ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

17 апреля 2025 года

Дело №А56-55480/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 17 апреля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего С.В. Изотовой,

судей М.В. Балакир, М.А. Ракчеевой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания В.В. Извековым,

рассмотрев в судебном заседании при участии:

от Банка представителя ФИО1 (доверенность от 28.10.2023),

от ФИО2 представитель не явился,

от ФИО3 представитель не явился

от Общества представитель не явился,

апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2024 по делу № А56-55480/2023 (судья А.М. Шитова) по иску:

публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» (119048, Москва, ул. Ефремова, д. 8; ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к ФИО2 (Санкт-Петербург),

ФИО3 (Санкт-Петербург),

третье лицо:

общество с ограниченной ответственностью «Омега» (192236, Санкт-Петербург, ул. Софийская, д. 8, к. 1 лит. В, пом. 17-н офис 234; ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о привлечении к субсидиарной ответственности,

установил:

публичное акционерное общество «Банк Уралсиб» (далее – истец, Банк) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО2, ФИО3 о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, взыскании с ФИО3 и ФИО2 1 386 725 руб. 73 коп., из которых 857 963 руб. 18 коп. по сумме регресса, 480 994 руб. 47 коп. процентов, 47 768 руб. 08 коп. неустойки, взыскании солидарно с ответчиков процентов по ставке 25 % годовых, начисленных на сумму регресса в размере 1 386 725 руб. 73 коп. за период с 09.06.2023 до дня полного погашения суммы регресса.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено общество с ограниченной ответственностью «Омега» (далее – ООО «Омега»).

Решением от 27.04.2024 в иске отказано.

Не согласившись с указанным решением, Банк обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что в силу пункта 1 статьи 61.12.Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) неисполнение обязанности по подаче заявления должника (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд, арбитражный суд не дал оценку тому обстоятельству, что исполнительное производство было окончено на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», на основании данных исполнительных производств на дату обращения Банка с иском два исполнительных производства в отношении должника окончены, взыскатели извещены об окончании исполнительных производств по основаниям невозможности установить место нахождения должника, его имущества или получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, ФИО3 и ФИО2 являлись единственными участниками и единоличными руководителями ООО «Омега» (ФИО3 до 12.08.2022, ФИО2 с 12.08.2022), истец не согласен с выводом суда о том, что истец не доказал наличие обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, из представленных суду документов следует, что обязанность ответчиков на подачу заявления о банкротстве возникла не позднее февраля 2022 года.

В связи с болезнью судьи Н.Е. Целищевой определением председателя судебного состава от 07.04.2025 произведена замена судьи Н.Е. Целищевой на судью М.А. Ракчееву.

В судебном заседании представитель Банка поддержал апелляционную жалобу, указал, что ответчики не доказали необходимость привлечения займов, поскольку исполнение по государственным контрактам производилось заказчиками надлежащим образом, ООО «Омега» выплатило обществу с ограниченной ответственностью «Энигма» сумму больше, чем получило по заключенным государственным контрактам.

Как следует из материалов дела, 09.11.2020 между ООО «Омега» и Федеральной таможенной службой заключен государственный контракт № 35-382 на поставку брюк мужских летних.

Исполнение обязательства по государственному контракту обеспечено банковской гарантией от 09.11.2020 № 9991-4R1/383924, выданной Банком, согласно которой Банк обязался выплатить денежные средства в сумме гарантии в пользу бенефициара - Федеральной таможенной службы по его требованию в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения принципалом – ООО «Омега» обеспеченных гарантией обязательств принципала по государственному контракту.

В связи с получением требования о выплате по гарантии Банк перечислил 16.03.2021 принципалу 868 510,62 руб.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.09.2021 по делу № А56-51793/2021 с ООО «Омега» в пользу Банка взысканы 868 510,62 руб. задолженности, 10 112,79 руб. процентов, 47 768,08 руб. неустойки, 21 528 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В процессе исполнительного производства в Банк поступили три платежа на общую сумму 32 075,44 руб.; 02.02.2023 исполнительное производство № 9646/22/78026-ИП окончено на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

Банк обратился в суд с заявлением о признании ООО «Омега» несостоятельным (банкротом), просил учесть в реестре требований кредиторов требование Банка в размере 1 320 106,82 руб.

Производство по делу о банкротстве прекращено определением арбитражного суда от 10.04.2023 по делу № А56-3284/2023.

Истец ссылается на то, что в определенные периоды деятельности ООО «Омега» ответчики являлись единственными участниками и единоличными исполнительными органами названного общества и несут ответственность на невозможность удовлетворения требований кредиторов как контролирующие должника лица в соответствии с положениями Главы III.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, ссылаясь на отсутствие доказательств, что признаки объективного банкротства возникли до февраля 2022 года, недоказанность оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности, в удовлетворении заявленных требований отказал.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Если должник (юридическое лицо) не исполнил обязательства перед кредиторами, а средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур его банкротства не имеется (производство по делу о банкротстве прекращено), то по обязательствам этого должника может быть привлечено к субсидиарной ответственности контролирующее должника лицо при доказанности того, что требования кредиторов должника невозможно удовлетворить вследствие противоправных деяний (действий или бездействия) этого лица (пункт 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Наличие или отсутствие таких деяний устанавливается судом на основании представленных сторонами судебного спора доказательств, к числу которых помимо прочего допускаются письменные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей и прочие (пункт 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

По общему правилу лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (пункт 1 статьи 65 АПК РФ). В то же время судопроизводство в арбитражных судах осуществляется на основе принципов равноправия и состязательности сторон и суд должен обеспечить им равные условия для реализации прав на судебную защиту (статьи 8, 9 АПК РФ). Суд определяет предмет доказывания и распределяет между сторонами бремя доказывания обстоятельств спора таким образом, чтобы оно было потенциально реализуемым исходя из объективно существующих возможностей в собирании тех или иных доказательств. Недопустимо возлагать на сторону обязанность доказывания определенных обстоятельств в ситуации невозможности получения ею доказательств по причине нахождения их у другой стороны спора, недобросовестно их не раскрывающей.

Бремя доказывания оснований возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо обычно лежит на кредиторах, в интересах которых заявлено это требование. Вместе с тем отсутствие у контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права (пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – постановление № 53).

В ряде случаев эта проблема решается законодательно введением презумпций - предположений, основанных на наибольшей вероятности наступления того или иного события (явления) при установлении прочих фактов. Презумпции считаются верными, пока не доказано иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу части 1 статьи 61.12 Закона о банкротства неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Данная правовая позиция отражена в пункте 9 постановления № 53.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 2 статьи 3 Закона о банкротстве установлены признаки банкротства юридического лица: юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Истец полагает, что признаки объективного банкротства возникли у ответчика не позднее февраля 2022 года, поскольку возникшая перед кредиторами задолженность не была погашена должником в течение трех месяцев, в связи с чем, заявление в суд о признании должника банкротом должно было быть подано ФИО3 не позднее февраля 2022 года, ФИО2 не позднее февраля 2023 года, однако обязанность по подаче заявления ответчиками не исполнена.

В обоснование наличия признаков неплатежеспособности ООО «Омега» истец указывает на полученную на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов информацию об окончании исполнительных производств в соответствии с пунктами 3, 4 части 1 статьи 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве» в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание.

По смыслу статьи 61.12 Закона о банкротстве предполагается наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, предоставивших финансирование лицу, являющемуся в действительности неплатежеспособным.

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими кредиторами, то есть долгами, возникшими после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции обоснованно указал, что обязательство ООО «Омега» перед Банком в размер ответственности ответчиков по данному основанию в силу прямого законодательного установления входить не может.

Суд первой инстанции не установил какие-либо факты совершения ответчиками тех или иных неправомерных действий (бездействия), которые бы способствовали возникновению кризисной ситуации, ее развитию, переходу в стадию объективного банкротства и выражались в принятии им конкретных ключевых деловых решений с нарушением обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания, либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам (пункт 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах).

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротства правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Закона, после прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 указанного Закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 указанного Закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В пункте 19 постановления № 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

По смыслу, придаваемому этой норме в правоприменительной практике, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы; суд оценивает существенность влияния таких действий (бездействия) на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между ними и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления № 53). При этом в силу пункта 3 статьи 1 ГК РФ и абзаца второго пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности тогда, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О правовой природе субсидиарной ответственности, основанной на правиле пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), как ответственности за деликт Конституционный Суд Российской Федерации высказался в постановлении от 21.05.2021 № 20-П; до этого Верховный Суд Российской Федерации указывал, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом 10.06.2020, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2020 № 305-ЭС19-17007(2). Потому привлечение к субсидиарной ответственности на основании вышеуказанных норм возможно, только если судом установлены все условия для привлечения к гражданско-правовой ответственности, т.е. когда невозможность погашения долга возникла в результате неразумного, недобросовестного поведения контролирующих организацию лиц и по их вине.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предполагается (презюмируется), пока не доказано иное, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из обстоятельств, указанных в данной норме.

В частности, согласно подпунктам 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 07.02.2023 № 6-П (абзац 5 пункта 3.2) констатировал, что необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью банкротом, нежелание контролирующих его лиц финансировать расходы по проведению банкротства, непринятие ими мер по воспрепятствованию его исключения из ЕГРЮЛ (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей») при наличии подтвержденных судебными решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном - в нарушение статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации - пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, чем подрывается доверие участников оборота друг к другу, дестабилизируется гражданский оборот.

Требование о возмещении вреда, предъявленное кредитором лицу, контролирующему должника, в рассматриваемых обстоятельствах может сопровождаться неравными - в силу объективных причин - процессуальными возможностями истца и ответчика по доказыванию оснований для привлечения к ответственности.

С учетом приведенных выше положений Закона о банкротстве и ГК РФ, в силу статьи 65 АПК РФ доказывание наличия состава правонарушения является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц следует учитывать содержащиеся в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпции.

В пункте 19 постановления № 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства; доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.); - если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Исходя из статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 Конституции Российской Федерации и из специального требования о добросовестности, закрепленного в ГК РФ и в Законе об обществах, стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту (Постановление КС РФ от 07.02.2023 № 6-П).

Как разъяснено в пункте 56 постановления № 53, по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Судом первой инстанции установлено, что ФИО3 являлась единственным участником и единоличным исполнительным органом ООО «Омега» с 10.10.2018 по 12.08.2022, ФИО2 с 12.08.2022 по настоящее время.

Из представленной налоговым органом в материалы дела по запросу суда бухгалтерской отчетности должника (бухгалтерский баланс за 2021 год) следует, что активы ООО «Омега» составили 55 000 руб., из которых – 29 000 руб. – денежные средства, финансовые и другие оборотные средства – 26 000 руб., долгосрочные заемные средства – 3 013 000 руб., кредиторская задолженность – 32 000 руб.

Согласно общедоступным сведениям официального государственного информационного ресурса ФНС России (bo.nalog.ru) бухгалтерская (финансовая) отчетность в последний раз сдана в отношении ООО «Омега» в 2021 году.

Изучив указанные показатели финансово-хозяйственной деятельности ООО «Омега», суд не находит обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о приведении общества в состояние объективного банкротства именно вследствие виновных действий ответчиков, поскольку само по себе прекращение хозяйственной деятельности юридическим лицом не свидетельствует о намеренном характере действий руководителя по доведению до банкротства.

Из анализа представленных в материалы дела выписок по счету не следует, что ответчиками как участниками и руководителями ООО «Омега» допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, что в сложившейся обстановке создало условия для невозможности погашения в соответствующей части долга перед истцом.

Реальность сделок с обществом с ограниченной ответственностью «Энигма» и обществом с ограниченной ответственностью «Ариадна» истцом не опровергнута.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Омега».

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы на уплату государственной пошлины, понесенные при подаче апелляционной жалобы, относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд,

постановил:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2024 по делу № А56-55480/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

С.В. Изотова

Судьи

М.В. Балакир

М.А. Ракчеева