Решение по делу № 2А-2890/2022 от 19.09.2022 - о признании действий незаконными, взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Дело № 2а-2890/2022

55RS0003-01-2022-004444-73

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Омск 19 сентября 2022 года

Советский районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Баловой Т.А., при секретаре судебного заседания Белкиной Д.А., помощнике судьи Бохан Е.С., рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФСИН России, ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области о признании действий незаконными, взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания,

установил:

Административный истец обратился в суд с вышеназванным административным иском, в обоснование требований указав, что в период его содержания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области с 17.06.2015 по 19.02.2016, он находился в ненадлежащих (жестоких, бесчеловечных, унижающих) условиях в камерах № 9, 8, 7, 2. В частности, в указанных камерах имело место большая нехватка жилого пространства, большая нехватка естественного освещения, отсутствие вентиляции, отсутствие горячего водоснабжения, не обеспечены требования приватности санитарных узлов, а также нарушены размеры площади санитарных узлов, посещения душа осуществлялось не чаще одного раза в 7-8 дней.

Кроме того, указал, что состоит на диспансерном учете с 2007 года с заболеванием, однако в нарушение стандартов первичной медико-санитарной помощи при указанных заболеваниях, предусматривающих анализ вирусной нагрузки 4 раза в год, такой анализ ему не проводился, лечение по данным заболеваниям не оказывалось.

Таким образом, из-за ненадлежащих условий содержания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области административному истцу был причинен вред, выразившийся в переживаниях и страданиях, который он оценивает в 300000 рублей.

Просит признать незаконными действия (бездействие) ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области в период его содержания с 17.06.2015 по 19.02.2016 в части ненадлежащих условий содержания, взыскать компенсацию за ненадлежащие условия содержания в размере 300000 рублей (л.д.3).

Впоследствии, административный истец заявленные требования дополнил, указав, что на основании приговора Красноармейского районного суда Краснодарского края от 11.12.2014 ему было назначено наказание в виде лишения свободы на срок 18 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима с зачетом времени содержания под стражей периода с 23.04.2010 по 11.12.2014. Административный истец был принят администрацией ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области для дальнейшего отбывания наказания. На основании постановления ВРИП начальника ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области от 02.07.2015 административный истец был помещен в строгие условия отбывания наказания, где содержался до февраля 2016 года. Между тем, решением Президиума Краснодарского краевого суда от 20.01.2016 приговор от 11.12.2014 был изменен, назначенное наказание снижено до 17 лет 6 месяцев, также был изменен вид исправительного учреждения с колонии особого режима на колонию строгого режима. Таким образом, вследствие судебной ошибки, установленной Президиумом Краснодарского краевого суда, административный истец незаконного содержался в колонии особого режима и постановление от 02.07.2015 о переводе в строгие условия отбывания наказания, вынесенное на основании ч. 5 ст. 124 УИК РФ является также незаконным, ущемляющим права и законные интересы административного истца. В данной ситуации к административному истцу должны были применяться положения ч. 5 ст. 122 УИК РФ, предусматривающие более просторные условия содержания и более расширенный перечень прав.

Кроме того, администрацией ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области не правильно исполнялся приговор суда в части исчисления начала срока отбывания наказания с 16.09.2014 и окончания срока 15.09.2032 года. Основанием к неправильному исчислению срока послужило апелляционное определение Краснодарского краевого суда от 23.04.2015, которым дополнена резолютивная часть приговора о зачете в срок отбывания наказания времени содержания под стражей в период предварительного следствия с 16.09.2014 по 10.12.2014. Между тем, администрация ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области не обратила должного внимания на тот факт, что суд апелляционной инстанции не отменял приговор в части зачета административному истцу в срок отбывания наказания времени содержания под стражей в период с 23.04.2010 по 11.12.2014. Несмотря на возражения административного истца и неоднократные просьбы о направлении представления о разъяснении сомнений и неясностей при исполнении данного приговора, административный ответчик бездействовал, и продолжал исполнять приговор суда неправильно, причиняя административному истцу психические переживания и страдания.

Более того, после 20.01.2016 административный истец незаконно, без вынесения соответствующего постановления был водворен в камеру штрафного изолятора, где незаконно содержался до своего убытия из ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области до февраля 2016 года.

Просит признать незаконным и отменить постановление ВРИП начальника ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области от 02.07.2015; признать незаконным действия (бездействие) ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области, выразившиеся в неправильном исчислении срока назначенного наказания, а также в бездействии по рассмотрению возражений и обращений административного истца; признать незаконным содержание административного истца в камере штрафного изолятора ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области в период с января по февраль 2016 (л.д.169-170, 171).

В ходе рассмотрения дела административным истцом заявлено ходатайство о частичном прекращении производства по делу в связи с отказом от административных исковых требований, касающихся нарушения стандартов оказания первичной медико-санитарной помощи (л.д. 151).

На основании определения от 19.09.2022 принят отказ ФИО1 от административных исковых требований в части нарушения стандартов первичной медико-санитарной помощи. Производство по делу в указанной части прекращено.

Административный истец в судебном заседании, проведенном с применением ВКС, административные исковые требования с учетом дополнений поддержал, пояснив, что в период с 17.06.2015 по 19.02.2016 в период отбывания наказания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области содержался в строгих условиях отбывания наказания на основании постановления от 02.07.2015 в ПКТ № 9, 8, 7, 2. Полагает, что в указанных помещениях не были соблюдены нормы жилой площади – не менее 2 кв.м. на 1 осужденного. В камерах обычно содержалось по 5-6 человек. Поскольку окна в камерах небольшого размера и расположены высоко, отсутствовало достаточное естественное освещение. Размер форточки, обеспечивающей проветривание помещения, небольшой, что говорит о фактическом отсутствии вентиляции в камерах. Отсутствовало также горячее водоснабжение в камере. Требования приватности санитарных узлов были нарушены, санузел имел частичное ограждение высотой не более 1 метра без двери. Кроме того, не всегда соблюдалась периодичность посещения душа. Посещение душа осуществлялось не чаще одного раза в 7-8 дней. Не оспаривал того обстоятельства, что на момент вынесения постановления от 02.07.2015 были основания для его вынесения, поскольку преступление было совершено им в период отбывания наказания. Неверное исчисление административным ответчиком срока отбывания наказания нарушает права административного истца на замену наказания более мягким видом наказания, либо на условно-досрочное освобождение. Не оспаривал того обстоятельства, что на момент отбывания наказания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области право на замену наказания и на условно-досрочное освобождение у административного истца не возникло. Кроме того, после вынесения 20.01.2016 постановления Президиумом Краснодарского краевого суда о снижении наказания и изменении вида исправительного учреждения, он без законных на то оснований был водворен в ШИЗО до получения документов и этапирования к месту нового отбывания наказания. Полагает, что срок для обращения в суд с настоящим административным иском не пропущен, поскольку о возможности подачи такого иска ему стало известно в июле 2022 года после ознакомления с изменениями в ст. 227.1 КАС РФ.

Представитель ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала, пояснив, что приговором Красноармейского районного суда Краснодарского края от 11.12.2014 установлено, что ФИО1 совершил ряд преступлений, находясь в камере ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Краснодарскому краю и был приговорен к лишению свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 124 УИК РФ на основании постановления от 02.07.2015 административный истец был помещен в строгие условия отбывания наказания в помещение камерного типа. Поскольку оснований для иных условий отбывания наказания в отношении ФИО1 не имелось, постановление от 02.07.2015 является законным и отмене не подлежит. В помещениях камерного типа, в которых отбывал наказание ФИО1 норма жилой площади соблюдена. При этом, в расчет жилой площади не учитывалась площадь санузла. Информацию о покамерном содержании осужденных в строгих условиях отбывания наказания предоставить не представляется возможным поскольку ведение данного учета нормативными правовыми актами не предусмотрено. Камеры оснащены достаточным освещением, что подтверждается комиссионными актами замера освещенности камерного блока. В камерах предусмотрены приточные вентиляции с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные форточки. В ходе проведения технических осмотров зданий в осенне-весенний период нарушений в работе приточно-вытяжной вентиляции установлено не было. Горячая вода подведена ко всем камерам, что подтверждается технической документацией. Кроме того, осужденный ФИО1 обеспечивался помывкой в душевом помещении, оборудованном системами горячего и холодного водоснабжения в соответствии с установленным распорядком дня, в соответствии с которым помывка осужденных происходит покамерно, два раза в неделю в период с 08-00 до 17-00 часов. Стирка постельного и личного белья производится еженедельно в прачечной. Для обеспечения приватности в 2015-2016 годах в части камер санитарные узлы были огорожены от остальной площади экранами, высотой от 1,5 до 1,8 м., в части кирпичными перегородками в высоту 2 метра с полноразмерными дверными блоками, оборудованные унитазами. Впоследствии в ПКТ были проведены работы по переустройству санитарных узлов, в настоящее время санитарные узлы огорожены перегородками с полноразмерными дверными блоками. Неверное, по мнению административного истца, исчисление срока отбывания наказания, прав административного истца не нарушает, поскольку права на условно-досрочное освобождение у него в период отбывания наказания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области, не возникло. В январе-феврале 2016 года административный истец в ШИЗО не водворялся, поскольку оснований для этого не было. До убытия из ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области содержался в ПКТ. Таким образом, оснований для удовлетворения административного иска не имеется. Кроме того, ФИО1 пропущен срок для обращения в суд с настоящим административным иском, уважительности причин пропуска данного срока административным истцом не представлено, просила в удовлетворении заявленных требований отказать.

Представитель УФСИН России по Омской области, ФСИН России ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала, просила в удовлетворении требований отказать в связи с пропуском срока для обращения в суд.

Выслушав участвующих в судебном заседании лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 3 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» от 04.11.1950 никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

В силу ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Частями 1 и 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) предусмотрено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Права и обязанности осужденных определяются УИК РФ, исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

Из разъяснений, приведенных в п.п. 2, 13, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2018 № 47, следует, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, включая право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий. В силу частей 2 и 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения. Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Согласно ч.ч. 1 и 5 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении. При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Частью 5 ст. 124 УИК РФ предусмотрено, что в строгие условия отбывания наказания по прибытии в исправительную колонию особого режима помещаются также осужденные за умышленные преступления, совершенные в период отбывания лишения свободы.

Согласно ч. 3 ст. 125 УИК РФ осужденные, отбывающие наказание в строгих условиях, проживают в помещениях камерного типа.

Судебным разбирательством установлено, что ФИО1 на основании приговора Красноармейского районного суда Краснодарского края от 11.12.2014 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. ст. (5 эпизодов), ч. ст. - ч. 4 ст. (22 эпизода) УК РФ, и ему назначено наказание с применением ч. 3, 5 ст. УК РФ в виде 18 лет лишения свободы с отбыванием наказания в ИК особого режима. Срок отбытия наказания исчислять с 11.12.2014, зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 23.04.2010 по 11.12.2014 (с учетом постановления Тогучинского районного суда Новосибирской области от 12.04.2021).

В соответствии с выпиской из указанного выше приговора суда, преступления административным истцом совершены в период отбывания наказания в виде лишения свободы в условиях особо опасного рецидива (л.д. 80-86, 120-121).

На основании постановления Президиума Краснодарского краевого суда от 20.01.2016, приговор Красноармейского районного суда от 11.12.2014 и апелляционное постановление Краснодарского краевого суда от 23.04.2015 в отношении ФИО1 изменены, исключено указание суда на наличие в действиях ФИО1 особо опасного рецидива преступлений. В действиях ФИО1 признан опасный рецидив преступлений. Наказание снижено до 17 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима (л.д.118-119).

Согласно справке начальника отдела специального учета ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области, ФИО1 прибыл в указанное учреждение 22.06.2015, в период с 14.12.2015 по 28.12.2015 находился в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области на основании постановления Омского областного суда от 01.12.2015 для рассмотрения апелляционной жалобы, в период с 11.01.2016 по 28.01.2016 находился в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области на основании постановления Краснодарского краевого суда от 08.12.2015 для рассмотрения кассационной жалобы, 19.02.2016 убыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области для дальнейшего направления в распоряжение ГУФСИН России по Новосибирской области на основании постановления Краснодарского краевого суда от 20.01.2016 (направлен по месту регистрации и проживания) (л.д.89).

Постановлением врип начальника ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области от02.07.2015 по решению комиссии ИК (протокол № 19 от 02.07.2015) ФИО1 помещен в строгие условия отбывания наказания с 02.07.2015. В тот же день данное постановление было объявлено административному истцу (л.д.124).

Период нахождения ФИО1 с 02.07.2015 по 19.02.2016 в строгих условиях отбывания наказания также подтверждается книгой учета осужденных, содержащихся в строгих условиях отбывания наказания особого режима ФБУ ИК-7 (выписка из книги л.д._________)

Судебным разбирательством установлено, и не оспаривалось сторонами, что осужденный ФИО1 в период отбывания наказания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области в различные периоды содержался помещениях камерного типа № 9, 8, 7, 2 непосредственно в строгих условиях отбывания наказания (далее – СУОН).

Административный истец указал на нарушение своих прав следующими нарушениями условий содержания в исправительном учреждении, в указанных камерах имело место большая нехватка жилого пространства, большая нехватка естественного освещения, отсутствие вентиляции, отсутствие горячего водоснабжения, не обеспечены требования приватности санитарных узлов, а также нарушены размеры площади санитарных узлов, посещения душа осуществлялось не чаще одного раза в 7-8 дней.

В силу ч. 3 ст. 125 УИК РФ осужденные, отбывающие наказание в строгих условиях, проживают в помещениях камерного типа (далее – ПКТ).

В соответствии с подп. 1 и 2 п. 32 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Минюста России от 04.09.2006 № 279 (в ред. приказа Минюста России от 17.06.2013 № 94), здание ПКТ размещается в изолированной зоне учреждения УИС и отделяется от других участков просматриваемым коридором. Тип здания выбирается в зависимости от режима содержания осужденных в учреждении УИС и его наполнения. Как правило, здание ПКТ, строится в кирпичном исполнении. В здании, в том числе предусматриваются: камеры на 2 - 6 человек; комнаты младших инспекторов дежурной смены; помещение для обыска осужденных; кабинет для оперативных работников и начальников отрядов; комната для приема осужденных администрацией и медперсоналом.

Согласно ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на каждого осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее 2 кв.м.

Из представленной выписки технического паспорта здания ПКТ и ШИЗО ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области (л.д. 116), письменного отзыва представителя ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области (л.д. 87-88), фотографий (л.д. _______), следует, что:

камера № 2, размером 5,72 м х 2,34 м, общей площадью 13,4 кв.м., предназначена для содержания 6 осужденных (норма площади – 2х6=12 кв.м.), площадь санузла 1,26 кв.м.;

камера № 7, размером 5,72 м х 2,73 м, общей площадью 15,6 кв.м., предназначена для содержания 6 осужденных (норма площади – 2х6=12 кв.м.), площадь санузла 1,39 кв.м.;

камера № 8, размером 5,71 м х 2,45 м, общей площадью 14 кв.м., предназначена для содержания 4 осужденных (норма площади – 2х4=8 кв.м.), площадь санузла 1,20 кв.м.;

камера № 9, размером 5,72 м х 2,72 м, общей площадью 15,6 кв.м., предназначена для содержания 6 осужденных (норма площади – 2х6=12 кв.м.), площадь санузла 1,25 кв.м.

Из справки начальника отдела безопасности ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области следует, что информацию о покамерном содержании осужденных в строгих условиях отбывания особого режима, в том числе о количестве осужденных, содержащихся в камерах, представить не представляется возможным поскольку покамерный учет осужденных в СУОН особого нормативными правовыми актами не предусмотрен (л.д.132).

В то же время административный истец в судебном заседании не оспаривал того обстоятельства, что количество осужденных в камерах не превышало нормы, установленной для каждой камеры.

Таким образом, исходя из нормы по количеству осужденных, установленной для каждой из перечисленных выше камер, суд не усматривает нарушения прав административного истца в части недостатка личного пространства в камерах, поскольку нормы жилой площади административным ответчиком в рассматриваемом случае соблюдены.

Подпунктом 8 п. 32 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Минюста России от 04.09.2006 № 279, установлены требования к окнам – окна, в том числе в камерах ПКТ в ИК особого режима с двойными оконными переплетами оборудуются форточкой, открывающейся вовнутрь. С внешней стороны устанавливаются металлические сварные решетки. Со стороны камер окна отгораживаются решеткой, исключающей доступ к стеклу (в ред. приказа Минюста России от 17.06.2013 № 94).

На основании Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и Положения о государственном санитарно-эпидемиологическом нормировании, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24.07.2000 № 554, введены в действие санитарно-эпидемиологические правила и нормативы.

Согласно ч. 3 ст. 101 УИК РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Ранее, в силу требований Свода правил. Естественное и искусственное освещение. Актуализированная редакция СНиП 23-05-95*. СП52.133.30.2011 требования к освещению жилых помещений при нормальной насыщенности помещений светом составляла 200 лк. (таблица № 2).

В соответствии со Сводом правил. Естественное и искусственное освещение. Актуализированная редакция СНиП 23-05-95*. СП 52.13330.2016 требования к освещению жилых помещений при нормальной насыщенности помещений светом должна составлять не менее 300 лк. (таблица № 4.2).

Проверяя доводы административного истца относительно нехватки естественного освещения, суд учитывает, что камеры СУОН ОР ФКУ ИК-7 оснащены достаточным освещением. Окна каждой камеры позволяют проникновению света в достаточном количестве, факт наличия в камерах окон административным истцом в судебном заседании не оспаривался.

Кроме того, судебным разбирательством установлено, что камеры оснащены также искусственным освещением.

Данный факт подтверждается комиссионными актами замера освещенности камерного блока ФКУ ИК-7 от 09.02.2015 и 04.02.2016, где для измерения освещенности помещения камер использовался прибор люксметр Testo 540, согласно которому показатель освещенности в камерах составляет выше 300 лк (л.д. 99, 100).

Таким образом, уровень освещенности в камерах ПКТ соответствовал вышеперечисленным требованиям, в связи с чем, доводы административного истца в указанной части суд находит не обоснованными.

В соответствии с пунктами 20.16, 20.33 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной приказом Минюста Российской Федерации от 02.07.2003 №130-дсп, в зданиях ИУ предусмотрено оборудование приточно-вытяжной вентиляции с естественным побуждением.

Факт наличия в камерах приточно-вытяжной вентиляции подтверждается техническим паспортом ПКТ и ШИЗО ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области (л.д. 116).

Кроме того, в соответствии с инструкцией по технической эксплуатации зданий и сооружений учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ, утвержденной приказом Минюста РФ от 28.09.2001 № 276, в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области ежегодно проводится осенний и весенний осмотр зданий и сооружений, в ходе которых осматриваются, в том числе приточно-вытяжные вентиляции.

Как следует из актов общего (весеннего) осмотра здания ШИЗО ПКТ ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области от 24.04.2015 и 25.04.2016, нарушений в работе приточно-вытяжной вентиляции в 2015, 2016 годах не выявлено (л.д. 95-96, 97-98).

Наличие в камерах естественного притока воздуха путем регулирования оконной форточки административным истцом не оспаривалось. Судебным разбирательством установлено, что ПКТ оборудовано окном с форточкой, возможность открытия и закрытия которой предоставлена на усмотрение осужденных, чем обеспечен приток свежего воздуха в камеру.

Таким образом, доводы административного истца об отсутствии вентиляции в камерах не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, в связи с чем, подлежат отклонению.

Согласно пункту 20.1 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 02.06.2003 № 130-ДСП, здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям, в том числе СНиП 2.04.01-85 «Внутренний водопровод и канализация зданий». Подводку холодной и горячей воды в жилой (режимной, лечебной) зоне следует предусматривать, в том числе к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях (пункт 20.5 Инструкции).

Наличие в камерах горячего водоснабжения подтверждается представленными фотоматериалами (л.д._________), техническим паспортом ПКТ и ШИЗО ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области (л.д. 116), а также актами общего (весеннего) осмотра здания ШИЗО ПКТ ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области от 24.04.2015 и 25.04.2016 (л.д. 95-96, 97-98), из которых следует, что горячее водоснабжение и водопровод находятся в удовлетворительном состоянии.

При таких обстоятельствах доводы административного истца об отсутствии горячего водоснабжения суд находит не состоятельными и подлежащими отклонению.

Также суд находит не состоятельными доводы о предоставлении возможности для принятия душа не чаще одного раза в 7-8 дней, поскольку в соответствии с установленным распорядком дня в СУОН ОР помывка осужденных проходит покамерно, два раза в неделю в период времени с 08-00 до 17-00 часов, стирка постельного и личного белья производится еженедельно в прачечной БПК, что подтверждается приказами ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области от 20.01.2015 № 21-ос, от 25.12.2015 № 633-ос «Об утверждении распорядков дня для осужденных в ИК-7 (л.д.90-92, 93-94). Аналогичные положения были предусмотрены Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными Приказом Минюста России от 03.11.2005 № 205 (действовавшими до января 2017 года). Доказательств обратного материалы административного дела не содержат.

Доводы административного истца о нарушении приватности (отсутствии возможности уединения) в санузле также не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Согласно примечанию 5 к Номенклатуре и срокам эксплуатации мебели, инвентаря и предметов хозяйственного обихода для общежитий (камер) и объектов коммунально-бытового назначения учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденным приказом ФСИН России от 27.07.2006, камеры штрафного (дисциплинарного) изолятора, помещений камерного типа, следственного изолятора и тюрьмы оборудуются санитарным узлом (унитаз, отделенный от остального помещения экраном высотой 1 м, и умывальник), окно - форточкой.

Из пояснений представителя ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области следует, что для обеспечения приватности в 2015-2016 годах в части камер санитарные узлы были огорожены от остальной площади экранами, высотой от 1,5 до 1,8 м., в части кирпичными перегородками в высоту 2 метра с полноразмерными дверными блоками, оборудованные унитазами. Впоследствии в ПКТ были проведены работы по переустройству санитарных узлов, в настоящее время санитарные узлы огорожены перегородками с полноразмерными дверными блоками, что подтверждается представленными фотоматериалами.

Несмотря на то, что доказательств, подтверждающих наличие в 2015-2016 годах ограждающих экранов, стороной административного ответчика не представлено ввиду того, что после указанного периода проведены работы по переустройству, суд учитывает то обстоятельство, что административным истцом наличие ограждающих экранов высотой около 1 метра не оспаривалось. Таким образом, оборудование санузла соответствовало требованиям, действующим в тот период. Кроме того, суд учитывает то обстоятельство, что требований к площади санитарных узлов Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Минюста России от 04.09.2006 № 279, не содержат.

Что касается требований о признании незаконным постановления от 02.07.2015 о помещении ФИО1 в строгие условия отбывания наказания, суд находит их необоснованными.

В силу положений ч. 5 ст. 124 УИК РФ основанием для вынесения данного постановления послужило то обстоятельство, что ФИО1 в период отбывания наказания в виде лишения свободы совершил умышленное преступление, что подтверждается приговором Красноармейского районного суда Краснодарского края от 11.12.2014. Видом исправительного учреждения при назначении наказания была определена исправительная колония особого режима.

С учетом изложенных обстоятельств, при вынесении постановления от 02.07.2015 нормы ч. 5 ст. 124 УИК РФ ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области были применены правильно. Оснований для признания незаконным данного постановления не имеется.

Доводы административного истца о необходимости применения к нему положений ч. 5 ст. 122 УИК РФ суд находит несостоятельными, поскольку они основаны на неверном толковании закона. Указанные положения применяются для исправительных колоний строгого режима, однако к таковым ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области не относится.

Требования административного истца о признании незаконными действий ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области о водворении его с января по февраль 2016 в ШИЗО суд также находит не обоснованными.

Исходя из положений ст. 115-117 УИК РФ водворение в штрафной изолятор является мерой взыскания, применяемой к осужденным к лишению свободы за нарушение установленного порядка отбывания наказания.

Из материалов административного дела следует, что за время отбывания наказания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области ФИО1 поощрений и взысканий не имел, что подтверждается справкой (л.д.40)

Согласно справке, подготовленной инспектором отдела спец.учета ФКУ ИК-14 на основании материалов личного дела административного истца, последний в январе 2016 года в помещение ШИЗО не водворялся (л.д.124-оборот).

Из Книги учета осужденных, содержащихся в ЕПКТ, ШИЗО и одиночных камерах ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области следует, что сведения о водворении в ШИЗО ФИО1 на страницах 63-65 в период с 01.01.2016 по 29.02.2016, отсутствуют (л.д.130-131).

По сведениям Книги учета осужденных, содержащихся в строгих условиях отбывания наказания особого режима ФБУ ИК-7, на странице № 8 под номером 253 имеется запись: ФИО1 № отряда СУОН ОР, дата перевода 02.07.2015, примечание убыл по этапу 19.02.2016 (л.д._______).

Таким образом, вышеперечисленными доказательствами подтверждено, что в период с 02.07.2015 по 19.02.2016 административный истец в ШИЗО не водворялся, содержался в ПКТ, в связи с чем, оснований для удовлетворения требований в данной части не имеется. Более того, как указано самим административным истцом в тексте административного иска, до 19.02.2016 он содержался в камерах № 9, 8, 7, 2 которые являются помещениями камерного типа.

Что касается требований о признании незаконными действий (бездействия) ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области, выразившихся в неверном исчислении срока назначенного наказания, а также не рассмотрении обращений административного истца по данному вопросу, суд полагает необходимым указать следующее.

Как уже указывалось выше, на основании приговора Красноармейского районного суда Краснодарского края от 11.12.2014 был произведен зачет в срок отбытия наказания времени содержания под стражей с 23.04.2010 по 11.12.2014. В указанной части приговор не изменялся. Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 23.04.2015 дополнена резолютивная часть приговора о зачете в срок отбытия наказания времени содержания под стражей в период предварительного следствия с 16.09.2014 по 10.12.2014.

Как следует из справки начальника отдела специального учета ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области началом срока по приговору от 11.12.2014 является 16.09.2014, конец срока – 15.03.2032 (л.д.89).

Согласно ч. 3 ст. 127 УИК РФ в строгие условия отбывания наказания по прибытии в исправительную колонию особого режима помещаются все осужденные. Перевод из строгих условий отбывания наказания в обычные условия отбывания наказания производится по отбытии не менее 10 лет в строгих условиях отбывания наказания по основаниям, указанным в части шестой статьи 124 настоящего Кодекса. Если в период пребывания в следственном изоляторе к осужденному не применялась мера взыскания в виде водворения в карцер, срок его нахождения в строгих условиях отбывания наказания исчисляется со дня заключения под стражу.

Административным истцом в судебном заседании не оспаривалось то обстоятельство, что в период отбывания им наказания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области права на замену наказания более мягким видом наказания, либо права на условно-досрочное освобождение, не имелось.

С учетом изложенных обстоятельств, суд полагает, что исчисление ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области начала срока отбытия наказания с 16.09.2014 не нарушает прав административного истца, поскольку негативных последствий в связи с этим у ФИО1 не возникло. Тем более, что в настоящее время, на основании постановления Тогучинского районного суда Новосибирской области от 12.04.2021 по ходатайству ФИО1 разъяснен срок отбытия наказания по приговору от 11.12.2014 с учетом времени содержания под стражей с 23.04.2010 по 11.12.2014. Таким образом, в указанной части права административного истца восстановлены, неясности исчисления срока отбытия наказания устранены.

Сведений об обращении административного истца к ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области по вопросу исчисления срока отбытия наказания материалы дела не содержат.

Согласно справке по переписке осужденного ФИО1 в период с 22.06.2015 по 19.02.2016, административным истцом было направлено пять обращений в прокуратуру Краснодарского края (л.д. 39-оборот).

По информации прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ, в период с 17.06.2015 по 19.02.2016 от осужденного ФИО1, а также иных лиц в его интересах, обращения, касающиеся условий отбывания наказания, не поступали и не рассматривались (л.д.61).

Таким образом, изложенные административным истцом доводы о допущенных нарушениях условий его содержания в исправительном учреждении, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения настоящего административного иска.

Поскольку судом не установлено нарушение условий содержания осужденного ФИО1 в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области суд, не находит оснований для удовлетворения административных исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 227, 175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к ФСИН России, ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области о признании действий незаконными, взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания, отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Омский областной суд через Советский районный суд г. Омска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Т.А. Балова

Мотивированное решение составлено 28.09.2022