Решение по делу № 2А-908/2023 от 13.02.2023 - о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области.

УИД: 51RS0001-01-2023-000272-07

Дело № 2а-908/2023

Принято в окончательной форме 13.02.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 февраля 2023 года город Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска

в составе:

председательствующего – судьи Шуминовой Н.В.,

при секретаре – Величко Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области (далее – учреждение).

В обоснование заявленных требований указал, что в период времени с 07.02.2018 по 16.02.2018 он содержался в камере для временной изоляции ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области, в которой отсутствовало горячее водоснабжение, санузел, вентиляция, стол для приема пищи, лавка и кровать, что является существенным и грубейшим нарушением его прав, поскольку он вынужден был спать на полу, постуельные принадлежности выдавались только на время сна, для отправления естественных нужд нужно было звать сотрудников, которые не спешили и он вынужден был справлять нужду под дверь, при этом у него была забрана вся одежда, кроме трусов. В виду изложенного просит взыскать компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в размере 200.000 рублей.

Административный истец в судебном заседании посредством ВКС поддержал свои требования, заявив суду, что он находился в нечеловеческих условиях, в ранее рассматриваемом деле по его административному иску он не ставил вопрос про данную камеру, поскольку решил заявить требования по ней отдельно. Из-за неправильного постановления мирового судьи Первомайского судебного района г. Мурманска, избравшего ему меру пресечения в виде содержания под стражей, у него случился нервный срыв, что и послужило причиной его помещения в «резиновую» камеру, так как он вскрыл вены по приезду в учреждение. В камере, помимо того, что он изложил, не было отопления, хотя вентиляция и освещение были, но вся камера обита резиной и никаких труб и радиаторов в ней не было, а доводы стороны административных ответчиков не соответствуют действительности в данной части.

Судом в адрес административного истца было вынесено два замечания за нарушение порядка ведения процесса и пререкательство с председательствующим, затем он были лишен слова на основании п. 2 ст. 118 КАС РФ, а после объявленного судом перерыва, с учетом того, что ФИО1 в начале судебного заседания дал исчерпывающие пояснения по своему административному иску, судебное заседание продолжено без его участия в виду невозможности обеспечения его присутствия в процессе посредством ВКС из-за отсутствия технической возможности.

Представитель административных ответчиков ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России ФИО2 в судебном заседании и до перерыва и после перерыва пояснила, что с административным исковым заявлением не согласна. Помещение ФИО1 в камеру временной изоляции явилось следствием его поведения, он предпринял попытку суицида. Нахождение в данной камере и ее оборудование регламентировано приказом Минюста РФ № 204дсп от 03.11.2005, и в данном случае отсутствие какого-либо камерного оборудования, включая санузел и прочая, прямо предусмотрено данным приказом именно в силу того, чтобы содержащиеся в камере лица не причинили вред ни себе, ни сотрудникам учреждения. Пол, стены и потолок в камере обиты резиновым покрытием из тех же соображений, окрашенным в светлые тона. Отопление в камере, как и вентиляция, и освещение присутствовало. Какие именно вещи оставались на ФИО1, сейчас уже трудно установить, поскольку видеоархив не сохранился в виду того, что события имели место быть в феврале 2018 года, но в любом случае объем вещей определяется в каждом конкретном случае отдельно именно исходя из состояния лица, помещаемого в данную камеру. Также и по поводу вывода в туалет, никаких доказательств того, что на просьбы ФИО1 не реагировали вовремя, нет. Административным истцом пропущен срок на обращение в суд. Просит в удовлетворении административных исковых требований отказать.

Выслушав административного истца, представителя административных ответчиков, исследовав материалы дела, просмотрев СД-диск с фотоматериалами, суд приходит к следующему.

Статьей 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В соответствии с частями 9, 11 статьи 229 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, суд выясняет:

нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца; соблюдены ли сроки обращения в суд (обязанность доказывания данных обстоятельств возлагается на лицо, обратившееся в суд);

соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

полномочия органа, порядок и основания для принятия оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

соответствие содержания оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения (обязанность доказывания данных обстоятельств возлагается на орган, принявший оспариваемое решение, либо совершивший оспариваемое действие (бездействие)).

В силу ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу требований, содержащихся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Аналогичные положения закреплены и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации".

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Согласно статье 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Закон № 103-ФЗ) содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Условия и порядок содержания в следственных изоляторах в рассматриваемый период регулировались Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее – Закон).

Действительно, согласно ст. 23 Закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место.

Подозреваемым и обвиняемым выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы.

Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры.

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

При этом пребывание в следственном изоляторе регламентируется Правилами внутреннего распорядка (далее – ПВР), на 2018 год действовали правила, утвержденные приказом Минюста РФ № 189 от 14.10.2005. Требования к оборудованию камерных помещений изложены в п. 42 ПВР.

Однако помимо данного приказа имеются и иные, регламентирующие отдельные аспекты пребывания в следственных изоляторах. В частности, в отношении лиц, предпринявших попытку суицида, то есть, у которых произошел нервный срыв, в силу приказа Минюста РФ № 204дсп от 03.11.2005, установлена обязательность их помещения в камеры для временной изоляции – п. 45.3.

Приложением № 45 к названному приказу определены требования к камерам временной изоляции, а именно – данные камеры оборудуются в режимном корпусе, должны быть сухими, вентилируемыми, обеспечены центральным отоплением и искусственным освещением. Все поверхности камеры - пол, стены и дверь (с внутренней стороны) оборудуются упругим или пружинящим покрытием из резины, брезента или другого прочного материала, при этом камерный инвентарь в камере не устанавливается.

Из вышеизложенного следует, что в силу особенностей лиц, помещаемых в указанные камеры, они должны быть максимально безопасны как для них, так и для сотрудников учреждения и иных лиц.

И именно в силу повышенных требований к безопасности в силу п. 45.1 этого же приказа, перед помещением в данные камеры у подследственных изымаются все предметы, которые могут быть использованы ими для членовредительства, самоубийства или нападения на сотрудников и иных лиц.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 действительно содержался в учреждении в 2018 году и согласно Книге № учета лиц, водворенных в карцер, ШИЗО, одиночную камеру для временной изоляции обвиняемых, осужденных, у которых произошел нервный срыв, а также акту от 15.02.2018, он был помещен в одиночную камеру для временной изоляции в виду того, что 15.02.2018 им предпринималась попытка суицида путем самоповреждения в виде множественных резаных ран левого предплечья в пределах кожного покрова. В акте отмечено, что ФИО1 состоит на профучете как склонный к суициду и членовредительству.

В силу части 1 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом.

Стороной административных ответчиков представлены фотоматериалы на СД-диске, просмотренные в ходе судебного заседания, из которых следует, что камера, в которую помещался ФИО1, соответствовала требованиям вышеуказанного приказа № 204дсп – в ней отсутствует камерное оборудование, имеются освещение и вентиляция. Отсутствие камерного оборудования, как и выдача постельных принадлежностей только на время сна, также обусловлены повышенными требованиями безопасности, поскольку любой инвентарь или же материал могут использоваться в целях причинения вреда как себе, так и окружающим в силу особо неустойчивого психического состояния помещенных в камеру лиц. Сам ФИО1 в судебном заседании не отрицал, что им действительно предпринималась попытка самоубийства в виду необоснованного заключения под стражу, что и привело его к нервному срыву.

Достоверно установить, изымались ли при этом у ФИО1 предметы одежды, о чем им заявлено в суде, в настоящее время невозможно, поскольку видеоархив за 2018 год отсутствует в силу истечения срока хранения видеозаписей. Кроме того, суд учитывает, что самим ФИО1 не представлено доказательств в подтверждение этого обстоятельства. Принимая же во внимание, в связи с чем он помещался в указанную камеру, само по себе изъятие одежды или отдельных ее элементов являлось превентивной мерой, для предотвращения вторичной попытки суицида или же иных действий, направленных как против себя самого, так и против сотрудников учреждения.

Доводы ФИО1 о том, что его длительное время не выводили в туалет, в связи с чем он справлял нужду под дверь камеры, не подтверждены допустимыми и относимыми доказательствами, учитывая, что в указанной камере ведется видеонаблюдение, однако архив видеозаписей за давностью лет, прошедших с момента водворения ФИО1 в камеру для временной изоляции, не сохранен.

Суд критически оценивает довод административного истца о длительности пребывания в данной камере, учитывая, что согласно Книге № ФИО1 помещен в камеру временной изоляции в виду нервного срыва, имевшего место быть 15.02.2018, в этот же день в 17 часов 20 минут, на срок до 17 часов 30 минут 16.02.2018, однако освобожден фактически из данной камеры 16.02.2023 в 11 часов, учитывая, что на основании апелляционного постановления от 16.02.2018 ФИО1 освобожден под подписку о невыезде и надлежащем поведении согласно справке по личному делу.

Касательно доводов ФИО1 о том, что в камере временной изоляции отсутствовало отопление, и она вообще не имеет подключения к отоплению, они опровергаются доказательствами, представленными стороной административных ответчиков, а именно – фотоматериалом на СД-диске, и актом замера температуры от 06.02.2023, согласно которым камера временной изоляции присоединена к отопительной системе ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО через комнату для посетителей, в день судебного заседания температура в ней составляет 24 градуса тепла, что соответствует санитарному нормативу. Учитывая, что ФИО1 находился в камере также в феврале месяце, у суда отсутствуют основания полагать, что температура в период его пребывания в камере была ниже, доказательств этого суду не представлено административным истцом и в судебном заседании не добыто.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу, что ФИО1 не доказан факт того, что его помещение в камеру временной изоляции осуществлено в нарушение норм действовавшего законодательства и привело к нарушению его прав и законных интересов, что является основанием для отказа в удовлетворении требований ФИО1

Суд учитывает и довод стороны административных ответчиков о пропуске административным истцом срока на обращение в суд, принимая во внимание тот факт, что с 16.02.2018 ФИО1 уже выбыл из ведения УФСИН России по МО, будучи освобожден из под стражи, при этом с административным иском о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в камере временной изоляции не обращался до момента своего осуждения 30.04.2018.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области – отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Н.В. Шуминова