Актуально на:
16 сентября 2019 г.
Закон РФ "О средствах массовой информации" ( о СМИ ), N 2124-1 | ст. 62

Статья 62. Возмещение морального вреда

Моральный (неимущественный) вред, причиненный гражданину в результате распространения средством массовой информации не соответствующих действительности сведений, порочащих честь и достоинство гражданина либо причинивших ему иной неимущественный вред, возмещается по решению суда средством массовой информации, а также виновными должностными лицами и гражданами в размере, определяемом судом.

Президент
Российской Федерации
Б.ЕЛЬЦИН

Москва, Дом Советов России
27 декабря 1991 года
N 2124-1

Комментарий к ст. 62 Закона о СМИ

1. Комментируемая статья регламентирует вопрос возмещения средством массовой информации и виновными должностными лицами морального вреда гражданам. Основанием возмещения морального вреда является причинение вреда гражданину в результате распространения средством массовой информации не соответствующих действительности сведений, порочащих честь и достоинство гражданина либо причинивших ему иной неимущественный вред. В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам, в частности, относятся честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, личной и семейной.

Весьма обширной категорией судебных дел является взыскание компенсации морального вреда в связи с распространением средством массовой информации сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца.

В качестве примера см. Определение Санкт-Петербургского городского суда от 23 апреля 2014 г. N 33-4493/2014, которым установлено, что распространение в сети Интернет на сайте сетевого средства массовой информации сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца, установленное вступившим в законную силу решением суда, является основанием взыскания компенсации морального вреда с учредителя данного средства массовой информации, поскольку его редакция юридическим лицом не является.

Зачастую в одном исковом заявлении указываются требования о защите чести, достоинства и деловой репутации и взыскании компенсации морального вреда (например, см. Апелляционное определение Томского областного суда от 23 мая 2014 г. по делу N 33-1515/2014). В иске может быть указано на обязание ответчика дать опровержение (например, см. Апелляционное определение Верховного суда Республики Дагестан от 24 апреля 2014 г. по делу N 33-1418 о признании незаконным факта опубликования статьи в газете, обязании редакции газеты дать опровержение о незаконно опубликованной статье и взыскании с редакции газеты компенсации за причиненный вред).

2. Верховный Суд в ч. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" отметил, что судам необходимо отграничивать дела о защите чести, достоинства и деловой репутации (ст. 152 Гражданского кодекса РФ) от дел о защите других нематериальных благ, перечисленных в ст. 150 этого Кодекса, нарушенных в связи с распространением о гражданине сведений, неприкосновенность которых специально охраняется Конституцией РФ и законами и распространение которых может причинить моральный вред даже в случае, когда эти сведения соответствуют действительности и не порочат честь, достоинство и деловую репутацию истца.

В частности, при разрешении споров, возникших в связи с распространением информации о частной жизни гражданина, необходимо учитывать, что в случае, когда имело место распространение без согласия истца или его законных представителей соответствующих действительности сведений о его частной жизни, на ответчика может быть возложена обязанность компенсировать моральный вред, причиненный распространением такой информации (ст. ст. 150, 151 ГК РФ). Исключение составляют случаи, когда средством массовой информации была распространена информация о частной жизни истца в целях защиты общественных интересов на основании п. 5 ст. 49 комментируемого Закона. Эта норма корреспондирует со ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Как следует из материалов одного из дел, требование о компенсации морального вреда заявлено в связи с тем, что видеозапись интервью ответчиками, по мнению истицы, проведена без ее согласия, тем самым нарушены ее личные неимущественные права и частная жизнь. Между тем судом первой инстанции достоверно установлено, что истица ответчиков пригласила в дом добровольно, добровольно выразила согласие записать интервью на камеру, разрешила произвести съемку конкретных вещей в доме, выставив при этом условие, что при монтаже видеосюжета ее изображение будет заретушировано. Таким образом, истица осознавала, что интервью производится для видеосъемки, в ходе которой на видеозаписи будут запечатлены не только изображение истицы в заретушированном образе, но и обстановка в доме, включая наличие конкретных вещей. Оснований для компенсации морального вреда суды не усмотрели (см. Апелляционное определение Пермского краевого суда от 14 августа 2012 г. по делу N 33-7421-2012).

Если же имело место распространение не соответствующих действительности порочащих сведений о частной жизни истца, то ответчик может быть обязан опровергнуть эти сведения и компенсировать моральный вред, причиненный распространением такой информации, на основании ст. 152 Гражданского кодекса РФ.

По одному из дел судом отказано в удовлетворении требований о признании не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство сведений, указанных истцом в исковом заявлении, а также с учетом ст. 151 ГК РФ отказано во взыскании с ответчика компенсации морального вреда, поскольку истцом не предоставлены доказательства, подтверждающие факт распространения ответчиком спорных сведений, и объективно свидетельствующие о нарушении ответчиком его нематериальных прав (см. Апелляционное определение Саратовского областного суда от 5 марта 2014 г. по делу N 33-1308).

Заметим, что в случае, если не соответствующие действительности порочащие сведения были размещены в сети Интернет на информационном ресурсе, зарегистрированном в установленном законом порядке в качестве средства массовой информации, при рассмотрении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации суды руководствуются нормами, относящимися к средствам массовой информации. При рассмотрении спора юридически значимыми для дела обстоятельствами, относящимися к предмету доказывания, являются факт распространения сведений, их недостоверность и порочность. Истец доказывает лишь сам факт распространения упомянутых сведений ответчиком, а также порочащий характер этих сведений. Ответчик же обязан доказать соответствие распространенной информации действительности.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. В силу п. 1 ст. 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике.

Для наглядности приведем пример дела по иску об опубликовании опровержения статьи "С прилавков саранских магазинов изъяли ядовитые игрушки", размещенной в газете "Вечерний Саранск", как не соответствующей действительности и порочащей деловую репутацию истца, а также о взыскании в счет возмещения нематериального вреда 100000 руб.

Судом установлено, что на сайте прокуратуры Республики Мордовия размещена информация о проведении проверки соблюдения законодательства о защите прав потребителей (индивидуальный предприниматель В.). В ходе проверки изъяты образцы детских игрушек, не соответствующих СанПин 2.4.7.007-93 и ГН 2.3.3.972-00. Постановлением управления Роспотребнадзора предприниматель привлечен к административной ответственности.

Оценив спорную статью и информацию, размещенную на официальном сайте, суд пришел к выводу о том, что спорная информация заимствована с официального сайта государственного органа, в связи с чем ответчики не могут быть привлечены к ответственности за ее распространение. Кроме того, наименование производителя игрушек, изъятых у предпринимателя (ЗАО "Игрушки"), и наименование истца (ЗАО ПКФ "Игрушки") не совпадают (см. Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 17 февраля 2012 г. по делу N А39-818/2011).

Также см. Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 марта 2014 г. по делу N А64-2742/2013.

К оценочным высказываниям, устанавливающим абсолютную или сравнительную ценность какого-либо объекта, относятся собственно оценки, аналитические высказывания (отражающие, в частности, отношения основания - вывода), утверждения о целях, а также стандарты, нормы, конвенции, идеалы.

Как отметил в Постановлении от 25 июля 2013 г. по делу N А65-2278/2013 Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, "оценка объекта, хотя и основана на определенном знании о нем, описанием не является и, соответственно, не может быть истинной или ложной. Отсюда следует, что оценочное высказывание нельзя опровергнуть как не соответствующее действительности - его можно только оспорить, предлагая другую шкалу оценок, какой-то новый эталон, иные критерии. Оценочные высказывания не могут рассматриваться с точки зрения их достоверности, соответствия действительности, так как являются выражением личного мнения и взглядов. Они недопустимы лишь в том случае, если используются бранные слова, конструкции с оскорбительным переносным значением или оскорбительной эмоциональной окраской". Признано, что спорные словосочетания нельзя квалифицировать как оценочное суждение, т.к. оспариваемые истцом словосочетания по содержанию можно проверить на предмет их соответствия действительности. Соответственно оспариваемые словосочетания являются утверждением о факте.

3. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Конкретный размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пример. По делу о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда суд учитывал характер и содержание передачи, требования справедливости и разумности, а также степень нравственных страданий истцы, не приведших к ухудшению состояния ее здоровья. Ответчики не представили доказательства соответствия действительности распространенных ими сведений, конкретный источник получения таких сведений, при том что само распространение и порочащий характер сведений нашли свое подтверждение (см. Апелляционное определение Московского областного суда от 10 июня 2013 г. по делу N 33-12668/13).

Однако определение конкретного размера компенсации всегда представляет значительную сложность. В законодательстве, научных или практических разработках полностью отсутствует обоснованная методика расчета размера компенсации. Как, например, в материальном плане можно точно определить размер вреда, причиненного чести и достоинству, ведь данные понятия во многом носят субъективизированный характер? Еще более сложно определить размер компенсации морального вреда при посягательстве на деловую репутацию. Вред, причиненный распространением порочащей деловую репутацию юридического лица (или конкретного сотрудника, от доверия к которому контрагентов во многом зависит заключение договоров) информации, еще долго будет аукаться в коммерческой деятельности. Многие коммерческие гражданско-правовые сделки носят доверительный характер (агентский договор, поручение, комиссия, доверительное управление и т.д.). Распространение же информации, посягающей на деловую репутацию лица, может привести не только к расторжению уже заключенных и незаключению новых договоров, но и к упущенной данным лицом выгоде на протяжении нескольких лет или вообще разрушить репутацию. Адвокат же, риелтор, иной посредник, которому не доверяют клиенты, просто не сможет продолжать в том же городе работу по специальности. Подсчитать точный реальный моральный вред такому лицу, его упущенную выгоду от ухудшения репутации не представляется (по крайней мере, авторам Комментария) возможным.

Пример. Определяя размер компенсации морального вреда, суд обоснованно учел характер и содержание публикации, а также степень распространения недостоверных сведений, конкретные обстоятельства настоящего дела, требования разумности и справедливости и с учетом объема нарушенного права правильно определил размер компенсации нематериального вреда, подлежащей взысканию с ответчиков (см. Апелляционное определение Московского городского суда от 16 января 2014 г. по делу N 33-1007).

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Удовлетворяя требования истца о взыскании морального вреда частично в размере /__/ руб., суд исходил из требований разумности и справедливости, предусмотренных п. 2 ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ, а также учитывал конкретные обстоятельства, влияющие на размер возмещения: степень нравственных страданий истца, публичный характер его деятельности, объем тиража печатного издания газеты "/__/" (/__/ экз.). Довод жалобы о недоказанности причинения истцу морального вреда не принят судом, так как очевидно, что распространенные в отношении истца сведения дискредитируют его как личность, подрывают к нему доверие, умаляют его честь и деловую репутацию, что само по себе влечет нравственные страдания (см. Апелляционное определение Томского областного суда от 23 мая 2014 г. по делу N 33-1515/2014).

4. При этом для оценки содеянного необходимо различать утверждения о фактах, которые не соответствуют действительности и могут быть проверены, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, так как, являясь выражением субъективного мнения и взглядов, они не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. Об этом также см. разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, приведенное в п. 7 Постановления от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц".

Порочащими могут быть признаны не все сведения, которые характеризуют лицо негативным образом. Например, порочащими не будут сведения о факте осуждения лица за совершенное преступление, если об этом имеется вступившее в законную силу решение суда.

Судебная коллегия с учетом установленных по делу обстоятельств и представленных сторонами доказательств сочла правильным вывод суда первой инстанции о невозможности признания порочащими истца сведений о его задержании по подозрению в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических средств. При этом учтен тот факт, что вступившим в законную силу приговором Ш.В.Э. осужден к длительному сроку лишения свободы за совершение преступления, по подозрению в совершении которого он был задержан <...>.

Сведения о задержании Ш.В.Э. по подозрению в совершении преступления, связанного с незаконным оборотом наркотических средств, распространенные в спорном телерепортаже, признаны соответствующими действительности и не порочащими истца. Указание имени, фамилии и сведений о прошлой судимости истца его права и законные интересы не нарушило (см. Апелляционное определение Верховного суда Республики Карелия от 19 марта 2013 г. по делу N 33-663/2013).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела, являются:

- факт распространения ответчиком сведений об истце;

- порочащий характер этих сведений;

- несоответствие сведений действительности, при том что обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике.

Так, например, судом установлено, что в газете действительно была опубликована статья под названием "Обращение к ногайской общественности", однако, проанализировав сведения, содержащиеся в статье, суд пришел к правильному выводу о недоказанности порочащего характера опубликованных сведений, умаляющего честь, достоинство или деловую репутацию заявителей, а также ущемляющего их права или охраняемые законом интересы. Содержание статьи соответствует убеждениям и позиции истцов, за исключением утверждения в тексте статьи о создании Федеральной культурной национальной автономии ногайцев России. Суд обратил внимание, что "доказательств того, что ответчиком были распространены сведения, порочащие честь и достоинство истцов, суду представлено не было, в связи с чем судом в указанной части иска правомерно отказано", при этом "заявители не представили суду доказательств, подтверждающих причинение им физических и нравственных страданий действиями ответчика, нарушающими их личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие им другие нематериальные блага" (см. Апелляционное определение Верховного суда Республики Дагестан от 24 апреля 2014 г. по делу N 33-1418).

Таким образом, даже если суждение корреспондента будет содержать негативную оценку адресата, но при этом не будет допускать прямых оскорблений, журналист ответственность нести не должен.

Как неоднократно указывал Европейский суд по правам человека, свобода выражения мнения, как она определяется в п. 1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, представляет собой одну из несущих основ демократического общества, основополагающее условие его прогресса и самореализации каждого его члена. Свобода слова охватывает не только информацию или идеи, которые встречаются благоприятно или рассматриваются как безобидные либо нейтральные, но также и такие, которые оскорбляют, шокируют или внушают беспокойство. Таковы требования плюрализма, толерантности и либерализма, без которых нет демократического общества.

На приведенные выше положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод сослался суд, установив порочащий характер сведений, содержащихся в опубликованных материалах и указанных истцами в исковом заявлении. Порочащий характер заключается в том, что в них фактически описывается поведение истца - сотрудника ГУ МВД России по <адрес> ФИО1 и иных сотрудников ГУ МВД России по <адрес>, которое представляется не только как грубое, неэтичное, неправильное, но и как содержащее признаки уголовно наказуемых деяний. Порочащий характер указанных сведений подтверждается и тем, что аналогичные по содержанию сведения, оформленные ФИО2 в виде заявления в правоохранительные органы, послужили основанием для проверки следственными органами наличия в действиях ФИО1 признаков преступлений, предусмотренных ст. ст. 285, 286 УК РФ. Как установлено судом, из оспариваемых истцами сведений усматривается утверждение о фактах, поскольку авторы публикаций в категоричной форме, не допускающей иного толкования, указывают на фамилии, места события, время совершения конкретных действий (см. Апелляционное определение Волгоградского областного суда от 26 февраля 2014 г. по делу N 33-2240\2014).

При рассмотрении дел по требованию о защите чести, достоинства и деловой репутации судам надлежит устанавливать, являлись ли высказывания ответчика утверждениями о фактах либо высказывания ответчика представляли собой выражение его субъективного мнения.

5. Следует также отметить разработки проф. А.М. Эрделевского, применяемые некоторыми судами для определения размера компенсации морального вреда. Профессор определил максимальный размер компенсации морального вреда в 720 минимальных размеров оплаты труда, который в каждом конкретном случае умножается на определенный понижающий коэффициент. Коэффициенты присвоены каждому неправомерному действию, при котором может быть нанесен моральный вред. Эрделевский А.М. рекомендует применение следующей формулы:

где D - размер компенсации действительного морального вреда;

fv - степень вины причинителя вреда, при этом 0 < fv < 1;

j - коэффициент индивидуальных особенностей потерпевшего, при этом 0 < j < 2;

c - коэффициент учета заслуживающих внимания фактических обстоятельств, при этом 0 < c < 2;

fs - степень вины потерпевшего, при этом 0 < fs < 1.



Изменения документа
Аа
Аа
Аа
Идет загрузка...