АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Хабаровск

10 октября 2025 года № Ф03-3089/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 30 сентября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 октября 2025 года

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Ефановой А.В.,

судей Кучеренко С.О., Никитина Е.О.,

при участии:

представителя ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 23.04.2025 № 49АА 0415879,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО4, Андреевой Юлии Юрьевны

на определение Арбитражного суда Магаданской области от 14.05.2025, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2025

по делу № А37-1400/2023

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО4 - Долженко Андрея Анатольевича

к ФИО2 Юлии Юрьевне

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Магаданской области от 20.06.2023 по заявлению акционерного общества «Российский банк поддержки малого и среднего предпринимательства» (далее – АО «МСП Банк», кредитор) возбуждено производство о признании ФИО4 (далее – ФИО4, должник) несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 02.11.2023 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО6 (далее – финансовый управляющий).

В рамках настоящего дела о банкротстве 16.01.2025 финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением (с учетом принятых судом уточнений) о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 22.06.2021 № 1, заключенного между ФИО4 и ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу должника полученное по сделке имущество.

Определением суда от 14.05.2025, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2025, заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 и ФИО4 (далее также – заявители кассационных жалоб) обратились в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационными жалобами. Настаивая на отмене принятых по спору судебных актов, ФИО2 в своей жалобе просит суд кассационной инстанции принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления, ФИО4 – направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Магаданской области.

Заявляя о наличии оснований для отмены судебных актов, ФИО2 указывает на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, о несоответствии выводов судов обстоятельствам дела и недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств. Настаивает на равноценности встречного предоставления, поскольку стоимость недвижимого имущества на дату заключения договора соответствовала рыночной, что подтверждается представленным в материалы дела отчетом об оценке от 17.03.2025 № 11-25. Обращает внимание на то, что судами первой и апелляционной инстанций не дана оценка возражениям ответчика о неотносимости ссылок финансового управляющего на объявления о продаже квартир в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», поскольку данные объявления опубликованы спустя более трех лет с момента совершения сделки. Утверждает, что на момент заключения договора купли-продажи у должника не имелось конкурсных кредиторов, чьим интересам мог быть причинен вред, и отсутствовали признаки неплатежеспособности. Полагает, что дело о банкротстве ФИО4 связано с делом № А37-1398/2023 о банкротстве ФИО7 (далее – ФИО7), являвшегося наряду с должником поручителем по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Нордтрансстрой» и акционерного общества «Российский банк поддержки малого и среднего предпринимательства». Отмечает, что в ходе рассмотрения обособленного спора по делу № А37-1398/2023 представлены сведения о рыночной стоимости квартиры идентичной площади в том же жилом доме, что и спорная квартира ФИО4, по состоянию на 13.03.2020 равной 3 858 495,3 руб. Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Магаданской области от 03.05.2024 по делу № А37-1398/2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом ФИО7 о признании сделки недействительной отказано.

ФИО4, мотивируя кассационную жалобу, приводит аргументы, аналогичные доводам ФИО2, дополнительно отмечая, что финансовым управляющим не доказана фактическая аффилированность должника с ответчиком, не представлено доказательств того, что ответчик знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества ФИО4 Настаивает на том, что выводы судов обеих инстанций о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения договора купли-продажи, являются незаконными и необоснованными. Утверждает, что поведение сторон спорной сделки при ее совершении не может быть квалифицировано как злоупотребление правом, в связи с чем заявление не подлежало удовлетворению.

К судебному заседанию от финансового управляющего в суд округа поступил письменный отзыв на кассационные жалобы, в котором выражено несогласие с позицией заявителей, отмечено, что ответчиком не заявлялось ходатайство о назначении судебной экспертизы, а представленный отчет об оценке, полученный вне судебного разбирательства, не может быть принят в качестве достоверного доказательства. Указано на наличие у ФИО4 обязательств из договоров поручительства на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи.

ФИО2 в суд кассационной инстанции направлены дополнения к кассационной жалобе, в которых обращено внимание на то, что объекты-аналоги, подобранные при подготовке отчета об оценке от 17.03.2025 № 11-25, расположены в г. Магадане, в районах с идентичной инфраструктурой, предложены к продаже в 1 квартале 2021 года; при проведении оценки применены соответствующие корректировки (на различия в площади, этаж, материал стен, благоустройство, включая наличие или отсутствие лифта). Заявлено о невозможности определения самостоятельной рыночной стоимости доли в общедомовом имуществе ввиду отсутствия объектов-аналогов и о ее учете в цене жилого помещения применительно к пункту 255 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Приложенные к дополнениям ФИО2 письменные пояснения оценщика ФИО8 от 22.09.2025 судом кассационной инстанции не принимаются и не приобщаются к материалам дела, с учетом разъяснений пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

В судебном заседании окружного арбитражного суда представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, настаивал на ее удовлетворении, выразил согласие с доводами кассационной жалобы ФИО4, пояснил, что вопрос о проведении судебной экспертизы судом первой инстанции на обсуждение сторон не ставился, ответчиком ходатайство о ее назначении не заявлялось в связи с представлением в материалы дела отчета об оценке при отсутствии каких-либо возражений относительно его содержания.

Иные лица, участвующие в деле и в обособленном споре, извещенные надлежащим образом, в том числе путем размещения судебного акта суда кассационной инстанции на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку представителей в судебное заседание окружного арбитражного суда не обеспечили, в связи с чем кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие, что не противоречит положениям части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс).

Законность определения суда первой инстанции от 14.05.2025 и постановления апелляционного суда от 17.07.2025 проверена Арбитражным судом Дальневосточного округа в соответствии со статьей 286 АПК РФ, с учетом доводов кассационных жалоб, дополнений и отзыва.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры от 22.06.2021 № 1 (далее - договор), по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель – принять и оплатить жилое помещение площадью 86,1 кв. м, (этаж 9), расположенное по адресу: <...>, с кадастровым (условным) номером 49:09:031005:1153, а также право общей долевой собственности на общее имущество в многоквартирном доме по адресу: <...>, пропорционально площади приобретаемого недвижимого имущества (кадастровый номер здания/сооружения: 49:09:031005:1100): нежилое помещение площадью 561,5 кв. м, этаж 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9 (кадастровый номер: 49:09:031005:1105), нежилое помещение площадью 15,8 кв. м, этаж 0 (кадастровый номер: 49:09:031005:1154); нежилое помещение площадью 18,8 кв.м, этаж 0 (кадастровый номер: 49:09:031005:1101) и земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для строительства многоквартирных жилых домов, общей площадью 1 614 кв. м, по адресу: Магаданская область, муниципальное образование «<...> земельный участок 15 А, кадастровый номер: 49:09:031005:1156.

Стоимость квартиры согласована сторонами в пункте 2.1 договора в размере 4 800 000 руб. Согласно пункту 2.2 договора оплата производится покупателем путем передачи наличных денежных средств в момент подписания договора.

Договор имеет силу передаточного акта (пункт 3.1).

По данным Единого государственного реестра недвижимости, государственная регистрация прекращения права собственности ФИО4 на спорное имущество произведена 01.07.2021.

Как указано финансовым управляющим со ссылкой на общедоступные сведения интернет-сайта объявлений ЦИАН (www.cian.ru), рыночная стоимость спорного имущества составляет более 12,3 млн. руб., из расчета средней стоимости за 1 квадратный метр аналогичных объектов недвижимого имущества, равной 142 964 руб.

При этом на дату заключения оспариваемого договора у должника имелись неисполненные обязательства перед АО «МСП Банк» в совокупном размере более 480 млн. руб. по договорам поручительства, заключенным в декабре 2019 года, январе и мае 2020 года в целях обеспечения исполнения обязательств общества с ограниченной ответственностью «Нордтрансстрой», перед акционерным обществом «Российский Сельскохозяйственный банк» по кредитным соглашениям 2019-2020 гг. на сумму свыше 1,3 млн. В связи с неисполнением обязательств требования указанных кредиторов в дальнейшем включены в реестр требований кредиторов должника.

Полагая, что сделка совершена по явно заниженной цене с целью причинения вреда кредиторам, о чем не мог не знать ответчик, вступая в правоотношения с должником на условиях, существенно отличающихся от рыночных, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Возражая против удовлетворения заявления, ответчик настаивал на отсутствии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки и, опровергая довод о заниженной цене продажи, представил выполненный частнопрактикующим оценщиком ФИО8 отчет об оценке от 17.03.2025 № 11-25, согласно которому рыночная стоимость отчужденного имущества на дату заключения оспариваемого договора купли-продажи составляла 4 884 000 руб.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции руководствовался положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями приведенными в пунктах 4-6 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона о несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), и счел доказанным наличие совокупности условий, необходимых для признания недействительной сделки, совершенной в трехлетний период подозрительности между заинтересованными лицами с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, при установлении факта причинения такого вреда в результате выбытия ликвидного актива. Применяя презумпцию осведомленности ответчика о противоправной цели совершения сделки, суд исходил из представленных финансовым управляющим общедоступных сведений о рыночной стоимости имущества, превышающей установленную в договоре купли-продажи цену более чем в 2,5 раз, констатировав, что заключение и дальнейшее исполнение сделки происходило на условиях, не доступных обычным (независимым) участникам рынка.

Поддерживая выводы суда первой инстанции, апелляционный суд отклонил возражения ответчика, мотивированные ссылками на отчет об оценке от 17.03.2025 № 11-25, указав, что оценка проведена вне рамок судебного разбирательства, а эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности. Также коллегией апелляционного суда отмечено, что на этапе сбора информации оценщику не удалось получить достаточное количество документально подтвержденных данных о состоявшихся сделках в отношении аналогичных объектов, а использованные в качестве аналогов квартиры отличаются по характеристикам от спорной квартиры (расположены по иным адресам, нежели отчужденное жилое помещение, в панельных домах без лифтов, при том, что спорный объект недвижимости расположен в монолитном доме с лифтом на последнем 9 этаже, с оборудованной подземной парковкой). Помимо этого, судом апелляционной инстанции указано на то, что отчуждение квартиры по договору повлекло и передачу прав на общедомовое имущество - нежилые помещения и земельный участок (пропорционально площади приобретаемого объекта), что не было учтено в отчете от 17.03.2025 № 11-25. Наряду с изложенным, коллегией констатировано, что ходатайство о назначении судебной экспертизы с целью определения действительной рыночной стоимости спорного имущества и проведения достоверной оценки ФИО2 не заявлялось.

Проверяя правильность выводов судов по настоящему спору, коллегия суда кассационной инстанции исходила из следующего.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума № 63).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (пункт 5 постановления Пленума № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 постановления Пленума № 63).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» указано на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из даты возбуждения производства по делу о банкротстве должника (20.06.2023), суды обоснованно констатировали, что сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установление фактов наличия у должника значительных по размеру обязательств по обеспечительным сделкам и задолженности по кредитным соглашениям позволило судам сделать верный вывод о заключении ФИО4 оспариваемого договора в условиях существования признаков неплатежеспособности. Данный вывод соответствует правовому подходу, сформулированному в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», согласно которому обязанности поручителя перед кредитором возникают с момента заключения договора поручительства, в том числе договора поручительства по будущим требованиям.

Вместе с тем коллегия окружного арбитражного суда не может согласиться с выводами судов обеих инстанций о доказанности обстоятельств очевидного занижения цены сделки и о наличии оснований для применения презумпции осведомленности ответчика о цели совершения сделки ввиду явного несоответствия ее условий рыночным.

Действительно, сложившаяся на уровне высшей судебной инстанции практика исходит из того, что многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения, и применительно к установлению осведомленности ответчика о цели причинения вреда кредиторам, следует учитывать, что действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными (определения Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018, от 28.04.2022 № 305-ЭС21-21196(2)).

Однако в рассматриваемом споре судами в основу выводов о явном несоответствии цены продажи имущества по сделке его рыночной стоимости положены представленные финансовым управляющим объявления с интернет-сайта ЦИАН, опубликованные значительно позднее даты совершения сделки (в сентябре-декабре 2024 года).

Более того, площадь одного из трех указанных в объявлениях жилых помещений (30,1 кв.м) существенно отличается от характеристик спорной квартиры (86,1 кв.м), однако имеет наибольшую стоимость за 1 квадратный метр (172 757 руб.), повлиявшую на итоговый расчет средней рыночной стоимости квадратного метра жилья.

Учитывая изложенное, приведенные финансовым управляющим сведения, не соответствующие требованию относимости (статья 67 АПК РФ), не могли быть приняты судами в качестве надлежащих и достаточных доказательств, безусловно подтверждающих действительную рыночную стоимость объекта недвижимого имущества.

При этом отчет от 17.03.2025 № 11-25, представленный ФИО2 в опровержение доводов финансового управляющего, не получил какой-либо оценки в обжалуемом определении суда первой инстанции. В свою очередь, коллегия суда апелляционной инстанции, признав несостоятельной ссылку ответчика на указанный отчет по мотивам проведения оценки вне рамок судебного разбирательства и отсутствия предупреждения оценщика об уголовной ответственности, не устранила имеющиеся пробелы в доказывании обстоятельств совершения сделки по явно заниженной цене.

Между тем специфика дел о банкротстве предполагает активную роль суда в истребовании дополнительных доказательств в целях защиты прав и законных интересов кредиторов и предотвращения злоупотребления правом со стороны должника. Указанный правовой подход является универсальным и применим при судебной оценке действительности правоотношений сторон, связанных с выбытием активов должника-банкрота.

Применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора, для выяснения обстоятельств, свидетельствующих о явном, существенном отклонении цены договора от условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, надлежало оценить представленные участниками спора доказательства на предмет соблюдения требований процессуального законодательства об их относимости, допустимости, и достаточности, а в случае их несоответствия названным требованиям, суду в целях полноты исследования обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора, следовало принять меры к истребованию дополнительных доказательств, а также поставить на обсуждение сторон вопрос о проведении судебной экспертизы, который в силу статьи 82 АПК РФ относится к исключительной компетенции суда, разрешающего спор по существу. Однако в данном случае суд первой инстанции соответствующий вопрос перед сторонами не ставил, а суд апелляционной инстанции ограничился констатацией факта незаявления ответчиком ходатайства о назначении судебной экспертизы.

Вместе с тем в условиях представления ФИО2 доказательства в опровержение доводов финансового управляющего, при отсутствии аргументированных возражений относительно данного доказательства со стороны заявителя по обособленному спору, возложение на ответчика процессуальных рисков, связанных с неподачей ходатайства о назначении судебной экспертизы, не соответствует базовым принципам судопроизводства в арбитражном суде (статьи 8, 9 АПК РФ).

При таких обстоятельствах коллегия окружного арбитражного суда признает преждевременными выводы судов о явном занижении цены договора купли-продажи и об обусловленной этим обстоятельством возможности применения презумпции осведомленности ответчика о противоправной цели совершения сделки, так как данные выводы сделаны на основании неотносимых доказательств, без надлежащего исследования и правовой оценки фактических обстоятельств дела.

Доводы кассационных жалоб в указанной части судом округа признаются обоснованными, а судебные акты – подлежащими отмене в соответствии с положениями части 1 статьи 288 АПК РФ с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 АПК РФ), поскольку суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судами, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

При новом рассмотрении обособленного спора суду надлежит учесть обстоятельства, на которые указано в настоящем постановлении, дать оценку всем доводам и возражениям в совокупности и взаимной связи с имеющимися в материалах дела, при необходимости - вынести на обсуждение сторон вопрос о представлении дополнительных доказательств, свидетельствующих о соответствии или несоответствии согласованной сторонами оспариваемого договора цены имущества его реальной (рыночной) стоимости на момент отчуждения, а также вопрос о назначении судебной экспертизы, установив в полном объеме обстоятельства совершения и исполнения сделки, разрешить спор по существу, распределить судебные расходы.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Магаданской области от 14.05.2025, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2025 по делу № А37-1400/2023 отменить.

Направить обособленный спор по делу А37-1400/2023 на новое рассмотрение в Арбитражный суд Магаданской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья А.В. Ефанова

Судьи С.О. Кучеренко

Е.О. Никитин