Дело № 2-1021/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 июля 2022 года г. Новотроицк

Новотроицкий городской суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Сухаревой О.А.,

при секретаре Голевой Е.В.,

с участием старшего помощника прокурора г. Новотроицка Оренбургской области Гузова И.В.,

истца и представителя истцов ФИО1 , действующей от имени ФИО2 и ФИО3 на основании доверенностей от 04.07.2022,

представителя истцов ФИО1 и ФИО3 – ФИО4, действующей на основании ордера № А-129/28 от 17.06.2022,

представителя ответчика АО «НЦЗ» ФИО5, действующего на основании доверенности № 01 от 10.01.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 , ФИО2, ФИО3 к акционерному обществу «Новотроицкий цементный завод» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО3 и ФИО2 обратились с вышеуказанным иском к акционерному обществу «Новотроицкий цементный завод» (далее АО «НЦЗ») указав, что являются супругой и сыновьями П. который работал в должности электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования. 12.07.2020 при выполнении должностных обязанностей на рабочем месте с П. произошел несчастный случай, в результате которого он получил производственную травму: П. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска, где ДД.ММ.ГГГГ наступила его смерть. . П. . являлся супругом ФИО1 и отцом ФИО3 и ФИО2 Его смерть является невосполнимой утратой для них. Он помогал, заботился о своей семье. В связи с его смертью они потеряли покой, испытывают чувство скорби, душевной боли, переживания и страдания, связанные с потерей близкого и любимого человека.

Просят суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере по 1 000 000 рублей каждому.

Определением от 25.05.2022 к участию в деле в качестве третьего лица был привлечен ФИО6, а протокольным определением от 17.06.2022 в качестве третьих лиц привлечены ФИО7 и ФИО8

Истец и представитель истцов ФИО1 в судебном заседании требования искового заявления поддержала в полном объеме по основаниям, в нем изложенным.

Истцы ФИО3 и ФИО2, будучи извещенным надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Представитель истцов ФИО4 в судебном заседании указала на законность и обоснованность предъявленных истцами требований.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании с требованиями истцом не согласился. Указал на отсутствие вины АО «НЦЗ» в причинении смерти П. . Пояснил, что несчастный случай на производстве произошел в результате виновных действий самого П.

Третьи лица ФИО6, ФИО7 и ФИО8 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом.

Суд, выслушав участников процесса, заключение старшего помощника прокурора, исследовав в судебном заседании представленные доказательства, приходит к следующему.

В силу положений статей 22 и 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда лежат на работодателе.

Частью 8 статьи 220 ТК РФ предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение вреда осуществляется в соответствии с федеральными законами и иными правовыми актами.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В судебном заседании установлено, что П. и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке с 27.09.1996, что подтверждается свидетельством о заключении брака №.

Также установлено, что от данного брака у них имеются дети ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения (свидетельство о рождении №) и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения (свидетельство о рождении №).

В соответствии со свидетельством о смерти № П. , ДД.ММ.ГГГГ рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ.

П. состоял в трудовых отношениях с АО «НЦЗ» на основании трудового договора № 103 от 22.05.2006 первоначально в должности электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования (технологического и обеспыливающего) Энергоцеха, группы по ремонту оборудования ТУЦ, с 04.10.2013 был переведен электромонтером по ремонту и обслуживанию электрооборудования (технологического и обеспылевающего) в цех обжига (ЦО) Печное отделение на основании дополнительного соглашения № 16.

Согласно акта № 1-1 от 04.09.2020 о несчастном случае на производстве установлено, что 12.07.2020 примерно в 09 часов 55 минут произошел несчастный случай в цехе «Обжига» АО «НЦЗ».

Обстоятельства несчастного случая: 12.07.2020 в 07 часов 30 минут П. получил инструктаж перед началом смены от сменного мастера цеха «Обжиг» (ЦО) ФИО6 В цехе обжига и рассева пропанта (ЦОРП) ООО «Оренбургский пропант» в этой же смене работал электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования ФИО9 Энергетиком цеха «Обжиг» ФИО10 всему дежурному персоналу СО (электромонтерам по ремонту и обслуживанию электрооборудования (технологического и обеспыливающего) было дано задание с записью в оперативном журнале произвести проверку оперативных цепей управления печей № 3 по факту выявления короткого замыкания. 12.07.2020 от начальника ЦО сменному мастеру ФИО6 уже с начала смены поступила команда готовить вращающуюся печь № 3 к пуску в работу.

Согласно своей производственной инструкции № 99 от 28.10.2014 П. сделал обход действующего оборудования, проверил темп работы подшипников главного привода вращающейся печи № 2. При опробовании пуска вращающейся печи № 3 на шлейф ФИО9 с дежурным электромонтером подстанции ФИО11 находились в ГПП с проверкой масленых выключателей, а П. находился на пульту управления вращающимися печами и по световой сигнализации определял готовность вращающейся печи № 3 к пуску. В 09 часов 40 минут ФИО9 пришел с ГПП и они с П. начали выполнять задание, данное ФИО10 (найти короткое замыкание в оперативных цепях). Предположив, что повреждение изоляции кабеля произошло в лотке, на котором лежат кабеля около роторной подстанции (РП), которая находится на опоре № вращающейся печи № 3,Э П. взял среднюю часть сборной трехколенной лестницы, которая находилась в РП, для того, чтобы путем продергивания найти место повреждения кабеля оперативных цепей. С левой стороны лоток можно было достать с пола, а с правой стороны нужно приподняться примерно на 1м. П. приставил лестницу к наружной стене РП и поднялся на несколько ступеней, примерно на 1 м. ФИО9 находился с другой стороны лотка и просматривал кабеля, стоя к ФИО12 спиной. Чтобы перебирать кабеля П. . приходилось несколько раз переставлять лестницу с места на место, при этом спускаться и подниматься по ней. Переставив лестницу в очередной раз, П. . поднялся на лестницу, лестница «поехала» вниз и выскочила из-под ног П. ., в связи с чем он упал. Услышав крик, ФИО9 обернулся и увидел, что П. . лежит на полу, а левая нога вывернута как-то неестественно. П. . был в сознании и сказал, что сломал ногу. ФИО9 позвонил сменному мастеру и сообщил о случившемся. Буквально через минуту прибежал ФИО6 и через охранников вызвал скорую помощь. Штанина брюк спецодежды была разорвана, видно было, что перелом открытый и сочилась рана. ФИО9, ФИО6 и подошедшая на крик машинист вращающейся печи ФИО13 из дощечки от ящика сделали шину и зафиксировали ногу в районе колена и щиколотки. Так как в цехе жарко, П. уложили на лестницу и вынесли на улицу. Скорая помощь приехала минут через 10 от начала вызова и П. доставили в ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска в травматологическое отделение, где он был госпитализирован.

В соответствии с Медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска от 14.07.2020 № 46 П. установлен диагноз:

Комиссией АО «НЦЗ» проведено расследование данного несчастного случая, составлен Акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 № 1, утвержденный генеральным директором АО «НЦЗ» 16.07.2020.

С 12.07.2020 П. находился на стационарном лечении в травматологическом отделении ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска, где ДД.ММ.ГГГГ наступила его смерть.

В государственную инспекцию труда в Оренбургской области поступили обращения ФИО1 (супруги пострадавшего) о несогласии с выводами комиссии по расследованию несчастного случая.

Распоряжением № 56/7-8828-20-ОБ/10-19-И/308 от 14.08.2020 назначено дополнительное расследование данного несчастного случая, в ходе которого установлено: в соответствии с Выпиской из Акта судебно-медицинского исследования трупа № 1134 от 18.07.2020 смерть П. наступила от заболевания При исследовании трупа обнаружены телесные повреждения: Между этими телесными повреждениями и наступлением смерти прямой причинно-следственной связи не имеется. При судебно-химическом исследовании крови от трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,6%. Указанная концентрация этилового спирта в крои трупа П. при жизни могла соответствовать легкой степени опьянения.

На основании проведенного расследования должностное лицо пришло к заключению, что смерть П. . наступила от заболевания и не была связана с полученной травмой на производстве. Данный несчастный случай был квалифицирован как легкий несчастный случай, связанный с оформлением актом формы Н-1, учету и регистрации в АО «НЦЗ».

Причинами, вызвавшими несчастный случай являются: 1. Неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в следующем.

1.1. Допущено выполнение работы с использованием приставной лестницы без обеспечения ее устойчивости (закрепления верхнего конца или удержания снизу другим работником). При выдаче задания работникам не определен способ его безопасного выполнения. Нарушены ст. 212 ТК РФ, п. 3.8.2. Инструкции по охране труда для электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования (технологического и обеспыливающего), утвержденного генеральным директором АО «НЦЗ» 05.09.2019.

1.2.Не обеспечено осуществление контроля со стороны сменного мастера цеха «Обжига» за соблюдением рабочими требований инструкции по охране труда. Нарушены п. 212 ТК РФ и п. 2.1.10 должностной инструкции сменного мастера, занятого на участке обжига клинкера № 77, утвержденного генеральным директором от 28.10.2014.

1.3.Допущены недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда со стороны начальника цеха «Обжиг», выразившиеся в непроведении очередной проверки знаний требований охраны труда пострадавшего, в отсутствии ссылки на Инструкцию по охране труда для электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования (технологического и обеспыливающего) при проведении повторного и предсменного инструктажа по охране труда на рабочем месте. Нарушены ст. 225 ТК РФ, п.п. 2.1.3, 3.5 Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций, утвержденного постановлением Министерства труда РФ и Министерства образования РФ от 13.01.2003 № 1/29.

Ответственными лицами за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведшие к несчастному случаю, являются ФИО7 – главный энергетик АО «НЦЗ», который не обеспечил безопасность работника при выполнении работ с использованием приставной лестницы. Нарушены п.п. 2.1.11, 2.1.32 должностной инструкции главного энергетика от 28.10.2014 № 11; ФИО8 – начальник цеха «Обжиг», который не обеспечил надлежащие организацию и проведение подготовки работников по охране труда, выразившиеся в непроведении очередной проверки знаний требований охраны труда пострадавшего, в отсутствии ссылки на Инструкцию по охране труда для электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования (технологического и обеспыливающего) при проведении повторного и предсменного инструктажа по охране труда на рабочем месте. Нарушены ст. 225 ТК РФ, п.п. 2.1.3 и 3.5 Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций, утвержденного постановлением Министерства труда РФ и Министерства образования РФ от 13.01.2003 № 1/29, п. 2.1.104 Должностной инструкции начальника цеха от 28.10.2014 № 74; ФИО6 – сменный мастер цеха «Обжиг», который не обеспечил контроль за соблюдением рабочими требований инструкции по охране труда. Нарушены п. 2.1.10 должностной инструкции сменного мастера, занятого на участке обжига клинкера № 77, утвержденного генеральным директором от 28.10.2014.

Данный акт о несчастном случае никем не оспорен, в связи с чем указанные в нем обстоятельства, при которых произошел несчастный случай, не подлежат дополнительному доказыванию.

Что касается вывода должностного лица о том, что смерть П. наступила от заболевания и не была связана с полученной травмой на производстве, то с данным выводом суд не соглашается, поскольку он был опровергнут иными доказательствами.

Действительно, из представленного суду Акта судебно-медицинского исследования трупа № 1134 от 28.08.2020, составленного врачом - судебно-медицинским экспертом ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Б. следует, что смерть П. наступила в результате заболевания: При исследовании трупа обнаружены телесные повреждения: в срок незадолго до поступления в стационар, обычно у живых лиц такие телесные повреждения по признаку, вызывающему за собой стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека. Между этими телесными повреждениями и наступлением смерти прямой причинно-следственной связи не имеется. При судебно-химическом исследовании крови от трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,6%. Указанная концентрация этилового спирта в крои трупа П. . при жизни могла соответствовать легкой степени опьянения.

Вместе с тем, в соответствии с выводами заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 21416000217 от 12.01.2022, проведенной на основании постановления старшего следователя следственного отдела по г. Новотроицку СУ СК РФ по Оренбургской области от октября 2021 года установлено, что на трупе П. были обнаружены телесные повреждения .

Таким образом, между телесными повреждениями и наступлением смерти П. . имеется прямая причинно-следственная связь.

Данный вывод подтверждается медицинской картой амбулаторного больного ГАУЗ «БСМП» г. Новотроицка на П. (случаев его обращения за медицинской помощью по поводу тромбоза вен голени до момента госпитализации в стационар 12.07.2020 зафиксировано не было); наличием факта самой травмы ; характером и тяжестью полученной травмы, ; проведенное лечение по поводу полученных телесных повреждений (гипсовая служит причиной замедления тока крови, и как следствие приводит к нарушению функции мышечно-венозной помпы голеней.

В соответствии с положениями ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Согласно ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

В соответствии с ч. 3 и 4 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Давая оценку имеющемуся в материалах проверки № 776 пр-2020 и представленному суду заключению эксперта, суд принимает во внимание, что оно содержит в себе полные ответы на все поставленные следователем перед экспертом вопросы, объем которых достаточен для проверки довода истцов о наличии прямой причинно-следственной связи между телесными повреждениями П. ., полученными им в результате произошедшего с ним 12.07.2020 несчастного случая на производстве, и наступлением его смерти.

Также суд принимает во внимание, что представленное заключение является обоснованным, при проведении экспертизы были использованы медицинская литература и законодательные акты, в связи с чем не доверять его заключению у суда не имеется оснований.

Члены комиссии экспертов являются лицами, имеющими высшее медицинское образование, квалификационную категорию по специальности «Судебно-медицинская экспертиза», имеют значительный стаж работы по специальностям, в связи с чем не доверять их заключению у суда не имеется оснований.

Поскольку представленные на исследование медицинские документы в отношении П. были экспертами исследованы в полном объеме, а доказательства наличия сомнений в правильности или обоснованности данного заключения комиссии экспертов, доказательств того, что оно является неполным, имеет неясности и не может быть признано относимым и допустимым доказательством не имеется, то у суда отсутствуют основания не принимать во внимание указанные выводы экспертизы.

Анализируя результат проведенной экспертизы, суд приходит к выводу, что между телесными повреждениями П. ., полученными им в результате произошедшего с ним 12.07.2020 несчастного случая на производстве, и наступлением ДД.ММ.ГГГГ его смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

При этом, суд принимает во внимание, что выводы проведенной комиссионной судебно-медицинской экспертизы согласуются с выводами, изложенными в заключении и.о. руководителя Бюро № 28 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Оренбургской области» от 08.10.2020 об установлении причинной связи между смертью пострадавшего П. . и его травмой, полученной на производстве 12.07.2020.

Разрешая вопрос о лицах, виновных в произошедшем с ФИО12 несчастном случае, суд принимает во внимание результаты проведенной экспертизы по факту рассмотрения обстоятельств несчастного случая, вызванных соблюдением охраны труда и техники безопасности в АО «НЦЗ»,. Из заключения эксперта ФГБОУ ВО «Центра экспертизы безопасности и природопользования» № 001/2022/ЗЭ от 28.01.2022 следует, что ответственным лицом за выполнение работ, в результате которых произошел несчастный случай, является П. поскольку именно он должен был нести ответственность за своевременность и качество выполняемых им работ.

П. были нарушены требования охраны труда: п. 150 Приказа Минтруда России от 28.03.2014 № 155н «Об утверждении правил по охране труда при работе на высоте; п.п. 3.8.1 и п.п. 3.8.2 Инструкции № 156 по охране труда электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования (технологического и обеспыливающего); п.п. 2.1.5 Производственной инструкции № 99 электромонтера по ремонту и обслуживанию (технологического и обеспыливающего), а ФИО6 не был должным образом осуществлен контроль (п.п. 2.1.78 Должностной инструкции № 77 сменного мастера) за соблюдением П. . правил и норм охраны труда.

Именно несоблюдение П. требований (с которыми он был ознакомлен) охраны труда и техники безопасности привели к несчастному случаю.

На основании постановления следователя следственного отдела по г. Новотроицку Следственного управления Следственного комитета РФ от 27.02.2022 было отказано в возбуждении уголовного дела по факту несчастного случая на производстве с работником АО «НЦЗ» П. в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 143 УК РФ, в действиях ФИО7 – главного энергетика АО «НЦЗ», ФИО8 – начальника цеха, ФИО6 – сменного мастера цеха.

Вместе с тем, из исследованных выше приведенных доказательств следует вывод о том, что виновными в несчастном случае на производстве являются работники АО «НЦЗ», в связи с чем, именно ответчик несет ответственность в виде компенсации морального вреда, причиненного истцам в результате смерти П.

Определяя размер денежной компенсации причиненного морального вреда каждому из истцов, суд учитывает следующее.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В судебном заседании достоверно подтверждено, что в связи с полученными на производстве телесными повреждениями П. . скончался.

Истцы являются его супругой и сыновьями, что подтверждается соответствующими доказательствами, поэтому суд находит, что истцы перенесли нравственные переживания в связи с утратой близкого родственника – мужа и отца – П. в настоящее время они лишены той заботы и моральной поддержки, опоры, которой являлся для них погибший, как близкий родной человек, следовательно, факт причинения морального вреда суд признает установленным.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства произошедшего несчастного случая, повлекшего смерть потерпевшего П. . (отца и супруга истцов), в том числе установленную вину самого П. ., а также значимость отца для истцов ФИО3 и ФИО2 и супруга для истца ФИО1

Кроме того, суд учитывает, что смерть близкого родственника является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие сыновей и супруги.

Также суд учитывает неимущественное право истцов на родственные и семейные связи, степень их родства, близость истцов к погибшему, глубину, степень, продолжительность и характер перенесенных истцами страданий, вызванных такой потерей, принципы конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также необходимость соблюдения требований баланса интересов сторон, разумности и справедливости, позволяющих определить обоснованный размер компенсации морального вреда.

Суд полагает обоснованной подлежащей взысканию с ответчика в пользу истцов в счет компенсации морального вреда денежную сумму в общем размере 1 500 000 рублей, по 500 000 рублей в пользу каждого.

В соответствии с п.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истцы освобождены от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика АО «НЦЗ», не освобожденного от уплаты госпошлины, подлежит взысканию государственная пошлина в доход государства в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 , ФИО2, ФИО3 к акционерному обществу «Новотроицкий цементный завод» о компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с акционерного общества «Новотроицкий цементный завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Новотроицкий цементный завод» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Новотроицкий цементный завод» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Новотроицкий цементный завод» государственную пошлину в доход муниципального бюджета в сумме 300 рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 , ФИО2, ФИО3 в большем размере отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Новотроицкий городской суд Оренбургской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий

Решение в окончательной форме принято 11.07.2022

Судья