АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА
пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000
http://fasuo.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
№ Ф09-853/25
Екатеринбург
03 июня 2025 г.
Дело № А60-27089/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2025 г.
Постановление изготовлено в полном объеме 03 июня 2025 г.
Арбитражный суд Уральского округа в составе:
председательствующего Кочетовой О.Г.,
судей Новиковой О.Н., Павловой Е.А.,
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2025 по делу № А60-27089/2024 Арбитражного суда Свердловской области.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.
В помещении Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2, (доверенность от 09.01.2025 № 01-25, паспорт).
определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.05.2024 принято к производству заявление акционерного общества «Геометрия» о признании общества с ограниченной ответственностью «Исток» (далее – общество «Исток», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.
Определением от 26.06.2024 в отношении должника общества «Исток» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО3, член Ассоциации ведущих арбитражных управляющих «Достояние».
Соответствующие сведения опубликовано в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве 28.06.2024 (сообщение № 14745830), а также в печатном издании «Коммерсантъ» от 06.07.2024 № 118(7808) (объявление № 77035879925).
В арбитражный суд 24.07.2024 поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – заявитель) о включении задолженности в размере 297 367 515 руб. 53 коп. в третью очередь реестра требований кредиторов должника.
Временный управляющий ФИО3 представил возражения относительно заявленных требований, просил признать требование индивидуального предпринимателя ФИО1 подлежащим учету в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.
Решением арбитражного суда от 11.10.2024 общество «Исток» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.
Определением суда от 03.10.2024 заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 о включении задолженности в размере 297 367 515 руб. 53 коп., из которых: 252 050 000 руб. основной долг по договору займа от 15.10.2020, 45 117 515 руб. 53 коп. проценты за пользование займом за период с 17.10.2020 по 24.06.2024 в третью очередь реестра требований кредиторов должника, удовлетворено.
Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2025 определение суда первой инстанции изменено. Требование индивидуального предпринимателя ФИО1 в размере 297 367 515 руб. 53 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очереди, предшествующей распределению ликвидационной квоты.
В кассационной жалобе индивидуальный предприниматель ФИО1 просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.
По мнению заявителя кассационной жалобы, им никогда не оспаривалось то обстоятельство, что он является контролирующим должника лицом и инициатором реализации бизнес-проекта, для финансирования которого должником привлекались денежные средства, а вывод апелляционного суда о наличии у него обязанности обеспечить финансирование деятельности должника исключительно посредством корпоративных процедур не может быть признан обоснованным, поскольку в данном случае выбор заемной модели финансирования осуществлен исходя из мотивов, не связанных с перераспределением рисков в отношениях с независимыми кредиторами.
Как полагает кассатор, суд апелляционной инстанции необоснованно пришел к выводу о возможности финансирования должника за счет вкладов в уставный капитал, поскольку в отсутствие воли второго участника общества «Исток» – акционерного общества «Стройглобал», предприниматель ФИО1 был лишен возможности использовать данную модель финансирования. При этом, по мнению кассатора, утверждение суда о наличии в данной ситуации возможности принятия участниками должника решения о непропорциональном внесении вкладов в его имущество, противоречило бы имущественным интересам ФИО1 Исходя из этого обстоятельства, кассатор полагает, что наличие у него формальной возможности осуществить финансирование должника посредством корпоративной модели (путем внесения вкладов в имущество общества) не является достаточным основанием для вывода о том, что только такой формат финансирования является допустимым.
По мнению кассатора, вывод апелляционного суда о наличии возможности оценить риски реализации проекта до привлечения сторонних инвестиций, противоречит действительности, поскольку в настоящем случае причиной невыполнения бизнес-проекта стало издание Министерством транспорта Российской Федерации Приказа от 02.06.2023 № 367-П «Об установлении приаэродромной территории аэродрома гражданской авиации Екатеринбург (Кольцово)», согласно которому существенная часть принадлежащих должнику на праве аренды земельных участков, предназначавшихся для возведения многоквартирных домов, оказалась в границах подзон с ограничениями на строительство объектов недвижимости выше определенных отметок, в результате чего, реализовать проект застройки в соответствии с первоначальным планом оказалось невозможно, а внесение изменений в проектную документацию существенно увеличивало сроки строительства и не соответствовало ожиданиям инвесторов о сроках возврата предоставленного ими финансирования. Кассатор считает, что данный неординарный и непредвиденный риск не может быть поставлен в вину ему, как руководителю должника, и, следовательно, не может являться основанием для субординации его требования.
Заявитель кассационной жалобы также полагает, что субординация его требования, в отсутствие на то оснований, нарушает баланс интересов участников спорных правоотношений, так как при полной тождественности его правового положения и иных займодавцев, независимые кредиторы получают преимущество в виде более высокой очередности удовлетворения своих требований. Ссылаясь на то, что различные модели софинансирования девелоперских проектов являются стандартной практикой в сфере строительства, а с учетом того, что совокупный размер средств, необходимых для реализации проекта застройки, составляет более 200 млрд. руб., кассатор утверждает, что обеспечение предпринимательской деятельности должника исключительно за счет его собственных средств, полученных посредством формирования уставного капитала, в принципе невозможно, ввиду чего, привлечение средств независимых кредиторов на начальном этапе реализации проекта, является единственно возможным способом ведения предпринимательской деятельности в данной сфере. В данных условиях, по мнению кассатора, апелляционный суд нарушил принцип равенства участников гражданского оборота, субординировав требование предпринимателя ФИО1 по мотиву наличия у него обязанности сформировать уставный капитал достаточного размера, что, с учетом масштабов деятельности должника, неисполнимо.
В дополнение к данному доводу кассатор ссылается на то, что все независимые кредиторы предоставили финансирование позднее предоставления денежных средств предпринимателя ФИО1, то есть действовали в условиях осведомленности о наличии у руководителя должника прав требований, вытекающих из договоров займа, то есть, конкурирующих с требованиями независимых кредиторов на случай банкротства, и ни один из кредиторов не отказался от заключения сделки в таких условиях.
В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника ФИО3 просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.
Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.
Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО1 как один из учредителей должника (50%) и бывший его директор, является контролирующим должника лицом.
Требования индивидуального предпринимателя ФИО1 основаны на предоставлении должнику займа для реализации последним бизнес-проекта по возведению, как многоквартирных домов, так и общественно-деловых зданий, обеспечивающих район необходимой социальной инфраструктурой (больницы, детские сады, школы и т.п.).
Между индивидуальным предпринимателем ФИО1 (займодавец) и обществом «Исток» (заемщик) 15.10.2020 был заключен договор займа, в соответствии с которым займодавец передал заемщику денежные средства в размере 50 000 000 руб. на срок до 15.10.2021 с условием о выплате процентов из расчета 10% годовых (уплата процентов должна быть произведена одновременно с возвратом суммы займа).
Впоследствии сторонами неоднократно подписывались дополнительные соглашения к указанному договору займа, которыми изменялась сумма займа и срок его возврата (размер процентов за пользование займом оставался неизменным).
В соответствии с последним из дополнительных соглашений (от 31.12.2023) сумма займа составила 252 050 000 руб., срок возврата – 31.12.2024. Заемные денежные средства предоставлены заемщику в общей сумме 261 050 000 руб., из которых 9 000 000 руб. были возвращены; общая сумма задолженности по возврату займа на основании договора от 15.10.2020 по состоянию на дату введения в отношении должника наблюдения составляет 252 050 000 руб.
В соответствии с пунктом 1.2 договора займа от 15.10.2020 сумма процентов за пользование займом за период с 17.10.2020 (дата, следующая за датой предоставления первого транша по договору займа) по 24.06.2024 (дата, предшествующая дню оглашения резолютивной части определения о введении процедуры наблюдения) из расчета 10% годовых составила 45 117 515 руб. 53 коп.
Ссылаясь на наличие задолженности по договору займа от 15.10.2020 на общую сумму 297 367 515 руб. 53 коп., индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в суд с заявлением о включении данного требования в реестр.
Возражая относительно включения требования ФИО1 в реестр, конкурсный управляющий должника ФИО3, ссылаясь на наличие с 06.03.2020 у ФИО1 статуса директора должника и его участника с долей в уставном капитале 50%, а также на вхождение должника в одну группу лиц с заявителем, который финансировал за счет предоставленного займа деятельность должника в период его неплатежеспособности и недостаточности имущества, и, кроме того, полагая, что контролирующее лицо, априори имевшее информацию об имущественном кризисе должника, не может конкурировать в реестре требований кредиторов должника с независимым добросовестным кредитором и получать удовлетворение своих требований наравне с ним, просил признать требование заявителя подлежащим учету в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.
В свою очередь ФИО1 дал следующие пояснения.
Общество «Исток» зарегистрировано в качестве юридического лица 06.03.2020, основной целью деятельности которого должна была явиться реализация крупного девелоперского проекта, а именно, застройка нового городского микрорайона в юго-восточной части г. Екатеринбурга, сравнимого по площади возводимого жилья с микрорайоном «Академический».
В рамках указанного бизнес-проекта предполагалось возведение как многоквартирных домов, так и общественно-деловых зданий, обеспечивающих район необходимой социальной инфраструктурой (больницы, детские сады, школы и т.п.). Застройка должна была осуществляться на земельных участках, принадлежащих обществу «Исток» на праве аренды, для чего, начиная с 2020 года, общество заключало необходимые сделки (договоры уступки прав и обязанностей по договорам аренды, участвовало в торгах на приобретение права аренды). В настоящее время обществу «Исток» на праве аренды принадлежит около 700 земельных участков общей площадью около 560 га, что подтверждается представленной в приложении сводной информацией о договорах аренды.
Согласно разработанному перед началом реализации проекта бизнес-плану, совокупный размер затрат на реализацию проекта должен был составить порядка 210 млрд. руб., из которых на начальном этапе (до получения разрешений на строительство и, соответственно, до приобретения застройщиком возможности предлагать строящиеся объекты недвижимости к реализации на основании договоров долевого участия в строительстве или инвестиционных договоров), необходимо было обеспечить финансирование в размере около 2,4 млрд. руб. Указанный размер финансирования должен был покрыть затраты застройщика на проектирование и возведение инженерных сетей.
Указанные затраты согласно бизнес-плану отнесены на 2020-2021 годы; в 2022 году предполагалось завершение строительства многоквартирных домов первой очереди, за счет чистой прибыли от продажи подлежали покрытию расходы начального этапа, а также расходы, необходимые для возведения последующих очередей.
Общество «Исток», с учетом значительности размера финансирования, а также нахождения земельных участков в федеральной собственности, что усложняло процесс предоставления права аренды в залог в качестве обеспечения, вариант привлечения кредитного (банковского) финансирования не рассматривало. Вместо этого должником использовано привлечение заемных средств на основании договоров процентного займа (по ставкам, меньшим по сравнению со ставками за пользование банковскими кредитами). Данные средства предоставлялись как предпринимателем ФИО1, так и сторонними кредиторами, выразившими заинтересованность в размещении свободных денежных средств в девелоперском проекте с правом получения процентов за пользование займом в размере, сравнимом со ставками при размещении депозитов.
Для целей финансирования проекта застройки (проектирование и возведение сетей) обществом «Исток» были привлечены заемные средства из следующих источников: индивидуальный предприниматель ФИО1 – 261 050 000 руб., общество с ограниченной ответственностью «Геометрия» – 146 000 000 руб., индивидуальный предприниматель ФИО4 – 95 000 000 руб., индивидуальный предприниматель ФИО5 – 25 000 000 руб., общество с ограниченной ответственностью «Инвестиции в строительство» – 15 000 000 руб.
Привлеченные средства израсходованы на оплату выполнявшихся подрядчиками проектных и строительно-монтажных работ, выплату арендной платы, то есть исключительно на цели, связанные с реализацией проекта (указанные обстоятельства подтверждаются данными бухгалтерского учета общества «Исток», в частности, отражением в бухгалтерском балансе затрат на строительство).
Также, согласно пояснениям заявителя, подобные условия финансирования девелоперских проектов являются достаточно стандартными для существующего оборота, поскольку застройщики (в особенности при реализации значительных проектов) ограничены в источниках финансирования: для банков начальная стадия реализации проекта (этап проектирования) представляется недостаточно прогнозируемой для оценки рисков, тогда как вряд ли возможно ожидать, что проекты могут финансироваться лишь за счет собственных средств застройщика в условиях, когда суммы затрат измеряются в миллиардах.
Дополнительной спецификой масштабной застройки является необходимость вложения значительных средств на первоначальном этапе в отношении одновременно всех будущих очередей строительства, поскольку только при таком условии может быть достигнута цель завершения строительства в ожидаемые застройщиком и обществом сроки (с учетом социальной значимости такого рода проектов как строительство целого района города, обеспеченного необходимой инфраструктурой).
Особенностью данного вида предпринимательской деятельности является то, что до момента завершения строительства и ввода в эксплуатацию любого объекта недвижимости, на строительство которого тем или иным способом привлекаются инвестиции, с формальной точки зрения застройщик всегда находится в состоянии имущественного кризиса, поскольку стоимость принадлежащих ему активов (в виде объекта незавершенного строительства или, на начальном этапе, вложенных в проектирование м подготовку к строительству средств) всегда значительно меньше средств, израсходованных на реализацию проекта и лишь по завершении строительства возведенный объект приобретает реальную ликвидность, которая может быть сопоставлена с объемом вложений.
Основываясь на положениях статей 310, 807, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями, приведенными в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.07.2009 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), принимая во внимание представление заявителем в материалы дела договор займа от 15.10.2020 с дополнительными соглашениями к нему от 23.12.2020, 01.04.2021, 20.09.2021, 16.12.2021, 14.04.2022, 03.10.2023, 14.10.2023, 31.12.2023, платежные поручения о предоставлении и возврате займа, расчет процентов за пользование займом, суд первой инстанции признал требования ФИО1 в заявленном размере обоснованными, и, с учетом пояснений относительно цели привлечения заемных средств, роли самого ФИО1 в финансировании бизнес-проекта, особенностей финансирования и реализации девелоперских проектов, специфики масштабной застройки, подлежащим удовлетворению в составе третьей очереди реестра требований кредиторов, не усмотрев оснований для его субординации.
Апелляционный суд, повторно изучив обстоятельства дела и исследовав представленные участниками дела доказательства, усмотрел наличие оснований для изменения определения суда первой инстанции в части очередности удовлетворения требования ФИО1 Признавая требование подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, апелляционный суд исходил из следующего.
Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве в применимой на момент разрешения спора редакции проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.
Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях и тематических обзорах судебной практики, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.
В случаях, когда обстоятельства спора помимо банкротного элемента осложняются еще и аффилированностью (формально-юридической или фактической) лиц, подлежит применению еще более высокий (наиболее строгий) стандарт доказывания - достоверность за пределами разумных сомнений.
В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), изложены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требований кредиторов, предполагающие не формальный подход к анализу требований аффилированных с должником лиц, а выяснение наличия оснований для применения механизма субординации их требований.
В соответствии с пунктом 9 Обзора очередность удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа, предоставленного в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, может быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства.
Неотъемлемым условием субординации требования кредитора по приведенному основанию является наличие у него бенефициарного интереса по отношению к должнику, заключающегося в возможности кредитора контролировать использование вложенных в общество средств и получать неограниченную прибыль как результат такого контроля в ситуации прибыльности проекта.
Сформулированная в данном пункте Обзора о субординации правовая позиция призвана обеспечить баланс между правами контролирующих должника лиц, выбравших менее рискованную для себя модель финансирования бизнеса, но сохраняющих при этом возможность получения неограниченной прибыли в случае успешности проекта, и правами кредиторов, финансирующих деятельность должника в рамках гражданско-правовых сделок и ограниченных в доходе от такого финансирования выгодой по этим сделкам.
Из представленных в материалы дела сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ и не опровергнутых участниками дела, следует, что индивидуальный предприниматель ФИО1 является лицом, контролирующим должника и обладающим правом давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (статья 61.10 Закона о банкротстве).
Согласно абзацу второму пункта 4 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участник корпорации обязан участвовать в образовании имущества корпорации в необходимом размере.
Если при создании организации учредители наделили юридическое лицо недостаточным имуществом и дофинансировали, то есть перераспределили риски утраты крупного вклада на случай возможного банкротства, это может свидетельствовать о том, что избранная контролирующим лицом процедура финансирования уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника (его учредителей, контролирующего лица) и прав независимых кредиторов.
По общему правилу, в связи с неопределенностью, присущей предпринимательской деятельности, учредителям хозяйственного общества заранее может быть неизвестно, является ли формируемый ими уставный капитал достаточным или нет.
Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, приняв во внимание цель создания общества «Исток» и пояснения самого ФИО1 в части изначальной осведомленности его о необходимости привлечения значительного размера финансирования для реализации вышеупомянутого бизнес-проекта и его сознательного выбора варианта финансирования данного проекта, при том, что уставный капитал должника составляет лишь 10 000 руб., а из представленных в материалы дела доказательств и пояснений ФИО1 не следует наличия у него на момент начала реализации проекта какой-либо неопределенности относительно рынка и масштабов деятельности нового, созданного им, участника гражданского оборота, при том, что ему было заведомо известно о невозможности должника вести на начальном этапе нормальную предпринимательскую деятельность ввиду несоответствия наличного имущества объему планируемых мероприятий, апелляционный суд, не получив от заявителя разумных объяснений относительно выбора модели финансирования бизнес-проекта и связи его с возможным перераспределением риска на случай банкротства, отметив наличие у ФИО1, как учредителя и участника должника, возможности увеличить вклад в уставный капитал в размере выданного должнику займа, для чего не требуется соблюдения равного участия в таком финансировании всех участников общества, поскольку доля участника определяется пропорционально внесенному вкладу, пришел к правильному и обоснованному выводу о том, что ФИО1, будучи контролирующим должника лицом, намеренно отказался от предусмотренных законом механизмов капитализации через взносы в уставный капитал, или вклады в имущество контролируемого общества и воспользовался предусмотренным законом минимальным размером уставного капитала, не выполняющим гарантирующую функцию, с целью перераспределить риск утраты крупного вклада на случай неуспешности коммерческого проекта, повлекшей банкротство подконтрольной организации.
Избранная ФИО1 процедура финансирования посредством предоставления контролирующему должнику займов уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника (его учредителей, контролирующего лица) и прав независимых кредиторов.
Более того, лицами, участвующими в процессе, не опровергается, что инициатором проекта был должник, именно он предлагал инвесторам присоединиться к проекту, обосновывая его прибыльность и успешность.
При указанных обстоятельствах, с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 9 Обзора о субординации, суд апелляционной инстанций обоснованно признал, что требование предпринимателя ФИО1 не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов и подлежит субординации.
Учитывая, что выплата участнику общества дивидендов осуществляется лишь в случае получения обществом прибыли от осуществляемой им деятельности, апелляционный суд правильно признал недостаточно обоснованным утверждение кредитора о том, что предоставление финансирования путем заключения договора займа имеет существенные положительные отличия (для заемщика) в части налоговых последствий.
Судом апелляционной инстанции также был отклонен довод представителя ФИО1 относительно того, что невыполнение бизнес-плана связано с невозможностью возведения жилых домов с проектной высотностью на земельных участках в зоне аэропорта и необходимостью изменения как проектной документации и всего проекта, поскольку, обращая внимание на выбранную модель финансирования, риск такой предпринимательской деятельности не может быть возложен на независимых кредиторов наравне с инициаторами проекта. Суд отметил, что в таком случае справедливо сначала вернуть денежные средства независимым инвесторам, и только потом приступить к погашению собственных затрат инициатора проекта.
Кроме того, апелляционным судом, с учетом того, что несение инвесторами риска невозврата (несвоевременного возврата) денежных средств, связанного с возбуждением дела о банкротстве, не свидетельствует о необходимости несения независимыми инвесторами такого риска наравне с инициаторами проекта (контролирующими лицами), обоснованно отклонен довод кредитора об априорной осведомленности инвесторов о рисковом характере финансирования строительства.
Суд округа считает, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют установленным фактическим обстоятельствам спора и имеющимся в деле доказательствам.
Доводы заявителя кассационной жалобы судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судом апелляционной инстанций при рассмотрении спора и могли повлиять на законность судебного акта либо опровергнуть выводы суда. Оснований для переоценки выводов суда, установленных им фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.
Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.
С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ПОСТАНОВИЛ:
постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2025 по делу № А60-27089/2024 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий О.Г. Кочетова
Судьи О.Н. Новикова
Е.А. Павлова