АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-4323/25

Екатеринбург

04 декабря 2025 г.

Дело № А71-17323/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 декабря 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Гайдука А.А.,

судей Васильченко Н.С., Мындря Д.И.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бидяновой В.С. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Авто-восток» на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.04.2025 по делу

№ А71-17323/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании путем использования систем видеоконференцсвязи при содействии Арбитражного суда Удмуртской Республики приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Авто-восток» – ФИО1 (доверенность от 31.10.2024);

прокуратуры Удмуртской Республики – ФИО2 (предъявлено удостоверение).

Первый заместитель прокурора Удмуртской Республики в интересах муниципального образования «Муниципальный округ Малопургинский район Удмуртской Республики» в лице совета депутатов муниципального образования «Муниципальный округ Малопургинский район Удмуртской Республики» (далее – заявитель, прокурор) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики к муниципальному автономному вечернему (сменному) общеобразовательному учреждению «Малопургинский центр образования» (далее – МАВОУ «Малопургинский центр образования», автономное учреждение), обществу с ограниченной ответственностью «Авто-восток» (далее – общество «Авто-восток», заявитель жалобы), муниципальному бюджетному учреждению «Центр по комплексному обслуживанию муниципальных учреждений и единая дежурно-диспетчерская служба муниципального образования «Малопургинский район» (далее – МБУ «Центр по комплексному обслуживанию МУ и ЕДДС») о признании ничтожного договора поставки автотранспортных средств, специальной техники от 14.04.2023 № 253-2АВ недействительным; о признании дополнительного соглашения от 23.04.2024 № 25 к договору № 15 о закреплении имущества на праве оперативного управления от 31.10.2018 недействительным; о применении последствий недействительности ничтожной сделки: обязании МБУ «Центр по комплексному обслуживанию МУ и ЕДДС» передать обществу «Авто-восток» автомобиль марки KIA, модель К5, 2020 года изготовления, VIN <***>,

№ двигателя G4KNLH208468, № кузова <***>, паспорт транспортного средства № 164301016140426 выдан ООО «Эллада Интертрейд» от 07.12.2020 государственный регистрационный номер <***> (далее – автомобиль); о взыскании с общества «Авто-восток» в пользу МАВОУ ФИО3 в сумме 2 690 000 руб., и процентов, начисленных за период с 25.04.2023 по 13.09.2024, за пользование денежными средствами в сумме 432 840 рублей 89 копеек, с последующим начислением на день полной выплаты.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.04.2025 исковые требования удовлетворены.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 02.07.2025 решение суда оставлено без изменения.

Общество «Авто-восток», не согласившись с принятыми судебными актами, обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять по данному делу новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении спора норм материального права, и на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что судами ошибочно определена правовая основа сделки, совершенной ответчиками, как сделки, регулируемой нормами Федерального закона от 05.04.2013

№ 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон

№ 44-ФЗ) и, соответственно, при принятии судебных актов применены нормы законодательства о контрактной системе, не подлежащие применению в данном споре.

По мнению заявителя жалобы, судами не принято во внимание и не учтено при принятии обжалуемых судебных актов, что оспариваемая сделка соответствует нормам Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее – Закон № 223-Ф3) и нормам Положения о закупке товаров, работ, услуг муниципального автономного вечернего (сменного) общеобразовательного учреждения «Малопургинский центр образования», утвержденного распоряжением администрации муниципального образования «Муниципальный округ Малопургинский район Удмуртской Республики»

от 23.03.2023 № 153-р, действующего на момент заключения сторонами договора поставки.

Заявитель жалобы полагает, что судом апелляционной инстанции сделан ошибочный вывод о несоответствии Положения о закупке товаров, работ, услуг нормам Типового положение о закупке товаров, работ, услуг, утвержденным распоряжением Правительства Удмуртской Республики

от 27.02.2019 № 187-р, Приказом Минфина Удмуртской Республики

от 14.12.2018 № 16Н.

Кроме того заявитель жалобы указывает на то, что судами необоснованно взысканы с одной из сторон сделки (поставщика) проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 25.04.2023 по 13.09.2024 в сумме 432 840 руб. 89 коп., с последующим начислением по день фактической уплаты основного долга, поскольку начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму, полученную поставщиком при наличии у покупателя встречного предоставления по возврату автомобиля, является необоснованным, проценты могут быть начислены с момента возврата автомобиля, т.к. именно с этой даты встречное предоставление по сделке перестало быть равным.

В отзыве на кассационную жалобу прокуратура Удмуртской Республики просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции установил, что оснований для их отмены не имеется.

Как следует из материалов дела и установлено судами, прокуратурой Малопургинского района в рамках осуществления надзора за соблюдением законодательства в сфере государственных закупок и бюджетного законодательства установлено, что автономным учреждением нарушаются требования законодательства о контрактной системе в сфере закупок и требования бюджетного законодательства.

МАВОУ «Малопургинский центр образования» заключило с обществом «Авто-восток» договор поставки автотранспортных средств, специальной техники от 14.04.2023 № 253-2АВ без применения конкурентного способа выбора поставщика.

Во исполнение договора поставки, на основании акта приема-передачи транспортного средства с пробегом от 14.04.2023, общество «Авто-восток» передало МАВОУ «Малопургинский центр образования» автомобиль марки KIA, модель К5, 2020 года изготовления, VIN <***>,

№ двигателя G4KNLH208468, № кузова <***>, паспорт транспортного средства № 164301016140426 выдан ООО «Эллада Интертрейд» от 07.12.2020, а МАВОУ «Малопургинский центр образования» оплатило обществу «Авто-восток» стоимость автомобиля KIA К5 девятью платежами в период с 27.04.2023 по 27.12.2023, что подтверждается платежными поручениями от 24.04.2023 № 12414,

от 16.05.2023 № 15009, от 26.06.2023 № 20676, 26.07.2023 № 24172,

от 16.08.2023 № 26272, от 25.09.2023 № 30721, от 24.10.2023 № 34819,

от 13.11.2023 № 37153, от 08.12.2023 № 41344.

В тот же день в соответствии с договором на безвозмездное пользование автотранспортным средством и актом приема-передачи

от 14.04.2023 МАВОУ «Малопургинский центр образования» передало во временное пользование автомобиль KIA К5 МБУ «Центр по комплексному обслуживанию МУ и ЕДДС».

В соответствии с постановлением администрации муниципального образования «Муниципальный округ Малопургинский район Удмуртской Республики» (администрация) от 09.04.2024 № 376, дополнительным соглашением от 23.04.2024 № 25 к договору № 15 о закреплении имущества на праве оперативного управления от 31.10.2018, автомобиль принят от МАВОУ «Малопургинский центр образования» в муниципальную собственность и закреплен на праве оперативного управления за МБУ «Центр по комплексному обслуживанию МУ и ЕДДС».

Соглашением от 30.05.2024, заключенным между МБУ «Центр по комплексному обслуживанию МУ и ЕДДС» и МАВОУ «Малопургинский центр образования» расторгнут договор безвозмездного пользования автотранспортным средством от 14.04.2023 б/н, актом приема-передачи

от 30.05.2024, автомобиль возвращен от МБУ «Центр по комплексному обслуживанию МУ и ЕДДС» в МАВОУ «Малопургинский центр образования».

Подразделением ГИБДД 30.05.2024 автомобиль зарегистрирован за МБУ «Центр по комплексному обслуживанию МУ и ЕДДС», свидетельство о регистрации транспортного средства <...>, автомобилю присвоен государственный регистрационный номер <***>.

Как указывает истец, поскольку стоимость договора поставки превышает предельно допустимый законом размер расчетов между МАВОУ «Малопургинский центр образования» и обществом «Авто-восток», заключенная сторонами сделка противоречит требованиям нормы пункта 5 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ.

Заключение спорного договора поставки без проведения конкурсных процедур, послужило основанием для обращения прокурора в суд с рассматриваемым иском.

Суд первой инстанции, установив факт приобретение автомобиля за счет бюджетных средств муниципального бюджета не для нужд автономного учреждения, с нарушением процедуры закупки и способа определения поставщика (подрядчика, исполнителя) неконкурентным способом, принимая во внимание, что в результате заключения договора поставки с единственным поставщиком обществом «Авто-восток» получило доступ к осуществлению поставки по максимально возможной цене, без участия в конкурентной борьбе, без подачи предложений о снижении цены контракта, тем самым было поставлено в преимущественное положение с иными хозяйствующими субъектами, осуществляющими аналогичную экономическую деятельность, признал исковые требования подлежащими удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции, оставляя решение без изменения, с выводами суда первой инстанции согласился, признал их правильными, соответствующими имеющимся в материалах дела доказательствам и требованиям закона.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

В силу нормы пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

На основании нормы пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Нормой пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно норме пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения.

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) разъяснено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой, при этом пункты 74, 75 постановления № 25 указывают, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц; применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

В соответствии с нормой части 1 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований.

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

В соответствии с нормой части 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ указанным законом регулируются правоотношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок.

Согласно норме пункта 3 части 1 статьи 3 Закона № 44-ФЗ под закупкой товара, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд понимается совокупность действий, осуществляемых в установленном настоящим Федеральным законом порядке заказчиком и направленных на обеспечение государственных или муниципальных нужд. Закупка начинается с определения поставщика (подрядчика, исполнителя) и завершается исполнением обязательств сторонами контракта.

Контрактная система в сфере закупок основывается на принципах открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок (статья 6 Закона № 44-ФЗ).

На основании нормы части 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям указанного закона.

Согласно норме части 5 статьи 24 Закона N 44-ФЗ, заказчик самостоятельно выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя), однако при этом он не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

При выборе способа определения поставщика (подрядчика, исполнителя) заказчик должен ориентироваться на конкурентные способы, как на приоритетные, что, в свою очередь, не запрещает ему заключить контракт с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), но только в особых случаях, предусмотренных Законом № 44-ФЗ, с соблюдением установленного порядка.

Закупка у единственного поставщика не относится к конкурентным способам закупки. Принятие заказчиком решения о заключении контракта с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем) не должно восприниматься им как произвольные действия, а, напротив, должно отвечать целям Закона № 44-ФЗ, направленным на повышение эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, предотвращение коррупции и других злоупотреблений в сфере закупок.

Перечень закупок, которые поставщик (подрядчик, исполнитель) вправе осуществить без проведения конкурентных процедур, является исчерпывающим и определен в части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ. Такая процедура применяется в случаях, когда отсутствует конкурентная среда, удовлетворяющая потребностям государственного (муниципального) заказчика, а равно в иных исключительных случаях, когда проведение торгов нецелесообразно.

В рассматриваемом случае, как установлено судами, оспариваемый договор заключен с обществом «Авто-восток» как с единственным поставщиком в отсутствие конкурентных процедур и не оспаривается сторонами. При этом цена договора составляет 2 690 000 руб., что превышает максимальное пороговое значение, установленное нормой пункта 4 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ.

Указанные обстоятельства также подтверждаются постановлением Управления Федеральной антимонопольной службы по Удмуртской Республике о назначении административного наказания в виде предупреждения по делу об административном правонарушении

от 08.04.2024 № 018/04/7.32.3-209/2024 и № 018/04/7.32.3-210/2024.

Из разъяснений пункта 75 постановления Пленума № 25 следует, что посягающей на публичные интересы является, в том числе сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом.

Оспариваемая сделка совершена в обход явно выраженного запрета, установленного Законом № 44-ФЗ, и является ничтожной, как посягающая на публичные интересы (часть 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации РФ, пункты 7 и 75 постановления № 25).

В силу нормы пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации оспариваемый государственный контракт ничтожен независимо от признания его таковым судом.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам установленным нормами статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что отсутствие конкурентных процедур и заключение договора с единственным поставщиком в рассматриваемой ситуации способствовало созданию преимущественного положения общества «Авто-восток» и лишило возможности других субъектов, осуществляющих аналогичную деятельность, реализовать свое право на заключение договора, обоснованно пришли к выводу о том, что договор, при заключении которых допущено нарушение законодательства о закупках, являются ничтожными в силу части 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ, пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов о том, что исходя из цели и смысла законодательного регулирования, в рассматриваемом случае договор является ничтожной сделкой на основании нормы пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

По общему правилу поставка товаров (выполнение работ, оказание услуг) в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у поставщика (подрядчика, исполнителя) права требовать оплаты соответствующего предоставления, поскольку иной подход допускал бы поставку товаров (выполнение работ, оказание услуг) для государственных или муниципальных нужд в обход положений Закона № 44-ФЗ (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017).

Исполнение ничтожного контракта не препятствует возврату в порядке реституции исполнителем оплаты, полученной от заказчика.

Следовательно, в ситуации, когда в ходе заключения государственного контракта допущено нарушение публичных интересов, у исполнителя отсутствует право на получение встречного предоставления, с учетом чего сумма оплаты, произведенной заказчиком, подлежит взысканию с исполнителя по правилам главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации (односторонняя реституция).

Применение таких последствий возможно только в случае, если заказчик, принимая исполнение по контракту, не знал и не должен был знать о наличии оснований его ничтожности, а исполнитель, заключивший порочный контракт, напротив, обладал такой информацией, действуя заведомо недобросовестно (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.06.2020 № 310-ЭС19-26526, пункт 32 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 25.11.2020).

Если подобные обстоятельства судом не установлены, то при недействительности государственного (муниципального) контракта должны применяться общие последствия недействительности сделок, определенные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, и субсидиарно норма пункта 1 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации (двусторонняя реституция).

В случае невозможности возвратить полученное имущество в натуре (когда полученное публичным заказчиком выражается в выполненной контрагентом работе, оказанной услуге) презумпция равенства взаимных предоставлений по недействительной сделке, установленная в пункте 80 постановления № 25, не применяется, аналогичный подход применен Верховным Судом Российской Федерации в определении от 09.06.2016

№ 308-ЭС14-9028.

В подобной ситуации на контрагента возлагается бремя доказывания фактических расходов, понесенных в связи с осуществлением встречного предоставления, размер которых определяется судом исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого спора, но не может быть равным договорной цене такого предоставления. Величина этих расходов и составляет объем денежной реституционной обязанности публичного заказчика перед контрагентом.

Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности (пункт 4 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 20 Обзора от 28.06.2017, по общему правилу, поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления.

Ввиду указанных обстоятельств, общество «Авто-восток», как профессиональный участник рынка, осуществляющий предпринимательскую деятельность на свой риск, не могло не знать, что исполнитель по спорному договору должен был определяться по результатам конкурентных процедур, в соответствии с требованиями Закона № 44-ФЗ, и заключение договора без проведения конкурентных процедур не соответствует разумному и добросовестному поведению, ожидаемому от участника гражданского оборота, финансируемого за счет средств бюджета, и по сути, открывает возможность для приобретения незаконных имущественных выгод в обход положений закона.

При этом судами первой и апелляционной инстанций обоснованно отклонен доводы заявителя жалобы о том, судами ошибочно определена правовая основа сделки, совершенной ответчиками, как сделки, регулируемой нормами Закона № 44-ФЗ и, соответственно, при принятии судебных актов применены нормы законодательства о контрактной системе, не подлежащие применению в данном споре; о том, что судами не принято во внимание и не учтено при принятии обжалуемых судебных актов, что оспариваемая сделка соответствует нормам Закона № 223-ФЗ.

Вопреки доводам заявителя жалобы Закон № 223-ФЗ определяет порядок закупок для нужд самих автономных учреждений.

В тех же случаях, когда автономные учреждения выступают государственными (муниципальными) заказчиками в силу наделения их соответствующими полномочиями государственными (муниципальными) органами и производят закупки для удовлетворения государственных (муниципальных) нужд, Закон № 223-ФЗ не подлежит применению.

В этих случаях автономные учреждения как государственные (муниципальные) заказчики должны определять контрагентов конкурентными способами, указанными в статье 24 Закона № 44-ФЗ, то есть на открытых, закрытых конкурсах, аукционах, путем запроса котировок, запроса предложений, а у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) только в определенных законом случаях.

При таких обстоятельствах осуществление конкурентной закупки по нормам Закона № 223-ФЗ невозможно.

Действия в обход закона влекут отказ в защите принадлежащего лицу права (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Общество «Авто-восток» не доказало вынужденный характер оказания услуг, срочность, неотложность и безотлагательность, наличие непреодолимой силы, препятствовавшей заключению договора путем проведения конкурентных процедур (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В связи с этим исполнитель (поставщик) не может рассчитывать на получение платы, поскольку извлечение преимущества из такого незаконного поведения противоречит положениям пунктов 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Такие сделки совершаются в обход явно выраженного запрета, установленного законом.

Поскольку спорный договор заключен с нарушением требований Закона № 44-ФЗ, при недобросовестном поведении участника закупки, с целью обхода закона с противоправной целью, нарушая принципы конкуренции, а, следовательно, публичные интересы, в связи с этим они являются ничтожными, выводы судов первой и апелляционной инстанций являются обоснованными.

Иной подход свидетельствовал бы о возможности недобросовестного лица извлекать прибыль при совершении противозаконных действии, нарушая публичный правопорядок (на недопустимость такого подхода указано в пункте 32 Обзора судебной практики ВС РФ № 3(2020), утвержденного Президиумом ВС РФ 25.11.2020).

Если сделка недействительна в силу противоречия одному из основополагающих правовых принципов либо императивной норме закона, то обогатившийся не обязан возвращать неосновательное обогащение в той мере, в какой возврат противоречил бы целям установления таких принципа или нормы. В зависимости от обстоятельств дела суд решает, что больше соответствует целям принципа (нормы) – применение реституции или отказ в ней. При определении этого наибольшее значение имеют следующие критерии: а) виновность каждой стороны; б) цель принципа или правила, которое было нарушено; в) категория лиц, для защиты которых существует принцип или правило, которое было нарушено; г) санкции, которые могут быть применены в соответствии с нарушенным правилом; д) уровень общественной опасности, связанный с нарушением правила; е) серьезность нарушения правила применительно к конкретной ситуации.

Как установлено судами, при заключении договора поставки автономное учреждение нарушило требования Федерального закона

от 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях» и вышло за пределы полномочий, определенных Уставом МАВОУ «Малопургинский центр образования», утвержденным приказом Управления образования администрации муниципального образования «Муниципальный округ Малопургинский район Удмуртской Республики» от 18.10.2022 № 249.

В соответствии с подпунктами 2.2., 2.3. пункта 2 Устава МАВОУ «Малопургинский центр образования» предметом деятельности автономного учреждения является осуществление образовательного процесса, целью – создание условий для реализации гарантированного гражданам Российской Федерации права на получение общедоступного, бесплатного образования.

Для реализации этих функций, решением совета депутатов муниципального образования «Муниципальный округ Малопургинский район Удмуртской Республики» МАВОУ «Малопургинский центр образования» предоставлены субсидии, входящие в состав раздела бюджета «Развитие общего образование» на сумму 2 705 000 руб., которые должны быть израсходованы исключительно для нужд МАВОУ «Малопургинский центр образования».

Вместе с тем, суды признали, что заключение договора поставки явно противоречит целям и предмету деятельности МАВОУ «Малопургинский центр образования» и является нецелесообразным, поскольку автомобиль приобретен не для осуществления основной деятельности учреждения, о чем свидетельствует тот факт, что в апреле 2023 года автономное учреждение было неспособно выполнять принятые на себя обязательства, такие как внесение платежей по договору поставки, а также отсутствие в штатном расписании учреждения штатной единицы по должности «водитель». Факт передачи автомобиля в день его приобретения также свидетельствует о намерении приобретения транспортного средства для нужд должностных лиц администрации муниципального образования «Муниципальный округ Малопургинский район Удмуртской Республики», что подтверждается письмом Главы муниципального образования «Муниципальный округ Малопургинский район Удмуртской Республики» от 13.04.2023 о согласовании приобретения автомобиль KIA К5 стоимостью 2 690 000 руб.

При указанных обстоятельствах, оценив обстоятельства заключения контрактов и их исполнения, поведение участников сделки, суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу о наличии оснований для применения последствий признания сделки недействительной путем обязания одной стороны сделки возвратить приобретенный автомобиль, а другой стороны сделки возвратить полученную сумму оплаты по договору и уплатить проценты.

Правовых оснований с указанием конкретных доказательств для переоценки выводов судов первой и апелляционной инстанций заявителем кассационной жалобы не представлено.

Сама по себе направленность доводов кассационной жалобы на оценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств не может быть признана допустимой на стадии кассационного обжалования судебных актов в силу статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 32 Постановления Пленума ВС РФ № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», поскольку исследование доказательственной стороны спора к компетенции суда кассационной инстанции не относится.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из полномочий суда кассационной инстанции исключены действия по установлению обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций (статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Обжалуемые судебные акты соответствуют нормам материального права, а содержащиеся в них выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.04.2025 по делу № А71-17323/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Авто-восток» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий А.А. Гайдук

Судьи Н.С. Васильченко

Д.И. Мындря