Дело № 2 - 3247/2022
59RS0001-01-2022-003737-66
Решение
Именем Российской Федерации
22 августа 2022 года город Пермь
Дзержинский районный суд города Перми в составе:
председательствующего судьи Суворовой К.А.,
секретаря ФИО2,
с участием прокурора ФИО3, истца ФИО1, представителя истца ФИО7, действующей в порядке п.6 ст.53 ГПК РФ, представителей ответчика ФИО4, ФИО5, действующих на основании доверенности,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Специализированный застройщик ПЗСП» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
Истец обратилась в суд с иском к ответчику о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 руб.
Исковые требования мотивирует тем, что работала в организации ответчика с 30.05.1995 уборщицей, в апреле 2002 года ей стало плохо на рабочем месте, ее отвезли в стационар психоневралогической больницы, 30.04.2002 к ней в больницу пришла начальник отдела кадров с просьбой подписать заявление об увольнении по собственному желанию, истец подписала, находясь под воздействием лекарственных препаратов, 08.05.2022 был вынесен приказ об увольнении № 51-к по п.3 ст.81 ТК РФ – несоответствие работника занимаемой должности или выполняемой работе вследствие недостаточной квалификации, подтвержденной результатами аттестации, но аттестации в ее положении быть не могло. Считает, что ее уволили незаконно по тому основанию, что она находилась на больничном, ввели в заблуждение, компенсацию она не получила. В настоящее время она находится на 3 группе инвалидности, незаконное увольнение причинило ей нравственные и физические страдания.
Истец и представитель истца в судебном заседании поддержали доводы, изложенные в исковом заявлении.
Представители ответчика в судебном заседании иск не признали по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск, заявив ходатайство о применении срока исковой давности.
Заслушав стороны, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.
Согласно ст. 3 ТК РФ никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества независимо от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, политических убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.
Статьей 1 Конвенции N 111 Международной организации труда "Относительно дискриминации в области труда и занятий" определено, что термин "дискриминация" включает: всякое различие, исключение или предпочтение, основанные на признаках расы, цвета кожи, пола, религии, политических убеждений, национальной принадлежности или социального происхождения и имеющие своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей или обращения в области труда и занятий.
Статьей 2 Конвенции установлено, что всякое различие, исключение или предпочтение, основанные на специфических требованиях, связанных с определенной работой, не считаются дискриминацией.
Свобода трудовых отношений в ее конституционно-правовом смысле предполагает соблюдение принципов равенства и согласования воли сторон, стабильности данных правоотношений. Субъекты трудовых отношений свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий.
Запрещение дискриминации в сфере труда направлено на обеспечение равных возможностей в осуществлении своих способностей к труду. Исключительно деловые качества работника должны учитываться при заключении трудового договора, при оплате труда, поручении тех или иных производственных заданий.
В силу статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Судом установлено, что ФИО1 с 30.05.1995 работала в АО «ПЗСП» уборщицей, о чем был издан приказ о приеме на работу и заключен трудовой договор. В период с 24.01.2002 по 29.04.2002 истец была госпитализирована в МУЗ «Городской психоневрологический диспансер», с 24.01.2002 был выдан листок нетрудоспособности, который был закрыт 29.04.2002, о чем свидетельствует выписной эпикриз медицинской карты амбулаторного больного ФИО1 ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая психиатрическая больница». 30.04.2002 ФИО1 написала заявление об увольнении по собственному желанию, работодателю была представлена справка МСЭ от 06.05.2002 об установлении ФИО1 второй группы инвалидности, на основании указанных документов 08.05.2002 работодателем был вынесен приказ № 51-к об увольнении по п.3 ст.81 ТК РФ в связи с несоответствием работника по состоянию здоровья. 08.05.2002 ФИО1 ознакомилась с приказом и получила трудовую книжку.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ в редакции, действующей до внесения изменений Федеральным законом от 03.07.2016 г. N 272-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушения законодательства в части, касающейся оплаты труда", работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
Закон или иной нормативный правовой акт, содержащий нормы трудового права, не имеет обратной силы и применяется к отношениям, возникшим после введения его в действие (ч. 3 ст. 12 ТК РФ). Действие закона или иного нормативного правового акта, содержащего нормы трудового права, распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, лишь в случаях, прямо предусмотренных этим актом (ч. 4 ст. 12 ТК РФ). Федеральным законом N 272-ФЗ не установлено, что действие изменений, внесенных в ст. 392 ТК РФ, распространяется на отношения, возникшие до 03.10.2016. Поскольку спорные отношения возникли до вступления в действие новой редакции ст. 392 ТК РФ, в рассматриваемой ситуации должен применяться срок обращения в суд, действующий на момент возникновения спорных правоотношений – один год (редакция от 30.12.2001). Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться в суд с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации в п. 7 постановления от 20.12.1994 года N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.
Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока давности для защиты своего права. О восстановлении пропущенного срока истец не ходатайствовала. Требование о взыскании компенсации морального работника всегда связано с нарушением его прав, в данной части в связи с незаконным увольнением, которое истец не оспаривает, следовательно, исчисление срока исковой давности подлежит с момента выдачи последней трудовой книжки - 08.05.2002, таким образом, с момента нарушения ее предполагаемого права до подачи настоящего иска в суд прошло около 20 лет, срок для обращения в суд с иском о нарушении трудовых прав ФИО1 пропущен. При этом суд отмечает, что постановка ее на психиатрический учет в 2000 году не свидетельствует о непонимании ею своих действий, согласно копии трудовой книжки истца она с 2005 года вновь трудоустроена, в том числе с 20.09.2018 в АО «ПЗСП» подсобным рабочим, в 2008 году группа инвалидности изменилась на третью, в 2020 году имело место ее обращение в суд по иску о взыскании компенсации морального вреда и восстановление жилищных прав в связи с постановкой на жилищный учет в АО «ПЗСП», как и тогда, истец действует через своего представителя, обратившись за квалифицированной юридической помощью, поэтому в данном случае вопрос о ее правоспособности и дееспособности не стоит.
Причиной расторжения трудового договора по п. 3 ст. 81 Трудового кодекса РФ (в редакции 30.12.2001) являлось состояние здоровья работника, а точнее - стойкое снижение трудоспособности, препятствующее выполнению прежней работы, что подтверждается медицинским заключением.
Не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности работодателем - физическим лицом) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске (п.3 ст.81 ТК РФ в редакции 30.12.2001).
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 22 постановления "О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации законодательства при разрешении трудовых споров" от 22 декабря 1992 года, действующее на момент увольнения истца, расторжение трудового договора вследствие несоответствия работника выполняемой работе по состоянию здоровья возможно при стойком снижении трудоспособности, препятствующем надлежащему исполнению трудовых обязанностей, либо если исполнение трудовых обязанностей с учетом состояния здоровья работника ему противопоказано или опасно для членов трудового коллектива либо обслуживаемых им граждан.
Исходя из представленных доказательств по делу, истец была нетрудоспособна с 24.01.2002 по 29.04.2002, следовательно, ее заявление об увольнении от 30.04.2002 и справка МСЭ от 06.05.2002 могли послужить причиной увольнения по указанной выше статье Трудового кодекса РФ и изданию работодателем приказ от 08.05.2002 № 51-к. При этом подписанное истцом заявление об увольнении от 30.04.2002 само по себе не является основанием к увольнению по данной диспозиции, следовательно, ссылка истца на то, что она писала его, находясь под воздействием лекарственных препаратов и не понимала его содержание, не может является основанием незаконности увольнения по данной статье, где основополагающим документом является представленная ею справка об инвалидности, при этом само увольнение истец не оспаривает. Довод истца о неверном указании в трудовой книжке номера и даты приказа об увольнении 30.04.2002 суд не ставит под сомнение, между тем, как было установлено в судебном заседании, самой истице и ответчику известен только один приказ об увольнении, именно его приводит в своем иске истец и именно его представил ответчик – от 08.05.2002 № 51-к, поэтому сами по себе неверные указания даты и номера приказа права истца не нарушили, указанная описка устранима.
Таким образом, основания иска не нашли своего подтверждения в судебном заседании, опровергнуты представленными доказательства ответчика, следовательно, иск удовлетворению не подлежит.
Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к АО «Специализированный застройщик ПЗСП» о взыскании компенсации морального вреда – отказать.
Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Дзержинский районный суд г. Перми в течение месяца со дня составления его в окончательной форме.
Судья – К.А. Суворова