ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А
http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Санкт-Петербург
16 мая 2025 года
Дело №А56-41745/2024/сд.1
Резолютивная часть постановления объявлена 29 апреля 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 16 мая 2025 года
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
в составе:
председательствующего Сотова И.В.
судей Будариной Е.В., Тойвонена И.Ю.
при ведении протокола судебного заседания: секретарем Дмитриевой Т.А.
при участии:
от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 16.09.2024 г.
от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 02.12.2024 и ФИО5 по доверенности от 02.12.2024,
от ФИО8: представитель ФИО6 по доверенности от 11.07.2024
от ф/у: ФИО7 по доверенности от 26.10.2017
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-7637/2025, 13АП-7638/2025) ФИО1 и ФИО8 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.02.2025 г. по делу № А56-41745/2024/сд.1, принятое по заявлению конкурсного кредитора ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8
ответчик: ФИО1
установил:
ФИО3 (далее –кредитор) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее- арбитражный суд) с заявлением о признании ФИО8 (далее - ФИО8, должник) несостоятельным (банкротом).
Определением арбитражного суда от 01.08.2024 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9.
В рамках процедуры реструктуризации долгов конкурсный кредитор ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением (впоследствии уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)), в котором он просил:
- признать недействительным брачный договор от 07.06.2023 №78 АВ 3907885, заключенный между ФИО8 и его супругой ФИО1 (далее – ответчик);
- применить последствия недействительности сделки в виде восстановления режима общей собственности должника и супруги в отношении следующего имущества: автомобиля НИССАН X-Trail 2.0 LE VIN JN1TBNT31U0027493, автомобиля РЕНО KANGOO VIN <***> и квартиры площадью 36,4 кв.м. с кадастровым номером 78:36:0013101:11257 по адресу: Санкт-Петербург, <...>.
Определением арбитражного суда от 18.02.2025 г. заявление кредитора удовлетворено.
Данное определение обжаловано в апелляционном порядке должником и ответчиком; в апелляционных жалобах их податели (с учетом их консолидированной позиции) указывают на отсутствие у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков банкротства и, в частности, каких-либо кредиторов с учетом также отсутствия сведений о предъявлении требований о взыскании с должника убытков; также апеллянты обосновывают экономическую целесообразность совершения сделки со ссылкой на здоровье должника и полагают, что со стороны кредитора при оспаривании этой сделки имеет место злоупотребление правом.
В суд от финансового управляющего и кредитора ФИО3 поступили отзывы на апелляционные жалобы, в которых указанные лица возражают против их удовлетворения, ссылаясь на необоснованность изложенных в них доводов и их несоответствие фактическим обстоятельствам дела.
В судебном заседании апелляционного суда представители должника и ответчика поддержали доводы своих апелляционных жалоб.
Представители финансового управляющего и кредитора ФИО3 против удовлетворения жалобы возражали по мотивам, изложенным в отзыве.
Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.
Как следует из материалов дела, ФИО8 и ФИО10 состоят в зарегистрированном браке с 18.03.1983, что подтверждается представленным в материалы дела свидетельством о заключении брака от 18.03.1983 IV-AK №275799.
При этом, ФИО8 и ФИО10 07.06.2023 заключили брачный договор №78 АВ 3907885 (далее – брачный договор), в соответствии с которым определены имущественные права и обязанности супругов и установлен режим раздельной собственности супругов на имущество, приобретаемое супругами, в браке и в случае его расторжения.
В частности, согласно условиям брачного договора в собственность супруги должника перешло следующее имущество:
- автомобиль легковой НИССАН X-TRAIL 2.0 LE; VIN: JN1TBNT31U0027493;
- автомобиль легковой РЕНО KANGOO; VIN: <***>;
- квартира площадью 36,4 кв.м. с кадастровым номером 78:36:0013101:11257 по адресу: Санкт-Петербург, <...>.
Кредитор, полагая, что вышеуказанная сделка является недействительной в соответствии со статьей 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.
Исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с соблюдением положений статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии условий для удовлетворения требований управляющего.
Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.
В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.
В частности, в соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.
В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.
В статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) закреплено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.
При этом супругам предоставлена возможность заключения соглашения по поводу юридической судьбы приобретенного ими имущества.
В соответствии со статьями 40 и 42 СК РФ брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 СК РФ), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.
Как разъяснено в подпункте 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума N 63), брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.
Согласно разъяснениям пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" (далее - постановление Пленума N 48), финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).
Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.
При этом, как предусмотрено пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:
- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;
- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы.
- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.
Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).
В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;
в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.
Вместе с тем, как разъяснил Верховный Суд РФ в определение от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4), вышеуказанные обстоятельства всего лишь презюмируют необходимые для признания сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условия, а сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки, равно как и осведомленности ответчика об этих признаках, не исключает выводы о фактическом наличии этих условий и не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.
При разрешении подобных споров суду следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и при отсутствии убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.
При определении же вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
В рассматриваемом случае судом принято во внимание, что на момент совершения оспариваемой сделки должник был осведомлен как о факте причинения в результате его неправомерных действий, как ликвидатора ООО «Питер Арт Сервис», убытков ФИО3, так и о предъявлении последним к нему требования в судебном порядке (исковое заявление кредитора о взыскании с должника убытков подано в суд 31.05.2023, оставлено без движения определением от 06.06.2023 г. и принято судом к производству определением от 16.06.2023 (дело № А56-50208/2023), в связи с чем суд в данном случае руководствовался также правовой позицией, содержащейся в определении ВС РФ от 17.12.2020 г. N 305-ЭС20-12206, согласно которой, в преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр. Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований, и в деле о банкротстве негативные последствия от такого поведения должника могут быть нивелированы посредством конкурсного оспаривания, направленного на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица.
Кроме того, в этой связи и применительно к доводам апелляционной жалобы коллегия еще раз отмечает, что актуальные на данный момент правовые подходы в сложившейся судебной практике, поддержанной (выработанной) в т.ч. Верховным Судом (в частности - в определении от 01.10.2020 г. N 305-ЭС19-20861(4) по делу N А40-158539/2016), сводятся к тому, что отсутствие у должника признаков несостоятельности (банкротства) на момент совершения сделки (а соответственно - и отсутствие осведомленности другой стороны сделки (ответчика) о наличии таких признаков) само по себе не препятствует квалификации сделки как подозрительной в соответствии с нормой пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку доказанность этих признаков всего лишь презюмируют цель причинения вреда кредиторам, а отсутствие таких признаков само по себе не исключает вывод о совершении сделки именно с этой целью, как исходит суд и из того, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.08.2019 г. N 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.
Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной, и напротив - если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.
Ввиду этого необходимо учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все иные обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 г. N 305-ЭС18-8671(2)), при том, что в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.07.2020 г. N 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений; вместе с тем, разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.
При этом, бремя доказывания безубыточного характера сделки и того обстоятельства, что ответчик при совершении сделки не мог знать о неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, в данном случае возлагается на лицо, ссылающееся на эти обстоятельства.
В этой связи судом первой инстанции установлено, что ответчик является супругой должника, то есть заинтересованным по отношению к должнику лицом применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве (данное обстоятельство ими не оспаривалось), ввиду чего ее осведомленность об имущественном положении должника презюмируется.
Как верно сослался суд первой инстанции, по условиям оспариваемого брачного договора должник утратил права на имущество, на которое распространялся режим общего имущества супругов и на которое могло быть обращено взыскание по обязательствам должника перед кредиторами.
При этом, брак между супругами был зарегистрирован 18.03.1983 года и до июня 2023 года ни должник, ни ответчик не предпринимали мер по разделу имущества или установлению иного статуса совместно нажитого имущества, как не приведены (не раскрыты) ими и какие-либо разумные экономические мотивы отчуждения имущества должником именно по брачному договору, при том, что возможность обеспечения использования принадлежащего должнику имущества супругой имелась в силу тесных родственных связей и без перехода права собственности.
Ввиду изложенного, принимая во внимание правовую природу брачного договора, не предусматривающего встречное исполнение, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что в результате совершения должником безвозмездной сделки по отчуждению имущества в пользу близкого родственника (супруги), являющейся по смыслу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к ФИО8, из конкурсной массы должника выбыло дорогостоящее имущество, за счет реализации которого могли бы быть удовлетворены требования его кредиторов, в связи с чем обоснованно признал эту сделку недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и, руководствуясь п. п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ и п. п. 2, 4 ст. 61.6 Закона о банкротстве, применил последствия ее недействительности в виде возвращения сторон в состояние, существовавшее до заключения брачного договора, а именно - восстановления режима совместной собственности ФИО8 и ФИО1 в отношении имущества, приобретенного в период их брака.
Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении данного спора фактические обстоятельства судом первой инстанций установлены правильно, проверены доводы и возражения сторон, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.
Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем они признаются апелляционным судом несостоятельными и не являющимися основанием для отмены вынесенного судебного акта. В частности, коллегия исходит из недоказанности (нераскрытия) апеллянтами экономической целесообразности заключения брачного договора при продолжении брачных отношений (иного ни апеллянтом, ни должником не доказано) и при совершении должником одновременно сделок по отчуждению другого принадлежащего ему имущества в пользу сына (обособленный спор № А56-41745/2024/сд.2), что с высокой степенью вероятности свидетельствует о том, что заключение обоих оспариваемых договоров преследовало цель освободить имущество супругов от правопритязаний потенциальных кредиторов.
Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.
Таким образом, определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, а апелляционные жалобы следует оставить без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил:
Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.02.2025 г. по делу № А56-41745/2024/сд.1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы Э.М.о. ФИО11 и ФИО1 - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.
Председательствующий
И.В. Сотов
Судьи
Е.В. Бударина
И.Ю. Тойвонен