Актуально на:
21 марта 2019 г.

Решение Верховного суда: Определение N 201-АПУ17-36 от 21.09.2017 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№201-АПУ17-36

АПЕЛЛЯЦИОННОЕОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 21 сентября 2017 г.

Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Крупнова И.В.,

судей Воронова А.В., Сокерина С.Г.

при секретаре Фомине С.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Эпигова Х.С., Тавзурханова Н-М. Л А., адвокатов Жангоразова М.А., Доронина СИ. на приговор Московского окружного военного суда от 14 июля 2017 г., которым граждане

Межиев К Х

несудимый,

осужден к лишению свободы по ч. 1 ст. 205! УК РФ (в редакции Федерального закона от 9 декабря 2010 г. № 352-ФЗ) на срок 6 лет и по пп. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ) на срок 3 года, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательное наказание Межиеву К.Х. назначено в виде лишения свободы на срок 7 лет в исправительной колонии общего режима;

Эпигов Х С

судимый 3 декабря 2014 г. Урус Мартановским городским судом Чеченской Республики по ч. 1 ст. 222, п. «в ч. 2 ст. 115 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год в колонии-поселении и с ограничением свободы на срок 6 месяцев, освобожденный 12 мая 2015 г. от отбывания наказания в виде лишения свободы на основании п. 5 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 г. № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов»,

осужден по пп. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (в редакции Федерального

закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ) к лишению свободы на срок 4 года в

исправительной колонии строгого режима;

Тавзурханов Н Л

судимый 1 марта 2016 г. Замоскворецким районным судом г. Москвы по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к лишению свободы

на срок 6 месяцев в исправительной колонии общего режима,

освобожденный 27 мая 2016 г. по отбытию срока наказания; осужденный 3

марта 2017 г. Замоскворецким районным судом г. Москвы по ч. 3 ст. 30, пп.

«а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года 6 месяцев в

исправительной колонии строгого режима,

осужден по пп. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ) к лишению свободы на срок 4 года и на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний по данному приговору и приговору Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 3 марта 2017 г окончательное наказание Тавзурханову Н-М. Л-А. назначено в виде лишения свободы на срок 5 лет в исправительной колонии строгого режима.

С осужденных Межиева К.Х., Эпигова Х.С, Тавзурханова Н-М. Л-А. в пользу потерпевшего М в солидарном порядке взыскано 89490 рублей в возмещение имущественного вреда, а также в долевом порядке в счет компенсации морального вреда: с Межиева К.Х. - 20000 рублей, с Эпигова Х.С. и Тавзурханова Н-М. Л-А. - по 30000 рублей с каждого.

Разрешены вопросы о мере пресечения, процессуальных издержках вещественных доказательствах, начале срока отбывания наказания осужденными.

Заслушав доклад судьи Воронова А.В., объяснения осужденных Межиева К.Х., Эпигова Х.С, Тавзурханова Н-М. Л-А. с использованием систем видеоконференц-связи в поддержку доводов апелляционных жалоб выступления адвокатов Жангоразова М.А. в защиту осужденного Межиева К.Х., Антоновой А.Н. в защиту осужденного Эпигова Х.С, Дружинина Г.А. в защиту осужденного Тавзурханова Н-М. Л-А., мнение прокурора Малютиной Ж.К., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения апелляционные жалобы без удовлетворения, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации

установила Межиев признан виновным и осужден за вовлечение лица в совершение преступления, предусмотренного ст. 208 УК РФ, в период с 29 января по 4 февраля 2016 г.

Кроме того, Межиев, Эпигов и Тавзурханов признаны виновными и осуждены за грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества группой

лиц по предварительному сговору с применением насилия, не опасного для

жизни или здоровья, что совершено ими 9 июня 2016 г.

Адвокат Жангоразов в апелляционной жалобе, поданной в защиту

осужденного Межиева, просит приговор изменить и оправдать своего

подзащитного по обвинению в совершении преступления, предусмотренного

ч. 1 ст. 205 УК РФ, а также смягчить наказание, назначенное Межиеву по

пп. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ. По мнению защитника, выводы суда не

соответствуют фактическим обстоятельства дела, судом нарушены требования ст. 73, 307 УПК РФ. Утверждение Межиева о поездке с

О в Турцию с туристическими целями не опровергнуто, билеты ими

приобретались туда и обратно. Достоверные доказательства наличия у Межиева мотива на переправку О в Сирию отсутствуют. Показания Межиева на предварительном следствии получены насильственными методами и являются самооговором. Результаты оперативно-розыскной деятельности, которые суд положил в основу приговора, не соответствуют требованиям, предъявляемым к доказательствам. Оперативно-розыскное мероприятие «наблюдение», фиксация результатов оперативно-розыскной деятельности, изъятие предметов и документов осуществлялись в нарушение установленного порядка. Заключения фоноскопических экспертиз являются недопустимыми доказательствами. Показания свидетелей Б «В » и потерпевшего М голословны, указанные лица заинтересованы в исходе дела, их показания не подтверждают вину Межиева являются недопустимыми доказательствами. Межиеву назначено несправедливое наказание вследствие суровости. Не учтено, что он ранее к уголовной и административной ответственности не привлекался Общественная и трудовая деятельность Межиева, помощь матери являющейся инвалидом 1 группы, страдающей онкологическим заболеванием, также не приняты судом во внимание.

Осужденный Эпигов в апелляционной жалобе просит приговор изменить, смягчить назначенное наказание, утверждая, что суд не принял во внимание его явку с повинной, признание своей вины, искреннее раскаяние Обращает внимание на тяжелые жизненные обстоятельства, явившиеся причиной совершения преступления, признает исковые требования потерпевшего.

Осужденный Тавзурханов в апелляционной жалобе просит изменить приговор и смягчить назначенное ему наказание, которое, по мнению осужденного, является чрезмерно суровым. Утверждает, что судом не учтено признание им своей вины, наличие у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка, тяжелое материальное положение побудившее совершить преступление.

В апелляционной жалобе адвоката Доронина, поданной в защиту осужденного Тавзурханова, высказывается просьба об изменении приговора и смягчении Тавзурханову наказания. В обоснование защитник указывает на обстоятельства, характеризующие личность Тавзурханова, признание им своей вины, его раскаяние в содеянном, принесение извинений

потерпевшему, готовность возместить причиненный вред, нахождение на

иждивении несовершеннолетнего сына, больной матери, наличие у

Тавзурханова статуса ветерана боевых действий, положительные

характеристики по месту жительства. Полагает, что назначенное наказание

является несправедливо строгим, не учитывает в полной мере личность

Тавзурханова и условия жизни его семьи.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель

Емельянов П.П. просит приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционных жалобах, выслушав стороны, Судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения приговора.

Выводы суда первой инстанции о доказанности вины Межиева Эпигова и Тавзурханова сделаны в результате всестороннего, полного исследования собранных по делу доказательств и выполнения требований ст.

15 УПК РФ об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон.

Обстоятельства, при которых совершены преступления и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, установлены правильно позиции каждой из сторон проанализированы и объективно оценены.

В приговоре, как это предусмотрено ст. 307 УПК РФ, содержится описание преступных действий Межиева, Эпигова и Тавзурханова с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины и мотивов приведены основания, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, не допущено.

Виновность Межиева в вовлечении в период с 29 января по 4 февраля 2016 г. О в совершение преступления, предусмотренного ст. 208 УК РФ, а именно в участие в деятельности незаконных вооруженных формирований, входящих в международную организацию «Исламское государство», признанную решением Верховного Суда Российской Федерации от 29 декабря 2014 г. террористической, подтверждается:

показаниями Межиева в ходе предварительного следствия, данными при допросе в качестве обвиняемого 12 августа 2016 г. и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что он под влиянием своего родственника А решил через Турцию переправиться на территорию, подконтрольную «Исламскому государству», а также позвать с собой О , который согласился на это предложение. А дал ему контакты лица, занимавшегося организацией перелетов лиц, желающих выехать на территорию деятельности «Исламского государства», которое приобрело им с О авиабилеты в г. Стамбул и обратно, чтобы не вызывать подозрений у властей. 29 января 2016 г. он вместе с О вылетел в г. Стамбул, затем по указанию того лица они проживали на

конспиративных квартирах, предназначенных для проживания новых членов

«Исламского государства», готовившихся выехать в Сирию;

показаниями свидетеля О на следствии, данными 7 сентября

2016 г. в присутствии защитника, об обстоятельствах поездки по

предложению Межиева в Турецкую Республику, в частности, о приобретении Межиевым авиабилетов и оплаты им иных расходов связанных с поездкой, об их с Межиевым проживании в Турции в квартирах совместно с другими лицами, обсуждавшими вопросы перехода турецко сирийской границы, о содержании разговоров с Межиевым, из которых он сделал вывод о планах последнего переправить его на территорию Сирии в качестве боевика, от чего он в дальнейшем отказался;

показаниями свидетеля под псевдонимом «В », из которых следует, что в камере изолятора временного содержания с ним находился Межиев, в ходе доверительной беседы рассказавший об О , которого Межиев по предложению А уговорил отправиться в Турцию намереваясь переправить на территорию Сирии для участия в вооруженном конфликте на стороне «Исламского государства»;

показаниями потерпевшего Магомедова о том, что со слов О ему известно о намерении Межиева вывезти его (О ) в Турцию для дальнейшей переправки в незаконные вооруженные формирования действующие на территории Сирии. Примерно в начале февраля 2016 года ему пришло сообщение от О о его нахождении в г. Стамбуле;

зафиксированными в ходе оперативно-розыскной деятельности записями разговоров Межиева и О , в ходе которых Межиев сообщает о нахождении его и О в Турции и цели прибытия туда состоящей в переправке в Сирию, а О - о перелете за счет Межиева в Турцию, проживании в квартире, где находились люди, планирующие перейти границу и попасть на территорию Сирии;

актом фоноскопической экспертизы от 12 мая 2017 г. № 226, из которого усматривается, что на фонограммах разговоров, полученных при проведении в отношении Межиева оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», признаков монтажа или иных изменений, привнесенных в процессе записи и после ее окончания, не имеется. На файлах, содержащихся на представленном компакт-диске с записями разговоров, имеются голос и устная речь Межиева;

заключением эксперта от 15 мая 2017 г. №170/17, согласно которому в аудиозаписи оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» нет признаков оказания на Межиева психологического давления, принуждения внушения, иного воздействия, которое могло существенно снизить способность Межиева добровольно и самостоятельно сообщать сведения и давать пояснения по обстоятельствам исследуемой ситуации;

показаниями свидетеля Б об известных ему обстоятельствах дела, протоколами следственных действий, различными документами, в том числе письмом АО « » (Турецкие авиалинии) в Российской Федерации от 4 августа 2016 г., подтверждающим факт перелета

О и Межиева 29 января 2016 г. из г. Москвы в г. Стамбул, а также

вещественными и другими доказательствами.

Все эти доказательства полно, подробно изложены в приговоре,

согласуются между собой и с другими материалами дела по фактическим

обстоятельствам, не содержат существенных противоречий и не вызывают

сомнений в достоверности. Их совокупность была достаточной для

признания вины Межиева.

Сам Межиев в судебном заседании не отрицал факт поездки его с

О в Турецкую Республику в январе 2016 года и обстоятельства

оплаты связанных с ней расходов.

Виновность Межиева, Эпигова и Тавзурханова в открытом хищении имущества М группой лиц по предварительному сговору с

применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, совершенном 9 июня 2016 г., подтверждается:

показаниями осужденных об обстоятельствах, при которых Межиев предложил Эпигову и Тавзурханову завладеть деньгами М они прибыли к месту жительства последнего, Межиев указал на потерпевшего и после наблюдал за окружающей обстановкой, а Эпигов и Тавзурханов проследовали за М , Тавзурханов стал удерживать потерпевшего а Эпигов извлек из его карманов мобильный телефон и денежные средства после чего они передали Межиеву похищенное, разделив денежные средства между собой;

показаниями потерпевшего М о том, что 9 июня 2016 г Тавзурханов применил в отношении него удушающий прием, повалил его на землю, а Эпигов стал обыскивать его карманы и похитил мобильный телефон стоимостью 50 890 рублей, кошелек стоимостью 1 100 рублей и денежные средства в размере 37 500 рублей. Межиев при этом стоял чуть поодаль и наблюдал за обстановкой;

протоколами предъявления лица для опознания от 4 августа 2016 г согласно которым М опознал Межиева и Эпигова как участников завладения его имуществом 9 июня 2016 г.;

протоколом предъявления для опознания по фотографии от 6 октября 2016 г. об опознании М Тавзурханова как участника завладения его имуществом 9 июня 2016 г.;

протоколами иных следственных действий, различными документами и другими доказательствами, оценив которые в совокупности суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Межиева, Тавзурханова и Эпигова в преступлении.

Доводы адвоката Жангоразова о применении к Межиеву незаконных методов ведения следствия проверялись судом первой инстанции и подтверждения не нашли.

По заявлению Межиева о примененном к нему насилии со стороны сотрудников правоохранительных органов проведена проверка в порядке ст. 144, 145 УПК РФ, по результатам которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников

правоохранительных органов, на которых ссылался Межиев, ввиду

отсутствия в их действиях признаков состава преступления.

Согласно материалам дела следственные действия с участием Межиева

произведены в присутствии защитника и с разъяснением Межиеву

процессуальных прав. Замечаний у Межиева и защитника к содержанию

протоколов не было, о каком-либо принуждении к даче показаний он не

заявлял.

Вывод суда первой инстанции о виновности Межиева в вовлечении

О в совершение преступления, предусмотренного ст. 208 УК РФ основан на его показаниях в ходе предварительного следствия, которые согласуются в деталях с совокупностью иных доказательств по делу, в связи с чем суд правильно сослался в приговоре именно на данные показания Межиева, как на доказательство его вины.

В судебном заседании исследовалось и признано несостоятельным заявление О о даче им изобличающих Межиева показаний под принуждением. С таким выводом суда следует согласиться, поскольку данных об оказании на О давления сотрудниками правоохранительных органов в материалах дела не имеется.

Показания О , положенные в основу приговора, даны им в установленном законом порядке при отсутствии оснований для оговора Межиева, согласуются с другими исследованными доказательствами, в том числе с показаниями на следствии самого Межиева, и в совокупности с ними подтверждают его причастность к совершению преступления.

Наличие у свидетелей Б , «В » и потерпевшего М заинтересованности в исходе уголовного дела, о чем утверждает адвокат Жангоразов, материалами дела не подтверждается, их показания согласуются с иными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства. Оснований для оговора указанными лицами Межиева не установлено, как и оснований у Межиева для самооговора.

Утверждения в жалобе адвоката Жангоразова о недопустимости как доказательств результатов оперативно-розыскной деятельности несостоятельны.

Проведение оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение соответствует положениям ст. 6-8, 11 Федерального закона «Об оперативно розыскной деятельности», представленные по его результатам материалы отвечают требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к доказательствам. Аудио- и видеозаписи, содержащие информацию о совершенном Межиевым преступлении, получены и зафиксированы с соблюдением требований законодательства Российской Федерации в условиях, исключающих их искажение, что подтверждается заключением экспертов.

Нельзя согласиться с доводами защитника осужденного Межиева о необходимости исключения из числа доказательств заключения фоноскопической экспертизы от 12 мая 2017 г. № 226, поскольку при производстве экспертизы не допущено нарушений требований уголовно-

процессуального закона, влекущих ее недопустимость, а выводы,

изложенные в акте экспертизы, являются обоснованными и

мотивированными. Представленный на экспертизу компакт-диск с записями

разговоров Межиева согласно акту экспертизы находился в опечатанном

конверте, целостность которого не нарушена. Суд оценивал результаты

экспертного заключения во взаимосвязи с другими доказательствами, что

позволило правильно установить виновность Межиева в содеянном.

Версия стороны защиты о поездке Межиева и О в Турецкую

Республику с туристическими целями опровергнута исследованными в

судебном заседании доказательствами. Приобретение обратных билетов, как свидетельствуют материалы дела, было обусловлено целью скрыть реальные цели поездки, о чем обоснованно сделан вывод в приговоре.

Материалы дела не содержат сведений, ставящих под сомнение вменяемость осужденных.

Оценив каждое доказательство с точки зрения относимости достоверности, признав все собранные доказательства в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд обоснованно признал Межиева, Эпигова и Тавзурханова виновными в совершении изложенных в приговоре преступных действий, которые квалифицированы правильно.

Согласно приговору при назначении наказания в качестве смягчающих обстоятельств суд признал явку с повинной Межиева, наличие малолетнего ребенка у Тавзурханова, а также учел, что Межиев к уголовной ответственности привлекается впервые, ранее ни в чем предосудительном замечен не был, имеет на иждивении мать-инвалида 1 группы, страдающую онкологическим заболеванием, что Эпигов воспитывался без родителей, а Тавзурханов является ветераном боевых действий. Кроме того, суд принял во внимание материальное положение всех осужденных, которые не имели постоянного источника дохода, а также влияние назначенного наказания на условия жизни их семей.

Данные обстоятельства позволили суду не применять к Межиеву Эпигову и Тавзурханову дополнительное наказание в виде штрафа предусмотренное санкциями ч. 1 ст. 205 и ч. 2 ст. 161 УК РФ, а также дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч. 2 ст. 161 УК РФ.

В качестве обстоятельств, отягчающих наказание осужденных, суд обоснованно признал совершение Межиевым преступления предусмотренного ч. 1 ст. 205' УК РФ, в составе группы лиц, а в отношении Эпигова и Тавзурханова - рецидив преступлений.

Указанные в апелляционных жалобах обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства, судом при назначении наказания учтены.

Довод Эпигова о необходимости учета судом его явки с повинной не основан на материалах в дела, которые не содержат каких-либо данных о том, что Эпигов подавал заявление о явке с повинной либо об этом составлялся соответствующий протокол.

Таким образом, требования ст. 6, 60 УК РФ при назначении наказания судом соблюдены. По своему виду и размеру наказание, назначенное каждому из осужденных, нельзя признать чрезмерно строгим, оно является справедливым, оснований для его смягчения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации

определила приговор Московского окружного военного суда от 14 июля 2017 г. в отношении Межиева К Х , Эпигова Х С Тавзурханова Н Л оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных Эпигова Х.С, Тавзурханова Н-М. Л-А адвокатов Жангоразова М.А., Доронина СИ. без удовлетворения Председательствующий Судьи

Аа
Аа
Аа
Идет загрузка...