуникации 15-50-10-TN.

Распределить расходы по государственной пошлине.

Взыскать с ООО «Квантовые Коммуникации» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу АО «СМАРТС» (ОГРН <***>, ИНН <***>) расходы по оплате государственной пошлины за подачу иска в размере 339 387 руб., а также 30 000 руб. расходов за подачу апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий Н.В. Сергеева

Судьи И.С. Драгоценнова

Е.Г. Попова