Решение по делу № А19-13554/2023 от 30.08.2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Иркутск Дело № А19-13554/2023

«30» августа 2023 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Исаевой Е.А., рассмотрев в порядке упрощенного производства без вызова сторон дело по исковому заявлению KMA Concepts Limited (Кей-Эм-Эй Концептс Лимитед) (регистрационный номер - 115789, дата регистрации - 23.11.2012, адрес: Вистра Корпорэйт Сервисиз Центр, офис 23, 1-й этаж, «Иден Плаза», остров Иден, Маэ, Республика Сейшельские острова (address: Vistra Corporate Services Centre, Suite 23, 1st Floor, Eden Plaza, Eden Island, Mahe, Republic of Seychelles)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 10.11.2004)

о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 236 493 (STIKBOT) в размере 30 000 руб., судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства - товара, приобретенного у ответчика в сумме 398 руб., стоимости почтовых отправлений в размере 373 руб. 54 коп.,

установил:

KMA Concepts Limited (Кей-Эм-Эй Концептс Лимитед) обратилось с иском к предпринимателю ФИО1 с требованиями о взыскании 30 000 руб. составляющих сумму компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 236 493 (STIKBOT); судебных издержек в размере стоимости вещественных доказательств - товаров, приобретенных у ответчика в сумме 398 руб., стоимости почтовых отправлений в размере 373 руб. 54 коп.

Ответчик в представленном отзыве просил снизить размер компенсации до минимального.

Дело рассмотрено по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса РФ путем принятия решения арбитражного суда по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, в виде подписания судьей резолютивной части решения от 21.08.2023.

Принятая по результатам рассмотрения настоящего дела резолютивная часть решения размещена судом по правилам статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на официальном сайте Арбитражного суда Иркутской области в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 22.08.2023.

Истцом 23.08.2023 заявлено об изготовлении мотивированного решения по делу в соответствии с частью 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по заявлению лица, участвующего в деле, по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение. Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». В этом случае арбитражным судом решение принимается по правилам, установленным главой 20 настоящего Кодекса, если иное не вытекает из особенностей, установленных настоящей главой. Мотивированное решение арбитражного суда изготавливается в течение пяти дней со дня поступления от лица, участвующего в деле, соответствующего заявления.

На основании ч. 2 ст. 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд удовлетворяет заявление истца и составляет мотивированное решение по настоящему делу.

Обстоятельства дела.

В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись от 21.01.2015 о регистрации за KMA Concepts Limited (Кей-Эм-Эй Концептс Лимитед) товарного знака № 1 236 493, что подтверждено соответствующим свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности.

По утверждению правообладателя, 17.12.2020 в торговой точке предпринимателя, расположенной вблизи адреса: <...>, правообладателем был приобретен товар – игрушка яйцевидной формы, желтого и синего цвета, содержащая надпись STIKBOT, сходная до степени смешения с товарным знаком № 1 236 493.

Кроме того, 21.12.2020 в торговой точке предпринимателя, расположенной вблизи адреса: <...>, правообладателем был приобретен товар – игрушка яйцевидной формы, темно-желтого и розового цвета, содержащая надпись STIKBOT, сходная до степени смешения с товарным знаком № 1 236 493.

В обоснование покупок у предпринимателя спорных товаров правообладатель представил в материалы дела чеки терминалов от 17.12.2020 и 21.12.2020, содержащие адреса торговых точек и номера терминалов, и товарный чек от 21.12.2020, содержащий, помимо указанных выше сведений, также индивидуальный номер налогоплательщика продавца (<***>), а также видеозаписи процесса приобретения товаров, произведенные в целях самозащиты гражданских прав, на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса РФ.

Правом использования результатом интеллектуальной деятельности статья 1229 Гражданского кодекса РФ наделяет лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности (правообладатель).

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами.

Разрешения на использование товарного знака правообладатель предпринимателю не предоставлял.

По правилам статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель вправе в соответствии с частью 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей.

Поскольку правообладатель разрешения на использование товарного знака № 1 236 493 предпринимателю не предоставлял, истец посчитал свое исключительное право нарушенным, руководствуясь вышеназванными нормами права, обратился в суд с требованием выплаты компенсации в размере 30 000 руб. за нарушение исключительного права.

Ответчик в представленном отзыве иск оспорил по мотиву необоснованности заявленной ко взысканию суммы компенсации, недоказанности наличия у истца убытков, отсутствия у ответчика сведений о контрафактном характере реализуемого товара, необоснованности указания истца на неоднократность привлечения к ответственности ИП ФИО1 за нарушение исключительных прав; просил снизить размер компенсации до минимального.

Исследовав материалы дела, суд считает иск подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Как видно из материалов дела, в Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись от 21.01.2015 о регистрации за Правообладателем товарного знака № 1 236 493, что подтверждено соответствующим свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности.

Товарный знак № 1 236 493 имеет правовую охрану в отношении следующего перечня товаров и услуг – 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего, в том числе игрушки в виде устойчивых фигур персонажей; игрушечные фигуры.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Мадридского соглашения о международной регистрации знаков от 14.04.1891, участником которого является Российская Федерация, с момента регистрации, произведенной в Международном бюро в соответствии с положениями статей 3 и 3-ter, в каждой заинтересованной договаривающейся стране знаку предоставляется такая же охрана, как если бы он был заявлен там непосредственно.

Следовательно, вышеуказанный товарный знак имеет международную охрану, в том числе и на территории Российской Федерации.

В этой связи, суд считает доказанным статус истца как правообладателя исключительного права на указанный товарный знак.

17.12.2020 в торговой точке предпринимателя, расположенной вблизи адреса: <...>, правообладателем был приобретен товар – игрушка яйцевидной формы, желтого и синего цвета, содержащая надпись STIKBOT, сходная до степени смешения с товарным знаком № 1 236 493.

В обоснование покупок у предпринимателя спорных товаров правообладатель представил в материалы дела чеки терминалов от 17.12.2020 и 21.12.2020, содержащие адреса торговых точек и номера терминалов, и товарный чек от 21.12.2020, содержащий, помимо уже указанных сведений, также индивидуальный номер налогоплательщика продавца (<***>), а также видеозаписи процесса приобретения товаров, произведенные в целях самозащиты гражданских прав, на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса РФ.

Судом просмотрены видеозаписи покупки, качество которых позволяет определить местонахождение, внешний и внутренний вид торговых точек ответчика, отображает процесс приобретения спорных товаров, процесс их оплаты, выдачи чеков.

Видеозаписи зафиксировали содержание (реквизиты) выданных в процессе покупок чеков, соответствующие приобщенным к материалам дела чекам терминалов от 17.12.2020, 21.12.2020 и товарного чека от 21.12.2020, а также внешний вид приобретенных спорных товаров, соответствующих представленным в материалы дела вещественным доказательствам - игрушкам.

Ответчиком факт реализации указанных товаров не оспорен.

В этой связи, суд находит чеки в совокупности с представленными видеозаписями достаточным доказательством, указывающим на заключение сторонами договоров розничной купли-продажи спорных товаров.

При этом в силу действующего гражданского законодательства предприниматель несет ответственность за своих работников - продавцов, нахождение в трудовых отношениях с которыми он не отрицает.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми не запрещенными законом способами.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством, как указано в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

В силу части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

При рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи согласно разъяснениям пункта 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания и др.

Таким образом, представленные в материалы дела чеки являются надлежащими документами, на основании которых покупатель может подтвердить факт продажи ему товаров, приобретенных по договору розничной купли-продажи, в силу правил статьи 493 Гражданского кодекса РФ (договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара).

Поскольку ответчик осуществлял предпринимательскую деятельность путем заключения договоров розничной купли-продажи, то нахождение спорных товаров на прилавке, на стенде исходя из правовой позиции ВАС РФ, изложенной в Информационном письме № 122 от 13.12.2007, должно расценивается судом как публичная оферта.

Поскольку видеозапись и чеки признаны судом допустимым и достоверным доказательством, то факт распространения ответчиком спорных товаров следует считать доказанным.

Суду в рамках настоящего дела на основании части 3 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ и положений пункта 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», необходимо установить, является ли используемое ответчиком обозначение, сходным по степени смешения с зарегистрированным истцом товарным знаком.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», пункта 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» вопрос о наличии внешнего сходства между рисунком (изображением) персонажа и образом, используемым ответчиком на упаковке товара, является вопросом факта, не требует специальных знаний и может быть разрешен судом без назначения экспертизы, с позиции рядового потребителя.

Незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак в соответствии с пунктом 34 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При визуальном сравнении зарегистрированного товарного знака истца с реализованными ответчиком товарами, суд считает возможным установить визуальное сходство – надпись английскими буквами «STIKBOT».

Руководствуясь пунктом 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также положениями Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 № 647, учитывая высокую различительную способность спорного товарного знака, его узнаваемость, суд приходит к выводу о визуальном сходстве реализованных предпринимателем товаров и охраняемого объекта интеллектуального права правообладателя.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Доказательств получения от правообладателя разрешения на использование обозначений, сходных с принадлежащим ему товарным знаком № 1 236 493, предприниматель суду не предоставил.

В этой связи суд считает факт использования ответчиком прав правообладателя на товарный знак доказанным.

По правилам статьи 1252, 1301 Гражданского кодекса РФ в случаях нарушения исключительного права правообладатель вправе в соответствии с частью 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей.

Истцом заявлен размер компенсации за нарушение исключительных прав в размере 30 000 руб. за нарушение исключительного права.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В обоснование заявленного размера компенсации истец указал на неоднократное привлечение ответчика к ответственности за нарушение исключительных прав, известность и популярность бренда STIKBOT, высокое качество оригинального товара, потерю правообладателем прибыли в результате продажи контрафактного товара.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Ответчик, не оспаривая факт продажи спорных товаров, просил снизить размер компенсации до минимально установленного законом по мотиву необоснованности заявленной ко взысканию суммы компенсации, недоказанности наличия у истца убытков, отсутствия у ответчика сведений о контрафактном характере реализуемого товара, необоснованности указания истца на неоднократность привлечения к ответственности ИП ФИО1 за нарушение исключительных прав.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Оценив в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства, степень вины ответчика, вероятные убытки правообладателя, принимая во внимание принципы разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд пришел к выводу о том, что размер компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 236 493 подлежит определению в размере 20 000 руб.: по 10 000 руб. за каждое события правонарушения.

При определении размера компенсации суд рассмотрел доводы истца о неоднократном привлечении ответчика к ответственности за нарушение исключительных прав (в частности, дела № А19-6612/2022, А19-8232/2022, А19-13318/2022, А19-17507/2022, А19-17509/2022, А19-17510/2022).

Как видно из картотеки арбитражных дел и судебных актов в делах №№ А19-17509/2022, А19-11900/2021, А19-6612/2022, А19-17507/2022, А19-11875/2021, А19-8232/2022, А19-13318/2022, А19-17510/2022, все события правонарушения (реализации товара) предпринимателем имели место в декабре 2020 года, то есть в полной мере сопоставимы по времени с инкриминируемыми в настоящем деле.

В этой связи суд не может признать, что в данном случае привлечение предпринимателя к гражданско-правовой ответственности в делах №№ А19-17509/2022, А19-11900/2021, А19-6612/2022, А19-17507/2022, А19-11875/2021, А19-8232/2022, А19-13318/2022, А19-17510/2022 не выполнило превентивной функции, и предприниматель действовал грубо и неосмотрительно, а взыскание с предпринимателя компенсации по делу №А19-11519/2018 о таковом свидетельствовать не может.

Поэтому, учитывая характер допущенного нарушения, наличие и степень вины нарушителя, суд полагает, что компенсация в размере 20 000 руб. в данном случае соответствует целям обеспечения восстановления нарушенных прав и пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности и стимулирования ответчика к добросовестному, законопослушному поведению, соразмерна допущенному правонарушению.

Оснований для снижения размера компенсации ниже низшего суд не усматривает, поскольку обстоятельства для снижения и подтверждающие такие обстоятельства доказательства суду со стороны ответчика не приведены и не представлены.

При изложенных обстоятельствах исковые требования подлежат частичному удовлетворению, в сумме 20 000 руб.

Разрешая вопрос о распределении судебных издержек и судебных расходов по делу, суд приходит к следующим выводам.

Истцом заявлено ходатайство об отнесении судебных расходов на ответчика вне зависимости от результатов рассмотрения дела в соответствии с ч. 1 ст. 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев указанное ходатайство, суд не находит оснований для его удовлетворения в силу следующего.

Согласно с ч. 1 ст. 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если спор возник вследствие нарушения лицом, участвующим в деле, претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного федеральным законом или договором, в том числе нарушения срока представления ответа на претензию, оставления претензии без ответа, арбитражный суд относит на это лицо судебные расходы независимо от результатов рассмотрения дела.

Однако ответчик направил в адрес истца ответ на претензию № 41366, 41616 от 16.05.2021, в которой указал, что дальнейшее досудебное урегулирование спора будет возможно при предоставлении представителем истца доверенности со сроком действия после 29.05.2021.

Таким образом, ответчик направил ответ на поступившую ему претензию, а истец не был лишен возможности продолжить досудебное урегулирование спора, предоставить дополнительные документы по просьбе ответчика.

На основании изложенного, суд не усматривает оснований отнести судебные расходы на ответчика вне зависимости от результатов рассмотрения дела.

Истцом заявлены судебные издержки в виде стоимости вещественного доказательства - товаров, приобретенных у ответчика в сумме 398 руб., стоимости почтовых отправлений в размере 373 руб. 54 коп.

В подтверждение несения данных издержек истцом представлены: почтовая квитанция на сумму 373 руб. 54 коп., чеки от 17.12.2020 и 21.12.2020 на общую сумму 398 руб.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно пункту 2 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

Предметом иска является взыскание компенсации за нарушение исключительного права.

В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товаров, содержащих обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

В связи с изложенным, расходы на приобретение представленных в материалы дела товаров в размере 398 руб., стоимость которого не оспорена, отвечают установленным статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ критериям судебных издержек.

В случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (пункт 4 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1).

Следовательно, понесенные представителем истца расходы в связи с отправлением претензии признается судом судебными издержками, связанными с рассмотрением дела применительно к ст. 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Кроме того, истцом при обращении в суд произведена уплата государственной пошлины в размере 2 000 руб. (платежное поручение № 1190 от 15.06.2023).

Судебные издержки в виде стоимости почтовых расходов на отправку претензии, стоимости спорных товаров подтверждены документально.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, указанные судебные расходы подлежат отнесению на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований – 66,67 %.

В связи с признанием судом вещественных доказательств по делу – игрушек, контрафактным товаром, возмещением истцу их стоимости, последние в силу пункта 75 Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» подлежат уничтожению после вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 227, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 10.11.2004) в пользу KMA Concepts Limited (Кей-Эм-Эй Концептс Лимитед) (регистрационный номер - 115789, дата регистрации - 23.11.2012, адрес: Вистра Корпорэйт Сервисиз Центр, офис 23, 1-й этаж, «Иден Плаза», остров Иден, Маэ, Республика Сейшельские острова (address: Vistra Corporate Services Centre, Suite 23, 1st Floor, Eden Plaza, Eden Island, Mahe, Republic of Seychelles) 20 000 руб. - компенсации, 249 руб. 04 коп. – почтовых расходов, 265 руб. 35 коп. – судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика, 1 334 руб. 40 коп. – расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.

Решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия решения, выполненного в форме электронного документа, на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Судья Е.А. Исаева