УИД: 77RS0018-02-2022-004867-28

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 марта 2023 года Никулинский районный суд адрес в составе судьи Юдиной И.В., при секретаре Осипове О.О. с участием пом. прокурора фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-257/23 по иску ФИО1, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, к ФИО3, ФИО4 о признании сделок недействительными, признании права собственности на квартиру, по встречному иску ФИО4 к ФИО1, действующему в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета и выселении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего фио, обратился в суд с иском, с учетом уточнений, к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора дарения от 14.02.2013 года, заключенного между ФИО1 и фио квартиры по адресу Москва, адрес, о признании недействительным договора дарения от 11.04.2013 года, заключенного между фио и ФИО3 спорной квартиры, о признании недействительным договора купли-продажи от 10.11.2021 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4 спорной квартиры, признании права собственности на квартиру по адресу Москва, адрес за ФИО1

В обоснование своих требований ФИО1 ссылается на то, что первоначальный договор дарения от 14.02.2013 года, заключенный между ФИО1 и фио, совершен, под влиянием заблуждения относительно природы и правовых последствий сделки, а также, под влиянием обмана со стороны одаряемого фио Договор дарения был заключен с целью снятия с регистрационного учета бывшей жены фио, зарегистрированной в спорной квартире. ФИО1 полагал, что после снятия с регистрационного учета бывшей жены, квартира будет возвращена в его собственность. Между тем, 11.04.2013 года фио подарил спорную квартиру своей дочери ФИО3, которая, в свою очередь, 10.11.2021 года продала квартиру фио Оспариваемые сделки были совершены с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, так как их участники, за исключением истца фио, знали, что спорную Квартиру в собственность истца фио не вернут. Оспариваемые сделки привели к нарушению требований ст. 54 СК РФ и ч. 1 ст. 40 Конституции РФ.

На момент заключения сделки 14.02.2013 года ФИО1 не мог по состоянию своей неграмотности, осознавать последствия своих действий. Спорная квартира является единственным жильем фио и его несовершеннолетнего сына фио Договор купли-продажи от 10.11.2021 года между ФИО3 и ФИО4. является мнимой сделкой ввиду отсутствия возможности оплаты ФИО4 суммы договора, а также основана на предшествующих недействительных сделках.

ФИО4 обратился со встречным исковым заявлением к ФИО1, действующему в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего фио, о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета и выселении, мотивируя свои требования тем, что 10.11.2021 года, между ФИО3 и ФИО4 был подписан Договор купли-продажи спорной квартиры расположенной по адресу: Москва, Тропарево-Никулино, адрес, кадастровый номер 77:07:0014008:6781. Оплата квартиры произведена полностью.

15.12.2021 года, право собственности ФИО4, на указанную квартиру зарегистрировано Росреестром № 77:07:0014008:6781-77/072/2021-2.

В соответствии с п. 1.5. договора купли-продажи, ФИО1 и ФИО2, должны были сняться с регистрационного учета в срок до 15.12.2021 года. До настоящего времени ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г.р., а также его сын – ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р. с регистрационного учета не сняты и продолжают проживать в квартире принадлежащей ФИО4 Предусмотренные законом или договором основания для сохранения за фио права пользования спорной квартирой отсутствуют, к категории лиц, которые не могут быть выселены из жилого помещения при смене собственника, Ответчики по встречному иску не относятся. У фио отсутствуют правовые основания для дальнейшего пользования жилым помещением вопреки воле собственника.

12.08.2022 года, в соответствии с ч. 4 ст. 151 ГПК РФ гражданское дело по иску фио, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего фио к ФИО3, ФИО4 о признании сделок недействительными, признании права собственности на квартиру и гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО1, действующему в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего фио, о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета и выселении, объединены в одно производство.

Представитель ФИО1, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего фио в судебное заседание явился, уточненные исковые требования основного искового заявления поддержал в полном объеме и просил их удовлетворить, в удовлетворении встречного искового заявления просил отказать.

Представитель ФИО4 в судебное заседание явилась, исковые требования по первоначальному иску не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве, а также заявила о пропуске сроков исковой давности. Просила в удовлетворении первоначального иска отказать и удовлетворить встречный иск ФИО4

Представитель ФИО3 в судебное заседание явился, поддержал встречный иск заявленный ФИО4 и возражал против удовлетворения исковых требований фио ссылаясь на пропуск срока исковой давности для оспаривания недействительности сделок дарения.

Представитель 3-его лица - Отдел социальной защиты населения района Тропарево-Никулино адрес в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени слушания дела извещался надлежащим образом.

Представитель 3-его лица - Управление государственной регистрации, кадастра и картографии по адрес в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени слушания дела извещался надлежащим образом.

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего, что в требованиях основного искового заявления надлежит отказать, тогда как встречные требования подлежат удовлетворению, изучив письменные материалы дела, приходит к следующему.

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с п. 1 ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1 ст. 420 ГК РФ).

В силу ст. 421 ГК РФ, стороны свободны в заключении договора (п. 1). Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами (п. 2).

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (п. 4 ст. 422).

В соответствии со ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В Определении от 14.06.2016 N52-КГ16-4 Верховный Суд РФ указал, что по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии со ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка их не связывает и они не имеют намерений исполнять ее либо требовать ее исполнения.

Мнимые сделки относятся к сделкам с пороками воли, поскольку волеизъявление сторон, облеченное в надлежащую форму, расходится с их внутренней волей.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц о намерениях участников сделки изменить свое правовое положение.

Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

Положения пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Положениями ст. 178 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

По смыслу вышеприведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

В соответствии с пунктом 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 N 162 "Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки.

Под обманом понимается намеренное введение в заблуждение участника сделки его контрагентом или иным лицом, непосредственно заинтересованным в данной сделке, и при этом обман может касаться не только элементов самой сделки, но и затрагивать обстоятельства, находящиеся за ее пределами, в частности относиться к мотиву сделки, в связи с чем для признания сделки недействительной необходимо установление того обстоятельства, что обман касается таких существенных моментов, под влиянием которых сторона пошла на заключение сделки, которая бы никогда не состоялась, если бы лицо имело истинное представление о действительности.

Обман предполагает определенное виновное поведение стороны, пытающейся убедить другую сторону в таких качествах, свойствах, последствиях сделки, которые заведомо наступить не могут.

При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшей стороны происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий других лиц, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Таким образом, обман представляет собой умышленное введение стороны в заблуждение и приобретает юридическое значение только тогда, когда к нему прибегают, как к средству склонить другую сторону к совершению сделки, при этом заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение.

По общему правилу, установленному в части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, спорной является квартира, расположенная по адресу: адрес. кв. 52.

В отношении спорной квартиры 09.10.2007 года, на основании Договора передачи №073100-У21150, было зарегистрировано право собственности и было выдано свидетельство о праве собственности на имя фио, поскольку фио паспортные данные (отец фио) совершил нотариальный отказ от приватизации в пользу фио

30.10.2008 года в спорную квартиру был зарегистрирован сын фио - ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р., 29.10.2009 года - жена фио - фио1981 г.р.

27.02.2012 года ФИО1 был осужден приговором Никулинского районного суда адрес по ч. 1 ст. 111 УК РФ на срок один год с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В январе 2013 года ФИО1 был освобожден из мест лишения свободы.

14.02.2013 года между ФИО1 и фио (родной брат фио) был заключен договор дарения спорной квартиры.

Заявления с приложением обязательных документов для регистрации перехода права собственности в регистрирующий орган от 19.02.2013 года, подано ФИО1 лично и по нотариальной доверенности от одаряемого (фио).

11.04.2013 года между фио и ФИО3 был заключен договора дарения спорной квартиры.

10.11.2021 года между ФИО3 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры.

26.01.2022 года фио умер.

Как следует из материалов настоящего дела и пояснений представителя фио, ФИО1 решение о дарении квартиры брату (фио) было ему навязано последним, а целью фио было снятие с регистрационного учета его бывшей супруги, после чего квартира должна была быть возвращена ФИО1, но фио подарил квартиру дочери (ФИО3) и уже она должна была осуществить действия по снятию с регистрационного учета его бывшей супругу, после чего квартира должна была быть возвращена ФИО1

Представитель ФИО3 пояснил, что ей было неизвестно о каких-либо договоренностях ее отца и дяди, каких-либо обещаний о возврате подаренной ей отцом квартиры она не давала. Она проживала в спорной квартире вместе с мужем, до момента продажи квартиры ФИО4 оплачивала коммунальные и налоговые платежи.

Из условий договора дарения от 14.02.2013 года, следует, что ФИО1 был информирован обо всех условиях данного договора, договор заключался на добровольных условиях, собственной волей, на момент заключения договора все оговоренные в нем пункты его устраивали, и он был с ними согласен.

Довод ФИО1 о том, что условия при которых совершена сделка, обусловлены снятием с регистрационного учета бывшей жены иным лицом, не может находится в причинной связи с его решением о заключении сделки дарения, поскольку на момент её совершения, ФИО1 не исчерпал права снять с регистрационного учета бывшего члена семьи самостоятельно.

Суд также считает необходимым отметить, что, после перехода права собственности на спорную квартиру ФИО3 именно последняя несла бремя содержания принадлежащего ей имущества, о чем в материалы дела представлены соответствующие квитанции по оплате коммунальных и обязательных налоговых платежей.

Учитывая выше перечисленное, фио, при должной степени заботливости и осмотрительности имел возможность принять меры к выяснению всех условий заключаемого им договора дарения, учитывая, что условия договора сформулированы ясно и понятно, не противоречат требованиям закона; обстоятельств, свидетельствующих об обмане со стороны ответчиков по основному иску при заключении сделки не установлено; достоверных и убедительных доказательств заблуждения фио относительно природы сделки в материалы дела не представлено, из них не следует, что воля фио в момент заключения договора дарения была направлена на совершение сделки вследствие заблуждения относительно ее существа применительно к пункту 1 статьи 178 ГК РФ.

Допрошенная в судебном заседании 19.10.2022 г. свидетель фио, показала суду, что знакома с ФИО1 около 15 лет, работает учителем, помогает советами ФИО1 с ребенком. ФИО5 была участником разговора между ФИО1, умершим фио и ФИО3, в котором фио и ФИО3, склонили фио к договору дарения спорной квартиры, с целью снятия с регистрационного учета бывшей жены фио, с дальнейшим возвратом спорной квартиры в собственность фио

Допрошенный в судебном заседании 19.10.2022 г. фио показал суду, что знаком с ФИО1 около 15 лет, 9 лет работал совместно на одном предприятии. Был участником разговора между ФИО1, умершим фио и ФИО3, в котором фио и ФИО3, склонили фио к договору дарения спорной квартиры, с целью снятия с регистрационного учета бывшей жены фио с дальнейшим возвратом спорной квартиры в собственность фио

Допрошенная в судебном заседании 19.10.2022 г. фио, показала суду, что примерно с 2019 года стала встречаться с ФИО1 Летом 2021 года она стала свидетелем передачи ФИО1 ФИО3, денег предназначенных, со слов фио, для оплаты коммунальных услуг спорной квартиры. В её (фио) присутствии, осенью 2021 года состоялся телефонный разговор фио с умершим фио и ФИО3, которые сообщили ФИО1, что спорную квартиру ему возвращать не будут и ему с сыном нужно съезжать из квартиры. 25.11.2021 года она (фио) вступила в брак с ФИО1 Расторжение брака с ФИО1 состоялось в мае 2022 года.

Допрошенный в судебном заседании 26.01.2023 г., фио показал суд, что познакомился с ФИО1 в 2010 году. После освобождения фио из мест лишения свободы в 2013 году, совместно работали на одном предприятии. Он (фио) был участником разговора между ФИО1, умершим фио и ФИО3, в котором фио и ФИО3 склонили фио к договору дарения спорной квартиры, с целью снятия с регистрационного учета бывшей жены фио с обещанием в дальнейшем возвратить спорную квартиру в собственность фио Со слов фио, ему (фио) известно, что осенью 2021 года ФИО1 позвонил умершему фио, который совместно с ФИО3 сообщили ему, что квартиру ему никто возвращать не планировал и не будут. В январе 2022 года, в Новогодние праздники он (фио) приехал по адресу спорной квартиры к ФИО1 в гости и в его присутствии ФИО1 позвонил фио, который подтвердил предшествующий разговор осени 2021 года, содержание которого передал ему ФИО1

Допрошенная в судебном заседании фио показала суду, что с 2004 по 2008 год состояла в браке с ФИО1 После освобождения фио из мест лишения свободы в январе 2013 года, продолжала общение с ФИО1, интересовалась судьбой сына фио, помогала приобретать вещи для сына. В августе 2013 года, по просьбе фио находилась в спорной квартире и принимала работу по установке стеклопакета и кондиционеров в комнату. Восстановить семейные отношения с ФИО1 не намеревалась. Со слов фио ей известно, что квартира была подарена брату фио, с целью снятия с регистрационного учета бывшей жены, в дальнейшем брат и племянница отказались возвращать спорную квартиру в собственность фио

Оценивая показания свидетелей фио, фио, и фио суд отмечает, что показания данных свидетелей не последовательны, взаимоисключающие друг друга, не согласующиеся между собой, противоречат материалам дела. ФИО3 указывает, что со свидетелями фио, фио, фио не знакома, по телефону не общалась, денежных средств от дяди для оплаты коммунальных услуг, как показывает свидетель фио, не получала, оплачивала все сама по квитанциям, которые по электронной почте ежемесячно присылал ей дядя.

Доказательств того, что свидетели разговаривали по телефону именно с фио и ФИО3 которые слышали заявленный ими отказ возвращать квартиру ФИО1, в периоды: май 2013 года, осень 2021 года и январь 2022 года, не представлено.

Оценивая показания свидетелей фио и фио суд отмечает, что показания данных свидетелей, являющихся бывшими женами фио, основаны лишь на словах фио или иных лиц. Показания свидетелей мотивированы желанием сохранить право пользования спорной квартирой за несовершеннолетним ФИО2 Также показания данных свидетелей не нашли своего подтверждения и противоречат материалам дела.

Учитывая изложенное, доказательств того, что заключая оспариваемый договор дарения 14.02.2013г. умерший фио вводил фио в заблуждение относительно его предмета, характере сделки, ее условиях, других обстоятельствах, влияющих на его решение ФИО1 не представлено.

Изменение решения дарителя относительно совершенной им сделки не может рассматриваться как достаточное основание для признания договора дарения мнимым.

Кроме того, в материалы дела представлены Акт осмотра электронной переписки между ФИО1 и фио от 22.11.2022 года; нотариальный протокол осмотра письменных доказательств №78 АВ 3361558 от 10.12.2022 года, согласно которым ФИО1 не ставил под сомнение действительность сделок и право собственности ФИО3, ежемесячно направлял последней квитанции для оплаты коммунальных услуг, осуществлял ее представительство в организациях ЖКХ с учетом полученных от нее поручений.

Довод Истца, о том, что он не пользовался электронной почтой с адресом aleksandr.klimov.1961@mail.ru опровергается датами возникновения переписки, содержанием писем пересылаемых между адресатами и приложением документов (в т.ч. квитанции об оплате ЖКУ приобщенных ФИО3 по спорной квартире и не оспоренные ФИО1), которые идентифицируют отправителя как Истца - ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г.р., поскольку электронное письмо от 25.11.2017, отправленное с указанного адреса года на адрес электронной почты badeger@mil.ru принадлежащий фио в приложении содержит копию исполнительного листа ФС №012482737 выданного 17.11.2017 года по гражданскому делу №19616/14 Мещанским районным судом адрес на имя взыскателя - ФИО1 паспортные данные, место регистрации адрес спорной квартиры., реквизиты банковской карты на имя ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г.р., данные приложения могли быть направлены только лицом указанным взыскателем в исполнительном документе.

Довод ФИО1 о том, что он является юридически слабой стороной по первоначальной сделке дарения, не нашли своего подтверждения. Никто из сторон оспариваемой сделки не был лишен возможности получения юридической консультации специалиста.

Договор дарения от 11.04.2013г., заключенный между умершим фио и ФИО3 заключен в письменной форме, соответствует требованиям статей 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, подписан сторонами, при его исполнении стороны достигли желаемого правового результата, характерного для данной сделки. Доказательств того, что при заключении договора подлинная воля сторон была направлена на создание не тех правовых последствий, которые наступают при совершении договора дарения, не представлено.

Кроме того, закон не предполагает обязательное и безусловное вселение одаряемых в квартиру, не исключает дальнейшее проживание дарителей в квартире, в том числе с возмещением дарителями потребляемых жилищно-коммунальных услуг.

Позиция ФИО1, что спорное жилое помещение является единственным местом жительства его и несовершеннолетнего сына, не являются основаниями для признания оспариваемых сделок недействительными. В силу ст.209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам, в том числе отчуждать свое имущество в собственность других.

В обосновании требований ФИО1 также указал, что оспариваемые сделки недействительны, так как противоречат основам нравственности: нарушают основы права ребенка жить и воспитываться в семье, права на совместное проживание с родителями в данном случае с отцом (ст. 54 СК РФ), а также основы права каждого на жилище и защиту от произвольного лишения жилья (ч. 1 ст. 40 Конституции РФ); последствия сделки - произвольное лишение права на единственное жилье, в том числе несовершеннолетнего (на момент заключения первого договора дарения - малолетнего) ребенка; оспариваемые сделки совершены с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, так как их участники, за исключением фио, знали, что квартиру в собственность фио не вернут, в результате чего пострадает также несовершеннолетний ФИО2, который вместе со своим отцом фактически станут лицами без определенного места жительства.

Между тем, доказательств того, что заключение договора дарения от 14.02.2013 года спорной квартиры совершено с целью произвольного лишения права на единственное жилье несовершеннолетнего фио, с лишением права проживания его в передаваемой в дар квартиры, стороной фио в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено и в ходе рассмотрения дела судом не установлено. В период владения квартирой умершим фио, вопрос о снятии с регистрационного учета фио не возникал. Действий направленных на лишение указанных прав в оспариваемый период не установлено.

Напротив, как следует из материалов дела, во исполнении воли фио 13.11.2012 года, его представителем, было подано заявление Мировому судье судебного участка №188 адрес с требованием о расторжении брака с фио

14.12.2012 года, решением Мирового судьи судебного участка №188 брак расторгнут. Решение вступило в законную силу.

фио с сыном ФИО2 в декабре 2012 года выехала из спорной квартиры.

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 24.08.2015 года, со слов заявителя фио, он в январе 2013 года, освободившись из мест лишения свободы, жену с ребенком в спорной квартире не застал, в марте 2013 года был уведомлен о местонахождении ребенка.

Таким образом, из приведенных материалов дела и из пояснений стороны фио, следует, что на момент совершения сделки, мать осуществляла родительские обязанности, с ребенком проживала в ином месте, родительских прав, равно как и ФИО1 лишена не была.

Доказательств того, что заключение Договора дарения от 11.04.2013 года спорной квартиры в пользу ФИО3, совершено с целью произвольного лишения права на единственное жилье несовершеннолетнего фио, с лишением права проживания его в передаваемой в дар квартиры, стороной фио также не представлено.

ФИО3, как собственник квартиры, приобрела право распоряжаться своим имуществом по своему усмотрению (ст. 209 ГК РФ), в том числе требовать устранения обстоятельств препятствующих распоряжаться своим имуществом (спорной квартирой). Требования СК РФ на правоотношения фио, фио и ФИО3 не распространяются. ФИО1, ФИО2 не являлись стороной по договору дарения от 11.04.2013 года.

Согласно пояснениям представителя ФИО3, при заключении договора купли-продажи от 10.11.2021 года она исходила из того, что ФИО1 25.11.2021 года собирался заключить брак с фио, которая в свою очередь, со слов фио, намеревалась зарегистрировать фио, фио в квартире, в которой она проживает по адресу: 119526, Москва, адрес.

В дальнейшем, 25.11.2021 года, брак фио со фио был зарегистрирован, что позволяло реализовать заверения фио о снятии с регистрационного учета по адресу спорной квартиры и дальнейшей регистрации по адресу проживания фио, в т.ч. в целях соблюдения интересов ребенка и исполнения Договора купли-продажи от 10.11.2021 года.

Таким образом, на момент заключения Договора купли-продажи от 10.11.2021 года, ФИО4, ФИО3 не преследовалась цель заведомо противной основам правопорядка и нравственности.

Доводы ФИО1 о том, что Договор купли-продажи от 10.11.2021 года между ФИО3 и ФИО4. является мнимой сделкой, ввиду отсутствия возможности оплаты ФИО4 суммы договора, а также то, что ФИО4 является недобросовестным покупателем в силу того, что он является мужем родной сестры Ответчика ФИО3 не нашли своего подтверждения.

Доказательств, подтверждающих безденежность оспариваемого договора, ФИО1 не представлено.

При этом, в материалах регистрационного дела имеются письменные доказательства передачи части денежных средств по расписке, а части через депозитарий, что не может свидетельствовать о том, что деньги по договору не передавались, поскольку сами стороны сделки определили, что расчёт произведён полностью. Взаимных претензий по поводу исполнения условий договора купли-продажи, стороны друг к другу не имеют. Стоимость спорной квартиры указанная в Договоре купли-продажи от 10.11.2021 года соответствует рыночной стоимости на момент сделки.

Допрошенный в качестве свидетеля фио, показал суду, что действительно заключал договор целевого займа от 14.11.2021 года с ФИО4 для приобретения спорной квартиры и передачи сумма, что составляет 50% от суммы стоимости квартиры.

Оценивая показания допрошенного свидетеля, суд находит их логичными, последовательными, не противоречащими другим представленным доказательствам.

ФИО4 также в материалы дела представлен договор целевого займа от 20.11.2021 года, заключенный между ним и фио согласно которому, ФИО4 получил от фио денежный займ в размере сумма для приобретения спорной квартиры. Передача денег подтверждена копией расписки.

Доводы представителя фио о том, что копия расписки не свидетельствует о передачи денег фио ФИО4 в указанном размере, ввиду отсутствия оригинала расписки у ФИО4 суд находит несостоятельными, поскольку представлен оригинал расписки ежемесячных платежей ФИО4, в подтверждение исполнения договора целевого займа, тогда как оригинал расписки о передачи денег по договору целевого займа не может находиться у заемщика.

Также суд учитывает, что наличие супружеской связи между ФИО4 и родной сестрой ФИО3 не свидетельствует о недобросовестности ФИО4 при совершении сделки купли-продажи от 10.11.2021 года.

ФИО3, ФИО4 заявлено о применении срока исковой давности к заявленным исковым требованиям о признании недействительными договора дарения от 14.02.2013 года, заключенного между ФИО1 и фио и договора дарения от 11.04.2013 года, заключенного между фио и ФИО3

В соответствии со ст. 195 ГК РФ под сроком исковой давности признается срок, в течение которого заинтересованное лицо может обратиться в суд за защитой своего права.

В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

Согласно ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Статьей 200 ГК РФ определено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

ФИО1, в подтверждение соблюдения сроков исковой давности сослался на то обстоятельство, что сведения об оспариваемых сделках стали ему известны после получения ФИО1 письма ответчика ФИО4 и выписки/справки из ЕГРН Управления Росреестра по адрес, полученной в целях проверки содержания письма ФИО4 с требованием сняться с регистрационного учета.

Кроме того, ФИО1 считает, что ФИО2 является самостоятельным лицом, его права самостоятельны и их осуществление, реализация не являются производными, и не могут зависеть от прав иных лиц, в том числе его отца фио По мнению фио, сроки исковой давности для фио (13 лет) исчисляется самостоятельно, т.е. с января 2022 года, когда ФИО1 сообщил ему о нарушенном праве.

Между тем, суд не может согласиться с указанными доводами фио, поскольку исходя из заявленных требований первоначального иска фио он полагал, что первоначальный договор дарения от 14.02.2013 года совершен под влиянием заблуждения относительно природы и правовых последствий сделки, а также, под влиянием обмана со стороны фио Договор дарения был заключен с целью снятия с регистрационного учета бывшей жены фио, зарегистрированной в спорной квартире. ФИО1 полагал, что после снятия с регистрационного учета бывшей жены, квартира будет возвращена в его собственность.

Оспариваемый Договор дарения заключен 14.02.2013 года. В Никулинский районный суд адрес, с исковым заявлением, ФИО1, действующий в своих интересах и интересах несовершеннолетнего фио, обратилась 17 марта 2022 года, то есть по истечении более 9-ти лет с момента заключения сторонами оспариваемого договора дарения. При этом срок исковой давности подлежит исчислению с момента, когда стало известно о том, что договор заключен под влиянием заблуждения или обмана.

Как следует из пояснений фио, фио отказался от выполнения обещания по снятию с регистрационного учета бывшей жены фио и возврата спорной квартиры в собственность фио, а вместо этого 11.04.2013 года подарил спорную квартиру своей дочери ФИО3

ФИО1 указывает, что с 2013 года, ему стало известно, что устные обещания фио послужившие основанием для совершения ФИО1 сделки дарения - не исполнимы, ввиду прекращения права собственности фио и возникновения права собственности у фио При этом, по Договору дарения от 11.04.2013 года ФИО1 не является стороной сделки.

Также, из нотариального протокола осмотра письменных доказательств №78 АВ 3361558 от 10.12.2022 года следует, что 28.04.2013 года, ФИО1 получил на адрес электронной почты, которой он пользовался, копию заявления ФИО3, которое содержало в себе сведения о договоре дарения от 11.04.2013 года, заключённом между умершим фио и ФИО3, подлежащем регистрации Росреестром адрес.

Учитывая изложенное, моментом начала срока исковой давности для оспаривания недействительности Договора дарения от 14.02.2013 года является дата – 29.04.2013 года, т.е. дата следующего дня, когда ФИО1 узнал, что Договор дарения от 11.04.2013 года, между умершим фио и ФИО3 по спорной квартире заключен, исполнен, а окончание этого срока - 30.04.2014 года.

Также моментом начала срока исковой давности для оспаривания недействительности Договора дарения от 11.04.2013 года является дата – 31.07.2013 года, т.е. дата следующего дня, когда ФИО1 узнал, что Договор дарения от 11.04.2013 года, между фио и ФИО3 по спорной квартире заключен, исполнен, а окончание этого срока - 01.08.2014 года.

Довод ФИО1 о том, что сроки исковой давности для фио исчисляется самостоятельно, т.е. с января 2022 года, когда ФИО1 сообщил ему о нарушенном праве на спорную квартиру –основан на неверном толковании закона.

В соответствии со ст. 21 СК РФ Способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста.

В силу ст. 64 СК РФ Защита прав и интересов детей возлагается на их родителей.

Родители являются законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами, в том числе в судах, без специальных полномочий.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 200 ГК РФ, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства.

Учитывая изложенное, а также дату обращения фио, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетнего фио, с настоящим исковым заявлением (17.03.2022 года), истцами по основному иску пропущен срок исковой давности для оспаривания сделок дарения.

В соответствии со статьей 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В связи с чем, оснований для удовлетворения требований фио, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетнего фио, о признании договоров дарения от 14.02.2013 и от 11.04.2013 недействительным у суда не имеется.

Таким образом, поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований основного иска о признании договоров дарения от 14.02.2013 и от 11.04.2013 недействительным, требования фио, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетнего фио, о признании договора купли-продажи, заключенного между ФИО3 и ФИО4, признании за фиоЕ, права собственности на спорную квартиру также удовлетворению не подлежат.

Разрешая встречные исковые требования ФИО4 о признании утратившими право пользования спорным жилым помещением, снятии с регистрационного учета, выселении фио и фио, из указанного жилого помещения, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 304 ГК РФ Собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным указанным кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Как установлено судом, спорное жилое помещение, расположенное по адресу: адрес в настоящее время принадлежит ответчику ФИО4, право собственности зарегистрировано Росреестром № 77:07:0014008:6781-77/072/2021-2, в качестве основания регистрации права собственности указан договор купли-продажи от 10.11.2021.

На момент заключения договора купли-продажи, в спорной квартире были зарегистрированы ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г.р., а также его сын – ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р., не являющиеся членами семьи собственника жилого помещения в соответствии со ст. 31 ЖК РФ.

В соответствии с п. 1.5. договора купли-продажи, ФИО1, ФИО2 должны были сняться с регистрационного учета в срок до 15.12.2021 года.

05.01.2022 года, в адрес фио, фио ФИО4 было направлено уведомление о необходимости снятия с регистрационного учета и выселении из принадлежащей ему спорной квартиры, в течении 10 дней с даты получения уведомления.

ФИО1, ФИО2 с регистрационного учета не сняты и продолжают проживать в квартире принадлежащей ФИО4.

Продав жилое помещение ФИО4, ФИО3 совершила действия, направленные согласно пункту 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации на прекращение своего права собственности в отношении этого имущества. Последствием прекращения права собственности является прекращение права пользования данным имуществом.

Соглашений о сохранении за фио, ФИО2 права пользования спорной квартирой или об обременении квартиры правами проживающих в ней лиц в материалы дела не представлено, судом не установлено.

Доводы представителя фио о том, что он не может быть лишен права пользование спорной квартирой, поскольку он был вселен в спорную квартиру в 1993 году, жилищные правоотношения носят длящийся характер, а потому требования Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" при разрешении поставленного вопроса, к нему, а равно как и к несовершеннолетнему Истцу, на основании СК РФ не применимы, суд находит несостоятельными, поскольку основаны на неверном токовании норм права.

Право собственности Истца на спорную квартиру прекращено на основании Договора дарения от 14.02.2013 года.

Согласно пункту 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Из буквального толкования указанной нормы следует, что право пользования жилым помещением членом семьи прежнего собственника при переходе права собственности к другому лицу может быть сохранено в случаях, установленных законом.

Таким образом, в случае приобретения жилого помещения в порядке приватизации в собственность одного из членов семьи, совместно проживающих в этом жилом помещении, лица, отказавшиеся от участия в его приватизации, но давшие согласие на её осуществление, получают самостоятельное право пользования данным жилым помещением. Исходя из имеющихся материалов дела, ФИО1 не отказывался от участия в приватизации спорной квартиры и соответственно не наделен самостоятельным правом пользования данным жилым помещением. Основания для не применения пункта 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Судом установлено, что, предусмотренные законом или договором основания для сохранения за ФИО1, ФИО2 права пользования спорной квартирой отсутствуют, к категории лиц, которые не могут быть выселены из жилого помещения при смене собственника, они не относятся.

При таких обстоятельствах, у фио, фио отсутствуют правовые основания для дальнейшего пользования жилым помещением, и требования встречного искового заявления подлежат удовлетворению.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении основного искового заявления и удовлетворении встречного искового заявления по изложенным выше основаниям.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В иске ФИО1 (паспортные данные), действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2 к ФИО3 (паспортные данные...), ФИО4 (паспортные данные) о признании сделок недействительными, признании права собственности на квартиру отказать.

Признать ФИО1 (паспортные данные), ФИО2 (свидетельство о рождении VI-МЮ 617073) утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: адрес.

Выселить ФИО1 (паспортные данные), ФИО2 (свидетельство о рождении VI-МЮ 617073) из жилого помещения, расположенного по адресу: адрес.

Решение является основания для снятия ФИО1 (паспортные данные), ФИО2 (свидетельство о рождении VI-МЮ 617073) с регистрационного учета по указанному адресу.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Юдина И.В.

Решение изготовлено в окончательной форме: 14 мая 2023 г.