АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Иркутск Дело № А19-15027/2023

11.12.2023

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 05.12.2023.

Решение в полном объеме изготовлено 11.12.2023.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Архипенко А.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Неупокоевой В.В., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПб» (194044, <...> литер А, офис 18Н, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>)

о взыскании компенсации в размере 62 500 руб.,

при участии в судебном заседании:

от истца – не явились, извещены;

от ответчика – не явились, извещены.

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» обратилось к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 62 500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060.

Кроме того, заявлено требование о взыскании судебных издержек: 450 руб. – стоимость спорного товара, 120 руб. – почтовые расходы, 200 руб. – расходы на получение выписки из ЕГРИП.

Ответчик в представленном отзыве заявленные требования не признал, оспаривает сам факт продажи спорного товара, мотивировав отсутствием данного вида товаров в его ассортименте, просил в иске отказать.

Определением суда от 10.08.2023 исковое заявление ООО «Зингер СПб» принято к рассмотрению в порядке упрощенного судопроизводства (глава 27 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Определением от 11.10.2023 суд перешел к рассмотрению иска по общим правилам искового производства в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора.

В судебное заседание стороны, надлежащим образом извещенные о месте, дате и времени судебного заседания не явились.

Исковое заявление рассмотрено судом в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ в отсутствие истца, ответчиков, надлежащим образом извещенных о месте, дате и времени судебного разбирательства.

Обстоятельства дела.

ООО «Зингер СПб» является обладателем исключительных прав на товарный знак в виде словесного обозначения «ZINGER» по свидетельству на товарный знак № 266060, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030, правовая охрана предоставлена в отношении товаров 6, 8, 14, 21, 26, 35, 42 класса МКТУ, том числе - пилочка для ногтей, щипцы для ногтей, ножницы для ногтей.

По утверждению правообладателя, 22.07.2022 в торговой точке предпринимателя, расположенной по адресу: Иркутская область, г. Братск, ж.р. Центральный, ул. Южная, д. 12, правообладателем были приобретены товары – маникюрные инструменты (3 штуки), на которых размещена надпись «ZINGER», сходная до степени смешения с товарным знаком № 266060.

В обоснование покупки у предпринимателя спорных товаров правообладатель представил в материалы дела кассовые чеки от 22.07.2022, содержащие адрес торговой точки, наименование - индивидуальный предприниматель ФИО1, и индивидуальный номер налогоплательщика продавца (<***>), а также видеозапись процесса приобретения товара, произведенную в целях самозащиты гражданских прав, на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса РФ.

Правом использования результатом интеллектуальной деятельности статья 1229 Гражданского кодекса РФ наделяет лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности (правообладатель).

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами.

Разрешения на использование товарного знака правообладатель предпринимателю не предоставлял.

По правилам пункта 1 части 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Поскольку правообладатель разрешения на использование товарного знака № 266060 предпринимателю не предоставлял, истец посчитал свое исключительное право нарушенным, руководствуясь вышеназванными нормами права, обратился в суд с требованием выплаты компенсации в размере 62 500 руб. за нарушение исключительного права.

Ответчик в представленном отзыве иск оспорил первоначально по мотиву недоказанности факта реализации им спорного товара, отсутствия данной категории товара в его ассортименте, как следствие отсутствие оснований для взыскания с него компенсации за товар, который он не продавал.

В последующих возражениях ответчик сослался на завышенность суммы заявленной ко взысканию компенсации – 62 500 руб., сослался на информацию с маркетпейса «Озон», где закупочная стоимость товаров данной категории составляет от 274 руб., при этом им товары проданы по цене 150 руб. за штуку, считает недоказанным цену лицензии на использование товарного знака «ZINGER» на момент закупки.

Также указал на отсутствие в настоящее время в его павильоне продукции «ZINGER», а также отсутствие каких-либо договорных отношений с компанией «Зингер» либо иными компаниями, реализующими продукцию «Зингер».

Исследовав материалы дела, суд считает иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Надлежащим доказательством принадлежности прав на товарный знак в силу части 1 статьи 1504 Гражданского кодекса РФ является Свидетельство на товарный знак, которое выдается федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в течение месяца со дня государственной регистрации товарного знака в Государственном реестре товарных знаков.

Как видно из материалов дела, ООО «Зингер СПб» принадлежит право на товарный знак № 266060, что подтверждается Свидетельством о регистрации, выданном Федеральной службой по интеллектуальной собственности; товарные знаки зарегистрированы, в том числе, в отношении товаров 8 класса МКТУ, включая такие товары как «наборы маникюрных инструментов».

В этой связи, суд считает доказанным статус истца как правообладателя исключительного права на указанный товарный знак.

22.07.2022 в торговой точке предпринимателя, расположенной по адресу: Иркутская область, г. Братск, ж.р. Центральный, ул. Южная, д. 12, правообладателем были приобретены товары – маникюрные инструменты (3 штуки), на которых размещена надпись «ZINGER», сходная до степени смешения с товарным знаком № 266060.

В обоснование покупки у предпринимателя спорных товаров правообладатель представил в материалы дела кассовые чеки от 22.07.2022, содержащие адрес торговой точки, наименование и индивидуальный номер налогоплательщика продавца (<***>), а также видеозапись процесса приобретения товара, произведенную в целях самозащиты гражданских прав, на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса РФ.

Судом просмотрены видеозаписи покупки, качество которых позволяет определить местонахождение, внешний и внутренний вид торговых точек ответчика, отображает процесс приобретения спорных товаров, процесс их оплаты, выдачи чеков.

Видеозаписи зафиксировали содержание (реквизиты) выданного в процессе покупки кассовых чеков от 22.07.2022, а также внешний вид приобретенных спорных товаров, соответствующих представленным в материалы дела вещественным доказательствам - маникюрным инструментам.

В этой связи, суд находит кассовые чеки в совокупности с представленными видеозаписями достаточным доказательством, указывающим на заключение сторонами договора розничной купли-продажи спорных товаров.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми не запрещенными законом способами.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством, как указано в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

В силу части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

При рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи согласно разъяснениям пункта 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания и др.

Таким образом, представленные в материалы дела кассовые чеки от 13.07.2022, 14.07.2022 являются надлежащими документами, на основании которых покупатель может подтвердить факт продажи ему товаров, приобретенных по договору розничной купли-продажи, в силу правил статьи 493 Гражданского кодекса РФ (договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара).

Поскольку ответчик осуществлял предпринимательскую деятельность путем заключения договоров розничной купли-продажи, то нахождение спорных товаров на прилавке, на стенде исходя из правовой позиции ВАС РФ, изложенной в Информационном письме № 122 от 13.12.2007, должно расценивается судом как публичная оферта.

Поскольку видеозаписи и кассовые чеки от 22.07.2022 признаны судом допустимым и достоверным доказательством, то факт распространения ответчиком спорных товаров следует считать доказанным.

Суду в рамках настоящего дела на основании части 3 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ и положений пункта 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», необходимо установить, является ли используемое ответчиком обозначение, сходным по степени смешения с зарегистрированным истцом товарным знаком.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», пункта 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» вопрос о наличии внешнего сходства между надписью «ZINGER» и обозначением, используемым ответчиком на упаковке товара, является вопросом факта, не требует специальных знаний и может быть разрешен судом без назначения экспертизы, с позиции рядового потребителя.

Незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак в соответствии с пунктом 34 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При визуальном сравнении зарегистрированного товарного знака истца с реализованными ответчиком товарами, суд считает возможным установить визуальное сходство – надпись английскими буквами «ZINGER».

Руководствуясь пунктом 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также положениями Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 № 647, учитывая высокую различительную способность спорного товарного знака, его узнаваемость, суд приходит к выводу о визуальном сходстве реализованного предпринимателем товара и охраняемого объекта интеллектуального права правообладателя.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Доказательств получения от правообладателя разрешения на использование обозначений, сходных с принадлежащим ему товарным знаком № 266060, предприниматель суду не предоставил.

В этой связи суд считает факт использования ответчиком прав правообладателя на товарный знак доказанным.

Рассмотрев требования правообладателя о взыскании компенсации, суд приходит к следующему.

В статье 1515 Гражданского кодекса РФ установлено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

- в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

- в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Таким образом, пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор способа защиты по собственному усмотрению.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

В абзаце 2 пункта 61 постановления № 10 указано, что заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель (абзац 5 пункт 61 постановления № 10).

В данном деле истец определил размер компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, исходя из двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, в обоснование которой представил лицензионной договор от 11.08.2021, заключенный между ООО «Зингер СПб» и ИП ФИО2, предоставляющий право на использование товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении товаров 08 класса МКТУ, а также услуг 35 класса МКТУ, каждый класс из которых содержит перечень товаров и услуг, отнесенных к этому классу, в общем количестве 14 товаров и услуг (11 товаров и 3 услуги) сроком до 11.08.2026.

Стоимость использования права определена пунктом 2.1 лицензионного договора и составила 750 000 руб. в год.

Оплата лицензионных платежей подтверждается платежными поручениями от 28.10.2021 № 130, от 06.12.2021 № 131, от 12.01.2022 № 4, от 01.02.2022 № 9, от 16.02.2022 № 20, от 01.04.2022 № 33, от 04.05.2022 № 42, от 02.06.2022 № 55, от 04.07.2022 № 69, от 02.08.2022 № 87, от 23.08.2022 № 110, от 03.10.2022 № 112.

Само по себе представление лицензионного договора (либо иных договоров) не предполагает, что компенсация должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом положений ст. 1301, 1311, 1406.1, п. 4 ст. 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права, способы использования права по договору и характер допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); аффилированность между лицензиаром и лицензиатом; иные обстоятельства.

С учетом указанных обстоятельств, суд может определить иную стоимость права использования объекта интеллектуальных прав тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, а, следовательно, и иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Сопоставляя условия представленного истцом лицензионного договора от 11.08.2021 с обстоятельствами допущенного правонарушения, суд приходит к выводу, что действия ответчика по реализации спорного товара, исходя из свидетельства на товарный знак № 266060 и условий лицензионного договора от 11.08.2021 соответствуют классу МКТУ - 35, а сам реализованный ответчиком товар (пинцет) относится к классу МКТУ - 08, так как является маникюрным инструментом.

Учитывая изложенное, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ представленные в материалы дела доказательства, учитывая период и характер допущенного нарушения, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав, действия по заключению лицензионного договора ответчиком не предприняты, исходя из принципов разумности и справедливости, суд считает заявленный размер компенсации – 62 500 руб. обоснованным.

При этом доводы ответчика об отсутствии доказательств стоимости использования исключительного права на товарный знак, принадлежащий истцу, опровергаются материалами дела – лицензионным договором от 11.08.2021, распространяющим свое действие на период с 11.08.2021 по 11.08.2026, платежными поручениями об исполнении лицензионного договора, а потому отклоняются судом.

Доводы о фактической стоимости товаров, аналогичным спорным, в размере от 274 руб., также отклоняются судом, как не имеющие доказательственного значения в виду наделения правообладателя гражданским законодателем правомочием по самостоятельному определению способа защиты нарушенных прав – взыскание убытков (статья 1252 Гражданского кодекса РФ) или компенсации (статья 1515 Гражданского кодекса РФ).

Поскольку истцом заявлено о взыскании компенсации, определенной в размере двукратной стоимости использования товарного знака в порядке подпункта 2 пункта 4 статья 1515 Гражданского кодекса РФ, то стоимость реализованного ответчиком товара не имеет доказательственного значения.

Контррасчет заявленных требований ответчик не представил, ходатайство о снижении размера компенсации не заявил, основания для снижения заявленного истцом размера компенсации ответствуют.

Поэтому иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

Разрешая вопрос о распределении судебных издержек и судебных расходов по делу, суд приходит к следующим выводам.

Истцом заявлены судебные издержки в виде стоимости почтовых отправлений в размере 120 руб., стоимости вещественного доказательства - приобретенного у ответчика товара в сумме 450 руб., расходов за получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб.

В подтверждение несения данных издержек истцом представлены: списки внутренних почтовых отправлений от 23.08.2022 № 272 и 21.06.2023 № 250, кассовый чек от 22.07.2022 на сумму 150 руб., кассовый чек от 22.07.2022 на сумму 150 руб., кассовый чек от 22.07.2022 на сумму 150 руб.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

Предметом иска является взыскание компенсации за нарушение исключительного права.

В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товаров, содержащих обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

В связи с изложенным, расходы на приобретение представленных в материалы дела товаров в размере 450 руб. (кассовый чек от 22.07.2022 на сумму 150 руб., кассовый чек от 22.07.2022 на сумму 150 руб., кассовый чек от 22.07.2022 на сумму 150 руб.), стоимость которого не оспорена, отвечают установленным статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ критериям судебных издержек.

Расходы по государственной пошлине, понесенные истцом, применительно к статье 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ подлежат распределению на ответчика.

В силу подпункта 1 пункт 1 статьи 333.21 Налогового кодекса РФ при рассмотрении настоящего дела уплате подлежит государственная пошлина в размере 2 500 руб.

Истцом при обращении в арбитражный суд с исковым заявлением была уплачена государственная пошлина в размере 2 000 руб.

При таких обстоятельствах с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы, понесенные последним в связи с уплатой государственной пошлины, в размере 2 000 руб., оставшаяся сумма государственной пошлины, подлежащая уплате, в размере 500 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, данным в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

Поэтому заявитель должен доказать суду факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства несения истцом почтовых расходов в размере 120 руб. и расходов за получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб.

Списки внутренних почтовых отправлений от 23.08.2022 № 272 и 21.06.2023 № 250 не могут приняты судом в качестве доказательств несения почтовых расходов, поскольку не содержат в себе информацию о стоимости почтовых отправлений, какие-либо квитанции, чеки к ним не приложены.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства несения истцом почтовых расходов в сумме 120 руб. и расходов на получение выписки из ЕГРИП в сумму 200 руб., то данные судебные издержки не подлежат взысканию с ответчика.

При изложенных обстоятельствах требование истца о взыскании в его пользу судебных расходов подлежит частичному удовлетворению в размере – 2 000 руб. расходов по уплате госпошлины, 450 руб. расходов на покупку спорного товара.

В связи с признанием судом вещественного доказательства по делу – набора маникюрных принадлежностей, контрафактным товаром, возмещением истцу его стоимости, последний в силу пункта 75 Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» подлежит уничтожению после вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 170, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПб» (194044, <...> литер А, офис 18Н, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) 62 500 руб. компенсации, а также 2 000 руб. судебных расходов на оплату госпошлины, 450 руб. судебных издержек.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 500 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия, и по истечении этого срока вступает в законную силу.

Судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Судья А.А. Архипенко