Решение по делу № 2-585/2022 от 30.05.2023 - о признании смерти работника несчастным случаем на производстве, взыскании компенсации морального вреда, единовременной материальной помощи в соответствии с коллективным договором.

Гражданское дело № 2-9/2023

70RS0010-01-2022-001128-60

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Стрежевой Томской области 30 мая 2023 года

Стрежевской городской суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Чукова H.C.,

при секретаре Бычиной B.Ю., с участием

помощника прокурора г. Стрежевого Туголукова О.А.,

истца ФИО2,

представителя истцов – адвоката Герасимова В.А., действующего на основании ордеров № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика ООО «РН-Транспорт» ФИО3, действующей на основании доверенности № РНТ/ГО/222/23 от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица Государственной инспекции труда в Томской области ФИО4, действующей на основании доверенности № Д-53-23 от ДД.ММ.ГГГГ,

без участия истца ФИО5, третьего лица Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Томской области,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, ФИО6 к Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» о признании смерти работника несчастным случаем на производстве, взыскании компенсации морального вреда, единовременной материальной помощи в соответствии с коллективным договором,

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в Стрежевской городской суд Томской области с иском к ответчику о признании смерти работника несчастным случаем на производстве, взыскании компенсации морального вреда, единовременной материальной помощи в соответствии с коллективным договором указывая следующее. ФИО1, который являлся супругом и отцом истцов, осуществлял трудовую деятельность в Филиале ООО «РН-Транспорт» в г. Стрежевой по профессии водитель, трудовой договор с ним прекращен 28.11.2021 в связи со смертью на производстве, на основании п. 6 ч. 1 ст. 83 ТК РФ. 28.11.2021 в 09:20 ФИО1, стоя возле гаражного бокса № производственной базы между кузовом и кабиной автомобиля, потерял сознание и упал. В 09.05 прибывшая бригада скорой медицинской помощи констатировала смерть работника. Актом судебно-медицинского исследования установлен судебно-медицинский диагноз смерти ФИО1: серозно-десквамативная двустороння пневмония. По мнению истцов ФИО1 скончался в результате несчастного случае на производстве. При расследовании несчастного случая комиссией установлено, что основной причиной, приведшей к несчастному случаю на производстве является неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в том, что в Филиале ООО «РН-Транспорт» в г. Стрежевой ненадлежащим образом организован рабочий процесс, что привело к выполнению водителем автомобиля ФИО1 непрерывной работы в течение 35 дней (5 недель) в период с 25.10.2021 по 28.11.2021 без предоставления еженедельного непрерывного отдыха (от 42 часов и более), нарушению конституционного права работника на отдых и явилось следствием неудовлетворительного функционирования системы управления охраны труда. Кроме того, водитель автомобиля ФИО1 был допущен к исполнению своих трудовых обязанностей без прохождения обязательного периодического медицинского осмотра. По мнению истцов, работодатель не обеспечил безопасные условия труда при организации производства работ водителя ФИО1, что повлекло его смерть. Обстоятельств непреодолимой силы, умысла или грубой неосторожности потерпевшего в результате проведенных проверок по факту несчастного случае не установлено. Гибель близкого для истцов человека сама по себя является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное права на родственные и семейные связи, подобная утрата является тяжелейшим событием в жизни, причинившим нравственные страдания. С 28.11.2021 истцы испытывают сильные нравственные страдания, бессонницу, чувство глубокой грусти и скорби, ощущение потерянности, находятся в постоянных переживаниях, связанных с гибелью мужа и отца. Никакой моральной и материальной помощи в связи с гибелью работника ФИО1 его семье работодатель не оказал, кроме организации похорон в размере 40 000 рублей. 18.05.2022 ФИО2 обратилась к ответчику с требованием выплатить в соответствии с п. 6.3.1 коллективного договора единовременную материальную помощь в сумме 500 000 рублей и моральный вред, однако до настоящего времени ответ не получен. Истцы просят суд признать смерть ФИО1 28.11.2021 несчастным случаем на производстве. Взыскать с ООО «РН-Транспорт» в счет компенсации причиненного морального вреда в пользу ФИО2 и ФИО6 по 2 000 000 рублей каждой. Взыскать с ответчика в пользу истца ФИО2 единовременную материальную помощь в соответствии коллективным договором в сумме 500 000 рублей, а также взыскать с ответчика в пользу ФИО2 судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 60 000 рублей.

Истец ФИО6, извещенная о времени и месте рассмотрения дела, представила письменное заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие с участием представителя Герасимова В.А. (т. 1 л.д. 197).

В судебном заседании истец ФИО2 и представитель истцов адвокат Герасимов В.А. исковые требования поддержали по указанным в исковом заявлении основаниям. Представитель истцов в судебном заседании дополнительно указал, что привлекая ФИО1 к работе в выходные дни, ООО РН-Транспорт» приняло на себя риск негативных последствий, которые могут наступить в результате непрерывной работы без предоставления работнику выходных в течение 35 дней, что в свою очередь свидетельствует о том, что несчастный случай, произошедший со ФИО1. связан с производством. Все перечисленные факторы способствовали развитию у ФИО1. заболевания, которое он не мог диагностировать и вылечить, обратившись в лечебное учреждение не только из-за нехватки времени, но и без прохождения обязательного периодического медицинского осмотра, что позволяет говорить о косвенной связи между наступившей смертью ФИО1 и нарушением работодателем режима труда и отдыха работника. Анализируя показания фельдшера П.Л.Н., проводившей предрейсовый медицинский осмотр ФИО1, полагал, что такой осмотр не соответствовал требованиям приказа Министерства здравоохранения РФ от 15 декабря 2014 г. № 835н «Об утверждении Порядка проведения предсменных, предрейсовых и послесменных, послерейсовых медицинских осмотров», а поскольку ФИО1 был допущен фельдшером к выполнению работы в этот день, следовательно работодатель ненадлежащим образом организовал предсменный медицинский осмотр, что не позволило оценить состояние здоровья пострадавшего и не позволило предотвратить резкое ухудшение здоровья и наступление смертельного исхода. Считал, что работодателем не представлено доказательств, подтверждающих наступление смерти ФИО1 исключительно по причине общего заболевания. Отраженная в медицинских документах причина смерти сама по себе не подтверждает отсутствие причинно-следственной связи между установленными нарушениями проведения медосмотров со стороны работодателя и несчастным случаем, повлекшим смерть, то есть не исключает возможность наступления смерти, связанной с выполняемой работником работой в созданных работодателем условиях труда, а именно воздействием вредных и опасны факторов производства, на котором потерпевший осуществлял трудовую деятельность.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «РН-Транспорт» ФИО3 не согласилась с исковыми требованиями, приводя доводы, изложенные в письменных возражениях. По итогам расследования несчастного случая произошедшего 28.11.2021 с работником ФИО1 члены комиссии пришли к выводу, что основной причиной несчастного случая, явилась неудовлетворительная организация производства работ, в частности ненадлежащим образом организованный рабочий процесс без предоставления еженедельного непрерывного отдыха. Тем не менее, работник ФИО1 не принуждался к работам в выходные дни, выражал согласие на привлечение вне рабочего графика. Также одной из причин происшествия указывается допуск к работе пострадавшего водителя автомобиля ФИО1 без прохождения обязательного периодического медицинского осмотра. Однако, по мнению членов комиссии причинно-следственная связь между действиями/бездействием работодателя в части необеспечения своевременного прохождения медосмотра и смертью работника не уставлена и не подтверждается материалами расследования. Кроме того, ФИО1 на диспансерном учёте по месту жительства не состоял. Патологий, хронических и острых заболеваний, требующих оперативного вмешательства или лечения у работника не выявлено. 28.11.2021 работник допущен к исполнению должностных обязанностей после прохождения предрейсового медицинского осмотра медицинским работником. Противопоказаний не выявлено, равно как и жалоб на состояние здоровья со стороны работника не поступало. Причиной смерти ФИО1 явилась серозно-десквамативная двусторонняя пневмония, т.е. смерть наступила от общего заболевания, что является несчастным случаем, не связанным с производством. Кроме того, смерть работника не связана с источником повышенной опасности, 28.11.2021 работник не приступил к выполнению трудовых функций. Просит суд отказать в удовлетворении иска (т. 1 л.д. 199-201).

В судебном заседании представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Томской области ФИО4 полагала, что требования истцов являются законными и обоснованными, поскольку они основаны на Акте о несчастном случае на производстве по форме Н-1, в котором комиссия, проводившая расследование, пришла к выводу, что несчастный случай, произошедший со ФИО1 связан с производством (т. 1 л.д. 225-227).

Третье лицо Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Томской области, извещенное о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание представителя не направило.

В письменном отзыве на исковое заявление от 05.05.2023 представитель ОСФР по Томской области ФИО7, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ полагала, что не смотря на наличие утвержденного Акта о несчастном случае на производстве с работником ФИО1, выводы, сделанные судебно-медицинской экспертизой относительно причин смерти ФИО1, свидетельствуют об отсутствии оснований квалифицировать смерть ФИО1, как несчастный случай, связанный с производством.

На основании ч.ч. 3, 5 ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие истца ФИО6, представителя третьего лица Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Томской области.

В своем заключении помощник прокурора г. Стрежевого Туголуков О.А. полагал, что исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку представленными доказательствами не подтвержден факт наступления смерти ФИО1 в результате нарушения работодателем законодательства в сфере охраны труда, его смерть наступила вследствие общего заболевания, причинно-следственная связь с факторами профессиональной вредности судебно-медицинским экспертом не установлена, в связи с чем оснований для квалификации данного несчастного случая как связанного с производством прокурор не усматривает.

Заслушав объяснения сторон, представителя третьего лица, свидетелей, эксперта, исследовав материалы дела, заключение прокурора, суд приходит к следующим выводам.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 и ФИО1 заключили брак ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ, являются родителями ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., о чем указано в свидетельстве о рождении от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 13, 14).

ФИО1 с 07.09.2012 состоял в трудовых отношениях с ООО «РН-Транспорт» (до 17.03.2020 ООО «Стрежевское ДРСУ») в качестве водителя автомобиля категории В, ФИО8 договор расторгнут 28.11.2021 в связи со смертью работника (п. 6 ч. 1 ст. 83 ТК РФ), что подтверждается данными трудовой книжки работника от 29.06.1989, трудовым договором, дополнительным соглашением к трудовому договору (т. 1 л.д. 16-27, 204-211) и не оспаривалось сторонами.

В справке о смерти № Отдела ЗАГС г. Стрежевого Департамента ЗАГС Томской области отражено, что причиной смерти ФИО1 является острая сердечная недостаточность, атеросклеротический кардиосклероз (т. 1 л.д. 28, 29).

Смерть ФИО1 наступила при исполнении им трудовых обязанностей при следующих обстоятельствах.

В письменном согласии от 26.11.2021 ФИО1 согласился на работу в выходной день с 27.11.2021 по 28.11.2021 с оплатой в двойном размере. Указал, что медицинских и иных противопоказаний к работе в выходные дни у него нет (т. 1 л.д. 215).

28.11.2021 водителю ФИО1 выдан путевой лист специального автомобиля МКДУ-11 на базе самосвала КАМАЗ 6522-6011-43, в котором в 07:18 28.11.2021 проставлена отметка о допуске водителя по состоянию здоровья к управлению автомобилем за подписью фельдшера ООО «Прогресс-Мед» П.Л.Н.; в графе работа водителя и автомобиля указано фактическое время выезда с парковки в 07:55 (т. 1 л.д. 212-213).

28.11.2021 с 07:00 водитель автомобиля ООО «РН-Транспорт» ФИО1 находился на территории производственной базы филиала ООО «РН-Транспорт» по адресу <адрес>. В 07:18 ФИО1 прошёл предрейсовый медицинский осмотр в ООО «Прогресс-мед» (все показатели были в норме АД-130/80 мм рт. ст., Ps-74, t-36,4С, алкоголь не выявлен), получил допуск к работе. В 08:00 ФИО1 получил путевой лист № от 28.11.2021, затем начал проводить предрейсовый осмотр закреплённого за ним автомобиля. В 09:20 стоя возле гаражного бокса № ФИО1 потерял сознание и упал. Находившийся рядом водитель К.Н.Н. по телефону сообщил начальнику Стрежевского ДСУ П.О.С., который позвонил заместителю директора по дорожному строительству М.В.И., и вызвали бригаду скорой медицинской помощи. До приезда медицинского персонала работники принимали меры по оказанию ФИО1 первой медицинской помощи. В 09:50 бригада скорой медицинской помощи констатировала смерть ФИО1

Указанные обстоятельства установлены в ходе расследования несчастного случая со ФИО1, по итогам которого комиссией составлен Акт № о несчастном случае на производстве по форме Н-1, утверждённый представителем работодателя 20.01.2022 (т. 1 л.д. 31-35), а также Акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом по форме 4 (т. 1 л.д. 37-46).

В данных актах в качестве основных причин несчастного случае указаны – неудовлетворительная организация работ, что привело к выполнению работником непрерывной работы в течение 35 дней (5 недель) в период с 25.10.2021 по 28.11.2021 без предоставления еженедельного непрерывного отдыха, нарушению конституционного права работника на отдых и явилось следствием неудовлетворительного функционирования системы управления охраной труда; пострадавший водитель ФИО1 был допущен к исполнению трудовых обязанностей без прохождения обязательного периодического медицинского осмотра; в качестве сопутствующей причины указан судебно-медицинский диагноз серозно-десквамативная двухсторонняя пневмония (т. 1 л.д. 33, 34, 42, 43).

При этом принимавшими участие в расследовании несчастного случая членами комиссии С.С.Б. (главный специалист-ревизор отдела проверок ГУ-ТРО ФСС РФ), Е.А.В. (начальник отдела ПБОТОС Филиала ООО «РН-Транспорт» в г. Стрежевой), К.М.А. (ведущий специалист по охране труда Филиала ООО «РН-Транспорт» в <адрес>) акты по форме Н-1 и 4 подписаны с особыми мнениями о том, что несчастный случай со ФИО1 не связан с производством, поскольку смерть работника наступила от общего заболевания, при этом не установлена причинно-следственная связь между данным заболеванием и трудовой деятельностью ФИО1 с учетом вредных производственных факторов, сверхурочной работы, допуска к работе без прохождения периодического медосмотра (т. 1 л.д. 57-59, 165-166, 167-168).

В заключении государственного инспектора труда по форме 5, составленного 26.04.2022 заместителем начальника отдела государственного надзора по вопросам трудового законодательства и охраны труда Государственной инспекции труда в Томской области по результатам дополнительного расследования несчастного случая со смертельным исходом со ФИО1 в связи с поступившей жалобой ООО «РН-Транспорт», отмечено, что данный несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством, с оформлением актом по форме Н-1 (т. 1 л.д. 48-53).

В соответствии с актом судебно-медицинского исследования № от 20.12.2021, смерть ФИО1 наступила от заболевания – серозно-десквамативной двусторонней пневмонии с развитием респираторного дистресс-синдрома и острой коронарной недостаточности. У ФИО1 обнаружены телесные повреждения в виде кровоподтека задней поверхности правого бедра, который отношения к причине смерти не имеет. Незадолго до смерти ФИО1 в отношении алкогольного опьянения был трезв (т. 1 л.д. 190-195).

По ходатайству истца ФИО2 определением суда от 26.09.2022 назначена судебно-медицинская экспертиза в ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» (т. 1 л.д. 238-239).

Из выводов заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что причиной смерти ФИО1 является острая респираторная вирусная инфекция (ОРВИ), неуточнённой этиологии, с поражением лёгких, морфологическими проявлениями которой явились острый респираторный дистресс-синдром взрослых (ОРДСВ), экссудативная (острая) фаза и двустороння вирусная серозно-десквамативная пневмония. Непосредственной причиной смерти явилась острая дыхательная недостаточность.

C учётом эпидемиологической обстановки, характерных морфологических изменений в легких, не исключено, что у ФИО1. имела место новая коронавирусная инфекция COVID-19. Достоверно утверждать об этом не представляется возможным ввиду отсутствия вирусологического исследования аутопсийного (посмертного) материала легкого.

По данным медицинской литературы инкубационный период острой вирусной инфекции (период от момента внедрения возбудителя в организм и до появления первых клинических симптомов болезни) может составлять от 1 до 14 ней. Экссудативная стадия РДСВ обычно продолжается 3-7 дней. Таким образом, вероятнее всего, давность заражения ОРВИ составляет не более 3 недель до момента смерти гр-на ФИО1

Помимо этого, при судебно-медицинском исследовании у ФИО1 были обнаружены: перивазaльный и крупнопетлистый кардиосклероз, артериальная гипертензия 2 стадии, атеросклероз аорты 2, 3, 4, 6 тип изменений, хронический холангит в стадии ремиссии, перидуктальный склероз, очаговый ипоматоз поджелудочной железы. Впервые диагноз артериальной гипертензии ФИО1 выставлен врачом-терапевтом ДД.ММ.ГГГГ (по медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №). Установить давность возникновения остальных заболеваний не представляется возможным.

По данным судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО1 были обнаружены также телесные повреждения в виде кровоподтека задней поверхности правого бедра полосовидной формы, который к причине смерти отношения не имеет.

По вопросу имеется ли причинная связь между заболеваниями, повлекшими смерь ФИО1 и факторами профессиональной вредности указано следующее.

Согласно данным карты специальной оценки условий труда № от 03.12.2020 на водителя автомобиля МКДУ-11 на базе самосвала КАМАЗ 6522-6011-43 условия труда у ФИО1 отмечены как вредные, класс труда 3.2. K вредным факторам производственной среды и трудового процесса отнесены: химический, шум, инфразвук, вибрация общая и локальная, тяжесть и напряжённость трудового процесса.

ОРВИ – это инфекционное заболевание, которое не является профессиональным заболеванием для водителя и не вызывается вредными условиями его труда. Причиной развития заболевания у ФИО1. является попадание в организм возбудителя инфекции-вируса и, как следствие, развитие ОРВИ. Между заболеванием, повлекшим смерть ФИО1 и факторами профессиональной вредности причинно-следственная связь не усматривается.

Непрерывная работа ФИО1 в течение 35 дней в период с 25.10.2021 по 28.11.2021 без предоставления еженедельного непрерывного отдыха (от 42 часов и более) во вредных условиях труда могла негативно сказаться на общем состоянии здоровья ФИО1., но никак не повлияла на развитие осложнений вирусной инфекции при указанном диагнозе (ОРВИ) и не привела к летальному исходу.

Осложнение (острая дыхательная недостаточность) явилось закономерным процессом течения ОРВИ, которое привело в итоге к смерти больного.

Цель обязательного периодического медосмотра – это соответствие состояния здоровья работников выполняемой работе, динамическое наблюдение за состоянием здоровья работников, своевременное выявление начальных форм профессиональных заболеваний, ранних признаков воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов рабочей среды, трудового процесса на состояние здоровья работников и своевременное выявление медицинских противопоказаний к осуществлению отдельных видов работ (Приказ МЗ РФ 28.01.2021 N 29н).

ФИО1 запланирован периодический медицинский осмотр с датой начала проведения 31.08.2021. ФИО1 начал проходить периодический медицинский осмотр с 13.08.2021, в этот день сданы анализы; 16.08.2021 осмотрен специалистами дерматовенерологом, хирургом, психиатром наркологом, психологом, неврологом, офтальмологом, отоларингологом – противопоказаний не выявлено; 18.08.2021 прошел флюорографию – без патологии. На момент смерти 28.11.2021 медосмотр ФИО1. не закрыт, приемы у терапевта и у профпатолога отсутствуют.

Экспертом отмечено, что последний медосмотр ФИО1A. пройден частично, без осмотра терапевта и профпатолога, однако он был осмотрен лор-врачом, которым диагноз инфекционного заболевания верхних дыхательных путей не выставлялся.

С учетом предполагаемого срока заражения ФИО1 вирусной инфекцией (не позднее 3 недель до момента смерти), обнаружение каких-либо признаков заболевания на момент прохождения им последнего периодического медицинского осмотра исключено. Поэтому причинно-следственной связи между непрохождением работником ФИО1 обязательного периодического медицинского осмотра после 06.09.2020 при условии непрерывной работы в течение 35 дней с 25.10.2021 по 28.11.2021 без предоставления еженедельного непрерывного отдыха (от 42 часов и более) с наступлением негативных последствий, приведших к установленному заболеванию и смерти ФИО1 на рабочем месте не усматривается. A так же вероятность при своевременном прохождении работником ФИО1 обязательного периодического медицинского осмотра заблаговременно обнаружить ОРВИ и в дальнейшем избежать смертельно исхода исключена (т. 2 л.д. 36-59).

Данное заключение последовательно и непротиворечиво, согласуется с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, имеют специальное образование, соответствующую квалификацию и длительный стаж экспертной работы, каких-либо противоречий в представленном заключении суд не усматривает. Заключение экспертов содержит подробное описание проведённого исследования, выводы экспертов мотивированы, их обоснованность не опровергнута. В связи с чем, суд приходит к выводу об относимости и допустимости данного доказательства.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей К.Н.Н. (водитель погрузчика ООО «РН-Транспорт») и П.О.С. (начальник Стрежевского ДСУ ООО «РН-Транспорт»), которые являлись очевидцами несчастного случая со ФИО1, в целом подтвердили обстоятельства несчастного случая, установленные в актах по форме Н-1 и 4, при этом дополнительно пояснили, что утром 28.11.2021 ФИО1 был в нормальном состоянии, с хорошим настроением, болезненного состояния не обнаруживал, жалоб на здоровье не высказывал, при этом П.О.С. как непосредственный руководитель ФИО1 пояснил, что ранее ФИО1 никогда не скрывал состояние здоровья, всегда сообщал о его ухудшении.

Из показаний свидетеля П.Л.В. следует, что она работает в качестве фельдшера ООО «Прогресс-мед», 28.11.2021 с 06:30 до 09:00 проводила предрейсовый медицинский осмотр водителей в ООО «РН-Транспорт», т.к. был выходной осмотру подлежало около 30-40 работников, на осмотр каждого уделяется 3-4 минуты. Согласно записям в журнале регистрации предрейсового, предсменного медосмотра водителей, предрейсовый осмотр ФИО1 проводился в 07:18, в ходе которого жалоб на самочувствие он не высказывал, было измерено его артериальное давление 139/84, которое не являлось критическим, термометрия не проводилась, так как он сообщил, что повышенной температуры у него нет, осмотр видимых слизистых и кожных покровов не производился в связи с отсутствием жалоб на здоровье.

В судебном заседании врач судебно-медицинский отдела сложных судебно-медицинских экспертиз ОГБУЗ «БСМЭТО» К.Т.В. не смогла ответить на вопрос о соответствии действий медицинского работника правилам проведения предрейсовых медицинских осмотров (утв. приказом Минздрава России от 15.12.2014 №834н) поскольку ей была представлена только выписка из журнала регистрации предрейсового медосмотра водителей за 28.11.2021, тогда как состояние здоровья ФИО1 необходимо было оценить в динамике в течение месяца, т.е. в инкубационный период. На вопрос о возможности выявления медицинским работником симптомов болезни за 2 часа до смерти ФИО1 пояснила, что при правильном ведении указанного журнала до 28.11.2021 такая возможность не исключена, при этом отметила, что медицинский работник должен был провести термометрию, тем более в период пандемии. Оценив выписку из журнала предрейсовых медицинских осмотров за 28.11.2021 полагала, что симптомов ОРВИ у ФИО1 не выявлено, поскольку у него было немного повышенное артериальное давление, тогда как для симптомов CОVID-19 характерно пониженное давление. Если бы медицинский работник увидел пониженное давление, это должно было насторожить.

По запросу суда журнал регистрации послерейсовых, послесменных медицинских осмотров за период с 28.10.2021 по 28.11.2021 ответчиком не представлен со ссылкой на письмо ООО «Прогресс-Мед» от 03.03.2023, согласно которому указанный журнал был уничтожен в связи с затоплением архива ООО «Прогресс-Мед» 01.02.2023 (т. 2 л.д. 15-18).

Оценивая представленные суду письменные доказательства в совокупности с показаниями свидетелей, пояснениями сторон, суд приходит к выводу о том, что в судебном заседании нашел свое подтверждение и не оспаривался сторонами факт наступления смерти ФИО1 при исполнении им обязанностей по трудовому договору в течение рабочего времени на территории работодателя.

Спор между сторонами возник по поводу квалификации события, в результате которого наступила смерть ФИО1, разрешая который суд исходит из следующего.

Отношения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний осуществляется на основании норм Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее Федеральный закон от 24.07.1998 № 125-ФЗ) и главы 36 Трудового кодекса РФ (здесь и далее в редакции, действующей на дату несчастного случая 28.11.2021).

Согласно абз. 9 ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

К числу лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве в силу абз. 2 п. 1 ст. 5 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ относятся физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

В соответствии со ст. 7 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая (п. 1). Право на получение единовременной страховой выплаты в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют дети умершего, не достигшие возраста 18 лет, а также его дети, обучающиеся по очной форме обучения, - до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет; супруг (супруга) умершего (п. 2). Право на получение ежемесячных страховых выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют дети умершего, не достигшие возраста 18 лет, а также его дети, обучающиеся по очной форме обучения, - до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет; иные нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания, а также лица, состоявшие на иждивении умершего, ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет со дня его смерти (п. 2.1). В случае смерти застрахованного один из родителей, супруг (супруга) либо другой член семьи застрахованного, неработающий и занятый уходом за детьми, внуками, братьями и сестрами умершего и ставший нетрудоспособным в период осуществления ухода, сохраняет право на получение ежемесячных страховых выплат после окончания ухода за этими лицами (п. 2.2).

В соответствии с ч. 1 ст. 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

- в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

- при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора;

- при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком;

- при следовании на транспортном средстве в качестве сменщика во время междусменного отдыха (водитель-сменщик на транспортном средстве, проводник или механик рефрижераторной секции в поезде, член бригады почтового вагона и другие);

- при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном) в свободное от вахты и судовых работ время;

- при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

Наравне с несчастными случаями, связанными с производством, трудовое законодательство обязывает работодателей проводить расследование случаев, не связанных с производством, к которым в частности относится смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом (ч. 6 ст. 229.2 ТК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае установить совокупность следующих юридически значимых обстоятельств:

- относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (ч. 2 ст. 227 ТК РФ);

- указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (ч. 3 ст. 227 ТК РФ);

- соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в ч. 3 ст. 227 ТК РФ;

- произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ст. 5 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ);

- имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в ч. 6 ст. 229.2 ТК РФ).

Таким образом, из анализа приведенных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что ключевым моментом для отнесения события к разряду несчастных случаев на производстве является установление прямой причинно-следственной связи между произошедшем событием (причинением вреда жизни, здоровью) и влиянием факторов производства, воздействующих на работника при исполнении им трудовых обязанностей.

Статьей 229.2 ТК РФ и п. 23 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях (утв. Постановлением Минтруда РФ от 24.10.2002 № 73) установлен исчерпывающий перечень обстоятельств, при которых несчастные случаи могут быть признаны не связанными с производством.

В силу абз. 1 ч. 6 ст. 229.2 ТК РФ расследуются в установленном порядке и по решению комиссии (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводившего расследование несчастного случая) в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастные случаи, не связанные с производством смерть вследствие общего заболевания, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом.

Согласно п. 23 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях (утв. Постановлением Минтруда РФ от 24.10.2002 № 73) на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения государственных нормативных требований охраны труда, вырабатывает мероприятия по устранению причин и предупреждению подобных несчастных случаев, определяет, были ли действия пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос об учете несчастного случая и, руководствуясь требованиями пунктов 2 и 3 настоящего Положения, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Расследуются в установленном порядке и по решению комиссии могут квалифицироваться как не связанные с производством смерть вследствие общего заболевания, подтвержденная в установленном порядке учреждением здравоохранения и следственными органами.

Разрешая возникший спор, суд не может согласиться доводами истцов, о том что смерть ФИО1 является несчастным случаем на производстве, а также с выводами, содержащимися в акте о несчастном случае на производстве по форме Н-1 и акте о расследовании несчастного случая со смертельным исходом по форме 4 от 20.01.2022, поскольку изложенные в них выводы опровергаются представленными доказательствами.

Как установлено в судебном заседании, несчастный случай со ФИО1 хотя и произошёл при исполнении им обязанностей по трудовому договору в течение рабочего времени на территории работодателя, однако доказательств того, что его смерть явилась следствием исполнения профессиональных обязанностей, либо наступила по причине неисполнения работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий труда, в ходе рассмотрения дела не представлено.

Представленными медицинскими документами, в том числе заключением судебно-медицинской экспертизы, выполненной учреждением здравоохранения, подтверждено, что смерть ФИО1 наступила в результате острой дыхательной недостаточности, наступившей вследствие острой респираторной вирусной инфекции, неуточнённой этиологии, с поражением лёгких, морфологическими проявлениями которой явились острый респираторный дистресс-синдром взрослых, экссудативная (острая) фаза и двустороння вирусная серозно-десквамативная пневмония, то есть в результате общего заболевания. При этом причинно-следственная связь между заболеванием, повлекшим смерть ФИО1, и факторами профессиональной вредности экспертом не установлена.

То обстоятельство, что работодатель допустил работника к работе без обязательного медицинского осмотра, в течение длительного времени без предоставления еженедельного отдыха также не является безусловным основанием считать, что несчастный случай связан с производством, поскольку как следует из представленной медицинской документации и заключения судебно-медицинской экспертизы ФИО1 начал прохождение периодического медицинского осмотра с 13.08.2021 и был осмотрен лор-врачом 16.08.2021, которым диагноз инфекционного заболевания верхних дыхательных путей не выставлялся, в связи с чем эксперт не усмотрел причинно-следственной связи между непрохождением работником ФИО1 периодического медицинского осмотра при условии непрерывной работы в течение 35 дней без предоставления еженедельного непрерывного отдыха (от 42 часов и более) с наступлением негативных последствий, приведших к смерти ФИО1

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для квалификации данного события как несчастного случая, связанного с производством. Смерть ФИО1 наступила во время исполнения трудовых обязанностей, однако в причинно-следственной связи с его трудовой деятельностью не находится.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

На основании ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда:

- вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

- вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

- вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию;

- в иных случаях, предусмотренных законом.

Пунктом 1 ст. 151 ГК РФ установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Абзацем 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ предусмотрено, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.1998 возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Аналогичный вывод содержится в п. 7 постановления Пленума Верховного суда РФ от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

С учетом изложенного, установив, что смерть работника не находится в причинно-следственной связи с его трудовой деятельностью, суд не усматривает необходимую совокупность условий, влекущих право на возмещение морального вреда, а именно: неправомерные действия (бездействие) работодателя, причинную связь между неправомерными действиями (бездействием) работодателя и моральным вредом, вину работодателя.

То обстоятельство, что несчастный случай со ФИО1 произошел при исполнении им обязанностей по трудовому договору в течение рабочего времени на территории работодателя, не является безусловным основанием для взыскания с работодателя компенсации морального вреда за смерть работника.

С учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 и ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда.

В силу ч. 2 ст. 5 ТК РФ трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются, в том числе коллективным договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

На основании ст. 40 ТК РФ коллективный договор это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или у индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителей.

В коллективном договоре с учетом финансово-экономического положения работодателя могут устанавливаться льготы и преимущества для работников, условия труда, более благоприятные по сравнению с установленными законами, иными нормативными правовыми актами, соглашениями (ч. 3 ст. 41 ТК РФ).

Действие коллективного договора распространяется на всех работников организации, индивидуального предпринимателя, а действие коллективного договора, заключенного в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, - на всех работников соответствующего подразделения (ч. 3 ст. 43 ТК РФ).

Судом установлено, что пунктом 6.3.1 коллективного договора Филиала ООО «РН-Транспорт в г. Стрежевой на период с 20.03.2020 по 31.12.2022 предусмотрено оказание единовременной материальной помощи, а также компенсация морального вреда работникам, пострадавшим в результате несчастных случаев на производстве (сверх законодательно гарантированных выплат), при смертельном исходе (семье работника), при отсутствии вины пострадавшего в размере не более 500 000 рублей, в том числе компенсация морального вреда 90 000 рублей (т. 1 л.д. 216, 219).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась к ответчику с заявлением о выплате материальной помощи в связи со смертью на рабочем месте супруга ФИО1 на основании п. 6.3.1 коллективного договора в сумме 500 000 рублей (т. 1 л.д. 54).

Согласно протоколу заседания комиссии по решению социальных вопросов Филиала ООО «РН-Транспорт» от 20.05.2022 рассмотрение заявления ФИО2 о выплате единовременной материальной помощи приостановлено до рассмотрения настоящего иска ФИО2 (т. 1 л.д. 224).

На основании заявления ФИО2, приказом ООО «РН-Транспорт» от 13.12.2021 № СТ-01-687 в соответствии с п. 6.4.13 коллективного договора ФИО20 выплачены денежные средства в размере 40 000 рублей в связи со смертью работника, не связанной с несчастным случаем на производстве. Данные обстоятельства в судебном заседании также подтвердила председатель первичной профсоюзной организации филиала ООО «РН-Транспорт» Т.Г.Ю.

В связи с принятием решения об отказе в признании смерти ФИО1 несчастным случаем на производстве, у суда не имеется оснований для взыскания с ответчика в пользу истца ФИО2 единовременной материальной помощи в соответствии с п. 6.3.1 коллективного договора Филиала ООО «РН-Транспорт в г. Стрежевой в сумме 500 000 рублей.

Таким образом, судом принимается решение об отказе в удовлетворении исковых требований к ООО «РН-Транспорт» о признании смерти работника несчастным случаем на производстве, взыскании компенсации морального вреда, единовременной материальной помощи в соответствии с коллективным договором.

Учитывая, что в силу ст. 98 ГПК РФ суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы лишь той стороне, в пользу которой состоялось решение суда, расходы ФИО2 по оплате услуг представителя адвоката Герасимова В.А. в размере 60 000 рублей возмещению не подлежат.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к числу которых, исходя из положений ст. 94 ГПК РФ отнесены суммы, подлежащие выплате экспертам.

Согласно абз. 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений ч. 1 ст. 96, ст. 98 ГПК РФ.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

По ходатайству истца ФИО2, в соответствии с определением суда от 26.09.2022 назначена судебно-медицинская экспертиза в ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области». Оплата за производство экспертизы возложена на истца ФИО2 (т. 1 л.д. 238-239).

11.05.2023 в Стрежевской городской суд из ОГБУЗ «БСМЭТО» поступило заключение экспертов №.

Согласно информационному письму ОГБУЗ «БСМЭТО» от 17.02.2023 стоимость проведенной экспертизы в соответствии с прейскурантом цен на медицинские услуги с участием привлечённых специалистов составила 60 675 рублей, что включает в себя: проведение экспертизы (исследования) причины смерти 43 285 рублей, проведение судебно-гистологического исследования трупного и биопсийного материала 2 категории сложности – 9340 рублей, оплата труда врачей-консультантов – 8050 рублей. Экспертное учреждение просило суд возместить расходы на проведение экспертизы.

В настоящее время услуги по проведению эксперты не оплачены.

На основании ст. 98 ГПК РФ с истца ФИО2 в пользу ОГБУЗ «БСМЭТО» суд взыскивает расходы по производству судебно-медицинской экспертизы в сумме 60 675 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 (паспорт <данные изъяты>), ФИО6 (паспорт <данные изъяты>) к Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» (ИНН <***>) о признании смерти работника несчастным случаем на производстве, взыскании компенсации морального вреда, единовременной материальной помощи в соответствии с коллективным договором – оставить без удовлетворения.

Взыскать со ФИО2 в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» расходы по оплате проведённой судебно-медицинской экспертизы в размере 60 675 (шестьдесят тысяч шестьсот семьдесят пять) рублей.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд путём подачи апелляционной жалобы через Стрежевской городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Н.С.Чуков

Решение принято в окончательной форме 05.06.2023.

Подлинник находится в гражданском деле № 2-9/2023 Стрежевского городского суда Томской области.