Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, <...>

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Владивосток Дело

№ А51-14140/2024

18 августа 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 августа 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 августа 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Д.А. Самофала,

судей А.В. Гончаровой, О.Ю. Еремеевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.Д. Спинка,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кэнди Групп»,

апелляционное производство № 05АП-3191/2025

на решение от 02.06.2025

судьи Н.А. Тихомировой

по делу № А51-14140/2024 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Кэнди Групп» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании незаконным решения,

при участии:

от ООО «Кэнди Групп»: представитель ФИО1 (при участии онлайн) по доверенности от 19.12.2024, сроком действия до 19.12.2025, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 1724174), паспорт;

от Владивостокской таможни: представитель ФИО2 по доверенности от 20.05.2025, сроком действия до 21.05.2026, копия диплома о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 0372), служебное удостоверение,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Кэнди Групп» (далее – заявитель, общество, ООО «Кэнди Групп») обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – таможенный орган, таможня) от 02.07.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларацию на товары (далее – ДТ) №10702070/160424/3144128.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 02.06.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество обратилось с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которой просит отменить обжалуемое решение и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов жалобы указывает на то, что экспортная декларация не входит в перечень обязательных документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, и что представленный перевод экспортной декларации содержал все необходимые сведения для подтверждения заявленной таможенной стоимости, тогда как таможенный орган не принял самостоятельных мер по получению данного документа в порядке международного сотрудничества. Заявитель считает, что имеющейся в материалах дела совокупностью банковских и платежных документов подтверждается оплата ввезенной партии товара, что необоснованно не было учтено судом первой инстанции. При этом настаивает на том, что идентификация платежей возможна по ведомости банковского контроля и по справке о подтверждающих документах, и что произведенные платежи на счет третьего лица были приняты банком паспорта сделки, в связи с чем оснований для вывода об отсутствии документального подтверждения заявленной таможенной стоимости не имелось. Апеллянт также выражает несогласие с оценкой суда представленного в материалы дела дополнительного соглашения от 16.01.2024 к контракту в качестве нового доказательства, отмечая, что данный документ таможней дополнительно в ходе таможенного контроля не запрашивался. Кроме того, апеллянт не согласен с источником ценовой информации, отмечая, что выбранные источники не только имеют отличающие количественные показатели, но и наименование товара «сахарная конфета и джем» и его внешний вид, включая упаковку, не совпадают с наименованием и внешним видом товара №1 по спорной декларации, в связи с чем несопоставимость сравниваемых товаров очевидна.

К судебному заседанию от таможни поступил письменный отзыв, который в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщен к материалам дела.

По тексту письменного отзыва таможня выразила несогласие с доводами жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

По ходатайству общества (представитель ФИО1) судебное заседание 11.08.2025 организовано и проведено апелляционным судом посредством веб-конференции информационной системы "Картотека арбитражных дел" (онлайн-заседание).

В судебном заседании представитель общества ФИО1 просила допустить к участию в судебном заседании с использованием системы веб-конференции второго представителя общества – ФИО3, который присутствовал в помещении вместе с ФИО1.

Поскольку ФИО3 не заявлен в ходатайстве об участии в онлайн-заседании, представлена лишь доверенность на ФИО3, при этом паспорт и копия диплома не представлены, у апелляционного суда отсутствует возможность идентифицировать лицо, подключившееся к веб-конференции. С учетом изложенного, в соответствии со статьей 11 АПК РФ, апелляционный суд не допустил указанное лицо к участию в судебном заседании в качестве представителя, ходатайств об отложении или об объявлении перерыва представителем общества ФИО1 не заявлено.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы, приведенные в апелляционной жалобе, а представитель таможенного органа отклонил их по мотивам, изложенные в отзыве на нее.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ООО «Кэнди Групп» в рамках исполнения обязательств по внешнеторговому контракту от 29.11.2022 № 31, заключенному с компанией IVY (HK) INDUST RY CO., LIMITED (Китай), ввезены следующие товары: «Изделия кондитерские из сахара не содержащие какао» товар №1, «пищевые продукты не содержащие молочных жиров, сахарозы, изоглюкозы, глюкозы или крахмала...» товар №2, «кондитерские товары виде желе не содержат какао» товар №3, заявленные по ДТ №10702070/160424/3144128.

Указанный товар ввезен на условиях поставки CPT Владивосток. Таможенная стоимость товаров определена декларантом методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами в размере 7 697 061,19 рублей. В графе 22 ДТ указана общая сумма по счету в размере 597 393,84 китайских юаня.

В связи с выявлением признаков, указывающих на то, что сведения о таможенной стоимости товаров должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, 20.04.2024 ВТП ЦЭД у декларанта запрошены документы и сведения в подтверждение заявленных сведений о таможенной стоимости товаров. 30.05.2024 общество в ответ на запрос таможенного органа представило документы и пояснения.

Для целей установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в соответствии с пунктом 15 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) таможенным органом 23.06.2024 запрошены дополнительные документы и (или) сведения.

В адрес таможенного органа 27.06.2024 декларантом направлены дополнительно запрошенные документы и сведения.

На основании имеющихся в распоряжении таможенного органа документов и сведений по результатам проведенной проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, 02.07.2024 ВТП ЦЭД принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/160424/3144128.

Не согласившись с указанным решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в Арбитражный суд Приморского края с настоящим заявлением, который обжалуемым решением отказал в удовлетворении заявленных требований.

Повторно оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, как соответствующие материалам дела и закону, и не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса)

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Как подтверждается материалами дела, при таможенном оформлении ввезенного товара обществом в качестве подтверждающих документов по названной ДТ были представлены внешнеторговый контракт от 29.11.2022 №31, приложения к контракту от 04.03.2024 №3, от 04.03.2024 №4, от 05.03.2024 №5, коммерческий инвойс от 04.03.2024 №DJ044A, D.I044B, DJ044C, коносамент MEDUTB309242, MEDUTB311602, коносамент MEDUTB311610 и прочие документы согласно графе 44 ДТ.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатой до выпуска, обществом были представлены заверенные копии коммерческих документов по спорной поставке, дополнительное соглашение от 28.11.2023 №5/23 к контракту, заказы покупателя от 01.11.2023, проформа, документы по оплате с выписками по счету, ведомость банковского контроля, пояснения инопартнера, прайс-лист продавца, экспортная декларация и иные документы.

Анализ указанных документов показывает, что согласно пункту 2.1 контракта продавец обязуется поставить, а покупатель обязуется принять и оплатить товар согласно условиям, указанным в контракте.

В соответствии с пунктом 2.2 контракта количество, ассортимент и соответствие товара техническим условиям определяются отдельно для каждой партии соответствующим заказом Покупателя. Количество и цена товара указывается Продавцом в инвойсе.

Пунктом 3.2 контракта согласовано, что условия каждой поставки указываются в Приложениях (спецификациях), прилагаемых к каждой партии товара.

Пункт 4.3 контракта предусматривает порядок оплаты товаров: предварительная оплата; оплата по факту поставки партии товара в срок не позднее 180 дней с момента таможенного оформления товара на территории России.

Согласно приложению от 04.03.2024 №3 к контракту стороны согласовали поставку товаров «жидкая конфета «Сластилэнд» в форме пистолета», «жидкая конфета «Сластилэнд» в форме ружья» на общую сумму 210 608,56 юаней на условиях предварительной оплаты товаров.

Одновременно продавцом была сформирована проформа №DJ044A и выставлен коммерческий инвойс №DJ044A на сумму 210 608,56 юаней.

Согласно приложению от 04.03.2024 №4 к контракту стороны согласовали поставку товаров «желе «Сластилэнд», «жидкая карамель «Сластилэнд» в форме зубной щётки» на общую сумму 142943,29 юаней на условиях предварительной оплаты товаров.

Одновременно продавцом была сформирована проформа №DJ044B и выставлен коммерческий инвойс №DJ044B на сумму 142943,29 юаней.

Согласно приложению от 05.03.2024 №5 к контракту стороны согласовали поставку товаров «жидкая карамель «Сластилэнд» в форме крокодила», «жидкая карамель «Сластилэнд» в форме зубной щётки», «жидкая карамель «Крейzики» на общую сумму 243841,99 юаней на условиях предварительной оплаты товаров.

Одновременно продавцом была сформирована проформа №DJ044C и выставлен коммерческий инвойс №DJ044C на сумму 243841,99 юаней.

В этой связи при помещении спорной товарной партии под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» таможенному органу была представлена декларация на товары №10702070/160424/3144128.

Общая сумма, указанная в трех коммерческих инвойсах, соответствует графе 22 ДТ и составляет 597 393,84 китайских юаней.

Изучив представленные документы, таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №49), таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью.

Признаки недостоверности сведений о стоимости сделки могут проявляться, в частности, в ее значительном отличии от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов (пункт 10 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Из материалов дела усматривается, что заявленный обществом индекс таможенной стоимости товара заявленный декларантом уровень таможенной стоимости товара № 1 составил 1,94 долл. США за 1 кг, (2 долл. США за кг - с поправкой на фактический вес нетто товара, установленный в ходе проведенного таможенного досмотра (АТД № 10702020/190424/101905), уровень таможенной стоимости товара № 3 составил 0,65 долл. США за 1 кг, (0,68 долл. США за кг - с поправкой на фактический вес нетто товара, установленный в ходе проведенного таможенного досмотра (АТД № 10702020/190424/101905) и является самым минимальным значением в регионе деятельности ДВТУ и по всей ФТС России в целом.

В частности, средний уровень цен на идентичные и однородные товары в регионе деятельности ДВТУ товара № 1 составляет 2,4 долл. США за кг, средний уровень цен товара № 3 составляет 2,5 долл. США за кг.

При этом, по данным ИСС «Малахит» отклонение заявленной таможенной стоимости за кг веса нетто по товару № 1 составило - 17,09% по ФТС России, по товару № 3 составило - 72,69% по ФТС России.

С учетом изложенного апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорной поставке, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

В подтверждении сведений, заявленных в ДТ, в ответ на запрос таможенного органа обществом представлены следующие коммерческие и платежные документы: проформы на суммы 243 841,99 китайских юаней, 142 943,29 китайских юаней, 210 608,56 китайских юаней; заказы от 01.11.2023 на суммы 243 841,99 китайских юаней, 142 943,29 китайских юаней, 210 608,56 китайских юаней; приложение от 04.03.2024 № 3 на сумму 210 608,56 китайских юаней, от 04.03.2024 № 4 на сумму 142 943,29 китайских юаней, № 5 от 05.03.2024 на сумму 243 841,99 китайских юаней, которыми сторонами условия оплаты – предварительная оплата; коммерческие инвойсы от 05.03.2024 № DJ044C общей суммой 243 841,99 китайских юаней, от 04.03.2024 № DJ044B общей суммой 142 943,29 китайских юаней, от 04.03.2024 № DJ044A общей суммой 210 608,56 китайских юаней.

Апелляционным судом установлено, что по условиям приложений от 04.03.2024 №3, №4 и от 05.03.2024 №5 к контракту сторонами внешнеэкономической сделки достигнуто соглашение о предварительной оплате спорной партии товаров (100% предоплата).

Так, обществом были представлены платежные документы в формализованном и сканированном виде: SWIFT от 18.03.2024 № BCSB240315022602 на сумму 900 000 китайских юаней и назначением платежа по Контракту от 29.11.2022 № 31; SWIFT от 29.03.2024 № P240329ACWEOP08 на сумму 200 000 китайских юаней и назначением платежа по контракту от 29.11.2022 №31.

При этом, как ранее указывалось, согласно сведениям графы 22 спорной ДТ поставка осуществлена на сумму 597 393,84 китайских юаней. Сумма платежных документов, в которых имеется ссылка исключительно на контракт № 31, составляет 1 100 000 китайских юаней, что почти в два раза больше, заявленной суммы.

Представленные в ходе таможенного контроля коммерческие и платежные документы не корреспондировали друг другу, и каких-либо иных документов, позволяющих определить сумму, уплаченную в счет той или иной декларации, обществом представлено не было.

Соответственно вывод таможни о наличии обоснованных сомнений в достоверности заявленной таможенной стоимости по мотиву невозможности осуществления идентификации платежных документов со спорной поставкой признается коллегией обоснованным.

Утверждение ООО «Кэнди Групп» об обратном, мотивированное дачей исчерпывающих пояснений по вопросам оплаты в ходе таможенного контроля, судебной коллегией не принимается, учитывая, что буквальное прочтение ответа декларанта на запрос таможни в отсутствие каких-либо письменных доказательств не позволяет проверить идентификацию платежей по контракту.

То обстоятельство, что данные пояснения сопровождались представлением ведомости банковского контроля, названных выводов суда не отменяет, поскольку данный документ отражает общие сведения о платежах по контракту безотносительно к конкретным поставкам и, как следствие, не является бесспорным доказательством оплаты соответствующей поставки товаров.

Ссылки общества на то, что оплата товаров производилась нарастающим итогом как до отправки товара, так и после его получения коллегией не принимается, поскольку установить размер денежных средств, фактически уплаченных за декларируемые партии, из имеющихся в распоряжении таможни документов не представилось возможным.

При таких обстоятельствах следует признать, что представленные пояснения, дебет-авизо, проформа инвойса и ведомость банковского контроля не отражали реальное состояние расчетов общества со своим контрагентом по спорной поставке, в связи с чем сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости исходя из смысла пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС нельзя признать документально подтвержденными и количественно определяемыми.

Довод декларанта о том, что полная оплата ввезенного товара подтверждается сведениями ведомости банковского контроля от 30.11.2022 №22110101/0101/0001/2/1, в котором указана ДТ № 10702070/160424/3144128 и сумма по спорным сделкам, судебной коллегией не принимается, учитывая, что данный раздел ВБК по смыслу пункта 4 Инструкции Банка России от 16.08.2017 №181-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их представления» содержит сведения о подтверждающих документах, на основании которых осуществлена внешнеторговая операция в соответствующем стоимостном выражении, но не размер денежных средств, уплаченных за товар, заявленный в спорной декларации.

К аналогичному выводу суд апелляционной инстанции приходит и при оценке имеющейся в материалах справки общества от 28.05.2024 о подтверждающих документах, отмечая, что поступление в адрес декларанта товара на сумму 597 393,84 юаней не означает, что представленные в ходе таможенного оформления и таможенного контроля платежные документы являются предварительной оплатой именно спорной поставки.

Данная справка свидетельствует о поставке товаров. Из справки о подтверждающих документах от 28.05.2024 установить дату оплаты стоимости партии товара, указанной в спорной ДТ, также не представляется возможным.

Документов, подтверждающих зачет перечисленных покупателем денежных средств в качестве аванса за поставку партии товара после поставки, таможенного декларирования рассматриваемой партии товара вплоть до истечения предусмотренного рассматриваемой сделкой срока декларант не представил.

Наличие в справке от 28.05.2024 сведений о ДТ №10702070/160424/3144128 свидетельствует лишь об исполнении декларантом, как резидентом, требований инструкции от 16.08.2017 №181-И, о представлении в банк, как орган валютного контроля, документов, подтверждающих ввоз спорного товара в соответствии с контрактом, на который открыт паспорт сделки.

Одновременно суд апелляционной инстанции учитывает, что по правилам главы 24 АПК РФ законность и обоснованность решения таможенного органа проверяется на дату его принятия, в связи с чем судебное разбирательство не может подменять собой таможенный контроль, имевший место на определенную дату.

В связи с чем суд первой инстанции обоснованно отклонил представленные уже в ходе рассмотрения спора в суде инвойсов от 30.03.2025 №DJ048D, от 30.04.2025 №DJ048E, упаковочных листов, подтверждающих оплату покупателем по контракту, не превышающую сумму инвойсов.

Кроме того, по смыслу статей 38, 325 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов и сведений, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, возлагается на декларанта, вследствие чего риск неполного представления обществом подтверждающих документов в ходе таможенного контроля относится на декларанта и не позволяет последнему восполнять недостатки представленных документов в ходе судебного разбирательства.

Названные выводы судебной коллегии согласуются с разъяснениями абзаца второго пункта 14 Постановления Пленума ВС РФ №49, что свидетельствует о безосновательности указанных доводов апелляционной жалобы.

Давая оценку выводу таможенного органа о том, что спорные платежи по контракту были осуществлены в адрес третьего лица, роль и статус которого в отношении товаров либо связь с продавцом не установлена, суд апелляционной инстанции отмечает, что по условиям контракта оплата должна быть произведена по следующим банковским реквизитам: бенефициар - Citibank N.A.. свифт код CITIHKXXXX, счет 705510018.

При этом, по платежным документам, представленным декларантом в таможню, суммы переведены в иной банк: BANK OF CHINA SHANTOU BRANCH, свифт BKCHCNBJ41A на расчетный счет № <***>.

С учетом изложенного следует признать, что данные действия декларанта не отражают реальное состояние расчетов со своим контрагентом по спорной поставке и, как следствие, не подтверждают договоренность сторон по условиям внешнеэкономической сделки в заявленном размере.

То обстоятельство, что осуществление платежей на счет третьего лица было осуществлено в соответствии с дополнительным соглашением к контракту от 16.01.2024 №1/2024, названных выводов суда не отменяет, учитывая, что данный документ не был представлен в ходе таможенного контроля и фактически не отражает основания для осуществления валютных расчетов с указанной иностранной компанией.

Учитывая, что обычной целью коммерческой торговли является получение прибыли от продажи товаров, неполучение продавцом эквивалентного установленной им цене товара встречного денежного вознаграждения при условии невозможности идентификации платежей по контракту, не устраняет сомнения таможни в достоверности заявленной таможенной стоимости.

Довод апелляционной жалобы о том, что порядок осуществления оплаты на счета третьих лиц не влияет на документальное подтверждение заявленной стоимости по спорной поставке, судебной коллегией не принимается, учитывая, что в условиях невозможности идентификации платежей по контракту в счет спорной поставки оценка совершаемых декларантом валютных операций соответствует целям проверки достоверности заявленной таможенной стоимости.

Позиция общества о том, что сведения о спорном дополнительном соглашении были указаны в ведомости банковского контроля и отдельно таможенным органом не запрашивались, судом апелляционной инстанции оценивается критически, учитывая, что в имеющейся в материалах дела ведомости банковского контроля сведения о дополнительном соглашении от 16.01.2024 №1/24 отсутствуют, и что запрос документов по оплате товаров продавцу является достаточным основанием для представления таможне всех документов, связанных с платежами.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что данные документы в своей совокупности и взаимосвязи не опровергают выводы таможенного органа о невозможности удостовериться в порядке оплаты ввозимых товаров, исходя из представленных документов, а также о том, что декларант в ходе таможенного контроля не в полной мере воспользовался правом доказать достоверность заявленной таможенной стоимости.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума ВС РФ №49, в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ №49).

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных декларантом документов, у таможни в ходе таможенного контроля отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров №1, №3, ввезенных по спорной ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с актуальной ценовой информацией по аналогичным товарам и с результатами декларирования в стране вывоза.

При этом какой-либо информации, позволяющей определить стоимостные характеристики товаров по спорной ДТ, исходя из их качества, внешнего вида и коммерческой привлекательности, представленные обществом пояснения на запросы таможни от 20.04.2024, от 23.06.2024, а равно коммерческие документы по спорной поставке не содержали.

Что касается вывода таможни о несоответствии представленной в материалы дела экспортной декларации порядку её заполнения, то апелляционная коллегия отмечает, что заявление в графе экспортной декларации «Условия поставки» условий поставки СРТ с отражением кода 3, действительно, нарушает Порядок заполнения таможенной декларации КНР на экспорт/импорт товаров, доведенный письмом ФТС России от 15.04.2019 №16-31/22462, в соответствии с которым классификатор типов сделок содержит следующие типы: CIF (код - 1), C&F (код - 2), FOB (код - 3), C&I (код - 4), рыночная цена (код - 5), цена со склада (код - 6), EXW (код - 7).

Тип сделки C&F (код – 2), применяемый по китайскому классификатору, соответствует терминам CPT, CFR.

Учитывая, что действующим таможенным законодательством в стране отправления не предусмотрено отражение классификатора типа сделки по коду 3 при условиях поставки CPT, данное обстоятельство обоснованно принято таможней во внимание, как несоответствие представленной экспортной декларации порядку ее заполнения.

Довод апелляционной жалобы о том, что экспортная декларация является документом, оформляемым иностранным юридическим лицом, за действия которого декларант не может нести ответственность, судебной коллегией не принимается, поскольку по смыслу статей 38, 325 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов и сведений, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, возлагается на декларанта.

Судебная коллегия не усматривает оснований согласиться с суждением общества о том, что экспортная декларация не является обязательным документом, подтверждающим заявленную таможенную стоимость, учитывая, что в соответствии с подпунктом «в» пункта 8 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 №42, указанный документ относится к перечню документов, запрашиваемых в рамках контроля таможенной стоимости товаров.

Указание декларанта на то, что таможенный орган не был лишен возможности самостоятельно запросить экспортную декларацию у иностранного продавца или путем межведомственного международного сотрудничества, судом апелляционной инстанции также не принимается, поскольку наличие у таможенного органа полномочий по направлению соответствующего запроса в компетентные органы иностранного государства не отменят предусмотренную законом обязанность лица, осуществляющего ввоз импортного товара, подтвердить обоснованность применения первого метода определения таможенной стоимости.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС не являются количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

В этой связи судебная коллегия приходит к выводу о наличии правовых оснований для отказа декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости и, как следствие, для вынесения в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары.

По правилам пункта 15 статьи 38 Кодекса в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Как установлено судебной коллегией, таможенная стоимость задекларированного в спорной ДТ товара скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

По правилам пункта 1 статьи 42 Кодекса при определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары.

В случае если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах, с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом уровне продажи и (или) в количестве товаров.

На основании пункта 3 статьи 42 ТК ЕАЭС, в случае если выявлено более одной стоимости сделки с идентичными товарами с учетом поправок в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, для определения таможенной стоимости ввозимых товаров применяется самая низкая из них.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источников ценовой информации, выбранных таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорной ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с однородными товарами» (третий метод) был выбран таможней последовательно, а выбранные источники ценовой информации (-для товара № 1 спорной ДТ сведения о товаре № 3, задекларированного в ДТ № 10702070/090424/3136531 - таможенная стоимость 1 039 367,21 руб., вес нетто 4 620 кг; для товара № 3 спорной ДТ сведения о Товаре № 1, задекларированного в ДТ № 10702070/280224/3088619 - таможенная стоимость 2 591 802,95 руб., вес нетто 12 366,15 кг;) сопоставимы по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорной декларации. При этом данные товары классифицированы по одному коду Товарной номенклатуры, выполняют те же функции, могут быть коммерчески заменяемыми, имеют одну страну происхождения (КНР) и страну отправления (КНР).

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что при выборе источников ценовой информации требования статьи 42 ТК ЕАЭС были таможней соблюдены.

Довод заявителя жалобы об отсутствии у источника ценовой информации – ДТ №10702070/090424/3136531 (товар №3) признаков однородности со сравниваемым товаром №1 по спорной ДТ ввиду различного наименования, внешнего вида и материала упаковки, судом апелляционной инстанции не принимается, поскольку однородность сравниваемых товаров предполагает наличие у таких товаров сходных характеристик, что позволяет быть им коммерчески взаимозаменяемыми.

При этом сравнительный анализ описания товара №1 с источником ценовой информации по ДТ №10702070/090424/3136531 не выявил существенной разницы в описании ввезенных товаров, что исключает основания считать спорный источник ценовой информации некорректным.

В свою очередь приведенные обществом в апелляционной жалобе отличительные признаки сравниваемых товаров свидетельствуют только о том, что данные товары не являются идентичными, в связи с чем наличие у источника ценовой информации иной упаковки и внешнего вида не отменяет его однородность по отношению к товару №1 по спорной ДТ.

Указание общества на то, что выбранные таможней источники ценовой информации по обоим товарам содержат сведения об отгрузке товаров в меньшем количестве, чем в сравниваемой ДТ, также не свидетельствует о несопоставимости примененных источников ценовой информации, поскольку таможенная стоимость корректируется с применением индекса таможенной стоимости, учитывающего количественные показатели каждого товара. При этом положения статьи 42 Кодекса допускают возможность использовать в качестве источника ценовой информации стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах.

Делая указанный вывод, апелляционная коллегия отмечает, что выбор источников ценовой информации по указанным товарам в силу буквального указания пункта 1 статьи 42 ТК ЕАЭС осуществлялся посредством последовательного отбора сначала источников, содержащих сопоставимые наименования, далее источников со сведениями о продажах на том же коммерческом уровне или в ином количестве, и уже затем источников с наименьшим индексом таможенной стоимости.

При этом изучение представленной таможенным органом выборки ценовой информации по товарам №1, №3 отражает последовательный подбор сопоставимых источников ценовой информации, индекс таможенной стоимости которых является наиболее меньшим по сравнению с иными источниками, проданными в ином количестве, в связи с чем доводы заявителя жалобы не свидетельствуют о произвольном подходе таможенного органа при вынесении оспариваемого решения.

Указание общества на уклонение суда первой инстанции от оценки его возражений по выбору источников ценовой информации не может быть принято коллегией во внимание, учитывая, что соответствующие выводы были приведены судом в обжалуемом решении.

С учетом изложенного доводы заявителя о нарушении таможней принципов определения таможенной стоимости и, как следствие, о выборе некорректных источников ценовой информации не нашли подтверждения материалами дела.

Таким образом, оспариваемое решение от 02.07.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары №10702070/160424/3144128, является законным и обоснованным и не привело к нарушению прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской деятельности, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно в порядке части 3 статьи 201 АПК РФ отказал в удовлетворении заявленных требований.

В целом доводы заявителя апелляционной жалобы не могут быть приняты во внимание, поскольку не опровергают выводов суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены судебного акта.

Таким образом, решение арбитражного суда соответствует примененным судом нормам права, регулирующим спорные правоотношения, и установленным фактическим обстоятельствам спора. Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, не установлено.

С учетом изложенного арбитражный суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для отмены решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы на основании 110 АПК РФ относятся судебной коллегией на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 02.06.2025 по делу №А51-14140/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Д.А. Самофал

Судьи

А.В. Гончарова

О.Ю. Еремеева