Судья Давыдова О.Н. Дело № 2а-8946/2022
ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 10 августа 2023 года № 33а-3925/2023
г. Вологда
Судебная коллегия по административным делам Вологодского областного суда в составе:
председательствующего Медведчикова Е.Г.,
судей Соколовой М.В., Коничевой А.А.
при секретаре Багуновой Е.О.
рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Вологодского городского суда Вологодской области от 28.11.2022 по административному исковому заявлению ФИО1 к ФСИН России, УФСИН России по Вологодской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области, ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России об оспаривании условий содержания в исправительных учреждениях.
Заслушав доклад судьи Вологодского областного суда Медведчикова Е.Г., объяснения административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Вологодской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области, ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России ФИО2 судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просил признать незаконными действия ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области, выразившиеся в нарушении условий содержания, взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств ФСИН России в его пользу компенсацию в размере 7 140 000 рублей.
В обоснование заявленных требований указал, что в период с 05.03.2019 по 22.02.2021 он содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области. Условия содержания являлись бесчеловечными и унижающими достоинство. По прибытии в изолятор, в помещении для этапирования он ожидал более 60 часов распределения в камеру, в переполненных клетках площадью около 5 кв.м. Уборная комната в помещении для этапирования не работала на протяжении всего времени пребывания в следственном изоляторе. В камерах № 32, № 70, № 58, в которых он размещался, не хватало свободного личного пространства, площадь, приходящаяся на одного человека, не превышала 2 м. Вентиляция работала ненадлежащим образом. Уборные комнаты в данных камерах не соответствовали обязательным нормам, расстояние между унитазом и дверью являлось недостаточным. Горячая вода в первом корпусе в камерах № 32, № 70, № 15, №17, № 58 СИЗО отсутствовала. Предоставляемая пища была скудна, низкого качества, однообразная, при приготовлении использовались испорченные продукты, свежие фрукты и овощи отсутствовали, чая с сахаром не хватало. В камере №32 отсутствовала возможность принимать пищу сидя. В камерах № 32, №70, № 58 не производился ремонт, все помещения находились в плохом состоянии, местами осыпалась штукатурка, на стенах присутствовала чёрная плесень. В камерах № 15 и № 17 краска после ремонта отваливалась из-за грибка, в камерах № 32, № 70, № 15, № 17, № 58 отсутствовали условия для глажки и сушки одежды. Баню он мог посещать только один раз, что являлось недостаточным. В раздевалках и в душевых отсутствовала достаточная площадь, необходимая для обеспечения неприкосновенности личного пространства. Помещение для краткосрочных свиданий не позволяло комфортно общаться с родственниками, телефон для переговоров работал с помехами, во время трехчасовых краткосрочных свиданий не предоставлялась возможность посетить туалет и вновь продолжить общение с родственниками. Дворики для прогулок зимой не убирались от снега, поэтому ноги мокли, сушить обувь было негде, в прогулочных двориках отсутствовали навесы от дождя. Во время судебных заседаний, следственных действий, этапов в медицинские учреждения, посещения комнаты для звонков и краткосрочных свиданий он не мог пользоваться ежедневной прогулки, лишь в исключительных случаях ему предоставлялась возможность восполнить пропущенные прогулки. Во время видеоконференцсвязи (ВКС) по гражданским делам он сидел в клетке, что оскорбляло его человеческое достоинство. Предметы личной гигиены не выдавались длительный период времени, отсутствовало мыло, туалетная бумага, зубная паста, поэтому он не мог соблюдать гигиену. При наличии разрешения от суда в течение 1 месяца он не мог осуществить звонок семье. В камерах №32, №70, № 15, № 58 радиоприемник работал с большими перебоями. В следственном изоляторе с января 2020 года по сентябрь 2020 года отсутствовал библиотекарь, 250 дней он находился в информационном вакууме. Общаться с работниками спецотдела ему приходилось через окошко для приема пищи, в оскорбительной позе на корточках. Полученный им ответ из Конституционного Суда Российской Федерации находился в открытом конверте, что свидетельствовало о нарушении тайны переписки. В следственном изоляторе нарушалось право на свободу совести (свободу вероисповедания), его лишали возможности исповедаться в молельной комнате, он не был трудоустроен, сотрудники препятствовали отправлению культов и обрядов в соответствии с христианским учением. Во время ночного обыска нарушался его сон. Кроме того, он был лишен возможности лечить больные зубы, обезболивающие препараты от зубной боли выдавали крайне редко. В июле 2019 года у него под коленной чашечкой образовалась жидкость, в связи с этим его этапировали в МБ-10, где он был размещен в камеру подвала. В данной камере с 08:30 до 17:40, без обеда (еды), без питьевой воды ожидали приема еще 8 человек. 3 из 8 человек, в том числе и он, посетить врачей не смогли. В следующий раз в МБ-10 он содержался в другой камере в стесненных условиях с 08:30 до 18:20, без обеда (еды), без доступа к питьевой воде. В аналогичных условиях он ожидал приема у стоматолога в МБ-10 осенью 2019 года.
В порядке подготовки административного дела к судебному разбирательству в качестве административных ответчиков для участия в деле привлечены: УФСИН России по Вологодской области, ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области, ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России.
Решением Вологодского городского суда Вологодской области от 28.11.2022 ФИО1 отказано в удовлетворении заявленных административных исковых требований.
В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Указывает, что в камерных помещениях № 32, № 70, № 58 из-за нагромождения мебели свободное личное пространство, приходящееся на 1 человека, составляло менее 2 кв.м жилой площади, что не соответствует прецедентной практике Европейского суда по правам человека и статье 3 Конвенции о защите прав и основных свобод. Суд необоснованно отказал в вызове свидетелей, которые могли бы подтвердить указываемые им факты. Камерные помещения не соответствовали требованиям, предъявляемым к жилым помещениям. Расстояние от санузла до обеденного стола составляло менее 2 метров, что являлось недопустимым, надлежащая вентиляция отсутствовала. Указывает, что пол в камерных помещениях № 15, № 17 находился ниже отметки земли, что противоречит пункту 23 Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.01.2006 № 47. Указанные им недостатки нарушали комфортные условия его жизни, он был вынужден терпеть присутствие других людей, которые нарушали его личные границы. Представленные административными ответчиками обзорные справки, сведения о количестве лиц, содержащихся в камерах, не соответствуют действительности, поскольку в камерах № 32, № 70, № 58 содержалось 4 человека. Суд не оказал должного содействия в сборе доказательств.
Административный истец ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы поддержал.
Представитель административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Вологодской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области, ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России ФИО2 просила в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о дате и времени рассмотрения дела, в суд апелляционной инстанции не явились, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть апелляционную жалобу без их участия.
Судебная коллегия, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, приходит к следующему.
Статьей 21 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.
Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
В силу конституционных требований условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации»).
В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (часть 3 указанной нормы).
При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).
В пункте 2 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе:
право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (статья 33 Конституции Российской Федерации, статья 2 Федерального закона от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», пункт 7 статьи 17 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», часть 4 статьи 12, статья 15 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации);
право на доступ к правосудию (статья 46 Конституции Российской Федерации);
право на свободу совести и вероисповедания (статья 28 Конституции Российской Федерации, пункт 14 статьи 17 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 14 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации);
право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, статья 2 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»);
право на самообразование и досуг, создание условий для осуществления трудовой деятельности, сохранения социально полезных связей и последующей адаптации к жизни в обществе (статьи 16, 27, 30, 31 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и т.д.).
Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 с 05.06.2019 по 23.02.2021 содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области.
31.08.2020 ФИО1 был осужден Вологодским городским судом Вологодской области по ... Уголовного кодекса Российской Федерации на срок ... лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Приговор Вологодского городского суда Вологодской области от 31.08.2020 вступил в законную силу 27.01.2021.
15.07.2019, 18.07.2019 и 15.08.2019 ФИО1 конвоировали в ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области для оказания разовой медицинской помощи.
Разрешая возникший спор, суд первой инстанции в соответствии с положениями статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, оценив доводы административного истца и представленные им схемы, пояснения (т.1 л.д. 23-52, т. 2 л.д. 122-161), возражения административных ответчиков (т. 1 л.д. 70-82, т. 2 л.д. 53-54), справку о материально-бытовых условиях содержания ФИО1 (т.1 л.д. 84-87), справку бухгалтерии СИЗО о движении постельных принадлежностей (т. 1 л.д. 88), технические паспорта зданий ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области (т.1 л.д. 89-92, 108-110, т. 2 л.д. 17-33), акт проверки санитарно-технического состояния прогулочных двориков, укомплектованность их инвентарем, козырьком от 12.05.2020, от 05.05.2021 (т.1л.д. 93), акт о состоянии банно-прачечного комплекса следственного изолятора от 01.10.2020, акты проверки работоспособности системы отопления, вентиляции, целостности оконных рам, санитарного состояния камерных помещений ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области в 2020-2021 году (т.1 л.д. 97-105, т. 2 л.д. 9-16, 25-43), акты осмотра камерных помещений от 30.12.2019, от 30.12.2020, 28.12.2021, от 30.12.2021(т.1 л.д. 121- 126), камерную карточку, ведомости выдачи средств гигиены, вещевого довольствия в 2019-2021 (т.1 л.д. 111-115, т. 2 л.д. 1-8), фотографии помещений для этапирования, прогулочных двориков, камер, туалетов, комнат для краткосрочных свиданий (т.1 л.д. 117-118, 127-132), справку начальника канцелярии ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области о направлении ФИО1 в контрольные и надзорные органы 159 обращений, в том числе обращения в Конституционный суд Российской Федерации, ответ на которое в закрытом виде перенаправлено 12.04.2021 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области (т.1 л.д. 119-120, 133-170, т. 2 л.д. 84-86), справки о содержании ФИО1 в этапном помещении, о помывке, о санитарной обработке, о пользовании библиотекой, о работе радиоприемников, о режиме функционирования молельной комнаты, о порядке проведения ВКС без размещения в клетке, о выдаче средств гигиены, горячей воды (т.1 л.д. 171-181, т. 2 л.д. 165-216), обзорную справку о количестве лиц, содержащихся вместе с административным истцом (т.1 л.д. 182-183), книги учета контроля за качеством и приготовлением пищи, котловые ордера, протоколы испытаний пищевых продуктов за 2019-2021 (т. 1 л.д. 184-238), журнал регистрации дезинфекции одежды, постельных принадлежностей, обуви и др. (т.1 л.д. 239-241), справку о пребывании ФИО1 в ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области 15.07.2019, 18.07.2019, 15.08.2019 (т.2 л.д. 53-55), акты технического осмотра и фотографии приемных покоев № 1 и № 2 ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области (т.2 л.д. 56-67), справку о месте отбытия наказания ФИО3, ФИО4 (т.2 л.д. 105), справку об оказании медицинской помощи, выписки из амбулаторной карты ФИО1 (т. 2 л.д. 107-115), сведения о телефонных переговорах, краткосрочных свиданиях с женой и мамой (т.1 л.д.70-82), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что условия содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области и в ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области соответствовали обязательным требованиям, права ФИО1 на обращение в государственные органы, на доступ к правосудию, на свободу совести и вероисповедания, на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки, на самообразование и досуг, на телефонные переговоры, краткосрочные свидания, тайну переписки, оказание медицинской помощи не нарушались, поэтому оснований для присуждения компенсации, предусмотренной статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не имеется.
Судебная коллегия с указанным выводом соглашается, поскольку он соответствует обстоятельствам дела и основан на правильном применении норм материального и процессуального права.
Суждения административного истца о несоблюдении санитарной площади при его содержании в камерных помещениях № 32, № 70, № 58 ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, а также о необходимости исключения из подсчета данной величины (нормы санитарной площади) площади санитарного узла, мебели, инвентаря, во внимание приняты быть не могут.
В силу пункта 5 статьи 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека составляет 4 кв. м.
По данным, содержащимся в техническом паспорте здания ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, площадь камеры № 32, в которой содержался ФИО1 составляла 15,5 кв.м; № 70 – 15 кв.м, № 58 – 14,6 кв.м (т. 2 л.д. 17-34).
Проанализировав содержание справок, составленных по книгам количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО, согласно которым в камерах № 32, № 70, № 58 содержалось по 3 человека (т.1 л.д. 182-183, т.2 л.д. 218-219), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что установленная частью 5 статьи 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» санитарная норма площади, приходящаяся на одного человека (4 кв.м), не нарушалась.
Ссылки автора апелляционной жалобы на лиц, указанных в иске (Корништян В, ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 (т.1 л.д. 17)), которые содержались с ним совместно и могли бы подтвердить факт нахождения в камерах не 3, а 4 лиц, являются несостоятельными, поскольку согласно ответу ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области ФИО3, ФИО4, ФИО8, ФИО10 действительно содержались в камерах № 32 № 58 и № 70, но в разное время, при этом лимит наполняемости камер не нарушался, сведениями об остальных лицах следственный изолятор не располагает (т.2 л.д. 105, ответ от 03.08.2023 № 36-ТО/51/3-10085).
По информации прокуратуры Вологодской области от 28.07.2023 № 17-24-2023 какие-либо нарушения условий содержания в камерных помещениях № 32, № 70, № 58 ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области за время содержания там административного истца, в том числе связанные с несоблюдением нормы санитарной площади, не фиксировались, при этом сам ФИО1 с заявлениями о нарушении своих прав, о переполненности камер, об отсутствии личного пространства не обращался.
Вопреки утверждениям ФИО1 при подсчете санитарной нормы площади в камере следственного изолятора, приходящейся на одного человека, площадь санузлов, мебели и другого инвентаря не исключается, так как их размещение в камерах предусмотрено СП 247.1325800.2016. Свод правил. Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования.
Частью 5 статьи 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» устанавливается норма не жилой, а санитарной площади, которая рассчитывается с учетом всех инженерных коммуникаций камерного помещения.
Не влекут отмену судебного акта и ссылки административного истца на прецедентную практику Европейского суда по правам человека по вопросам, связанным с обеспечением личного пространства, поскольку с 16.03.2022 Россия прекратила членство в Совете Европы, в связи с чем основания для применения международных договоров Совета Европы, в том числе Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950, у национальных судов отсутствуют.
Доводы апеллянта о недостоверности справок, составленных административными ответчиками по книгам количественного учета, являются несостоятельными, поскольку содержащиеся в них сведения о соответствии условий содержания под стражей обязательным требованиям, в том числе по вопросу соблюдения нормы санитарной площади, согласуются с другими средствами доказывания: данными технического паспорта зданий следственного изолятора, фотографиями, с информацией прокуратуры Вологодской области об отсутствии выявленных нарушений закона в камерах № 32, № 70, № 58 во время содержания в них административного истца.
Умозаключения ФИО1 о незаконности отказа суда в удовлетворении ходатайства о допросе свидетелей, которые по его утверждениям могли подтвердить ненадлежащие условия содержания под стражей, не являются основанием для отмены судебного акта, поскольку все юридически значимые обстоятельства, необходимые для правильного рассмотрения дела, установлены на основе совокупности согласующихся друг с другом доказательств, необходимость допроса указанных лиц у суда, самостоятельно определяющего в соответствии с положениями статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пределы доказывания по административному делу, отсутствовала.
Аргументы автора апелляционной жалобы о непосредственной близости санузлов с обеденным столом не свидетельствуют о нарушении обязательных норм и правил, поскольку санузлы были изолированы сплошной перегородкой их размещение в камере соответствует Нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденным приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.05.2001 № 161-дсп, СП 247.1325800.2016. Свод правил. Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (пункт 10).
Сами по себе доводы ФИО1 о недостаточности личного пространства, ограниченного мебелью, санузлом, о содержании в камерах, площадью от 14,6 кв.м. до 15,5 кв.м, одновременно 4 лиц, о расположении санузла рядом с обеденным столом, не свидетельствуют о существенном отклонении от обязательных требований, предъявляемых к условиям содержания под стражей, при которых взыскивается компенсация в соответствии со статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.
Пребывание в камерных помещениях не носило непрерывный характер, поскольку административный истец участвовал в следственных действиях, судебных заседаниях и мог пользоваться другими помещениями, в том числе при санитарной обработке, помывке, прогулках, краткосрочных свиданиях с родственниками.
Утверждения ФИО1 о том, что пол в камерных помещениях № 15, № 17 вопреки пункту 23 Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.01.2006 № 47, находился ниже уровня земли, во внимание приняты быть не могут, поскольку камеры № 15, №17 в соответствии с техническим паспортом (т.2 л.д. 17-33) располагались на первом этаже здания и соответствовали требованиям СП 247.1325800.2016. Свод правил. Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (пункт 10).
Положение о признании помещения жилым помещением и непригодным для проживания, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от 28.01.2006 № 47, не определяет обязательные требования к камерам следственного изолятора и к помещениям, в которых они располагаются, а потому данный нормативный правовой акт к спорным правоотношениям применению не подлежит.
Пункт 2 статьи 15 Жилищного кодекса Российской Федерации определяет, что жилым помещением признается изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного проживания граждан (отвечает установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства).
Камерное помещение в силу пункта 3.2 СП 247.1325800.2016 в отличии жилого помещения предназначено не для проживания, а для временной изоляции подозреваемых, обвиняемых или осужденных; к камерным помещениям, исходя из их основного функционального предназначения, предъявляются самостоятельные требования, которые могут не совпадать с требованиями, предъявляемыми к жилым помещениям.
Проанализировав представленные доказательства, объяснения сторон, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что доводы ФИО1 о существенном нарушении условий содержания в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области и в ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области своего достоверного доказательственного подтверждения не нашли, фактов, которые бы свидетельствовали о причинении ему страданий в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, не установлено.
Отсутствие в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области и в ФКЛПУ МБ-10 УФСИН России по Вологодской области комфорта, к которому привык административный истец, достаточным основанием для присуждения компенсации, предусмотренной статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не является, поскольку ограничение свободы ФИО1, необходимость пребывания в камерных помещениях с другими лицами, особый порядок реализации принадлежащих ему прав обусловлено действиями самого административного истца, его подозрением (обвинением) в совершении тяжких преступлений, вынесением в отношении него обвинительного приговора.
Таким образом, разрешая поданное исковое заявление, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований административного процессуального законодательства.
Правовых доводов, влекущих отмену решения, а также ссылок на какие-либо новые факты, которые остались без внимания суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем оснований для отмены или изменения состоявшегося судебного акта не имеется.
Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Вологодского городского суда Вологодской области от 28.11.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.
Кассационная жалоба может быть подана через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения в Третий кассационный суд общей юрисдикции.
Председательствующий: Е.Г. Медведчиков
Судьи: М.В. Соколова
А.А. Коничева