Дело № 2а-1546/2022 Мотивированное решение

УИД 51RS0007-01-2022-002582-18 изготовлено 20 декабря 2022 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

6 декабря 2022 г. г. Апатиты

Апатитский городской суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Быковой Н.Б.,

при помощнике судьи Асановой Л.С.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административных ответчиков ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 51 Федеральной службы исполнения наказаний» о взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области» (далее – ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области) о взыскании компенсации за нарушение условий содержания.

В обоснование заявленных требований с учетом дополнений, указал, что в периоды: с октября 2004 г. по 2006 г., с февраля по апрель 2014 г., с 28 января по 4 августа 2022 г. он содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области, где условия его содержания не соответствовали требованиям действующего законодательства, являлись бесчеловечными, ссылаясь на отсутствие горячего водоснабжения в указанные периоды. В качестве ненадлежащих условий содержания в период с 2004 г. по 2006 г. указал на отсутствие в камерах приточно-вытяжной вентиляции, унитазов, дверей в санузле для приватности; отсутствие дощатого покрытия на бетонных полах; низкую температуру в камере, наличие сырости; отсутствие ручки для открытия форточки на окне, что препятствовало проветриванию камеры; из-за количества людей в камере отсутствовал свободный доступ к умывальнику и туалету. Также указал, что в период нахождения в 2005 г. в камере № 109 надлежащая медицинская помощь ему по заболеванию не оказывалась, кнопка вызова сотрудника учреждения отсутствовала, по его требованию скорая помощь вызвана не была, лекарственные препараты не назначались и не выдавались. Указал, что о нарушении своих прав узнал в октябре 2022г. из судебных актов.

Просит взыскать компенсацию за ненадлежащие условия содержания в следственном изоляторе в общем размере 266 000 рублей, восстановить срок для обращения в суд с заявленным иском.

Определением от 20 октября 2022 г. к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области.

Определением от 9 ноября 2022 г. к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Федеральная служба исполнения наказаний, Управление Федеральной службы исполнения наказания России по Мурманской области с исключением из числа заинтересованных лиц, Федеральное казенное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть № 51 Федеральной службы исполнения наказаний».

В судебном заседании административный истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований по доводам, изложенным в иске с учетом дополнений, настаивал. При этом уточнил, что ненадлежащее содержание в СИЗО-2, выразившееся в отсутствии приточно-вытяжной вентиляции, унитазов, дверей в санузле для приватности; отсутствие дощатого покрытия на бетонных полах; низкую температуру в камере, наличие сырости; отсутствие ручки для открытия форточки на окне; отсутствие свободного доступа к умывальнику и туалету из-за количества людей в камере; отсутствие кнопки вызова сотрудника учреждения; ненадлежащее оказание медицинской помощи, относится исключительно к периоду его нахождения в следственном изоляторе с 25 октября 2004 г. по 4 марта 2006 г. Тогда как ко всем периодам относится только отсутствие горячего водоснабжения в камере, а именно в период его содержания с 25 октября 2004 г. по 4 марта 2006 г., с 7 февраля 2014 г. по 13 апреля 2014 г. и с 28 января 2022 г. по 4 августа 2022 г. Не отрицал, что в указанные им периоды в камерах периодически имелись кипятильники, однако их было недостаточно для удовлетворения потребности в горячей воде. Обратил внимание, что в связи с отсутствием горячей воды отсутствовала возможность надлежащим образом почистить зубы, умыться, помыться, постирать. Отметил, что от холодной воды сводило зубы, руки, что причиняло глубокие моральные и физические страдания. Подчеркнул, что ранее с жалобами на условия в рассматриваемый период не обращался, поскольку не был осведомлен о том, что его права нарушаются. В обоснование ходатайства о восстановлении срока на обращение в суд пояснил, что только в октябре 2022 г. узнал о возможности получения денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания из судебных решений, в связи с чем решил обратиться в суд.

Представитель административных ответчиков возражал против удовлетворения исковых требований в полном объёме по основаниям, изложенным в возражениях, согласно которым ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области в следующие периоды времени: с 25 октября 2004 г. по 4 марта 2006 г., с 7 февраля 2014 г. по 13 апреля 2014 г., с 28 января 2022 г. по 4 августа 2022 г. Вместе с тем, установить в каких камерах истец содержался в периоды с 25 октября 2004 г. по 4 марта 2006 г. не представляется возможным ввиду истечения срока хранения и уничтожение камерных карточек. Согласно сохранившимся камерным карточкам за 2014 г. и 2022 г. ФИО1 содержался в камерах режимного корпуса: №№ 221, 246, 122, 213, 230, 114, 111, 124, 235, 212. Не отрицал, что горячее централизованное водоснабжение в камерах в которых содержался административный истец отсутствовало, поскольку это не предусмотрено проектом строительства здания. Кроме того, сославшись на положения п. 433 Правил № 189, указал, что лица, содержащиеся в камерах, наделены правом пользоваться водонагревательными приборами (кипятильниками), либо по их просьбе горячая вода выдается им администрацией учреждения с учетом их потребностей. Отметил, что в учреждении утвержден график ежедневной выдачи горячей воды для стирки, гигиенических целей, кипяченой воды для питья. Ссылаясь на п. 1.1. Свода правил СП 247.1325800.2016 указывает, что из данной нормы правил не следует, что приведенные нормативные требования должны применяться к тем зданиям и помещения, которые были спроектированы и построены до издания вышеуказанного приказа и проектная документация которых получила положительное заключение государственной экспертизы, а также документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления вышеуказанного Свода правил. Согласно технической документации здание «Режимный корпус» построено и введено в эксплуатацию в 1957, 1980, 2008 г.; при его проектировании и строительстве применялись действовавшие на тот момент строительные нормы и правила. Считает, что нормативы установленные приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15 апреля 2016 г. № 245/пр не могут применяться к спорным правоотношениям, а положения Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ не содержат указание на обязательное обеспечение горячим водоснабжением камер режимного корпуса следственного изолятора.

Со ссылкой на п. 42 Приказа Минюста России от 14.10.2005 № 189 указал, что камеры СИЗО допускается оборудовать напольной чашей для отправления естественных надобностей, однако с 2014 г. все камеры режимного корпуса оборудованы унитазами в целях улучшения материального бытового обеспечения лиц содержащихся в них. Заметил, что в период содержания истца в камерах режимного корпуса были установлены кабины с высотой перегородки не менее 1 м с дверями.

Настаивал, что с 2001 г. все камеры режимного корпуса для содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных (за исключением камеры для содержания лиц у которых произошел нервный срыв) оборудованы дощатыми полами на бетонном основании.

Отметил, что кнопкой вызова сотрудника администрации (вызывной сигнализации) были оборудованы все камеры режимного корпуса по факту вступления в силу приказа Минюста России от 14.10.2005 № 189.

Подчеркнул, что все камеры СИЗО-2 имеют естественную вентиляцию (оконные рамы с открывающимися форточками); также с 2014 года в учреждении смонтирована новая система вентиляции камер 1 и 2 этажей режимного корпуса.

Обратил внимание на необоснованность доводов об отсутствии доступа к форточке, поскольку в каждой камере имеется беспрепятственный доступ к форточке окна через специальный механизм – удлинитель или веревку.

Температурный режим в камерах соответствовал санитарным нормам, в зимний период осуществляется централизованное теплоснабжение через ПАО «ТГК-1», подключение к которому производится по утвержденному графику. Документация в части соблюдения температурного режима в период с 2004 по 2006 г. в настоящее время также уничтожена.

Возражал против доводов о ненадлежащем оказании медицинской помощи в период нахождения в следственном изоляторе, отметив, что в 2005 г. оказание медицинской помощи осуществлялось медицинской частью, которая являлась структурным подразделением следственного изолятора, приведя доводы о том, что в медицинской части всегда присутствует медицинский работник, в том числе и в выходные дни. При этом указал, что сведения о медицинских работниках, журнал амбулаторного приема всех обращающихся, журнал отказов в оказании медицинской помощи, книга дежурств, в которой фиксируются обращения в скорую медицинскую помощь, за спорный период уничтожены в связи с истечением срока их хранения.

Отметил, что истец обратился за защитой своего права по истечении значительного периода времени после убытия из следственного изолятора или освобождения, однако за защитой своего права в судебные органы в установленные сроки не обратился, что свидетельствует о злоупотреблении своим правом и создает ситуацию невозможности предоставления документов в качестве доказательств по делу в связи с уничтожением по сроку хранения, в том числе в части доводов административного истца на ненадлежащее оказание медицинских услуг.

Заслушав административного истца, представителя административных ответчиков, допросив свидетеля ЮМА, изучив материалы административного дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

На основании статьи 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (часть 3 указанной нормы).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Согласно статье 1 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» деятельность уголовно-исполнительной системы осуществляется на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека.

В уголовно-исполнительную систему по решению Правительства Российской Федерации могут входить следственные изоляторы, предприятия, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы, научно-исследовательские, проектные, медицинские, образовательные и иные организации (статья 5 Закона).

Учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (пункты 1,7 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

В соответствии с подпунктами 3, 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, одна из основных задач ФСИН России – обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей. Задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Таким образом, государство в лице федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих функции исполнения уголовных наказаний, берет на себя обязанность обеспечивать правовую защиту и личную безопасность осужденных наравне с другими гражданами и лицами, находящимися под его юрисдикцией.

Условия и порядок содержания под стражей регламентированы Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и в рассматриваемый период были конкретизированы в действовавших Правилах внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее - Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов), утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. № 189 (утратил силу в связи с изданием приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 4 июля 2022 г. № 110).

Согласно статье 4 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со статьей 15 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В силу положений статья 23 Федерального закона N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Все камеры обеспечиваются по возможности вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

На основании абзаца 1 статьи 32 Федерального закона N 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах в соответствии с требованиями раздельного размещения, предусмотренными статьей 33 настоящего Федерального закона.

В соответствии с абзацем 1 статьи 33 Федерального закона N 103-ФЗ размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий.

Судом установлено, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области в следующие периоды: с 25 октября 2004 г. по 4 марта 2006 г.; с 7 февраля 2014 г. по 13 апреля 2014 г.; с 28 января 2022 г. по 4 августа 2022 г.

По сведениям ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области установить в каких камерах истец содержался в период с 25 октября 2004 г. по 4 марта 2006 г. не представляется возможным в виду истечения продолжительного периода времени и уничтожения камерных карточек.

Согласно камерным карточкам за 2014 г. и 2022 г. ФИО1 содержался в камерах режимного корпуса: № 221 (площадь 10,2 кв.м. (размер санитарной кабины – 0,9 кв.м.), 2 спальных места); № 246 (площадь 16,6 кв.м. (размер санитарной кабины 0,9 кв.м.), 3 спальных места); № 122 (площадь 15,0 кв.м. (размер санитарной кабины 0,8 кв.м.), 3 спальных места); № 213 (площадь 14,6 кв.м. (размер санитарной кабины 1,0 кв.м.), 3 спальных места); № 230 (площадь 4,8 кв.м. (размер санитарной кабины – не огорожен), 1 спальное место); № 114 (площадь 14 кв.м. (размер санитарной кабины 0,9 кв.м.), 3 спальных места); № 111 (площадь 18,4 кв.м. (размер санитарной кабины 0,9 кв.м.), 4 спальных места); № 124 (площадь 26,1 кв.м. (размер санитарной кабины 0,8 кв.м.), 6 спальных места); № 235 (площадь 5,2 кв.м. (размер санитарной кабины - не огорожен), 1 спальное место); № 212 (площадь 17,4 кв.м. (размер санитарной кабины 0,9 кв.м.), 4 спальных места).

В настоящее время ФИО1 отбывает наказание в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области в виде лишения свободы по приговору Мончегорского городского суда Мурманской области от 12 мая 2022г.

В своих пояснениях ФИО1 указывает на содержание в период с 25 октября 2004 г. по 4 марта 2006 г. в камерах, в которых, по утверждению административного истца, были допущены нарушения условий содержания, выразившиеся в отсутствии приточно-вытяжной вентиляции, унитазов, дверей в санузле для приватности; отсутствие дощатого покрытия на бетонных полах; низкую температуру в камере, наличие сырости; отсутствие ручки для открытия форточки на окне; отсутствие свободного доступа к умывальнику и туалету из-за количества людей в камере; отсутствие кнопки вызова сотрудника учреждения; ненадлежащее оказание медицинской помощи.

Из документов, представленных представителем ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области, следует, что в виду истечения продолжительного периода времени и уничтожения служебной документации, а именно, камерных карточек и книги количественной проверки лиц, содержащихся в следственном изоляторе за указанный период у СИЗО-2 отсутствует объективная возможность представить в суд информацию о количестве лиц, содержащихся совместно с истцом в оспариваемый им период, а также в каких конкретно камерах содержался ФИО1

Согласно справке ФКУ СИЗО-2 УФСИН России от 21 ноября 2022 г. все камеры режимного корпуса для содержания подозреваемых, обвиняемых и осуждённых (за исключением камеры для содержания лиц, у которых произошёл нервный срыв) с 2001 г. оборудованы дощатыми полами на бетонном основании.

Из сведений, представленной начальником ОКБИи ХО ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области кнопкой вызова сотрудника администрации (вызывной сигнализацией) были оборудованы все камеры режимного корпуса по факту вступления в силу приказа Минюста России от 14.10.2005 № 189.

Согласно абзацу 2 пункта 8.66 СП 15-01 Минюста России «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России», утвержденные приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 2001 г. №161-дсп, в камерных помещениях на два и более мест, напольные чаши (унитазы) и умывальники следует размещать в кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабины должны иметь перегородки высотой 1 м от пола уборной. Допускается в камерах на два и более мест в кабине размещать только напольные чаши (унитазы), умывальник при этом размещается за пределами кабины. Указанные требования обязывают размещать санитарные узлы в кабинах с перегородками и дверьми лишь в камерных помещениях, где содержатся два и более человека, целью соблюдения условий приватности. Требования по оборудованию камер напольными чашами (унитазами) содержит и Правила внутреннего распорядка СИЗО.

В соответствии со справкой от 1 ноября 2022 г. в силу пункта 42 Правил № 189 камеры следственного изолятора допускалось оборудовать напольной чашей (чашей Генуя). В 2014 г. в рамках улучшения материального бытового обеспечения подозреваемых, обвиняемых и осуждённых, содержащихся в камерах режимного корпуса, были установлены керамические унитазы для отправления естественных надобностей.

Согласно возражениям представителя ответчиков и пояснениям, данных им в судебном заседании, в период содержания истца в камерах режимного корпуса были установлены кабины с высотой перегородки не менее 1 м с дверьми.

Представитель административных ответчиков опроверг в ходе судебного разбирательства доводы административного истца о низкой температуре и сырости в камерах, приведя доводы о том, что температурный режим в камерах соответствовал санитарным нормам, в зимний период осуществляется централизованное теплоснабжение через ПАО «ТГК-1», подключение к которому производится по утвержденному графику. Отметив, что документация в части соблюдения температурного режима в период с 2004 по 2006 г. уничтожена.

Из возражений и справки ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области, которые подтверждены государственными контрактами, а также пояснений представителя ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области следует, что все камеры режимного корпуса имеют естественную вентиляцию (оборудованы оконными рамами с открывающимися форточками, имеющие свободный доступ к открытию через удлинитель и вентиляционными отверстиями в стенах каждой камеры). С 1 марта 1996 г. был введён в эксплуатацию воздухосборник по распределению воздуха по камерам. Указанное оборудование 1 февраля 2014 г. выведено из эксплуатации, в настоящее время не демонтировано. С 2014 г. по настоящее время согласно государственных контрактов № 278 от 27 сентября 2013 г., № 499 от 31 декабря 2013 г. в учреждении функционирует новая система вентиляции камерных помещений на первом и втором этаже режимного корпуса, которая находится в рабочем состоянии.

Оснований полагать, что представленные доказательства являются недопустимыми или получены в нарушение закона, суд не усматривает.

На сотрудников уголовно-исполнительной системы, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10).

Разрешая доводы административного истца в части ненадлежащего оказания медицинской помощи в 2005 г. суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья.

Правовое регулирование медицинской деятельности осуществляется Федеральным законом от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", согласно статье 18 которого каждый имеет право на охрану здоровья, которое, в частности, обеспечивается оказанием доступной и качественной медицинской помощи.

При этом в соответствии с частью 1 статьи 26 указанного закона лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно информации здравпункта № 5 филиала «Больница ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России от 21 ноября 2022 г. предоставить сведения об обращении ФИО1 за медицинской помощью в 2005 г. не представляется возможным в виду истечения срока хранения служебной документации. Предоставить медицинскую карту ФИО1 за период содержания в период с 25 октября 2004 г. по 4 марта 2006 г. также не представляется возможным в связи с направлением её вместе с личным делом к месту отбытия наказания в ФКУ МК-20 УФСИН России по Мурманской области.

Из сообщения ФКУ КП-20 УФСИН России по Мурманской области от 22 ноября 2022 г., куда административный истец прибыл 4 марта 2006 г. из ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области для отбытия наказания, следует, что личное дело и медицинская карта ФИО1 уничтожены по сроку хранения.

По информации, представленной здравпунктом № 6 филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России медицинская карта ФИО1 заведена по прибытию его в учреждение 2022 году. Информации об оказания медицинской помощи ФИО1 за предыдущие периоды содержания в медицинской карте отсутствуют.

Согласно сведениям ГОБУЗ «АКЦГБ» медицинская карта на имя ФИО1, в регистратуре поликлиники г. Апатиты, архиве ГОБУЗ «АКЦГБ» отсутствует. В медицинской информационной системе, в отделе медицинской статистики сведений об обращениях за медицинской помощью не имеется в связи с тем, что до 2006 г. электронный учет обращений не велся.

Ссылки административного истца на свидетеля ЮАМ, чьи показания могли бы подтвердить его доводы, изложенные в административном иске в части ненадлежащего оказания медицинской помощи, суд считает несостоятельными.

Так, свидетель ЮАМ в судебном заседании пояснил, что находился в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области в сентябре 2005 г. совместно с истцом в одной камере, при этом точный номер камеры назвать не смог. Свидетель показал, что административному истцу в период болезни надлежащей медицинской помощи в следственном изоляторе оказано не было.

Показания допрошенного свидетеля не могут быть приняты в качестве надлежащего доказательства нарушений условий содержания административного истца, поскольку камерные карточки за период с 2004 г. по 2006 г. уничтожены и подтвердить содержание истца и свидетеля в одной камере не представляется возможным.

При этом имеющаяся в материалах дела справка, выданная медицинской частью ФГУ ИЗ 51/2 УФСИН России по Мурманской области о наличии заболевания у ФИО1 по состоянию на <дата>, доказательством оказания ненадлежащей медицинской помощи в период нахождения истца в следственном изоляторе не является ввиду отсутствия данной информации в представленном документе.

По информации прокуратуры г. Апатиты, от ФИО1 на действия сотрудников администрации ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области в прокуратуру города в спорные периоды обращения не поступали. Отметив, что срок хранения надзорных производство по жалобам составляет 5 лет, соответственно, все надзорные производства по обращениям, поступившим в прокуратуру города и рассмотренным до 2016 г. уничтожены по сроку хранения.

Также, в ходе рассмотрения данного дела, ФИО1 пояснил, что с жалобами на условия содержания в спорный период к администрации следственного изолятора, в вышестоящие органы, прокуратуру или суды не обращался.

В связи с указанным, суд исходит из отсутствия возможности сделать вывод об условиях содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области в указанный им период с 25 октября 2004 г. по 4 марта 2006 г., а с учётом не обращения ФИО1 за защитой своих прав в плоть до 2022 г., и, соответственно, отсутствия значимости указанных им нарушений, приходит к выводу о недоказанности нарушений в части отсутствия приточно-вытяжной вентиляции, унитазов, дверей в санузле для приватности; отсутствие дощатого покрытия на бетонных полах; низкую температуру в камере, наличие сырости; отсутствие ручки для открытия форточки на окне; отсутствие свободного доступа к умывальнику и туалету из-за количества людей в камере; отсутствие кнопки вызова сотрудника учреждения; ненадлежащее оказание медицинской помощи.

При этом сам административный истец, не обращаясь за судебной защитой предполагаемого нарушенного права в течение столь длительного срока (более 16 лет), способствовал созданию ситуации невозможности представления указанных выше документов в качестве доказательств по делу.

При этом факт отсутствия горячего водоснабжения в камерах ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области, в которых содержался административный истец в периоды с 25 октября 2004 г. по 4 марта 2006 г.; с 7 февраля 2014 г. по 13 апреля 2014 г.; с 28 января 2022 г. по 4 августа 2022 г., не оспаривался представителем административных ответчиков и установлен судом.

Как следует из представленных документов, графика ежедневной выдачи горячей воды от 3 августа 2017 г., 18 ноября 2020 г. и пояснений представителя ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области ФИО2, во исполнение требований пункта 43 Правил № 189 ежедневно в камеры режимного корпуса выдается горячая вода для стирки, гигиенических целей и горячая кипяченая вода для питья согласно утверждённого графика с учётом потребности. При отсутствии в камере кипятильника или чайника заключённые обращаются к администрации СИЗО о необходимости в предоставлении им горячей воды, которая разносится по потребности. Административный истец не был лишён возможности иметь при себе, хранить, получать в посылках, приобретать по безналичному расчёту электрокипятильник бытовой заводского изготовления или чайник электрический мощностью более 0,6 кВт.

Нормами проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России), утвержденными приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 2001 г. № 161-дсп, были предусмотрены требования о подводке горячей воды к умывальникам, в том числе в камерах следственных изоляторов.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 15 апреля 2016 г. № 245/пр утвержден и введен в действие с 4 июля 2016 г. Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения настоящего свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (пункт 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

Наличие горячего водоснабжение в камерах непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения заключение под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных безопасных условий среды обитания, в связи с чем, эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в зданиях ответчика.

Приведение ранее введенных в эксплуатацию зданий в соответствие с актуальными требованиями обусловлено уровнем современных рисков потребностей, правил, а равно обеспечением санитарного благополучия, безопасных условий для обитания человека.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, следует, что задачей ФСИН является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Неоснащение помещений камер, в которой содержался административный истец, горячим водоснабжением приводило к нарушению права административного истца.

Обеспечение подозреваемым (обвиняемым) и осужденным не менее одного раза в неделю помывки в банно-прачечном комбинате учреждения, где имеется централизованная подводка горячего водоснабжения, также не свидетельствует об обеспечении надлежащих условий содержания.

Поскольку обеспечение помещений СИЗО горячим водоснабжением, являлось и является обязательным, постольку неисполнение исправительным учреждением требований закона влечет нарушение прав подозреваемого, обвиняемого, осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

При этом суд исходит из того, что при разрешении административного дела стороной административного ответчика ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области не представлено доказательств отсутствия технической возможности исполнить требования санитарных правил.

Представителем ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области доказательств обеспечения административного истца горячей водой ежедневно с учётом потребности суду не представлено.

Обеспечение в камерах следственного изолятора мер компенсационного характера отсутствующему горячему водоснабжению в виде возможности иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах и приобретать электрокипятильники заводского изготовления или чайники электрические, не обеспечивали административному истцу его права по поддержание своего гигиенического состояния в надлежащем состоянии, возможности пользоваться горячей водой в гигиенических целях. Отсутствие обращений истца к администрации СИЗО с требованиями о выдаче горячей воды по мере необходимости не свидетельствует об обеспечении его горячим водоснабжением и об отсутствии нарушения его прав и законных интересов.

Таким образом, административный истец в течение указанного времени был лишен возможности поддержания личной гигиены в удовлетворительной степени в связи с отсутствием в камерах СИЗО-2 горячей воды, что вело к недопустимому риску повреждения его здоровья и причиняло ему нравственные и физические страдания.

С учетом изложенного, поскольку камеры, в которых содержался истец не оборудованы подводом горячего водоснабжения, что в ходе рассмотрения дела представителем ответчиков не отрицалось, суд приходит к выводу о том, что содержание административного истца в условиях, не соответствующих установленным нормам, повлекло нарушение его прав и законных интересов, гарантированных законом, и является основанием для удовлетворения заявленных требований о признании действий по ненадлежащему содержанию незаконными и присуждении компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе.

При этом доводы представителя административного ответчика о том, что у содержащихся в камерах лицах могут быть кипятильники или чайники, не свидетельствует об отсутствии нарушений прав истца, так как их наличие не может в полной мере восполнить ГВС для использования ее как для личной гигиены, так и собственного обслуживания.

Иных нарушений при содержании истца в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области судом не установлено.

Разрешая доводы представителя ответчиков о пропуске истцом срока на обращение в суд с административным исковым заявлением суд приходит к следующему.

В соответствии с подпунктом 2 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд, в том числе, выясняет, соблюдены ли сроки обращения в суд.

По общему правилу, установленному в части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если поименованным Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трёх месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В соответствии с частью 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

В соответствии с частями 8 и 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного дела в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 данной статьи, в полном объеме, в том числе как соблюдение истцом сроков обращения в суд, так и нарушение его прав, свобод и законных интересов, соответствие оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, наличие полномочий и оснований для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) и соблюдение порядка принятия такого решения, совершения действия (бездействия).

В силу положений пунктов 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений.

Одними из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6 и статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Пропуск срока на обращение в суд сам по себе не является достаточным основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административного искового заявления без надлежащего исследования фактических обстоятельств дела и проверки законности оспариваемых административным истцом действий и решений.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Согласно статье 95 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропустившим установленный настоящим Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен. В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, пропущенный процессуальный срок не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020) приведен анализ Федерального закона от 27 декабря 2019 г. №494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и указано, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27 января 2020 г., предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения. Лица, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты, имеют 180 дней для подачи своих жалоб после окончания срока заключения.

Анализ приведённых норм в их совокупности свидетельствует о том, что за компенсацией в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27 января 2020 г.), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27 января 2020 г., в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

Федеральный закон от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», предусмотревший возможность взыскания компенсации за нарушение условий содержания под стражей, вступил в силу 27 января 2020 г. Следовательно, обратиться в суд с соответствующим иском ФИО1 не имел возможности ранее указанной даты.

Кроме того, административным истцом заявлены требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания, имевших место до вступления вышеназванного Федерального закона № 494-ФЗ в законную силу. К таким правоотношениям подлежат применению и положения статьи 151 и главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации, включающей помимо общих положений параграф 4 «Компенсация морального вреда», и на такие требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ срок исковой давности вообще не распространяется.

Административное исковое заявление датировано 10 октября 2022 г. и направлено в суд 11 октября 2022 г. Несмотря на то, что административный истец убывал из ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области 4 марта 2006 г., 14 апреля 2014 г., 4 августа 2022 г., до настоящего времени ФИО1 содержится в местах лишения свободы и принудительной изоляции, что ограничивает его возможности по защите нарушенных прав и законных интересов.

Учитывая, что в рассматриваемом случае имеется совокупность таких условий как несоответствие действий и решений должностного лица, органа государственной власти, выразившихся в нарушении условий содержания в учреждении уголовно-исполнительной системы нормам действующего законодательства, сопряженным с нарушением прав, свобод и законных интересов административного истца, то имеются правовые основания для восстановления пропущенного процессуального срока для обращения в суд с административным исковым заявлением.

Принимая во внимание, что нарушения условий содержания административного истца в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области в связи с отсутствием горячего водоснабжения нашли свое подтверждение, а также принимая во внимание продолжительность данных нарушений, обстоятельства, при которых допускались нарушения, их последствия для административного истца, который претерпевал нравственные и физические страдания, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в следственном изоляторе.

При определении размера компенсации суд принимает во внимание характер допущенных нарушений и их объём, степень нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями личности ФИО1, его состоянием здоровья, длительность пребывания истца в условиях, не отвечающих требованиям законодательства, факт отсутствия его обращений в указанный период за защитой нарушенного права к администрации следственного изолятора, прокурору или в суд, степень вины причинителя вреда, учитывая требования разумности и справедливости полагает необходимым взыскать в его пользу компенсацию в размере 25 000 рублей, не усматривая при этом оснований для взыскания компенсации в заявленном им размере. Кроме того, необратимых, тяжелых последствий для здоровья осуждённого содержание в указанных условиях не повлекло.

При рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 4 статьи 227.1 КАС РФ).

В соответствии с подпунктом 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств и согласно пункту 3 указанной статьи выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Согласно подпункту 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказания, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Таким образом, надлежащим административным ответчиком по выплате компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области является ФСИН России.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил :

Административное исковое заявление ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 51 Федеральной службы исполнения наказаний» о взыскании компенсации за нарушение условий содержания, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 – отказать.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Апатитский городской суд Мурманской области путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.Б. Быкова