ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Москва
24.07.2023
Дело № А40-101314/2021
Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2023 года
Полный текст постановления изготовлен 24 июля 2023 года
Арбитражный суд Московского округа в составе:
председательствующего-судьи Голобородько В.Я.,
судей Савиной О.Н., Колмаковой Н.Н.
при участии в заседании:
от ФИО1-ФИО2 р=по дов от 18.05.22
ФИО3 к/у лично паспорт
Иные-не явились
рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО4
на постановление от 15.03.2023
Девятого арбитражного апелляционного суда
по заявлению конкурсного управляющего
ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам
должника контролирующих его лиц
в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СП-ПРОЕКТ»
УСТАНОВИЛ:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СП-ПРОЕКТ» (далее -должник, общество) в упрощенной процедуре конкурсного производства отсутствующего должника, открытой решением от 27.08.2021, конкурсный управляющий должником 02.12.2021 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (заявление от 06.06.2022), о привлечении ФИО4, ФИО5, Повидало С.М., ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (принято к рассмотрению определением от 24.12.2021).
Также конкурсный управляющий 20.07.2022 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (принято к рассмотрению определением от 18.08.2022).
Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.09.2022 указанные заявления объединены для совместного рассмотрения.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2022 в удовлетворении объединенного заявления конкурсного управляющего отказано.
Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2022 отменено, в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО4, принят в указанной части новый судебный акт. Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО «СП-ПРОЕКТ» ФИО1 и ФИО4; в части размера привлечения к субсидиарной ответственности производство по делу приостановлено; в остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.
Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление суда апелляционной инстанции в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника ООО «СП-Проект».
Заявитель в кассационной жалобе указывает на неправильное применение судом норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, утверждая, что ФИО1 никогда не являлся в действительности фактическим единоличным исполнительным органом должника и не осуществлял никаких действий и (или) бездействия, которое привело к образованию задолженности перед кредиторами; 29.11.2019 юридически с ФИО1 сняты полномочия единоличного исполнительного органа Должника, в связи с чем, ФИО1, после введения процедуры банкротства, не имел ни теоретической ни практической возможности передать конкурному управляющему бухгалтерскую и иную корпоративную документацию Должника, в силу того что не обладал ею.
Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО4 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление суда апелляционной инстанции в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности (в части отмены определения Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2022 об отказе в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности), и в отмененной части оставить в силе определения Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2022.
Заявитель в кассационной жалобе указывает на неправильное применение судом норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, утверждая, что суд апелляционной инстанции не учел, что согласно письменным пояснениям ответчика ФИО8 она не передала документацию общества следующего генеральному директору ФИО1, и, как указывала Богатая Е.В., документы о деятельности должника остались по месту заключения договора аренды; судом апелляционной инстанции не дана оценка недобросовестному поведению ФИО8, ФИО1 и ООО «Западный Мост» по заключению договора аренда в отсутствие возможности для оплаты, а также в отсутствие какой-либо экономической целесообразности; заявителем не доказано, а апелляционным судом не установлено, что непередача ФИО4 конкретных документов затруднило проведение мероприятий конкурсного производства и как следствие причинило вред кредиторам.
Представитель ФИО1 в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал; представитель конкурсного управляющего должника в отношении удовлетворения кассационных жалоб возражал.
Иные лица, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направили, что в силу ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.
Обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.
В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
Как установлено судами и подтверждается материалами дела,
ФИО6 являлась участником общества в период с 06.07.2009 до 02.09.2016; ФИО10 являлась участником общества в период с 06.07.2009 до 02.09.2016, а также его руководителем в период с 06.07.2009 до 31.08.2015; Повидало С.М. является участником общества с 31.08.2015; Богатая Е.В. являлась участником общества в период с 31.08.2015 до 02.09.2016, а также его руководителем в период с 31.08.2015 до 29.06.2016; ФИО5 является участником общества с 31.08.2015; ФИО1 являлся руководителем должника в период с 29.06.2016 до 29.11.2019; ФИО4 являлась руководителем общества в период с 29.11.2019 до 03.08.2021 (дата признания должника банкротом), ФИО9 в состав органов управления общества не входил.
Обращаясь с заявлением о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий вменял им следующие нарушения:
- ФИО8, ФИО1, ФИО4, ФИО9 - нарушение пункта 2 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а именно неисполнение ответчиками обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника;
- ФИО6, ФИО10 (Повидало) Е.А., Повидало С.М., ФИО8, ФИО5 - нарушение пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, а именно несовершение ответчиками действий по созыву общего собрания участников общества для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника;
- ФИО1, ФИО4, ФИО9 - нарушение пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, пункта 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ
«Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ), пункта 1 статьи 7, пунктов 1, 4 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон № 402-ФЗ), а именно неисполнение обязанности по ведению бухгалтерского учета и хранению документации общества, непередаче документации новому руководителю/конкурсному управляющему.
Разрешая настоящий спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по заявленным конкурсным управляющим основаниям.
С выводами суда первой инстанции не согласился апелляционный суд, признав наличие оснований для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, по следующим основаниям.
Как указывает конкурсный управляющий в апелляционной жалобе и дополнениях к ней, по состоянию на 31.12.2016 должник имел признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, что подтверждается бухгалтерской отчетностью должника, согласно которой деятельность должника в 2016 г. стала носить убыточный характер (убыток на конец года составил 5 073 000 руб.). Из анализа деятельности общества не усматривается наличие у руководителя плана выхода из кризиса. Напротив, в 2017 г. должник фактически прекратил вести хозяйственную деятельность. Исходя из указанных обстоятельств конкурсный управляющий полагает, что действовавший на тот момент руководитель должника ФИО1 должен был не позднее 31.01.2017 обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, чего им сделано не было. С 29.11.2019 руководителем должника являлась ФИО4, которая должна была исполнить указанную обязанность не позднее 29.12.2019. Также конкурсный управляющий указывает что ФИО9 будучи фактическим руководителем организации должен был контролировать его деятельность и после внесения соответствующих изменений в законодательство о банкротстве обеспечить принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.
Оценивая приведенные конкурсным управляющим доводы, апелляционный суд отметил, что они не могут служить основанием для отмены судебного акта суда первой инстанции в части отказа в привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве исходя из следующего.
В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, а также статье 61.12 данного Закона, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному на встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.
С 30.07.2017 указанная ответственность распространяется также на лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания участников для решения вопроса об обращении в суд с соответствующим заявлением (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).
Как указывает конкурсный управляющий, ФИО1 должен был инициировать процесс банкротства общества не позднее 31.01.2017; ФИО4 - не позднее 29.12.2019, ФИО9 - не позднее 01.08.2017.
Если признать верным данное утверждение, то на ФИО1 может быть возложена ответственность по обязательствам общества, возникшим в период с 01.02.2017 до 29.11.2019, на ФИО4 - в период с 29.12.2019 до 08.06.2021 (дата возбуждения дела о банкротстве должника), на ФИО9 - в период с 01.08.2017 до 08.06.2021.
Между тем, конкурсный управляющий ни в заявлении, ни в апелляционной жалобе не раскрыл наличие у общества таких обязательств.
Апелляционный суд указал, что, как пояснил конкурсный управляющий в судебном заседании, в реестр требований кредиторов должника включены требования единственного кредитора -ООО «Западный мост», обязательства должника перед которым возникли из договора аренды, заключенного 04.05.2016. После истечения срока действия данного договора 04.04.2017 был заключен новый договор.
Апелляционный суд отметил, что в момент заключения первоначального договора на стороне руководителя (на тот момент руководителем должника являлась Богатая Е.В.) еще не возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества (как подтвердил конкурсный управляющий, должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества по состоянию на конец 2016 г.), а значит не имел место обман кредитора руководителем путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества. Вместе с тем, как указал в судебном заседании представитель ООО «Западный мост», на протяжении всего действия договора от 04.05.2016 арендные платежи вносились должником не в полном объеме и не в установленный срок. В этой связи при заключении договора на новый срок кредитору было известно о том, что должник не имеет возможности надлежащим образом исполнять свои денежные обязательства. Следовательно, заключая с должником новый договор кредитор принял на себя риск неплатежеспособности последнего.
При таких обстоятельствах, апелляционный суд сделал правильный вывод о том, что на ответчиков не может быть возложена ответственность по обязательствам должника перед ООО «Западный мост». На наличие у должника обязательств перед другими кредиторами, возникших вследствие введения последних в заблуждение относительно платежеспособности должника, конкурсный управляющий не ссылался. Наличие таких обязательств материалами дела не подтверждено.
При таких обстоятельствах оснований для привлечения ФИО1, ФИО4, ФИО9 к субсидиарной ответственности по указанному основанию апелляционным судом не найдено.
Заявляя требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по данному основанию, конкурсный управляющий в заявлении и апелляционной жалобе сослался на непередачу ФИО1 и ФИО4 документации общества после прекращения их полномочий единоличного исполнительного органа должника. Также конкурсный управляющий указал на то, что обязанность по передаче документации должника в равной степени распространяется на ФИО9, являющегося фактическим руководителем организации. Данная обязанность им также не исполнена.
Апелляционный суд не нашел оснований для отмены судебного акта в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9, поскольку материалы дела не содержит достаточных доказательств, подтверждающих довод конкурсного управляющего об осуществлении последним фактического руководства деятельностью должника, посчитав, что указанный довод основан исключительно на объяснениях ФИО1 и ФИО8, данных ими в суде первой инстанции. Между тем, учитывая наличие у указанных лиц заинтересованности в результате рассмотрения настоящего дела, апелляционный суд посчитал, что данные ими объяснения в отсутствие иных доказательств, подтверждающих осуществление ФИО9 фактического руководства деятельностью должника не могут быть положены в основу выводов по делу.
Между тем, апелляционный суд не согласился с выводами суда об отсутствии оснований для привлечения к ответственности бывших руководителей общества ФИО4 и ФИО1 ввиду следующего.
Согласно пункту 4 статьи 32 и статье Закона 40 Закона № 14-ФЗ руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. В целях осуществления своих полномочий директор имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества, включая документы бухгалтерского учета.
Пунктом 1 статьи 7 Закона № 402-ФЗ установлено, что ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.
При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации (пункт 4 статьи 29 Закона № 402-ФЗ). Указанное касается и иных документов организации.
Как было указано выше, руководителем общества с 29.06.2016 до 29.11.2019 являлся ФИО1 Именно в указанный временной период у общества возникли признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества. При этом материалы дела не содержат доказательств передачи ФИО1 документации общества новому руководителю должника - ФИО4 В свою очередь последняя после назначения ее на должность руководителя общества не предприняла меры по восстановлению непереданной ей ФИО1 документации должника.
Как указал конкурсный управляющий в судебном заседании, последняя бухгалтерская отчетность была сдана обществом за 2016 г.; отчетность за 2017-2021 гг. в налоговые органы не сдавалась; указанная отчетность, а также первичные учетные документы конкурсному управляющему в нарушение пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве бывшим руководителем ФИО4 переданы не были.
По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53) под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность определения основных активов должника и их идентификации.
При рассмотрении дела, конкурсный управляющий обращал внимание, что согласно последней бухгалтерской отчетности у должника по состоянию на 31.12.2016 имелись оборотные активы на сумму 8 176 000 руб. Однако в ходе инвентаризации эти активы не были обнаружены, их судьба неизвестна.
При таких обстоятельствах апелляционный суд обоснованно не согласился с выводом суда о том, что непередача документации не привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства.
Как указано в постановлении № 53 в случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства.
Апелляционный суд пришел к выводу о том, что в данном случае суд первой инстанции безосновательно освободил ответчиков от опровержения презумпции, предусмотренной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Так суд не учел, что в отсутствие документов о деятельности должника управляющий, как правило, не может полноценно вести работу, направленную на пополнение конкурсной массы путем взыскания дебиторской задолженности, виндикации имущества, оспаривания сделок и т.п. (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2022 № 305-ЭС21-23266).
Возражая против доводов жалобы, ФИО1 указывал на номинальный характер его полномочий как руководителя должника, ссылаясь на то, что он стал директором общества по просьбе ФИО9, который и являлся реальным руководителем общества. Между тем, рассматривая возражения в данной части, апелляционный суд не установил наличие в материалах дела достаточных доказательств подтверждающих данный довод. При этом суд отметил, что ссылка ФИО1 на номинальный характер его полномочий сама по себе достаточным основанием для освобождения его от субсидиарной ответственности не является (абзац второй пункта 6 постановления № 53).
При таких обстоятельствах апелляционный суд пришел к правильному выводу о доказанности конкурсным управляющим наличия оснований для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов.
Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер указанной ответственности равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.
Учитывая, что мероприятия по формированию конкурсной массы и расчеты с кредиторами не завершены, апелляционный суд сделал правильный вывод о приостановлении производства по делу в части определения размера субсидиарной ответственности.
Судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что выводы апелляционного суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.
Доводы кассационных жалоб, подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции.
Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (ч. ч. 1, 3 ст. 286 АПК РФ).
Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (ч. 2 ст. 287 АПК РФ).
Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.
Нормы материального права применены правильно.
Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационных жалоб не имеется.
Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ПОСТАНОВИЛ:
постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2023 по делу № А40-101314/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий судья В.Я. Голобородько
Судьи: О.Н. Савина
Н.Н. Колмакова