АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-4694/25

Екатеринбург

12 декабря 2025 г.

Дело № А50-18803/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 01 декабря 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 декабря 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Павловой Е.А., Новиковой О.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю., рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2 (далее – заявители кассационной жалобы, должники) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2025 по делу № А50-18803/2024 Арбитражного суда Пермского края.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель ФИО8 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 17.08.2024 № 59 АА 4871362).

Представленный через систему «Мой Арбитр» отзыв на кассационную жалобу публичного акционерного общества «Банк ВТБ» (далее – Банк) приобщается к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления его лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ). Приложенные к отзыву Банка дополнительные документы к материалам дела не приобщаются и возвращаются кассатору ввиду того, что в силу статьи 286 АПК РФ исследование и оценка доказательств не входит в компетенцию суда округа, дополнительные доказательства не могут быть приобщены к материалам дела на стадии кассационного обжалования вступивших в законную силу судебных актов.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 01.10.2024 в отношении ФИО1 и ФИО2 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Банк 20.11.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди задолженности перед Банком по следующим обязательствам:

– по кредитному договору от 05.05.2021 <***> в сумме 4 068 480 руб. 94 коп., в том числе 3 861 917 руб. 83 коп. – остаток ссудной задолженности, 171 869 руб. 17 коп. – задолженность по оплате процентов, 34 693 руб. 94 коп. – государственной пошлины, как обеспеченного залогом квартиры, общей площадью 79,10 кв. м, расположенной по адресу: <...> (далее – спорная квартира, спорное жилое помещение);

– по кредитному договору от 17.12.2019 № 625/0018-1266475 в сумме 438 763 руб. 84 коп. в том числе 397 066 руб. 09 коп. – основного долга, 37 922 руб. 75 коп. – процентов за пользование кредитом; 3 775 руб. - государственной пошлины;

– по кредитному договору от 13.01.2022 № 625/0018-1821126 в сумме 1 455 786 руб. 06 коп., в том числе 1 323 663 руб. 82 коп. – основного долга, 114 084 руб. 43 коп. – проценты за пользование кредитом, 980 руб. 34 коп. – пени за несвоевременную уплату процентов; 1 655 руб. 47 коп. – пени по просроченному долгу, 15 402 руб. – государственной пошлины.

По результатам рассмотрения требований путем подписания резолютивной части определения от 28.11.2025 требования Банка включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника:

– по кредитному договору от 17.12.2019 № 625/0018-1266475 в общей сумме 438 763 руб. 84 коп., в том числе 397 066 руб. 09 коп. основного долга, 37 922 руб. 75 коп. плановых процентов за пользование кредитом, 3 775 руб. государственной пошлины;

– по кредитному договору от 13.01.2022 № 625/0018-1821126 в общей сумме 1 455 786 руб. 06 коп., в том числе 1 323 663 руб. 82 коп. основного долга, 114 084 руб. 43 коп. процентов за пользование кредитом, 980 руб. 34 коп. пени за несвоевременную уплату плановых процентов, 1 655 руб. 47 коп. пени по просроченному долгу, 15 402 руб. государственной пошлины.

Вопрос о включении в реестр требований, основанных на неисполнении кредитного договора от 05.05.2021 № 623/4442 0005230 в общей сумме 4 068 480 руб. 94 коп., как обеспеченных залогом спорной квартиры, выделен в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 10.04.2025 по выделенному обособленному спору по заявлению Банка о включении требований в реестр требований кредиторов должников утверждено отдельное мировое соглашение (локальный план реструктуризации долга перед кредитором Банком в редакции, представленной должниками); производство по обособленному спору по заявлению Банка о включении требований в общей сумме 4 068 480 руб. 94 коп. в реестр требований кредиторов должников прекращено.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2025 определение суда первой инстанции отменено; в утверждении мирового соглашения (локального плана реструктуризации) отказано; вопрос о включении требований Банка в реестр направлен на новое рассмотрение.

В кассационной жалобе должники просят постановление суда апелляционной инстанции от 24.09.2025 отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции от 10.04.2025.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявители указывают, что наличие просрочки само по себе не является непреодолимым препятствием для заключения мирового соглашения, если условиями мирового соглашения определен порядок и сроки устранения данного нарушения; отмечает, что предложенный должниками график погашения задолженности предусматривал полное погашение суммы задолженности – 4 068 480 руб. 94 коп. с существенной переплатой 4 497 991 руб. 88 коп., что значительно выгоднее для кредитора, чем реализация залогового имущества. По мнению должников, судом апелляционной инстанции проигнорирован принцип реабилитационного паритета, при рассмотрении спора не учтена конституционная ценность права должников на жилище, особенно с учетом наличия несовершеннолетних детей, при том, что предложенный график погашения задолженности предусматривал постепенное устранение образовавшейся просрочки, а платежеспособность третьего лица, готового принять обязательства, документально подтверждена.

Заявители кассационной жалобы обращают внимание, что суд апелляционной инстанции принял новые доводы Банка о нарушении законодательства о банковской деятельности без предоставления сторонам возможности представить свои возражения; при этом в мотивировочной части судебного акта не были конкретизированы предполагаемые штрафные санкции для Банка при заключении мирового соглашения; отмечают, что поведение должников было необоснованно оценено как недобросовестное, несмотря на их активные попытки урегулировать спор во внесудебном порядке.

Кроме того, должники указывают, что на сегодняшний день условия мирового соглашения исполняются добросовестно, уже произведены платежи на сумму 235 510 руб., тогда как Банк не представил экономического обоснования для требования единовременного погашения просроченной задолженности или установления шестимесячного срока погашения.

В отзыве на кассационную жалобу Банк просит оставить оспариваемый судебный акт без изменения.

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов, суд округа приходит к следующему выводу.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между Банком и должником ФИО1 (заемщик) заключен кредитный договор от 05.05.2021 <***>, на основании которого Заемщику был выдан кредит в сумме 4 000 000 руб. сроком на 242 мес. под 8,30% годовых для целей рефинансирования кредита от 11.09.2018 № 634/4442-0001080 на приобретение квартиры, общей площадью 79,1 кв. м, расположенной по адресу: <...> с регистрацией ипотеки в пользу Банка.

Согласно пункту 1.1 Индивидуальных условий кредитного договора обеспечением исполнения обязательств Заемщика по кредитному договору является залог (ипотека) и солидарное поручительство ФИО2

Между Банком и ФИО2 заключен договор поручительства от 05.05.2021 <***>-п01, по условиям которого ФИО2 принимает на себя обязательства солидарно с заемщиком отвечать перед кредитором в соответствии с условиями договора за исполнение заемщиком обязательств по кредитному договору от 05.05.2021 <***>.

Права залогодержателя по кредитному договору, обеспеченному ипотекой квартиры, удостоверены закладной, выданной 13.05.2021 Управлением Федеральной регистрационной службы по Пермскому краю залогодержателю – Банку.

Запись об ипотеке в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним произведена 13.05.2021 за номером 59:01:4410269:8240-59/094/2021-3.

В связи с допущением заемщиком, начиная с 2022 года, неоднократных просрочек платежей по погашению суммы кредита и уплате процентов за пользование им, Банком 25.01.2023 в адрес супругов ФИО5 направлено требование о досрочном истребовании задолженности по кредитному договору <***> от 05.05.2021 в срок не позднее 20.02.2023.

В связи с оставлением требования без удовлетворения, Банк обратился с соответствующим иском в суд.

Вступившим в законную силу (16.04.2024) решением Свердловского районного суда г. Перми от 29.11.2023 по делу № 2-3907/2023 с ФИО1 и ФИО2 солидарно в пользу Банка взыскана задолженность по кредитному договору от 05.05.2021 <***> в сумме 4 033 787 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 34 693 руб. 94 коп.; обращено взыскание на заложенное имущество – предмет ипотеки: квартиру, общей площадью 79,10 кв. м, расположенную по адресу – <...> путем продажи с публичных торгов, с установлением начальной продажной стоимости предмета ипотеки в сумме 7 296 000 руб.; кредитный договор расторгнут.

На основании исполнительного листа, выданного Свердловским районным судом г. Перми, возбуждено исполнительное производство от 30.05.2024 № 418895/24/59007-ИП, в рамках которого вышеуказанное имущество было передано в Территориальное управление в Пермском крае на реализацию на открытых торгах, проводимых в форме аукциона.

В последующем 09.08.2024 супруги ФИО8 обратились с совместным заявлением о признании их несостоятельными (банкротами).

Ссылаясь на неисполнение должником обязательств по возврату суммы кредитного договора, Банк обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности, в том числе по кредитному договору от 05.05.2021 <***> в сумме 4 068 480 руб. 94 коп., в том числе 3 861 917 руб. 83 коп. остатка ссудной задолженности, 171 869 руб. 17 коп. задолженности по оплате процентов, 34 693 руб. 94 коп. государственной пошлины, в качестве обязательства, обеспеченного залогом квартиры, общей площадью 79,10 кв. м, расположенной по адресу: <...>.

В ходе рассмотрения спора об обоснованности требований Банка должники, настаивая на возможности утверждения локального плана реструктуризации долгов в отношении требований Банка, обеспеченных залогом спорной квартиры, в связи с тем, что залоговое имущество является единственным жильем должников и членов семьи, последующее погашение обязательств планируется за счет средств третьего лица по ранее согласованному ипотечному графику платежей – до 2041 года, обратились с ходатайством об утверждении локального плана реструктуризации долгов гражданина в отношении требования, обеспеченного залогом имущества – спорной квартирой.

Возражая против утверждения предложенного должниками отдельного мирового соглашения (локального плана реструктуризации долга), Банк указывал на то, что по кредитному договору от 05.05.2021 <***> по состоянию на 26.03.2025 имеется просроченная задолженность в сумме 997 365 руб. 20 коп. в связи с тем, что должниками обязательства по кредитному договору исполняются ненадлежащим образом с 19.04.2022, а с 26.04.2023 не исполняются в полном объеме, несмотря на наличие решения Свердловского районного суда г. Перми от 29.11.2023 по делу № 2-3907/2023; мировое соглашение не содержит условия о порядке и сроках погашения просроченной задолженности в сумме 997 365 руб. 20 коп., то есть не соответствует условиям, необходимым для утверждения локального плана реструктуризации.

Утверждая отдельное мировое соглашение (локальный план реструктуризации), суд первой инстанции исходил из того, что спорная квартира (предмет залога) является для должников и членов их семьи единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением, представленный на утверждение локальный план соответствует действующему законодательству, права и законные интересы участвующих в деле лиц, в том числе залогового кредитора и должника, условиями плана не нарушаются, при погашении долга в соответствии с условиями плана положение залогового кредитора не ухудшается, исполнение предполагается за счет третьего лица, давшего согласие на исполнение плана, в пределах срока, предусмотренного кредитным договором.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев данный обособленный спор, отменил определение суда первой инстанции, в удовлетворении заявленных требований отказал, не усмотрев оснований для утверждения отдельного мирового соглашения (локального плана реструктуризации).

При рассмотрении дела суд апелляционной инстанции установил, что предложенный должниками проект отдельного мирового соглашения (локальный план реструктуризации) не учитывал просроченную задолженность в сумме 997 365 руб. 20 коп., образовавшуюся по состоянию на 26.03.2025, то есть в состав задолженности, подлежащей погашению по условиям плана, вошли только требования по состоянию на 20.02.2023 (дату расторжения кредитного договора решением суда общей юрисдикции), при этом погашение таких требований согласно плану осуществляется в соответствии с графиком, закрепленным в кредитном договоре, вплоть до июня 2041 года.

С учетом того, что должниками обязательства по кредитному договору исполняются с 19.04.2022 ненадлежащим образом, с 26.04.2023 не исполняются в полном объеме, суд апелляционной инстанции заключил, что мировое соглашение не содержит условий о порядке и сроках погашения просроченной задолженности в сумме 997 365 руб. 20 коп. (в дальнейшем эта сумма была уточнена Банком и составила 1 080 705 руб. 99 коп.), соответственно, предложенный проект мирового соглашения не обеспечивает баланс интересов сторон и предоставляет должникам необоснованные преимущества, чем нарушаются права залогового кредитора.

При этом, оценивая представленный должниками на стадии апелляционного производства проект отдельного мирового соглашения, устраняющий недостатки в части суммы просроченной задолженности, не учтенной в определении суда от 10.04.2025, и предусматривающий оплату должниками просроченной задолженности в сумме 1 080 705 руб. 99 коп. путем распределения данной суммы на ежемесячные платежи по кредитному договору на весь срок кредитного договора, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что предложенный должниками план погашения задолженности существенно изменяет условия первоначального кредитного договора и фактически представляет собой его новацию, поскольку изменяется сумма основного долга (увеличивается «тело кредита» на сумму просроченной задолженности по основному долгу и процентам), что не соответствует интересам залогового кредитора. Кроме того, суд апелляционной инстанции указал, что распределение просроченной задолженности на весь срок кредита может привести к нарушению требований федерального законодательства, в том числе Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банках), что, в свою очередь, способно повлечь за собой негативные последствия для Банка в виде штрафных санкций со стороны Центрального Банка Российской Федерации из-за искажения отчетности.

Суд апелляционной инстанции отметил, что должники на протяжении длительного времени (более трех лет – с сентября 2022 года по июнь 2025 года) не исполняли обязательства по кредитному договору; решение суда общей юрисдикции о взыскании задолженности фактически не исполняется, поскольку погашение произведено лишь частично – в сумме 235 510 руб., активные действия по погашению задолженности со стороны должников отсутствуют.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции констатировал, что представленный на утверждение план явно не соответствует положениям действующего законодательства, нарушает права и законные интересы залогового кредитора, а также баланс интересов сторон посредством предоставления должнику необоснованного преимущества, а выводы суда первой инстанции о возможности утверждения локального плана в представленной должниками редакции сделаны без учета возражений Банка и без исследования условий предложенного должником локального плана реструктуризации долгов на предмет соответствия его принципу недопустимости ухудшения положения залогового кредитора по сравнению с тем, как если бы процедуры банкротства не было.

Поскольку арбитражным судом не рассматривался вопрос о включении требования Банк в реестр требований кредиторов супругов ФИО5, либо возможности заключения мирового соглашения между Банком и должниками посредством разработки локального плана реструктуризации долга по данным кредитным обязательствам с учетом суммы просроченной задолженности, суд апелляционной инстанции, не имея возможности осуществить повторное рассмотрение требований Банка, вытекающих из кредитного договора от 05.05.2021 <***>, направил спор в указанной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Оценив законность обжалуемого судебного акта, суд округа полагает его подлежащим отмене в связи со следующим.

Действительно, в силу положений абзацев 2 и 3 пункта 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) и статей 50 и 78 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», наличие у гражданина-должника жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания помещением для него и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, не является препятствием для обращения на него взыскания, если соответствующее жилое помещение является предметом договорной или законной ипотеки.

Предоставленное залогодержателю право обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности, неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное, направлены на обеспечение баланса прав и законных интересов взыскателей и должников и в качестве таковых служат реализации предписаний части 3 статьи 17, статей 35, 46 и части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации.

Вместе с тем российское законодательство о банкротстве в интерпретации, придаваемой ему судебной практикой, основывается на принципе предпочтительного проведения реабилитационных процедур в целях наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.

Когда при рассмотрении дела о банкротстве гражданина выясняется, что обеспеченное залогом обязательство исполняется надлежащим образом, суд может предложить сторонам заключить мировое соглашение либо разработать локальный план реструктуризации (таковой в силу пункта 4 статьи 213.17 Закона о банкротстве может быть утвержден и по инициативе суда), по условиям которых взыскание на являющееся предметом залога единственное жилье не обращается, но залогодатель не освобождается от исполнения обязательства перед залоговым кредитором по завершении процедуры банкротства, ипотека сохраняется, а обеспеченное обязательство не может быть погашено за счет иного имущества должника, на которое претендуют другие кредиторы. На это обращается внимание и в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2024 № 28-П.

В настоящее время Федеральным законом от 08.08.2024 № 298-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» введена в действие статья 213.10-1 Закона о банкротстве, регулирующая особенности заключения мирового соглашения между гражданином и кредитором, требования которого обеспечены ипотекой жилого помещения.

Таким образом, как на законодательном уровне, так и судебной практикой разработаны различные механизмы, позволяющие при наличии финансового источника, не вступающего в конкуренцию с другими обязательствами, сохранить за должником и членами его семьи единственное жилье, являющееся предметом залога, для удовлетворения одной из базовых потребностей.

При этом, вопреки выводам суда апелляционной инстанции, сам по себе факт неисполнения кредитных обязательств не является основанием для отказа в утверждении мирового соглашения (локального плана реструктуризации).

Как предусмотрено пунктом 5 статьи 213.10-1 Закона о банкротстве, если на момент заключения отдельного мирового соглашения должником допущена просрочка исполнения требований, обеспеченных ипотекой жилого помещения, отдельное мировое соглашение должно содержать условия о порядке и сроках устранения такого нарушения.

Из материалов дела, а также пояснений, которые были даны представителем должника суду округа в судебном заседании, следует, что в редакции мирового соглашения, представленной в суд апелляционной инстанции 02.09.2025, должниками с целью приведения условий отдельного мирового соглашения в соответствие положениям пункта 5 статьи 213.10-1 Закона о банкротстве доработано условие о погашении накопленной просроченной задолженности путем разнесения общей суммы просроченного долга в сумме 1 080 705 руб. 99 коп. на весь график платежей – до июня 2041 года, наряду с погашением текущих кредитных обязательств.

При этом суд апелляционной инстанции фактически сосредоточился на проверке экономической целесообразности проекта отдельного мирового соглашения с точки зрения сроков погашения просроченной задолженности в размере 1 080 705 руб. 99 коп. (в течение шести месяцев, как предлагал Банк, либо до 2041 года, как предусмотрено кредитным договором и на чем настаивали должники) и, ссылаясь на отсутствие активных действий со стороны должников по погашению задолженности, длительность неисполнения ими обязательств перед залоговым кредитором, признал предложенный должниками локальный план нарушающим права и интересы Банка.

Вместе с тем применительно к рассматриваемой ситуации вывод суда апелляционной инстанции о наличии у Банка разумных экономических причин для отказа от заключения мирового соглашения с должниками, обусловленных лишь тем фактом, что в случае распределения накопленной просроченной задолженности на ежемесячные суммы платежей (распределение просроченного долга на весь период погашения кредитного обязательства) повлечет нарушение прав Банка и ставит его в заведомо невыгодное экономическое положение – является преждевременным.

Как справедливо отметил суд первой инстанции, спорная квартира является для должников и их двух несовершеннолетних детей (ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения) единственным пригодным для проживания жилым помещением, соответственно, в настоящем деле сложилась ситуация, когда возникает риск обращения взыскания на единственное жилье должников, желающих перейти к локальной реабилитационной процедуре банкротства с целью сохранения за собой прав на имущество, которое может быть защищено исполнительским иммунитетом для последующего исключения его из конкурсной массы. При этом игнорирование в рассматриваемой ситуации позиции должников при наличии реального к исполнению на указанных условиях отдельного мирового соглашения (локального плана реструктуризации) третьим лицом и переход к обращению взыскания на предмет залога, фактически являющегося единственным жильем для должников, может существенным образом нарушить баланс взаимных прав и обязанностей участников спорных отношений.

Между тем судом апелляционной инстанции не выносился на обсуждение сторон вопрос о принципиальной возможности согласования условий мирового соглашения в отношении спорной квартиры на иных альтернативных условиях, обеспечивающих баланс интересов участников спорных отношений, сохраняя при этом экономически разумную сумму ежемесячного платежа для должников по ипотечному обязательству и компенсации Банку его экономических потерь. Вопрос о возможности компенсации Банку его имущественных потерь в случае согласования проекта мирового соглашения на условиях должников, при равномерном распределении суммы накопленной просроченной задолженности на весь период погашения задолженности (до июня 2041 года) путем начисления на указанную сумму процентов за пользование денежными средствами, на условиях и в порядке, определенных кредитным договором либо соглашением сторон, – судом апелляционной инстанции в принципе не исследовался, предложение Банку как более сильной стороне рассматриваемых правоотношений представить такой расчет – сделано не было.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции не выяснялась и позиция должников относительно возможности расчета размера ежемесячного платежа с учетом начисления процентов на сумму просроченной задолженности. При этом целью такого расчета являлось бы определение финансовой возможности третьего лица для принятия на себя ипотечных обязательств должников и осуществления последующих платежей с учетом их потенциальной корректировки в сторону увеличения их размера. Без исследования указанных обстоятельств и детальной оценки возможности урегулирования спора посредством привлечения третьего лица в погашение ипотечных обязательств – выводы суда апелляционной инстанции о невозможности утверждения локальной реабилитационной процедуры в рамках настоящего дела о банкротстве нельзя признать обоснованными.

Между тем, если по условиям мирового соглашения должниками будут компенсированы Банку экономические потери от распределения суммы накопленной просроченной задолженности на весь период погашения задолженности (194 месяца) путем включения в мировое соглашение условия о дополнительном начислении процентов на сумму накопленного просроченного долга за весь период пользования денежными средствами согласно условиям кредитного договора, утверждение Банка о наличии у него разумных экономических мотивов для отказа в урегулировании спора мирным путем и переходе к локальной реабилитационной процедуре – утратит свою обоснованность, поскольку фактически все экономические потери для Банка будет компенсированы должниками.

Более того, какого-либо нормативного обоснования со стороны Банка о возможном начислении штрафных санкций со стороны ЦБ РФ в случае заключения мирового соглашения на условиях равного распределения суммы накопленной просроченной задолженности на ежемесячные платежи по кредитному договору на весь срок кредитного договора – не приведено, суд апелляционной инстанции в этой части свои выводы также не мотивировал, что не позволяет оценить риски, указанные Банком, как обоснованные и достоверные.

С учетом того, что представленный на утверждение суду апелляционной инстанции проект отдельного мирового соглашения предусматривает удовлетворение требований Банка, которые погашаются за счет денежных средств третьего лица, имеющего достаточный доход, и не затрагивает интересы иных незалоговых кредиторов, предметом залога выступает квартира, являющаяся единственным жильем для должников, при этом в настоящий момент возражения Банка сводятся лишь к техническим аспектам переноса просроченной задолженности должников на счета, предназначенные для учета срочной задолженности, выводы суда апелляционной инстанции об ухудшении положения Банка в случае утверждения мирового соглашения без исследования возможности согласования условий мирового соглашения на альтернативных условиях, при которых должниками будут компенсированы экономические потери Банка, – не являются в достаточной степени обоснованными и мотивированными.

Мотивов, по которым суд апелляционной инстанции счел возможным согласиться с позицией Банка о том, что заключение отдельного мирового соглашения не является для Банка как залогового кредитора наиболее предпочтительным, поскольку противоречит условиям кредитного договора и значительно ухудшает положение сторон относительно условий первоначального кредитного договора, равно как и выводов относительно невозможности принятия возражений должников, указывавших на недопустимость подобного подхода, судебный акт суда апелляционной инстанции не содержит, возможность урегулирования спора на иных альтернативных условиях участникам спора не была обеспечена.

Выводы суда апелляционной инстанции о том, что представленный на стадии апелляционного производства проект мирового соглашения не соответствует действующему законодательству и нарушает права и законные интересы залогового кредитора, сделаны без учета анализа баланса интересов всех сторон спора, оценки альтернативных способов разрешения конфликта и выяснения обстоятельств о возможности реального исполнения третьим лицом условий данного соглашения после внесения в него изменений, предусматривающих компенсацию Банку имущественных потерь при сохранении должниками графика погашения задолженности с одновременным распределением накопленной просроченной задолженности на весь период ее погашения. В обратном же случае отказ суда апелляционной инстанции в утверждении отдельного мирового соглашения нарушает права и законные интересы должников, поскольку лишает их возможности достичь компромиссного решения, которое могло бы обеспечить баланс интересов всех участников спора. В условиях, когда должники имеют несовершеннолетних детей и спорное жилье является для них единственным, а Банк как залоговый кредитор имеет законные требования по возврату задолженности, суду апелляционной инстанции следовало поставить на обсуждение сторон вопрос урегулирования спора на альтернативных взаимоприемлемых условиях мирового соглашения. Такой подход соответствовал бы принципу обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами Банка как залогового кредитора и личными правами должников и членов их семьи (двух несовершеннолетних детей).

При изложенных обстоятельствах, оснований согласиться с выводами суда апелляционной инстанции об отказе в утверждении отдельного мирового соглашения (локального плана реструктуризации) – у суда округа не имеется.

Суд округа также не усматривает оснований для оставления в силе и определения суда первой инстанции от 10.04.2025, поскольку как указано выше, вопреки требованиям пункта 5 статьи 213.10-1 Закона о банкротстве судом первой инстанции утверждено мировое соглашение на условиях, не содержащих порядок возвращения должника к установленному кредитным договором графику погашения задолженности посредством устранения просрочки исполнения обязательств. Суд первой инстанции не проверил данные обстоятельства и соответствие мирового соглашения требованиям статьи 213.10-1 Закона о банкротстве, в связи с чем сделал преждевременный вывод о возможности его утверждения на предложенных условиях.

Согласно части 1 статьи 288 АПК РФ основанием для отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций является несоответствие выводов суда, содержащихся в судебном акте, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального и процессуального права.

Поскольку судами не были установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора по существу, с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, и исходя из принципов состязательности сторон и обязанности доказывания определенных обстоятельств доказательствами, подтверждающими заявленное требование либо опровергающими возражения других участников процесса, в обжалуемых судебных актах содержатся нарушения норм процессуального права (часть 3 статьи 288 АПК РФ), которые могли повлиять на исход рассмотрения спора, учитывая, что допущенные нарушения могут быть устранены только при повторном рассмотрении дела в суде первой инстанции ввиду отсутствия у суда кассационной инстанции соответствующих полномочий, определение суда первой инстанции от 10.04.2025 и постановление суда апелляционной инстанции от 24.09.2025 подлежат отмене на основании пункта 3 статьи 288 АПК РФ, а дело – направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует инициировать обсуждение возможных вариантов урегулирования спора, в том числе путем корректировки графика платежей, начисления процентов за пользование денежными средствами на сумму накопленного просроченного долга или поиска иных механизмов, которые бы обеспечили баланс интересов всех участников спорных правоотношений и соответствовали требованиям законодательства.

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 10.04.2025 по делу

№ А50-18803/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2025 по тому же делу отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьями 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.В. Кудинова

Судьи Е.А. Павлова

О.Н. Новикова