ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, <...>

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

01 декабря 2025 года

г. Вологда

Дело № А52-5315/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 26 ноября 2025 года.

В полном объеме постановление изготовлено 01 декабря 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Черединой Н.В., судей Зреляковой Л.В. и Шадриной А.Н. при ведении протокола секретарем судебного заседания Николаевой А.С.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Эстейт Менеджмент» представителя ФИО1 по доверенности от 25.07.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Псковской и Новгородской областях и прокурора Псковской области на решение Арбитражного суда Псковской области от 07 августа 2025 года по делу № А52-5315/2023,

установил:

Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Псковской и Новгородской областях (адрес: 173000, Новгородская обл., Великий Новгород, ул. Федоровский ручей, д. 6; ОГРН <***>, ИНН <***>; далее – МТУ Росимущества) обратилось в Арбитражный суд Псковской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Саднера» (адрес: 180007, <...>, оф. 83-2, эт. 2; ОГРН <***>, ИНН <***>; далее – Компания), обществу с ограниченной ответственностью «Эстейт Менеджмент» (адрес: 180016, <...>, каб. 1; ОГРН <***>, ИНН <***>; далее – Общество) об истребовании из незаконного владения ответчиков помещения убежища № 10 площадью 1292 кв. м с кадастровым номером 60:27:0050202:57, расположенного по адресу: <...>; признании права собственности Российской Федерации на данное помещение (с учетом замены ненадлежащего ответчика и уточнения иска в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Определением арбитражного суда от 11.09.2023 дело принято к производству арбитражного суда с присвоением делу номера А52-5315/2023.

В свою очередь, прокурор Псковской области, действуя в интересах Российской Федерации в лице МТУ Росимущества, обратился в Арбитражный суд Псковской области с иском к Обществу и Компании об истребовании из незаконного владения ответчиков того же помещения в пользу Российской Федерации в лице МТУ Росимущества.

На основании иска прокурора Псковской области возбуждено дело № А52-2918/2024.

Определением суда от 20.05.2024 дела № А52-2918/2024, А52-5315/2023 объединены в одно производство для совместного рассмотрения с присвоением объединенному делу номера А52-5315/2023.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Псковской области, Главное управление Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Псковской области (далее – Управление МЧС), общество с ограниченной ответственностью «Интерьер Псков» (далее – ООО «Интерьер Псков»), ФИО2, акционерное общество «Псковский завод радиодеталей «Плескава» (далее – Завод), Комитет по управлению государственным имуществом Псковской области (далее – Комитет, после переименования Министерство имущественных отношений Псковской области; далее – Министерство).

Решением от 09.08.2024, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2024, из незаконного владения Общества и Компании в пользу Российской Федерации в лице МТУ Росимущества истребовано помещение убежища № 10 площадью 1292 кв. м; в удовлетворении остальной части иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.03.2025 решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Решением суда от 07.08.2025 по настоящему спору в удовлетворении исковых требований прокурора Псковской области и МТУ Росимущества отказано; с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, МТУ Росимущества в пользу Компании с каждого взыскано по 26 500 руб. в возмещение расходов по уплате госпошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб; с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, МТУ Росимущества в пользу Общества взыскано с каждого по 26 500 руб. в возмещение расходов по уплате госпошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб.

МТУ Росимущества и прокурор Псковской области с решением суда не согласились и обратились с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить, удовлетворить исковые требования в полном объеме.

МТУ Росимущества в жалобе ссылается на то, что предметом рассмотрения спора является ограниченный в обращении объект – защитное сооружение гражданской обороны и полагает, что в данном случае сроки исковой давности не имеют значения. Указывает, что Завод располагал сведениями о том, что спорный объект учитывается в реестре федерального имущества с реестровыми номером В13600000489. Отмечает, что спорный объект передан в собственность муниципального образования «Город Псков».

Прокурор Псковской области считает, что суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о пропуске им срока исковой давности. Полагает несостоятельным довод суда о том, что прокуратуре области в лице прокуратуры г. Пскова стало известно о нарушении требований закона при отчуждении спорного имущества в 2018 году, поскольку прокуратурой г. Пскова проверка в отношении Компании не проводилась, документы не запрашивались, на объект выход не осуществлялся, какое-либо процессуальное решение не принималось, соответственно, нарушения закона не выявлялись. Акт об отсутствии нарушений закона по результатам проверки в адрес Компании не направлялся. Отмечает, что о наличии данного спора и нарушении прав Российской Федерации прокуратуре Псковской области стало известно только 17.01.2024 после ознакомления с материалами данного дела, что явилось основанием для обращения в суд. По мнению апеллянта, исходя из принципа справедливости, нельзя рассматривать правовой институт исковой давности в качестве способа легализации незаконного приобретения имущества в ущерб интересов собственника, лишенного его помимо воли.

Компания в отзыве на жалобы возражала против их удовлетворения.

Управление МЧС в отзыве на жалобы полагает, что жалобы подлежат удовлетворению.

Представитель Общества в судебном заседании возражал против удовлетворения жалоб по мотивам, изложенным в отзыве.

МТУ Росимущества, прокурор Псковской области, Компания, третьи лица о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб извещены надлежащим образом, своих представителей не направили, Министерство заявило ходатайство о рассмотрении жалоб без участия его представителя, в связи с этим судебное заседание состоялось в соответствии со статьями 156, 266 АПК РФ при имеющейся явке.

Заслушав пояснения представителя Общества, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, апелляционный суд не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены или изменения решения суда.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в соответствии с перечнем защитных сооружений гражданской обороны на территории Псковской области, утвержденным во исполнение приказа Федерального агентства по управлению государственным имуществом от 12.10.2022 № 227, к числу данных сооружений отнесено убежище № 10-1-60, площадью 1331,7 кв. м, расположенное по адресу: г. Псков, ул. Горького, д. 1, подлежащее передаче в собственность муниципального образования «Город Псков». Согласно представленной в дело выписке из реестра федерального имущества в реестр федерального имущества 20.08.2008 включено помещение площадью 1331,7 кв. м, именуемое как помещение убежища № 10, расположенное по адресу: <...>, с реестровым номером В13600000489.

Завод является правопреемником Псковского завода радиодеталей, который преобразован в открытое акционерное общество «Плескава» (далее – ОАО «Плескава») на основании распоряжения администрации г. Пскова от 20.11.1992 № 2060-р.

Здание лабораторно-испытательного корпуса № 6, в подвале которого расположено спорное помещение, приватизировано Заводом на основании плана приватизации от 06.11.1992. Право собственности Завода на здание зарегистрировано 01.03.2001.

По договору от 18.03.2010 № 51/2010 Завод продал обществу с ограниченной ответственностью «Глав-импорт» (далее – ООО «Глав-импорт») 42788/81167 доли в праве собственности на трехэтажное здание лабораторно-испытательного корпуса № 6 с подвалом и антресолью, общей площадью 8116,7 кв. м, инв. № 6643, и земельный участок под зданием.

По соглашению от 28.05.2010 Завод и ООО «Глав-импорт» разделили здание на отдельные помещения с передачей в собственность ООО «Глав-импорт» нежилого помещения № 2001 площадью 1292 кв. м в подвале, помещения № 2002 площадью 2985,0 кв. м на первом и втором этажах, помещения № 2004 площадью 54,1 кв. м на первом этаже здания. На основании данного соглашения за ООО «Глав-импорт» зарегистрировано право собственности на образованные помещения.

В дальнейшем ООО «Глав-импорт» по договору от 06.12.2010 продало ФИО2 помещение площадью 1292 кв. м в подвале здания по адресу: <...>. Переход права собственности к покупателю на данный объект зарегистрирован 23.10.2010 в Едином государственном реесте недвижимости (далее – ЕГРН).

В свою очередь, ФИО2 по договору от 23.09.2011 продала данное помещение Компании и Обществу в общую долевую собственность по 1/2 доли каждому. Право собственности приобретателей зарегистрировано в ЕГРН 12.10.2011.

Впоследствии указанное помещение 05.04.2013 поставлено на кадастровый учет с присвоением кадастрового номера 60:27:0050202:57, что подтверждается выпиской из ЕГРН об объекте недвижимости (т. 5, л. 54, 55).

В настоящее время в отношении подвального помещения зарегистрировано право общей долевой собственности Общества и Компании, а также имеется обременение арендой в пользу ООО «Интерьер Псков».

Между тем, по данным Управления МЧС, подвальное помещение площадью 1300 кв. м учтено как убежище № 10 (10-1-60), введенное в эксплуатацию 31.12.1976, имеется паспорт убежища; в отношении убежища регулярно проводились проверки.

МТУ Росимущества, ссылаясь на то, что спорное помещение, являющееся сооружением гражданской обороны, в силу закона находится в федеральной собственности, не подлежало приватизации и не могло быть отчуждено в частную собственность, обратилось в арбитражный суд с настоящим иском. По аналогичным мотивам прокурор в интересах Российской Федерации обратился с иском к ответчикам об истребовании указанного имущества.

Суд кассационной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, которыми исковые требования МТУ Росимущества и прокурора Псковской области были удовлетворены, и отправляя дело на новое рассмотрение, указал, что при новом рассмотрении дела суду необходимо установить, было ли спорное помещение включено в состав приватизированного имущества и передано Заводу в соответствии с планом приватизации в собственность или же спорный объект был отнесен к имуществу, не подлежащему приватизации, оставался на ответственном хранении Завода, который впоследствии незаконно продал его; выяснить, как фактически использовалось помещение последующими приобретателями, были ли они или могли быть осведомлены об особом статусе помещения и имелись ли у них основания полагать, что помещение относится к особым объектам; оценить добросовестность Общества и Компании с учетом применяемых в судебной практике критериев; определить начало течения срока исковой давности для публичного образования; в зависимости от установленного разрешить спор.

В силу части 2.1 статьи 289 АПК РФ указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Суд первой инстанции, следуя указаниям суда кассационной инстанции, по результатам повторного рассмотрения спора пришел к следующим выводам.

Руководствуясь нормами Федерального закона от 12.02.1998 № 28-ФЗ «О гражданской обороне», постановления Правительства Российской Федерации от 23.04.1994 № 359 «Об утверждении Положения о порядке использования объектов и имущества гражданской обороны приватизированными предприятиями, учреждениями и организациями», постановления Правительства Российской Федерации от 29.11.1999 № 1309 «О порядке создания убежищ и иных объектов гражданской обороны», Правил эксплуатации защитных сооружений гражданской обороны, утвержденных Приказом МЧС РФ от 15.12.2002 № 583 (далее – Правила № 583), ГОСТ Р 22.0.02-94 «Безопасность в чрезвычайных ситуациях. Термины и определения основных понятий», утвержденного постановлением Госстандарта Российской Федерации от 22.12.1994 № 327, СП 88.13330.2022 «СНИП II-11-77* Защитные сооружения гражданской обороны», СП 165.1325800.2014 «Инженерно-технические мероприятия по гражданской обороне» Актуализированная редакция СНиП 2.01.51-90», ГОСТ Р 42.4.03-2022 национальный стандарт Российской Федерации, гражданская оборона «Защитные сооружения гражданской обороны», суд первой инстанции, исследовав представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу, что спорное помещение, расположенное в подвале здания, являлось защитным сооружением гражданской обороны – убежищем, которое относится к объектам гражданской обороны и на которое распространяется специальный правовой режим. Судом установлено, что на момент приватизации в 1992 году спорный объект уже существовал в качестве объекта ЗС ГО в составе имущества Завода, паспорт защитного сооружения оформлен в 1976 году, статус помещения с указанного времени не менялся, в установленном порядке помещение не снято с учета ЗС ГО.

Учитывая положения пункта 3 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность», пункта 2.2.2 Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации на 1992 год, утвержденной постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.06.1992 № 2980-1, пункта 2.1.37 Указа Президента Российской Федерации от 24.12.1993 № 2284 «О государственной программе приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации», пункта 2 постановления Правительства Российской Федерации от 23.04.1994 № 359 «Об утверждении Положения о порядке использования объектов и имущества гражданской обороны приватизированными предприятиями, учреждениями и организациями», проанализировав условия плана приватизации Завода, утвержденного Комитетом 06.11.1992, суд первой инстанции пришел к выводу, что факт неисключения спорного помещения из состава здания как отдельной самостоятельной единицы объекта права, не опровергает то, что спорные помещения не подлежали приватизации в составе мобилизационных мощностей на основании пунктов 2.8, 2.9 плана приватизации и пункта 3 акта оценки стоимости имущества по состоянию на 01.07.1992 и не включались в состав приватизируемого имущества. Таким образом, спорное помещение не перешло в собственность Завода, поскольку такой объект не был включен в план приватизации и не мог быть включен в силу прямого указания закона.

Само по себе отсутствие заключенных с правопреемником приватизируемого предприятия договора о правах и обязанностях в отношении объектов и имущества гражданской обороны не свидетельствует об утрате права государственной собственности и возникновении частной. Фактическое пользование Заводом объектом гражданской обороны после приватизации предприятия не подтверждает выбытие данного объекта из федеральной собственности в результате приватизации. Помещение убежища после приватизации предприятия в любом случае подлежало передаче правопреемнику приватизированного предприятия на ответственное хранение с возможностью использования помещения в хозяйственных целях, с учетом нормативно установленных особенностей эксплуатации и содержания защитных сооружений гражданской обороны.

Между тем, как установил суд и не оспаривается ответчиками, спорное помещение продано Заводом, и с 2011 года оно находится в фактическом владении ответчиков, которые используют его в своей хозяйственной деятельности.

Таким образом, помещение выбыло из владения Российской Федерации в результате ряда последовательных сделок.

С учетом данного обстоятельства апелляционный суд считает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что настоящий спор должен рассматриваться с применением статей 301, 302 ГК РФ.

В соответствии с названными нормами разрешение вопроса о виндикации зависит от наличия воли собственника на выбытие имущества из его владения и от добросовестности приобретателя в случае выбытия имущества из владения собственника по его воле.

Как разъяснено в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – Постановление № 10/22), недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Следовательно, безосновательность передачи имущества собственником другому лицу или передача объекта вопреки установленному законом запрета еще не означает выбытие имущества из владения собственника помимо его воли.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 38 Постановления № 10/22, ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

В данном случае право собственности продавца – ФИО2, у которой Общество и Компания приобретали помещение, зарегистрировано в установленном порядке; в ЕГРН отсутствовали сведения о наличии судебных споров и отметки об особом статусе объекта; документы об учете помещения как защитного сооружения гражданской обороны в распоряжение покупателей не предоставлялись; а общем доступе не опубликованы; возмездность приобретения не оспаривается.

Как верно отмечено судом, осведомленность Завода о наличии в составе здания помещения убежища и совершение Заводом несмотря на это сделки по его отчуждению в пользу ООО «Глав-импорт» в отсутствие доказательств передачи соответствующей информации последующим приобретателям имеет значение для оценки добросовестности действий Завода, но не ответчиков.

Последующими приобретателями помещение использовалось в хозяйственных целях. Собственники помещений, считающие себя полноправными владельцам, осуществляли перепланировку помещения, что подтверждается техническим паспортом и провели его ремонт для использования в своих предпринимательских целях, что свидетельствует об отсутствии у них оснований полагать, что спорное помещение является особым объектом, который с учетом его целевого назначения, в принципе, не может быть изменен относительно первоначальных технических характеристик. При этом администрация города Пскова, как орган контролирующий законность переустройства и перепланировки помещений, соответствующих возражений по перепланировке помещения правообладателями не заявляла, принимая во внимание особый статус использования спорного объекта, о котором она не могла не знать, поскольку участвовала в инвентаризации ЗС ГО.

Спорное помещение используется ответчиками открыто и добросовестно, что подтверждается передачей его в аренду с регистрацией соответствующего обременения в ЕГРН в установленном законом порядке. Данные сведения также являются общедоступными.

Как установлено судом, сведения в ЕГРН об особом статусе объекта отсутствуют, как и сведения, позволяющие идентифицировать спорное помещение с объектом ЗС ГО. Все сделки являются возмездными. Приобретая в 2011 году спорный объект у ФИО2, ответчики из правоустанавливающих документов и иных документов, не установили, и из данных документов не следовало, что объект имеет статус ЗС ГО. Доказательства обратного не представлены. Приобретая в 2011 году спорное помещение, ответчики разумно полагались на сведения публичного реестра недвижимости, отсутствие сведений о наличии судебных споров и отметок об особом статусе объекта, а также факт вовлечения спорного имущества в гражданский оборот.

Оснований полагать, что помещение относится к особым объектам, у ответчиков не имелось, поскольку в техническом плане с экспликациями помещений на здание особые отметки отсутствуют. Ответчики, не обладая специальными познаниями в области характеристик объектов ЗС ГО, не могли соотнести такие наименование помещений в составе объекта как венткамера и спецподвал к элементам ЗС ГО. Фактическое состояние инженерно-технического оборудования находилось в ненадлежащем, разрушенном состоянии, что свидетельствует возможности идентифицировать такое оборудование со специальным его назначением.

При таких обстоятельствах апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ответчики не имели объективной возможности установить принадлежность помещений ЗС ГО.

Сведений о том, что ответчики уведомлены о письме МТУ Росимущества от 30.04.2013 № 2420-АС101 с требованием к Заводу о возврате спорного объекта, в деле не имеется. Ответчикам данное письмо не направлялось.

Как указано выше, уполномоченными органами при участии МТУ Росимущества проводилась инвентаризация спорного объекта ЗС ГО и проверка его содержания и использования, в том числе в 2014 году с участием МТУ Росимущества, по результатам которой составлена инвентаризационная карточка, где следует, что в графе 10 имеется ссылка на Компанию, как организацию, эксплуатирующую ЗС ГО. При этом подпись представителей Компании и Общества отсутствуют. В составе лиц, участвующих в инвентаризации ответчики не указаны. В 2018 году инвентаризация также проведена без участия ответчиков с указанием на использование помещения Компанией.

Из материалов дела следует, что Компания узнала об особом статусе спорного объекта из письма прокуратуры от 18.09.2018 № 02-13-2018. Письмом от 24.09.2018 № 5 Компания уведомила Управление МЧС о том, что в отношении нее отсутствовало информирование о владении ей ЗС ГО, сообщала, что у Компании отсутствует паспорт убежища, который подтверждает статус защитного сооружения, что спорный объект не отвечает характеристикам, предъявляемым к ЗС ГО. Данное уведомление осталось без ответа МЧС. Паспорт убежища Управлением МЧС Компании не предоставлен.

Также письмом от 24.09.2018 № 5 Компания уведомила прокуратуру, что спорный объект не имеет статус ЗС ГО и просила принять для проверки документы, подтверждающие, что у ответчика отсутствует ЗС ГО, ответа на которое не последовало.

Таким образом, оценив добросовестность Общества и Компании с учетом применяемых в судебной практике критериев, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что к моменту совершения возмездной сделки в 2011 году в отношении спорного имущества, ответчикам не были известны и не могли быть известны сведения о притязании иных лиц на указанное имущество.

МТУ Росимущества заявило о своих правах на спорное имущество лишь в 2023 году.

В связи с публичной достоверностью реестра ответчики при совершении сделки могли разумно полагаться на имеющиеся в нем сведения относительно полномочий продавца на распоряжение объектом недвижимого имущества. Оснований сомневаться в наличии у продавца права на этот объект у ответчиков не имелось, к тому же они являлись не первыми покупателями спорного имущества у Завода.

Таким образом, как верно отмечено судом, спорное помещение выпущено в гражданский оборот задолго до приобретения его Обществом и Компанией путем не только совершения последовательных сделок купли-продажи, но и фактическим разделом здания, произведенным до его приобретения ответчиками, переустройство и перепланировка которого согласованы с уполномоченным органом.

Доказательств того, что совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества, суду не представлено (пункт 9 информационного письма от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения»).

С учетом фактических обстоятельств дела и приведенных правовых норм апелляционная коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что материалы дела не содержат доказательств, которые подтвердили бы осведомленность ответчиков об отсутствии у продавца полномочий на отчуждение имущества или обстоятельств, которые должны были повлечь сомнения в их наличии. Таким образом, суд правомерно признал Компанию и Общество добросовестными приобретателями спорного имущества.

Кроме того, оценив доводы сторон, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцами срока исковой давности, о применении которой заявили ответчики, обоснованно руководствуясь следующим.

Поскольку заявленное МТУ Росимущества и прокурором Псковской области требование следует рассматривать, как виндикационное, на него распространяется общий трехгодичный срок исковой давности.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 (далее – Постановление № 43), в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его права, в частности о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ при обращении в суд, в частности, прокурора в порядке статьи 52 АПК РФ с заявлениями в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление (пункт 5 Постановления № 43).

В данном случае судом установлено, что Российская Федерация в лице уполномоченного органа МТУ Росимущества узнала и должна была узнать о выбытии помещения из владения Российской Федерации, отчуждении объекта в частную собственность при совершения в отношении объекта нескольких сделок и государственной регистрации перехода прав, произведенной в установленном порядке по каждой сделке, которые состоялись по договорам 18.03.2010, 28.05.2010, 18.06.2010, 06.10.2010, 29.04.2011, 24.08.2011, 23.09.2011.

При инвентаризации в 2014 году МТУ Росимущества уже располагало сведениями об отчуждении Заводом спорного помещения и их фактических владельцах в лице ответчиков, что подтверждается документами, оформленными по результатам инвентаризации.

Между тем иск МТУ Росимущества поступил в суд 04.09.2023, иск прокурора Псковской области – 20.05.2024.

По справедливому указанию суда, бездействие ответчиков, выразившееся в непринятии мер по возврату помещения Российской Федерации после получения ими информации об особом статусе помещения, не может служить оправданием бездействия Российской Федерации в лице уполномоченных органов, не принимавших в течение длительного периода мер к выявлению владельцев объекта и установлению оснований нахождения объекта в их владении, оформлению права собственности Российской Федерации.

Институт исковой давности установлен гражданским законодательством в целях побуждения лица, которое считает свои права нарушенными, в разумные сроки обратиться за судебной защитой во избежание сохранения неопределенности в правоотношениях без ограничения временных рамок. В этой связи истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиками, предусмотрено пунктом 2 статьи 199 ГК РФ в качестве основания для отказа в иске, поскольку последствия пропуска истцом срока исковой давности в виде отказа в предоставлении ему судебной защиты не могут, по общему правилу, возлагаться на ответчика.

Экстраординарных обстоятельств, которые свидетельствовали бы о таком допущенном ответчиками злоупотреблении правом, санкцией за которое является неприменение исковой давности, судами первой и апелляционной инстанций не установлено.

Доводы прокурора Псковской области о том, что о наличии данного спора прокурору стало известно только 17.01.2024 при ознакомлении с материалами настоящего дела, рассматривались суда первой инстанции и обоснованном отклонены со ссылкой на пункт 5 Постановления № 43.

Доводы МТУ Росимущества и прокурора Псковской области о недопустимости применения института исковой давности в качестве способа легализации имущества, незаконно приобретенного в ущерб интересам публичного собственника и помимо его воли, также справедливо отклонены судом, поскольку в данном конкретном случае ответчиками имущество приобретено на законном основании, что установлено судом. Осведомленность Завода о наличии в составе здания помещения убежища и совершение Заводом несмотря на это сделки по его отчуждению в пользу ООО «Глав-импорт» в отсутствие доказательств передачи соответствующей информации последующим приобретателям не свидетельствует о незаконности приобретения ответчиками.

Одновременно судом учтены выводы, изложенные в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 31.10.2024 № 49-П, о том, что сформулированный в настоящем постановлении вывод о применении/неприменении исковой давности относится только к исковым заявлениям Генерального прокурора Российской Федерации или подчиненных ему прокуроров, содержащим требования об обращении в доход Российской Федерации имущества как приобретенного вследствие нарушения лицом, замещающим (занимающим) или замещавшим (занимавшим) публично значимую должность, требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции, в том числе имущества, в которое первоначально приобретенное вследствие указанных нарушений имущество (доходы от этого имущества) было частично или полностью превращено или преобразовано. Он не может быть автоматически распространен на решение вопроса о применимости или неприменимости исковой давности к иным, помимо указанных, исковым заявлениям Генерального прокурора Российской Федерации или подчиненных ему прокуроров, направленным на передачу имущества публично-правовым образованиям или признание их права на имущество, в том числе основанным на нарушении порядка приватизации.

Судом также учтено, что прокуратурой была проведена проверка в отношении использования Компанией спорного объекта, с целью выявления и пресечения нарушений законодательства в сфере ЗС ГО, что подтверждается решением от 18.09.2018 № 02-13-2018, которая не нашла нарушений законодательства по использованию ЗС ГО Компанией. При этом правом на истребование имущества в интересах Российской Федерации прокурор Псковской области не воспользовался в последующие три года (с 2018 года).

Кроме того, судом обоснованно приняты во внимание следующие обстоятельства.

Судом установлено, что при приватизации Завода, имущество последнему в собственность не передавалось и осталось в собственности Российской Федерации с дальнейшим правом пользования Заводом в силу норм действующего законодательства на тот момент.

В тоже время факт вовлечения имущества в гражданский оборот, о котором было известно МТУ Росимущества с 2010 года, в отсутствие соответствующих правопритязаний на протяжении более 10 лет (пункт 2 статьи 196 ГК РФ) свидетельствует с очевидностью о намерении МТУ Росимущества на прекращение права собственности на спорное помещение.

При таких обстоятельствах апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в результате бездействия самого истца спорный объект находится во владении Общества и Компании.

Как верно отмечено судом, указанное поведение истца после заключения сделки, в том числе при участии в инвентаризации в 2014 году и позднее, давало основание ответчикам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

На основании изложенного и поскольку понятие «порок воли» не тождественно понятию «помимо воли», исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 39 Постановления № 10/22, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что совершение сделки, в данном конкретном споре, неуправомоченным отчуждателем, само по себе не свидетельствует о выбытии имущества из владения МТУ Росимущества помимо его воли, так как выбытие имущества из владения Российской Федерации является следствием не одного только юридического акта (договора), но и конкретных фактических действий собственника.

С учетом фактических обстоятельств дела и приведенных правовых норм суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска об истребовании спорного имущества и о признании права федеральной собственности.

С правовой аргументацией выводов суда первой инстанции суд апелляционной инстанции согласен, считает ее последовательной и верной, оснований для переоценки не усматривает.

Все доводы заявителей апелляционных жалоб по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Решение суда соответствует имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены судом правильно, нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного решения, судом при рассмотрении спора не допущено.

В свете изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, а жалобы МТУ Росимущества и прокурора Псковской области – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил :

решение Арбитражного суда Псковской области от 07 августа 2025 года по делу № А52-5315/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Псковской и Новгородской областях и прокурора Псковской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Н.В. Чередина

Судьи

Л.В. Зрелякова

А.Н. Шадрина