гражданское дело № 2-120/2023
УИД 66RS0012-01-2022-002522-43
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Каменск-Уральский Свердловской области
25 мая 2023 г.
Синарский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в составе председательствующего судьи Доевой З.Б., при секретаре Крашенинниковой А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-120/2023 по иску ФИО1 к Органу местного самоуправления «Комитет по управлению имуществом Каменск-Уральского городского округа», Территориальному управлению Росимущества в Свердловской области о признании завещания недействительным,
установил:
ФИО1 обратилась с иском ОМС «Комитет по управлению имуществом Каменск-Уральского городского округа» о признании недействительным завещания от 16.07.2019, составленного ФИО2, умершим (дата), в отношении квартиры по <адрес>.
Истец полагает завещание от 16.07.2019 недействительными, как совершенное ФИО2 в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими (пункт 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Судом к участию в деле с учетом мнения стороны истца в качестве соответчика привлечено Территориальное управление Росимущества в Свердловской области.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, ранее в судебном заседании заявленные требования поддержала, указав, что ФИО2 приходится ей родным братом, общалась с ним по телефону, знает, что пенсию брат получал на банковскую карточку, периодически уезжал на подработки; что квартиру приобрел на деньги родителей и свои сбережения, намерен был оставить ей. Также поясняла, что отклонения в поведении брата начались с детства, был неполноценным, в армии не служил, подолгу нигде не задерживался, часто менял места работы, был обидчивым, ни с кем из родственников не общался, на всех окнах всегда были массивные решетки; что у брата ни семьи, ни детей не было, ни с кем не общался; в 1983 г. в связи с конфликтом на работе был направлен на лечение в психиатрическое отделение больницы в <адрес>; что весной и осенью брат пропадал, потом появлялся, ничего не говорил, где был; что в свою квартиру брат никого не пускал, сам себя обслуживал, всегда чистота была. Также указала, что брат умер в <адрес>, был похоронен, ее нашли после смерти брата через 3 месяца.
Представитель истца ФИО1 – ФИО3 в судебном заседании заявленные требования поддержал, указав, что заболевание психики у ФИО2 имелось, болел с рождения, сведения об улучшении в материалах дела отсутствуют, критика к состоянию была снижена; что ФИО2 мог себя обслуживать, но сведений о полной дееспособности в материалы дела не представлено; что свидетели подтвердили болезненное состояние психики, неадекватное поведение ФИО2, привели примеры его поведения в быту; что непонятны мотивы завещателя при составлении завещания при сниженной критике.
Представитель ответчика ОМС «Комитет по управлению имуществом Каменск-Уральского городского округа» ФИО4 в судебном заседании заявленные требования полагал не подлежащими удовлетворению, поскольку свою волю наследодатель выразил в завещании, а снижение уровня критики не свидетельствует об ограничении дееспособности; что сомнений в состоянии наследодателя ни у нотариуса при составлении завещания, ни у врачей при неоднократных обращениях за медицинской помощью, не возникло, все обращения за медицинской помощью были обоснованными; что болезненное состояние психики не было установлено экспертами при проведении по делу судебной экспертизы.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, ходатайств не представили.
Свидетель ФИО7 ранее в судебном заседании указала, что проживает по <адрес> с момента постройки дома, является старшей по дому, ФИО2 также проживал в данном доме, в <адрес> на втором этаже во втором подъезде. Пояснила, что когда ФИО2 хотел приобрести квартиру, он обращался к ней как к старшей по дому, пояснял, что ему надо осмотреть щиток, чтобы дом не взорвался, на что пояснила, что в щиток не нужно залезать, что у каждого свой газовый котел; что ФИО2 в своей квартире сварил решетки на окна балкона, спилил ручку на входной двери чтобы никто не мог зайти; что у детей спрашивал про вакуумные насосы, считал, что через насосы можно забраться в любую квартиру; что с головой у ФИО2 было не все хорошо, пугался, когда видел ее; что каждый день приходил непонятно откуда, с собой был маленький проигрыватель, на котором слушал музыку, а также 1,5-литровая бутылка «Джин»; что также ФИО2 донимал соседку из квартиры этажом выше, писал на нее заявления в полицию о том, что она шумит, наркоманка; что ФИО2 на месяц пропадал, возможно проходил лечение, был безобидным; что периодически к нему в гости приходили мужчина и две женщины, распивали спиртное и слушали музыку; что при разговоре с ФИО2, у того бегали глаза, в глаза никогда не смотрел, задавал сумасшедшие вопросы, перескакивал с темы на тему, говорил только том, что ему самому интересно, на общих собраниях участия не принимал, подслушивал соседей; что у ФИО2 задолженности по оплате за ЖКУ не было, но для осмотра газового оборудования он в квартиру никого не пускал.
Свидетель ФИО8 ранее в судебном заседании показала, что истец приходится ей матерью, а ФИО2 – дядя. Пояснила, что со слов бабушки знает, что ФИО2 с детства страдает заболеванием, ни с кем не разговаривал, что мечтал вылечиться, на лечение и тратил деньги; что только после употребления алкоголя мог к кому то подойти; дружелюбным не был, менял постоянно места работы, друзей не было, когда приезжал всегда закрывался в своей комнате, в которой не было окон, в глаза никогда не смотрел; что последний раз видела ФИО2 10 лет назад в <адрес>, только у его квартиры во всем пятиэтажном доме были решетки на окнах; что своей матери ФИО2 по хозяйству не помогал, ни с кем никогда не здоровался; что на похоронах у своих родителей ФИО2 не был; что приобретением квартиры занимался ФИО2 самостоятельно, разбирался в электрике, но техникум так и не закончил.
Заслушав объяснения представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО4, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, медицинские документы, суд приходит к следующим выводам.
Согласно статье 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В силу положений статей 55, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
На основании статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Согласно представленной в материалы дела выписке из ЕГРН от 29.11.2022, копии договора купли-продажи от 02.06.2016, ФИО2 на праве собственности принадлежала квартира по <адрес>. Право собственности зарегистрировано в установленном порядке 16.06.2016 на основании договора купли-продажи от 02.06.2016.
16.07.2019 ФИО2 составлено и нотариусом ФИО5 удостоверено завещание №, в соответствии с которым наследодатель ФИО2 завещает принадлежащую ему квартиру по <адрес> со всеми вещами домашнего обихода – бытовую технику, мебель, находящиеся в данной квартире, государству.
ФИО2, (дата) года рождения, умер (дата) в <адрес>, о чем в материалах наследственного дела представлена копия свидетельства о смерти от (дата).
В рамках настоящего дела стороной ответчика не оспаривалось, что истец ФИО1 приходится умершему ФИО2 сестрой, имеет право на оспаривание завещания как заинтересованное лицо. Наследников первой очереди у ФИО2 не имеется, судом в ходе рассмотрения дела не установлено.
На основании пункта 5 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.
В силу статьи 153, статьи 154 пунктов 1, 2 статьи 155 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой.
На основании пунктов 1, 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений указанного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В силу положений пунктов 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Истец ФИО1, полагая себя лицом, права которого нарушаются завещанием ФИО2 от (дата) в пользу государства, поскольку в отсутствие завещания, квартира по <адрес> войдет в состав открывшегося со смертью ФИО2 наследства, обратилась в суд с настоящим иском. Исковые требования ФИО1 о признании недействительным завещания ФИО2 от 16.07.2019 основаны на положениях пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом положений приведенных правовых норм обязанность доказывания того обстоятельства, что в момент совершения сделки 16.07.2019 ФИО2 находился в том состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и (или) руководить ими возлагается на сторону истца.
Оценив представленные в материалы дела доказательства, объяснения сторон, показания свидетелей, медицинские документы, суд приходит к выводу о том, что в материалы дела не представлено допустимых, достоверных и в своей совокупности достаточных доказательств того, что в момент составления завещания 16.07.2019 ФИО2 не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.
Так, в рамках рассматриваемого гражданского дела определением от 02.02.2023 была назначена посмертная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО2 с поручением ее проведения экспертам ГАУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница». 04.05.2023 в адрес суда поступило заключение комиссии экспертов от 31.03.2023 № 3-0346-23. Указанное заключение суд принимает как одно из доказательств при рассмотрении настоящего гражданского дела, которое в силу частей 1, 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оценке наряду с другими представленными доказательствами.
Представленное заключение соответствует требованиям статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (в частности его статье 25), содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом в определении о назначении экспертизы вопросы.
По мнению суда, не доверять компетентности экспертов в своей области знаний, в правильности проведения экспертизы, полноте анализа состояния ФИО2 и его медицинской документации, выводам экспертов, изложенным в заключении, не противоречащим обстоятельствам дела, установленным судом, оснований не имеется. Не принять заключение судебной экспертизы в качестве достаточного и достоверного доказательства суд оснований не усматривает, каких-либо данных и обстоятельств, позволяющих усомниться в правильности действий медицинской комиссии при применении методов клинико-психопатологического экспертного исследования, лабораторных, инструментальных и экспериментально-психологических методов обследования, анализа данных соматического, неврологического и психического состояния, не имеется. Данное экспертами заключение суд находит полностью согласующимся с иными исследованными по делу доказательствами.
Из указанного заключения комиссии экспертов от 31.03.2023 № 3-0346-23 следует, что по результатам проведенной экспертизы комиссия экспертов пришла к выводам, что у ФИО2 на юридически значимый период 16.07.2019 имелось психическое расстройство – <*****> об этом свидетельствует то, что у ФИО2 на фоне отягощенного акушерского анамнеза, с детского возраста отмечались характерологические особенности, аффективная неустойчивость, нарушения поведения, социальная отгороженность, во взрослом возрасте отмечались идеи отношения, ущерба в адрес родителей, преследования, сохранены когнитивные способности, мышление резонерствующее, психопродуктивная симптоматика отсутствует, эмоции тусклые, снижена критика в связи с чем был направлен в психиатрический стационар с диагнозом «<*****>», а (дата) был освидетельствован на ВВК, диагностировано: «<*****>», неизвестная последующая динамика, уровень выраженности симптомов психического расстройства; пояснения сторон и свидетелей недостаточны для объективной, всесторонней, обоснованной и однозначной оценки психического состояния подэкспертного на исследуемый юридически значимый период 16.07.2019. Экспертами указано, что на юридически значимый период 16.07.2019 как в представленной медицинской документации, так и в пояснениях сторон и свидетелей, у ФИО2 не описано признаков какого-либо временного болезненного состояния, а также психического расстройства, связанного с применением лекарственных препаратов. Комиссия экспертов указала, что поскольку по имеющимся данным судебно-психиатрическим экспертам не представляется возможным однозначно и обоснованно уточнить психическое состояние, оценить влияние возможно имевшихся нарушений в рамках исследуемой юридической ситуации, однако, в связи с тем, что психическое расстройство не уточнено, степень выраженности нарушений не ясна, сделать однозначный вывод о влиянии индивидуально-психологических особенностей ФИО2 на способность к осознанному принятию решения и его исполнению применительно к спорной сделке, не представляется возможным, то эксперты приходят к выводу, что однозначно и обоснованно оценить способность ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими на момент совершения завещания 16.07.2019 не представляется возможным.
Из совокупного анализа указанных письменных доказательств (в материалах дела, медицинских документов), а также объяснений участников процесса, показаний допрошенных судом свидетелей, следует, что в поведении ФИО2 имелись отклонения, которые начались с детства, в школу пошел с 7 лет, но учеба особенно не интересовала, с трудом закончил 8 классов в 1972 г., поступил в сельхозучилище, но учебу бросил, 2 года не учился и не работал, сидел дома, затем за 4 года сменил 4 места работы. Предпринял попытку устроиться в колхозе, но усердия в работе не проявлял, был не подчиняем, был уволен. В 1981 г. уехал в <адрес>, окончил курсы электриков, устроился на судоремонтный завод «Нева», проработал 4 месяца, уволился и перешел в «<*****>», на новом месте также не мог ладить с сослуживцами, не уживался, конфликтовал со всеми, к родителям относился ненавистно, писем им не писал, обвинял в том, что родили некрасивого. Сам ФИО2 считал себя тихим, спокойным, замкнутым, малословным, предпочитал одиночество, из заболеваний отмечал грипп, легкие простудные заболевания, отрицал сотрясение головного мозга, припадки, снохождения, ночной энурез, спиртные напитки не употреблял. В стационар ФИО2 поступил по направлению ПНД с диагнозом: «<*****>». Госпитализация первичная, направлен для уточнения диагноза и проведения трудовой экспертизы. В направлении указано на пуэрильность, нелепость поведения, неадекватность поступков, высказывал мысли о том, что на флоте подвергался преследованиям, организованным за то, что он «особый», а особенность свою видит в нежелании курить, употреблять спиртные напитки. Указывается также на его замкнутость, отгороженность, уклонение от выполнения своих обязанностей, высказываемые угрозы в адрес сослуживцев. Психический статус: сознание не помрачено, ориентирован правильно, контакту доступен, в беседу вступает охотно, тон разговора ровный, спокойный, суждения инфальтильны, мышление резонерствующее, склонен пофилософствовать по заданным вопросам. Галлюцинаторно-бредовых переживаний не выявляет. Себя психически больным не считает, госпитализацию расценивает как очередную насмешку над ним. Проходил лечение.
(дата) ФИО2 был освидетельствован на ВВК, диагноз «<*****>», к работе в плавсредстве не пригоден, может быть использован на работе на берегу. Из отделения выписан под наблюдение диспансера на поддерживающих дозах лекарственных препаратов. На учете у врача-психиатра, врача-нарколога в ГБУЗ «<*****>» ФИО2 не состоял, находился на стационарном лечении в психиатрическом отделении с (дата) по (дата).
В период с 01.01.2017 по дату смерти ФИО2 неоднократно обращался за медицинской помощью: (дата) – стоматологические услуги, (дата) – специальное скрининговое обследование в целях выявления туберкулеза дыхательных путей, (дата) – стоматологические услуги, (дата), (дата), (дата) – по поводу гипертонической болезни, (дата), (дата) – по поводу церебровоскулярной болезни неуточненной, (дата) – по поводу варикозного расширения вен нижних конечностей, (дата) – специальное скрининговое обследование в целях выявления туберкулеза дыхательных путей, (дата) по поводу ушиба других частей запястья и кисти, (дата) – другие общие осмотры, (дата) – по поводу церебровоскулярной болезни неуточненной, (дата), (дата) – по поводу пульпита, (дата) – специальное скрининговое обследование в целях выявления туберкулеза дыхательных путей, (дата) – другие общие осмотры, (дата), (дата) – стоматологические услуги, (дата) – по поводу смещения носовой перегородки, (дата) – специальное скрининговое обследование в целях выявления туберкулеза дыхательных путей, (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата) – стоматологические услуги, (дата) – по поводу хронического фарингита, (дата) – по поводу полиартроза неуточненного, (дата) – радиологическое обследование, (дата) – по поводу пяточной шпоры, (дата), (дата), (дата) – стоматологические услуги, (дата) – по поводу смещения носовой перегородки, (дата) – по поводу астигматизма, (дата) – по поводу вросшего ногтя, (дата) – по поводу обследования ушей и слуха, (дата) – обращение в связи с получением медицинских документов. На учете у врача-психиатра ГКУ «<*****>», а также у врача-психиатра и врача-наркологи по месту жительства ФИО2 не состоял.
Поиском и оформлением спорной квартиры в собственность ФИО2 занимался самостоятельно, совместно с продавцом обращался в Росреестр за регистрацией перехода права собственности (материалы регистрационного дела на квартиру, показания свидетеля ФИО7).
От нотариуса ФИО6 поступили письменные пояснения относительно составленного завещания, в которых указано, что завещание было оформлено нотариусом ФИО5, которая проработала в нотариате около 40 лет. Завещание оформлено с соблюдением всех норм законодательства: были выяснены намерения ФИО2, разъяснены последствия совершаемого нотариального действия, ФИО2 был ознакомлен с содержанием статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации. Проект завещания был зачитан вслух и подписан лично ФИО2 Указано, что содержание завещания соответствовало волеизъявлению завещателя.
Из материалов наследственного дела следует, что в ряде кредитных организаций на имя ФИО2 были открыты счета. Так, в Банке «Финансовая корпорация Открытие» на имя ФИО2 открыто 4 счета, на которых остаток на дату смерти 0 руб., 0 руб., 0 руб. 44 коп., 45 725 руб. 21 коп. В ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» открыто 2 счета, на которых остаток на дату смерти 0 руб., 339 685 руб. 99 коп. В ПАО «Сбербанк» открыт счет, остаток на котором на дату смерти составил 184 258 руб. 24 коп.
Согласно объяснениям сторон, показаниям свидетелей, ФИО2 самостоятельно получал пенсию на банковскую карту, оплачивал коммунальные услуги, задолженности не имел.
Указанные доказательства в своей совокупности опровергают позицию стороны истца о том, что ФИО2 находился на момент составления завещания в таком состоянии, что не был способен понимать значение своих действий и (или) руководить ими.
Таким образом, суд полагает не обоснованными и не подлежащими удовлетворению исковые требования ФИО1 о признании недействительным завещания от (дата), составленного ФИО2, умершим (дата), в отношении квартиры по <адрес>.
Учитывая, что в удовлетворении исковых требований отказано, суд в силу положений статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным отменить принятые определением от 29.11.2022 обеспечительные меры в виде запрета нотариусу Нотариальной палаты Свердловской области нотариального округа города Каменска-Уральского и Каменского района Свердловской области ФИО9 выдавать свидетельство о праве на наследство, открывшееся после смерти ФИО2, умершего (дата).
На основании изложенного и руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковое заявление ФИО1 (ИНН №) к Органу местного самоуправления «Комитет по управлению имуществом Каменск-Уральского городского округа» (ИНН <***>), Территориальному управлению Росимущества в Свердловской области (ИНН <***>) о признании завещания недействительным – оставить без удовлетворения.
Отменить меры по обеспечению иска, установленные определением судьи Синарского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 29.11.2022, в виде запрета нотариусу Нотариальной палаты Свердловской области нотариального округа города Каменска-Уральского и Каменского района Свердловской области ФИО9 выдавать свидетельство о праве на наследство, открывшееся после смерти ФИО2, умершего (дата).
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательном виде с подачей апелляционной жалобы через Синарский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области.
Судья З.Б. Доева
Мотивированное решение изготовлено 01 июня 2023 г.