АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620000, <...> стр. 1,

www.ekaterinburg.arbitr.ru e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Екатеринбург

16 июля 2025 года Дело №А60-27833/2025

Резолютивная часть решения объявлена 08 июля 2025 года

Полный текст решения изготовлен 16 июля 2025 года

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи Смагина К.Н., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Акимовой А.К., рассмотрел в судебном заседании дело №А60-27833/2025 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Портекс» (ИНН <***>, ОГРН: <***>) к Уральской электронной таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании недействительным решения Уральской электронной таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10511010/240924/5042339,

при участии в судебном заседании:

от заинтересованного лица: ФИО1, представитель по доверенности от 27.12.2023, удостоверение, диплом.

Представители иных лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично - путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Свердловской области по веб-адресу https://rad.arbitr.ru.

Процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов составу суда не заявлено.

Общество с ограниченной ответственностью «Портекс» (заявитель) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением к Уральской электронной таможне (заинтересованное лицо) о признании недействительным решения № 02-25/67 от 27 февраля 2025 г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10511010/240924/5042339.

Определением арбитражного суда от 21.05.2025 заявление принято к производству, в рамках подготовки дела к судебному разбирательству назначено предварительное судебное заседание.

От заинтересованного лица 16.06.2025 поступил отзыв на заявление. Отзыв приобщен к материалам дела в порядке ст. 75 АПК РФ.

Определением суда от 17.06.2025 судебное разбирательство назначено на 08.07.2025.

07.07.2025 в суд в электронном виде через систему «Мой Арбитр» от заявителя поступили возражения на отзыв, которые приобщены судом к материалам дела.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Портекс» (предыдущее наименование ООО «КАДУЦЕЙ ВИТРО», декларант) с целью таможенного декларирования товаров, ввезенных на территорию Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) на основании контракта от 17 мая 2024 г. № C/320/17052024/ENG/RUB (далее - Контракт), заключенного с компанией «ENGMAR MUHENDISLIK VE GEMI SANAYI LIMITED SIRKETI», на Уральский таможенный пост (центр электронного декларирования) Уральской электронной таможни (далее - таможенный пост) подана декларация на товары (далее - ДТ), которой присвоен регистрационный номер № 10511010/240924/5042339.

Таможенная стоимость определена декларантом в соответствии со статьей 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

В связи с тем, при контроле таможенной стоимости товаров по ДТ№ 10511010/240924/5042339, таможенным органом установлено, что величина заявленной декларантом таможенной стоимости значительно отличается от таможенной стоимости однородных товаров, продекларированных другими участниками ВЭД в соответствующий период времени, Уральской электронной таможней в соответствии со статьей 326 ТК ЕАЭС в адрес декларанта направлен запрос о предоставлении дополнительных документов и сведений.

Дополнительные документы были представлены в таможенный орган 08.11.2024г.

Уральским таможенным постом (ЦЭД) в рамках пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС в адрес декларанта направлены основания, по которым представленные при проведении проверки документы и сведения о товаре не устраняют имеющиеся сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости, а также запрос о предоставлении дополнительных документов и сведений.

По мнению таможенного органа, представленными заявителем документами и сведениями не обоснован объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с однородными товарами, ввезенными в Российскую Федерацию при сопоставимых условиях, в связи с чем вынесено решение Уральской электронной таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10511010/240924/5042339.

В качестве причин изменения заявленных сведений о таможенной стоимости товаров указано, что представленные документы и сведения не содержат объективных оснований более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой однородных товаров, ввозимых в тот же период времени другими декларантами. Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, не основываются на достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации.

Не согласившись с принятым решением Уральского таможенного поста (ЦЭД), Заявитель обратился в Уральскую электронную таможню с жалобой на данное решение.

Решением Уральской электронной таможни от 27.02.2025№ 02-25/67 по жалобе (далее – Решение по жалобе от 27.02.2025) на решение, действие (бездействие) таможенного органа - Решение от 26.12.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10511010/240924/5042339, признано правомерным.

Не согласившись с указанным решением, заявитель обратился в Арбитражный суд Свердловской области с рассматриваемым заявлением.

Изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд руководствуется следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч. 2 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

По смыслу статей 200 и 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для удовлетворения требования заявителя о признании недействительным ненормативного правового акта, незаконными действий (бездействия) необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие оспариваемого акта, действий (бездействия) нормам действующего законодательства и нарушение ими прав и законных интересов заявителя.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо (ст. 65 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

В соответствии с п. 3 ст. 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Согласно п.п. 4 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией

В соответствии с подпунктами 4 и 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС в декларации на товары подлежат указанию, в том числе сведения о товарах, в частности, таможенная стоимость товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров), и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза (пункт 2 статьи 313 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 указанной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

При завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС (пункт 17 статьи 325 ТК ЕАЭС).

В результате анализа документов и сведений, представленных ООО «КЛДУЦЕИ ВИТРО» к совершению таможенных операций по ДТ № 10511010/240924/5042339 и представленных по запросу таможенного органа установлено следующее.

В соответствии с Контрактом Поставщик обязан поставить, а Покупатель - получить и оплатить Товары, согласно инвойсам, которые являются неотъемлемой частью Контракта.

Разделом 4 Контракта установлены следующий порядок оплаты: оплата за товар по Контракту производится Покупателем на условиях предоплаты. Поставка товара производится в течение 365 календарных дней после предоплаты партии Товара. В случае не поставки товара в установленный срок, Поставщик обязан произвести возврат авансового платежа в срок не позднее 365 дней с даты предоплаты (пункт 4.3). Допускается оплата в течение 180 дней после получения товара (4.4).

Поставка товарной партии осуществлялась на основании инвойса от 10.09.2024 № MRT100924, на сумму 4 628 646,48 руб.

В подтверждение оплаты за ввезенный товар ООО «КАДУЦЕЙ ВИТРО» представлено платежное поручение от 15.07.2024 № 17 на сумму 21 820 000,00 руб.

Как указывает заинтересованное лицо, в графе «назначение платежа» представленного платежного поручения содержится ссылка только на Контракт, а также проформу инвойс от 13.06.2024 № 1306ЕпСА, без указания инвойсов по поставкам.

Представленная проформа инвойс от 13.06.2024 № 1306ЕпСА выставлена на сумму 21 820 000,00 руб., при этом поставка товара в рамках инвойса осуществила на 4 628 646,48 руб.

Сумма платежного поручения значительно превышает стоимость товара по ДТ 10511010/240924/5042339. При этом сопоставить произведенный платеж с анализируемой поставкой, по мнению заинтересованного лица, не представляется возможным.

В ДТС-1 в графе 11(a) указана цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за товары, не идентифицируемая относительно представленного инвойса.

Заявитель указывает, что расхождения связаны с дополнительными расходами поставщика в размере 257 063,09 руб.

Как следует из пояснений представителя таможенного органа, на момент проведения таможенного контроля определить вид и порядок распределения дополнительных начислений между товарами не представлялось возможным.

При анализе данных указанных в представленной декларантом экспортной декларации страны отправления таможенным органом установлено следующее.

- в графе «Номер предварительной регистрации» представленной экспортной деклараций знаки «I» или «Е» отсутствуют, что противоречит правилам заполнения таможенных деклараций.

- в графе «наименование и номер рейса транспортного средства» в экспортной декларации заявлен номер воздушного судна 4В6482, однако в графе 18 ДТ № 10511010/240924/5042339 заявлен номер воздушного судна 4В-6486.

- в экспортной таможенной декларации указан документ под номером SLZ-220240716-03/SLZ-20240723-04, когда как товары ввезены в рамках контракта № С/320/17052024/ENG/RUB.

Таким образом, по мнению заинтересованного лица, вышесказанные факты поставили под сомнение достоверность экспортной декларации, представленной декларантом, а также информацию, которую она содержит.

Совокупность вышеуказанных обстоятельств, по мнению таможенного органа, свидетельствует о том, что представленные документы и сведения не содержат объективных обоснований более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных товаров, ввозимых в тот же период времени другими декларантами. Следовательно, выявленный признак заявления недостоверных сведений о таможенной стоимости, содержащийся в пункте 5 Положения, не был объяснен декларантом в ходе проведения проверки, в связи с чем у таможенного органа имелись основания для изменения сведений о таможенной стоимости товаров.

Таким образом, как пояснил представитель заинтересованного лица, таможенному органу на момент проведения проверки не представлялось возможным установить стоимость сделки, как величину денежных средств, фактически уплаченных или подлежащих уплате за товары и подтвердить соблюдение условий статьи 39 ТК ЕАЭС, при которых таможенной стоимостью товаров является стоимость сделки с ними.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, приведенной в пункте 19 Пленума Верховного Суда N 49, Президиума Высшего Арбитражного суда РФ, изложенной в постановлении от 19.04.2005 № 13643/04, позиции ФТС России, изложенной в "Обзоре практики рассмотрения ФТС России жалоб на решения, действия (бездействие) таможенных органов", отказ в применении первого метода определения таможенной стоимости в связи с наличием каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, возможен только в том случае, когда таможенный орган установил конкретные условия или обязательства, которые предусматривает сделка купли-продажи, способные оказывать такое влияние, но влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

В случае если таможенным органом не установлены конкретные условия и обязательства индивидуального характера, связанные с продажей товара определенному Покупателю, способные оказывать влияние на цену сделки, вывод о невозможности применения метода 1 является необоснованным.

Согласно позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 19.06.2007 № 3323/07, стоимость товаров, приведенная в таможенной декларации, может быть сопоставлена с суммой, обозначенной в счете-фактуре (инвойсе), платежном поручении, экспортной декларации, ведомости банковского контроля. При их совпадении можно утверждать, что цена сделки подтверждена надлежащим образом.

Эти обстоятельства фактически не опровергнуты таможенным органом.

В целях надлежащей реализации права декларанта на предоставление документов, сведений и пояснений таможенный орган в соответствии с пунктом 15 статьи 325 Таможенного кодекса ЕАЭС извещает его об основаниях, по которым предоставленные документы и сведения о товаре не устраняют имеющиеся сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости, в том числе с учетом иных собранных таможенным органом документов и полученных сведений (например, сведений, полученных от лиц, имеющих отношение к производству, перемещению и реализации ввозимых (идентичных, однородных) товаров, контрагентов декларанта, иных государственных органов, таможенных органов иностранных государств, транспортных и страховых компаний и т.п.).

Обществом в целях документального подтверждения применения метода по стоимости сделки представлены в таможенный орган имеющиеся у него документы, в подтверждение таможенной стоимости (контракт, инвойс, ВБК, спецификация и транспортные документы, экспортная декларация, банковские документы и др.)

Так, Заявителем для подтверждения оплаты декларируемой поставки были представлены следующие документы:

- платежное поручение № 17 от 15.07.2024 на сумму 21 820 000 руб.,

- проформа-инвойс № 1306EnCA от 13.06.2024 на сумму 21 820 000 руб., указанная в назначении платежа платежного поручения,

- инвойс на поставку № MRT100924 от 10.09.2024,

- внешнеторговый контракт поставки № C/320/17052024/ENG/RUB от 17.05.2024,

- ведомость банковского контроля (ВБК),

-детализация произведенных платежей в виде акта сверки взаиморасчетов по

внешнеторговому контракту за период 17.05.2024 - 07.11.2024.

Согласно п. 4.3. Контракта оплата за Товар производится Покупателем на условиях предоплаты. Продавцом была выставлена проформа-инвойс № 1306EnCA от 13.06.2024, в которую вошли позиции, в том числе продекларированные в спорной ДТ. Перевод осуществлен в счет данной проформы-инвойса, в связи с чем сумма заявления на перевод больше, чем сумма спорной поставки

В представленной Заявителем ведомости банковского контроля отражена оплата по декларации № 10511010/240924/5042339 в размере 4 628 646.48 руб.

Согласно статье 6 Федерального закона от 10.12.2003 № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» валютные операции между резидентами и нерезидентами осуществляются без ограничений.

Пункт 2 статьи 24 этого же закона накладывает на резидентов обязанности по предоставлению информации и ведению в установленном порядке учета и отчетности по проводимым ими валютным операциям.

В соответствии с Инструкцией Банка России от 16.08.2017 № 181-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их представления» ведомость банковского контроля представляет собой документ, в котором осуществляется учет всех валютных операций и распределение денежных средств.

Представленная ВБК содержит сведения о спорной ДТ, включая сумму, идентичную стоимости товара в инвойсе. Представленное платежное поручение дополнительно подтверждает произведенную оплату, содержа номер и дату контракта, данные плательщика и получателя, а также указание на предоплату по проформе-инвойсу.

В совокупности с ВБК, в которой отражена информация о платежах в разрезе конкретных таможенных деклараций (в том числе проверяемой), платежное поручение подтверждает оплату товара в размере, согласованном сторонами сделки и, во всяком случае, не свидетельствует о перечислении покупателем продавцу иной суммы за проверяемые товары.

Таким образом, оплата произведена Заявителем в полном объеме и соответствует данным ВБК. При этом таможенный орган не доказал, что ввезенный товар не был оплачен Декларантом либо оплачен в ином размере. Факт оплаты ввозимых товаров с учетом предоплаты таможенным органом не опровергнут.

«Укрупненные» оплаты с учетом объема ввозимого товара и продолжительности поставок при наличии ведомости банковского контроля не могут являться основанием для признания информации недостоверной. Отрицательное сальдо в ведомости банковского контроля не свидетельствует о неподтвержденности оплаты за товары по заявленной цене, наличие задолженности перед покупателем свидетельствует о том, что покупателем перечислено денежных средств больше, чем поставлено товара, однако данное обстоятельство не указывает, что общество оплатило по данной поставке стоимость в большем размере.

Доводы заинтересованного лица о том, что в ДТС-1 в графе 11(a) указана цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за товары, не идентифицируемая относительно представленного инвойса судом также отклоняется, поскольку согласно инвойсу на поставку товаров № MRT100924 от 10.09.2024 цена за аккумуляторные батареи (модель 324-GM011WHA00) составляет 2 737 127.35 руб.

При этом инвойс содержит отдельную позицию расходов «Handling» в размере 257 063.09 руб. как общую сумму, относящуюся ко всей поставке.

Позиция Заявителя основана на том, что эти расходы являются неотъемлемой частью цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за товар, и их включение обеспечивает полноту и достоверность заявленной таможенной стоимости.

Указанные в инвойсе расходы на «Handling» непосредственно связаны с декларируемой поставкой и включают все действия по подготовке товара для продажи, то есть являются сервисными затратами на стороне поставщика, распределены пропорционально стоимости каждого товара и учтены в графе 11(а) ДТС-1, поскольку не попадают под определение расходов, указанных в других графах ДТС (транспортные расходы, страхование и т.д.), были учтены добросовестно при декларировании.

Такой подход обеспечивает полноту и достоверность таможенной стоимости, исключает риск её занижения, и, кроме того, ранее применялся Заявителем без замечаний со стороны таможенных органов.

Правомерность и обоснованность учета данных расходов объясняется так же тем, что форма ДТС-1 не предусматривает отдельной графы для расходов на «Handling» (расходы на «Handling» не относятся к транспортным, страховым или иным расходам, указанным в других графах ДТС), таможенная стоимость включает цену товара и все дополнительные расходы, связанные с его приобретением и доставкой; ? включение данных расходов в графу 11(а) является единственным возможным способом корректного отражения таких затрат в ДТС.

При этом невключение расходов «Handling» привело бы к занижению таможенной стоимости. Добавление этих расходов в таможенную стоимость гарантирует полное и 3 точное отражение фактически уплаченной суммы за товар.

Кроме того, суд также учитывает, что данное основание не было отражено в Уведомлении, направленном в соответствии с п. 15 ст. 325 ТК ЕАЭС, что лишило Заявителя возможности своевременно предоставить пояснения и опровергнуть соответствующие доводы.

Таким образом, несмотря на формальное соблюдение процедуры направления Уведомления, фактическое содержание Уведомления не позволило Заявителю реализовать свое право на предоставление пояснений и доказательств по тем основаниям, которые в итоге легли в основу оспариваемого Решения.

Указанные действия таможенного органа противоречат правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума № 49), согласно которой при осуществлении контроля таможенной стоимости в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган обязан обеспечить декларанту реальную возможность устранить возникшие сомнения в достоверности заявленной стоимости.

В целях надлежащей реализации данного права декларанта таможенный орган в соответствии с п. 15 с. 325 ТК ЕАЭС извещает его об основаниях, по которым предоставленные документы и сведения о товаре не устраняют имеющиеся сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости, в том числе с учетом иных собранных таможенным органом документов и полученных сведений.

Игнорирование этого обязательства, в том числе неполное раскрытие оснований в Уведомлении, нарушает права декларанта.

Довод заинтересованного лица о том, что оспариваемое решение принято в отношении ООО «КАДУЦЕЙ ВИТРО, в то время как заявление направлено от лица - ООО «Протекс», права и законные интересы которого не затрагивались судом отклоняется ввиду следующего.

Общество с ограниченной ответственностью «Кадуцей Витро» было переименовано в общество с ограниченной ответственностью «Портекс». Изменения наименования юридического лица были внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 17.04.2025.

Решение Уральского таможенного поста, оспариваемое в рамках настоящего дела, было принято 26.12.2024, то есть до указанной даты. Заявление об оспаривании данного решения было подано в суд уже после внесения изменений в ЕГРЮЛ и с учетом нового наименования юридического лица – ООО «Портекс».

При этом, ИНН, адрес регистрации юридического лица и другие реквизиты остались неизменными, что подтверждает правовую преемственность ООО «Портекс» в отношении ООО «Кадуцей Витро» и сохранение всех прав и обязанностей.

Кроме того, смена директора, на которую ссылается таможенный орган, произошла уже после подачи заявления в суд. На момент подачи заявления у представителя имелись все необходимые полномочия, подтверждённые доверенностью, выданной действующим на тот момент директором.

Суд также отмечает, что Обществом представлена экспортная декларация страны вывоза, согласно которой совокупность отраженных в данном документе сведений о товаре согласуется со сведениями о товаре, оформленном по спорной декларации. Экспортная декларация является коммерческим документом иностранного контрагента, не может находиться во владении резидента, а потому может быть предоставлена Обществом по требованию Таможни только в том виде, в каком получена от поставщика, в связи с чем возложение ответственности за вышеуказанные отдельные недостатки в оформлении экспортной декларации на покупателя товара является неправомерным.

Достоверность экспортной декларации таможенным органом при рассмотрении настоящего дела не опровергнута. Равно как не представлена какая-либо иная экспортная декларация страны вывоза товара.

Таможенный пост, сомневаясь в достоверности Экспортной декларации, на основании Соглашения между Правительством РФ и Правительством КНР о сотрудничестве и взаимной помощи в таможенных делах от 03.09.1994 был вправе самостоятельно направить запрос в компетентные органы КНР с целью подтверждения или опровержения содержащихся в Экспортной декларации сведений.

Данным полномочием Таможенный пост не воспользовался, необоснованно возложив на Общество бремя подтверждения достоверности Экспортной декларации.

Таким образом, факт заключения сделки на определенных условиях декларантом документально подтвержден в форме, не противоречащей закону.

Обществом были приняты все меры для предоставления таможенному органу полной информации о ввозимых товарах.

Согласно разъяснениям пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 49), принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

При оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Кодекса следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ N 49).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Согласно пункту 11 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49 отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 Таможенного кодекса.

Различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки и служить основанием для внесения изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

На формирование цены может оказывать влияние система факторов, в том числе: технические, функциональные и качественные характеристики товара, коммерческие условия сделки, налоги страны импорта, колебания курсов валют, объем поставки, условия оплаты и прочие. Эти причины могут привести к объективным расхождениям в уровне цен на один и тот же товар.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 10 Постановления Пленума №49 система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

Таким образом, приведенные таможенным органом доводы несостоятельны и не могут служить основанием для корректировки таможенной стоимости товаров.

Представленные обществом документы при подаче ДТ являлись достаточными для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара и правомерности определения ее по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Сведения, содержащиеся в документах сделки, выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости, описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты.

Таким образом, ввезенный товар соответствует предмету внешнеторгового контракта, условия о наименовании, количестве, цене товара, в том числе условие оплаты за поставляемый товар являются согласованными сторонами контракта. Данные сведения позволяют соотнести спецификацию с поставкой партии товара по ДТ. Исполнение обязательств по контракту сторонами осуществлено в соответствии с условиями контракта.

Исходя из вышеизложенного, представленные в материалы дела документы подтверждают согласование и исполнение сторонами внешнеэкономической сделки всех основных ее условий по поставке задекларированного в спорной таможенной декларации товара, в отсутствие доказательств недостоверности предоставленных при декларировании товара документов либо заявленных в них сведений, а также доказательств наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, либо условий, влияние которых не может быть учтено, в связи с чем суд признает соблюденными обществом требования пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС к формированию цены сделки.

Следовательно, выводы таможенного органа в решении о невозможности в применении первого метода определения таможенной стоимости товара, задекларированного в спорной ДТ, являются немотивированными и необоснованными, а указанные основания формальными, не влияющими на правомерность первоначально использованного обществом первого метода определения таможенной стоимости.

Ценовая информация, использованная таможенным органом при корректировке таможенной стоимости, не была сопоставлена с конкретными условиями осуществленной заявителем сделки.

Кроме того, суд считает, что аналог товара подобран не совсем корректно. Необходимо отметить, что модель, представленная в качестве аналога, не совпадает с моделями товара, ввезенного Обществом поскольку характеристики аналога и ввозимого товара не сопоставимы.

В качестве аналога подобран товар, имеющий брендирование GreenBean, в то время как у оцениваемого товара товарный знак отсутствует. Наличие товарного знака GreenBean указывает на специфические технологические решения, гарантии качества и репутацию бренда, которые напрямую влияют на рыночную стоимость товара.

Кроме того, , у подобранного аналога и оцениваемого товара имеются различия в размерных характеристиках (размер Аккумулятора GreenBean NP-F970 - 38,4х60х70,4 мм, размер оцениваемого товара 170 х 102 х 11 мм), согласно информации официального сайта GreenBean аккумулятор GreenBean можно использовать с устройствами марки GreenBean, а также SONY и др., конструкция которых подразумевает применение аккумуляторов NP-F970 с адаптером типа SONY NP-F для питания. Декларируемый товар такой специфической совместимости не имеет, что ограничивает его рыночный потенциал и может отразиться на цене.

У подобранного аналога имеется встроенный контроллер питания, который отсутствует у ввозимого товара. Согласно информации официального сайта GreenBean, Аккумулятор GreenBean NP-F970 оборудован встроенным контроллером питания, обеспечивающим защиту от перезаряда, глубокого разряда, перегрузки по току и короткого замыкания. Наличие или отсутствие такого контроллера существенно влияет на стоимость и безопасность аккумулятора, и не может игнорироваться при определении однородности.

Суд также учитывает, что у аналога и ввозимого товара имеется различие в диапазоне рабочих температур. Ключевым отличием является диапазон рабочих температур: от - 20°С до +60°С у GreenBean NP-F970 против 0°С до +45°С у аналога, что подтверждается представленной декларантом технической документацией. Это существенно расширяет функциональность аккумулятора GreenBean, подобранного в качестве аналога, и позволяет использовать его в более широком диапазоне условий, т.е. круглогодично, что, несомненно, отражается на его стоимости.

Информация, содержащаяся в базах данных ДТ, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по методам по цене сделки с идентичными или однородными товарами. В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Таможенный орган в оспариваемом решении не обосновал недостаточность представленных Обществом документов или их недействительность, не указал конкретные причины/признаки, по которым должным образом не подтверждаются представленные сведения о таможенной стоимости товаров, а приведенные таможней доводы не могут служить основанием для изменения метода определения таможенной стоимости товаров «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

Согласно п.2 ст. 80 ТК ЕАЭС документы и (или) сведения, необходимые для совершения таможенных операций, могут не представляться таможенному органу при их совершении, если сведения о таких документах, и (или) сведения из них, и (или) иные сведения, необходимые таможенным органам для совершения таможенных операций, могут быть получены таможенными органами из информационных систем таможенных органов, а также из информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в рамках информационного взаимодействия таможенных органов и государственных органов (организаций) государств-членов. В таком случае лица, определенные настоящим Кодексом, указывают сведения об этих документах и (или) сведениях в таможенной декларации или представляют их таможенным органам иным способом в соответствии с настоящим Кодексом.

С учетом вышеизложенного, суд признает обоснованным вывод заявителя о том, что представленные декларантом документы в совокупности выражают содержание сделки, содержат ценовую информацию, относящуюся к количественно определенным характеристикам товара, информацию об условиях поставки и оплаты за товары.

Таможенный орган не доказал отсутствие в представленных заявителем при декларировании товара документах сведений, необходимых для определения таможенной стоимости по избранному им методу. Правомерность применения первого метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами таможенным органом не опровергнута.

Таким образом, декларантом выполнено требование, установленное ст. 313 ТК ЕАЭС, заявляемая таможенная стоимость товаров и представляемые сведения, относящиеся к ее определению, основаны на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (контракт, спецификация, инвойс, иные документы).

При таких обстоятельствах суд считает, что оспариваемое решение следует признать недействительным.

Согласно ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются судом со стороны.

Поскольку заявленные требования удовлетворены, понесенные заявителем расходы по уплате государственной пошлины относятся на заинтересованное лицо в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Заявленные требования удовлетворить.

2. Признать недействительным решение Уральской электронной таможни № 02-25/67 от 27.02.2025 по жалобе на решение УТП (ЦЭД) от 26.12.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10511010/240924/5042339 после выпуска.

Обязать Уральскую электронную таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

3. Взыскать с Уральской электронной таможни (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Портекс» (ИНН <***>, ОГРН: <***>) государственную пошлину в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

4. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

5. Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

6. В соответствии с ч. 3 ст. 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе «Дополнение».

В случае неполучения взыскателем исполнительного листа в здании суда в назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о вручении.

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная жалоба, (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства) исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа будет размещена в карточке дела «Дополнение».

Судья К.Н. Смагин