Решение по делу № 2-1555/2025 от 06.05.2025

07RS0№-09

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 мая 2025 года <адрес>

Нальчикский городской суд КБР в составе:

председательствующего Огузова Р.М.,

при секретаре ФИО3,

с участием:

истца ФИО2,

представителя истца ФИО2 по доверенности ФИО4,

представителя ответчика ПАО «Сбербанк России» по доверенности ФИО6,

третьего лица ФИО10

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО8 ФИО11 к ПАО «Сбербанк России» о защите трудовых прав,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ПАО «Сбербанк России», в котором с учетом уточнений исковых требований, просит суд:

Обязать ПАО «Сбербанк России» провести перерасчет отработанного рабочего времени и оплатить сверхурочную работу - 718 часов, за период с ДД.ММ.ГГГГ в размере 359 000 рублей.

Обязать ПАО «Сбербанк России» компенсировать время, установленное на законный отдых (4 часа) 1560 часов, а также время, не использованное на прием пищи, обед 780 часов, в размере 1 170 000 рублей, за период с ДД.ММ.ГГГГ.

Обязать ПАО «Сбербанк России» компенсировать увеличение объема работы в двукратном размере за период с ДД.ММ.ГГГГ, так как работа двоих сотрудников была возложена на одного истца в размере 4 827 346 рублей.

Обязать ПАО «Сбербанк России» обеспечить безопасные условия труда и соответствие рабочего места нормам трудового законодательства и требованиям СанПин.

Обязать ПАО «Сбербанк России» возместить моральный вред в размере 200 000 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 принят на должность <данные изъяты> № ПАО «Сбербанк России», расположенное по адресу: <адрес>

До 2017 года административное здание Кабардино-Балкарского отделения № ПАО «Сбербанк России» охраняли два <данные изъяты> Под охраной находятся 7 этажей, площадью больше 7 000 кв.м.

В здании под охраной находятся <данные изъяты>

Начиная с 2017 года на охрану административного здания ПАО «Сбербанк России», оставили <данные изъяты> а остальных охранников перевели на другой объект, тем самым, увеличив нагрузку на оставшегося <данные изъяты> вдвое, что привело к существенному ухудшению условий труда.

Начиная с этого времени, работодатель постоянно допускал и допускает по настоящее время, нарушение трудовых прав истца, выражающиеся в следующем:

- нарушение режима труда и отдыха, а именно отсутствие времени отдыха, при суточном режиме работы (24 часа), при положенных законом 2-х часов на прием пищи и минимум 4-х часов на отдых;

- несоответствие количества фактически отработанных истцом рабочих часов, их неполное занесение в табель отработанного времени;

- несоответствие рабочего места правилам безопасности.

Указанными действиями работодателя нарушаются нормы ст. 37 Конституции РФ, ст. ст. 22, 99, 103, 108-109 Трудового кодекса РФ и иные нормативные правовые акты российского законодательства, а именно:

Режим работы суточный, с ношением огнестрельного табельного боевого оружия. На смену на пост заступает <данные изъяты> При этом здание банка большое, 7 этажей, имеется <данные изъяты>

С этого момента, согласно инструкции поста охраны № Кабардино-Балкарского отделения № ПАО «Сбербанк России», <данные изъяты> стало запрещено: в рабочее время покидать пост для осуществления своих физиологических потребностей; принимать пищу. То есть с 22:00 час. до 8:00 час., истец обязан находиться на посту, не имея права покидать пост.

При этом, обязали вести видеомониторинг банкоматов на территории КБР зон самообслуживания 24/7, с 22:00 час. до 8:00 час., которые к ним не относятся (их контроль не входит в полномочия по трудовому договору), а в выходные и праздничные дни круглосуточно.

Отсутствует время отдыха. То есть с 18:00 час. до 8:30 час. утра на посту один человек, без подмены, без права покинуть пост в течение этого времени.

Также нарушением трудовых прав является то, что рабочее место, на котором истец находится круглосуточно, абсолютно не соответствует нормам безопасности. <адрес> - 9,5 кв.м., что делает воздух тяжелым, нет нормальной вентиляции, отопления, кондиционера. Данное место (пост) предусмотрено, как серверная комната, в ней помещено 6 мониторов и системных блоков. Круглосуточное пребывание на этом месте наносит вред здоровью, что проявляется различными заболеваниями в последнее время.

Большая концентрация оборудования на посту превышает нормы почти в пять раз.

Все эти неблагоприятные обстоятельства послужили тому, что уже на хронической основе имеются заболевания сердечно-сосудистой системы, приходится периодически прибегать к помощи врачей, чтобы более или менее поддерживать работоспособность.

В связи с указанными нарушениями истец обратился в Государственную инспекцию труда КБР.

Согласно ответу на обращение № от ДД.ММ.ГГГГ были установлены нарушения со стороны работодателя: по ведению неточного учета рабочего времени; невыплате переработанных часов; не предоставлены сведения о дополнительных выходных днях в связи с переработкой; не обеспечена возможность отдыха и приема пищи.

Недопустимо размещение рабочего места в офисном помещении без окон и вентиляции. Отсутствие вентиляции и окна, как источника естественного освещения, влечет неблагоприятные условия труда на указанном рабочем месте.

На работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Перечень таких работ, а также места для отдыха и приема пищи устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка.

С 2017 года и по настоящее время, работодатель не учитывает сверхурочное время, затраченное в момент осуществления трудовой деятельности. При работе в режиме гибкого рабочего времени начало, окончание или общая продолжительность рабочего дня (смены) определяется по соглашению сторон.

Работодатель обеспечивает отработку работником суммарного количества рабочих часов в течение соответствующих учетных периодов (рабочего дня, недели, месяца и других).

В соответствии с п. 5.13 коллективного договора, при работе с использованием суммированного учета рабочего времени оплата сверхурочной работы производится по окончании учетного периода исходя из количества рабочих часов, приходящихся на учетный период, в полуторном размере за первые 2 часа, приходящиеся в среднем на каждый рабочий день учетного периода; в двойном размере за остальные часы сверхурочной работы.

Также, согласно п. 5.5.4 Положения об оплате труда, по желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха.

Однако, работодатель не вел точный учет рабочего времени, не установил часы переработки и соответственно их не оплатил.

Согласно расчетам отработанного времени за 2020 - 2024 годы, документально подтвержденными являются следующие несоответствия в количестве фактически отработанных часов и часов, оплаченных:

Отработанные часы по факту

Оплачено по табелю

Разница (не оплачено)

2020 год – 1848 часов (77 суток)

1818 часов

30 часов

2021 год – 2088 часов (87 суток)

1931 час

157 часов

2022 год – 1982 часа (82 суток)

1854 часа

128 часов

2023 год – 1920 часов (80 суток)

1768 часов

152 часа

2024 год – 1536 часов (63 суток)

1261 час

251 час

Итого не оплачено 718 часов - 359 000 рублей (двойная оплата по 179500 рублей).

Наличие фактов переработки может подтвердить график дежурств, журнал приема-сдачи табельного оружия, журнал приема-сдачи ключей от режимных объектов, журнал проверки исправности кнопки тревожной сигнализации, журнал постовой ведомости.

Не использованные, не оплаченные за 8 лет часы: отдых - 1560 часов или 780 000 рублей, обед - 780 часов или 390 000 рублей.

Фактически за последние 8 лет не было использовано право на законный отдых (4 часа), а также за не использованные, не оплаченные часы, положенные на прием пищи (2 часа), так как не было возможности покидать пост, соответственно, общая сумма которую истец заработал (согласно НДФЛ) с ДД.ММ.ГГГГ, составила 4 827346 рублей, учитывая, что все это время истец исполнял обязанности возложенные до этого на двух сотрудников, данный факт можно считать увеличением объема работы в соответствии со ст. 60.2 ТК РФ, следовательно, она должна дополнительно оплачиваться.

Также истец указывает, что тем, кто работает во вредных условиях труда, в соответствии со ст. ст. 92, 117, 147 ТК РФ полагается сокращенная продолжительность рабочего времени - не более 36 часов в неделю; ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, который составляет 7 календарных дней; повышение оплаты труда - не менее 4 % ставки (оклада).

Недопустимо размещение рабочего места в офисном помещении без окон и вентиляции. В отсутствие вентиляции и окна, как источника естественного освещения, условия труда на указанном рабочем месте неблагоприятные.

Согласно требованиям СП 52.13330.2016, помещения с пребыванием людей должны иметь естественное освещение. В офисном помещении должно быть комбинированное освещение - естественное и искусственное. Под естественным освещением понимается освещение светом неба через световые проемы в стенах (окна).

Вентиляция также должна быть на рабочем месте - в общественных зданиях, к которым относятся учреждения управления фирм, организаций, предприятий, а также подразделений фирм, агентства, в том числе офисные помещения, входящие в указанные категории. Отсутствие вентиляции в офисном помещении не сможет обеспечить допустимые параметры микроклимата и качества воздуха на рабочем месте.

Если в офисном помещении работа осуществляется с помощью ПК, то также требуется наличие естественного освещения. Эксплуатация ПК в офисном помещении без естественного освещения допускается только при наличии расчетов, обосновывающих соответствие нормам естественного освещения и безопасность их деятельности для здоровья работающих.

Помещения, где находятся люди, должны иметь естественное освещение и вентиляцию, что прописано в постановлении Главного государственного санитарного врача РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О введении в действие СанПиН 2.2.1/2.ДД.ММ.ГГГГ-03», СП 118.13330.2012 «Свод правил. Общественные здания и сооружения. Актуализированная редакция СНиП 31-06-2009» (утв. Приказом Минрегиона России от ДД.ММ.ГГГГ №), «ГОСТ 30494-2011. Межгосударственный стандарт. Здания жилые и общественные. Параметры микроклимата в помещениях» (введен в действие Приказом Росстандарта от ДД.ММ.ГГГГ №-ст).

Предельно допустимые уровни физических факторов на рабочих местах установлены в разделе V СанПиН ДД.ММ.ГГГГ-21.

Микроклимат на рабочих местах в производственных помещениях определяют: температура воздуха; температура поверхностей ограждающих конструкций (стены, потолок, пол), устройств, а также технологического оборудования или ограждающих его устройств; относительная влажность воздуха; скорость движения воздуха; интенсивность теплового облучения (п. 27 СанПиН ДД.ММ.ГГГГ-21).

Гигиенические требования к организации рабочих мест с ПЭВМ изложены в СанПиНе 2.2.2/ДД.ММ.ГГГГ-03. В п. 5.4. СанПиНа 2.2.2/ДД.ММ.ГГГГ-03 указано, что шумящее оборудование (печатающие устройства, серверы и т.п.), уровни шума которого превышают нормативные, должно размещаться вне помещений с ПЭВМ.

В производственных помещениях при выполнении основных или вспомогательных работ с использованием ПЭВМ уровни шума на рабочих местах не должны превышать предельно допустимых значений, установленных для данных видов работ в соответствии с действующими санитарно-эпидемиологическими нормативами (п. 5.1).

При выполнении работ с использованием ПЭВМ в производственных помещениях уровень вибрации не должен превышать допустимых значений вибрации для рабочих мест (категория 3, тип «в») в соответствии с действующими санитарно-эпидемиологическими нормативами (п. 5.3).

Таким образом, рабочие места должны соответствовать гигиеническим требованиям, изложенным в следующих нормативных документах: СанПиН 2.2.2/ДД.ММ.ГГГГ-03, СанПиН 2.ДД.ММ.ГГГГ-96, СанПиН 2.2.4 1294-03, СанПиН 2.2 1/2.1.1. 1278-03, CH 2.2.4/2. ДД.ММ.ГГГГ-96, CH 2.2.4/2.ДД.ММ.ГГГГ-96, СН 2.2.4/2. ДД.ММ.ГГГГ-96, СН 2,2.4/2. ДД.ММ.ГГГГ-96 и СанПиН 2.ДД.ММ.ГГГГ-03. Гигиеническая оценка факторов рабочей среды должна проводиться по Р ДД.ММ.ГГГГ-05.

Заключение о соответствии или о несоответствии рабочих мест требованиям охраны труда может быть дано только после проведения аттестации рабочих мест в соответствии с «Порядком проведения аттестации рабочих мест по условиям труда».

Обязанность обеспечения безопасных условий и охраны труда работника возлагается на работодателя.

Со стороны работодателя в настоящее время не принимается никаких мер для устранения нарушений, организации безопасных условий труда, но с сентября 2024 года, восстановили должность второго суточного охранника.

Своими неправомерными действиями ответчик причинил истцу моральные страдания, выразившиеся в ограничении условий труда. Размер компенсации морального вреда истец оценивает 200 000 рублей.

Также истец обращает внимание на то, что нарушение его прав как работника, носит длящийся характер, начиная с ДД.ММ.ГГГГ и по сей день, в связи с чем, обязанность работодателя по выплате компенсаций сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Протокольным определением Нальчикского городского суда КБР от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица была привлечена Государственная инспекция труда в Кабардино-Балкарской Республике.

Протокольным определением Нальчикского городского суда КБР от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица был привлечен ФИО12 ФИО13

Истец ФИО2 и его представитель ФИО5 в судебном заседании поддержали заявленные исковые требования, просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом и уточненном исковом заявлениях. Дополнительно пояснили, что срок давности по исковым требованиям не пропущен, так как отношения сторон являются длящимися.

Представитель ПАО «Сбербанк России» ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении по доводам, указанным в письменном возражении. Дополнительно указал, что истцом пропущен срок исковой давности.

Третье лицо ФИО1 в судебном заседании полагал заявленные исковые требования ФИО2 обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Кабардино-Балкарской Республике, будучи надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, о причинах неявки суд не известил.

Суд, руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица Государственной инспекции труда в Кабардино-Балкарской Республике.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении иска по следующим основаниям.

Из материалов дела следует и судом установлено, что на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был принят в филиал акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации (открытого акционерного общества) – Кабардино-Балкарское отделение № Сбербанка России на должность <данные изъяты> информации.

Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 переведен на работу в должности охранника <данные изъяты> Управления безопасности в городе Нальчик с ДД.ММ.ГГГГ

Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ установлен гибкий режем рабочего времени, в соответствии с которым время начала, окончания и продолжительности рабочего дня (смены), время и продолжительность перерывов в работе, число смен в неделе и в сутках, чередование рабочих и нерабочих дней устанавливаются в графиках работы с учетом требований действующего законодательства. График работы доводится до сведения работника до начала учетного периода.

Из указанного дополнительного соглашения также следует, что работнику установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом равным 1 (одному) году в соответствии календарным годом: январь-декабрь. Порядок применения суммированного учета рабочего времени и привлечения к работе в выходные и нерабочие праздничные дни регламентируется Правилами внутреннего трудового распорядка в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации.

Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ в трудовой договор внесены изменения, в части дополнения его пунктом о праве работодателя устанавливать нерабочие дни с сохранением заработной платы, а также в случае производственной необходимости правом работодателя на привлечение работника к работе в такие дни в порядке, определенными локальным нормативным актом работодателя. Указанное соглашение также предусматривает, что в случае привлечения работника к работе в нерабочий день с сохранением заработной платы, оплата за работу в такой день производится в двойном размере по правилам ст. 153 ТК РФ без предоставления другого дня отдыха.

Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ переведен на работу в Отдел безопасности по Кабардино-Балкарскому <данные изъяты> безопасности на должность охранника.

Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 переведен на работу в Отдел безопасности по Кабардино-Балкарскому ГОСБ № на должность охранника.

Из представленных в материалы дела доказательств, таких как графики несения службы (т. 1 л.д. 65-139) и постовой инструкции поста № (т. 1 л.д. 140-143), судом установлено, что истцом осуществлялась суточная охрана поста № объект охраны административное здание <данные изъяты> расположенное по адресу: <данные изъяты>

Согласно п. 1.4 постовой инструкции поста №, режим работы охранника на посту охраны – круглосуточно с 09:00 час. до 09:00 час. (суточный, сменный).

Статья 91 Трудового кодекса РФ предоставляет сторонам трудовых отношений право самим определять принципы регулирования рабочего времени, вопросы включения временных отрезков в рабочее время должны решаться ими самостоятельно. Принятое решение закрепляется в утверждаемых в установленном порядке правилах внутреннего трудового распорядка.

Режим рабочего времени должен предусматривать продолжительность рабочей недели (пятидневная с двумя выходными днями, шестидневная с одним выходным днем, рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему графику, неполная рабочая неделя), работу с ненормированным рабочим днем для отдельных категорий работников, продолжительность ежедневной работы (смены), в том числе неполного рабочего дня (смены), время начала и окончания работы, время перерывов в работе, число смен в сутки, чередование рабочих и нерабочих дней, которые устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а для работников, режим рабочего времени которых отличается от общих правил, установленных у данного работодателя, - трудовым договором (ст. 100 ТК РФ).

В соответствии с п. 4.3. коллективного договора, к сменной работе в режиме гибкого рабочего времени, работе с суммированным учетом рабочего времени могут привлекаться работники подразделений, особый режим которых обусловлен технологическим процессом.

Из трудового договора и дополнительных соглашений к нему следует, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 установлен гибкий режем рабочего времени, в соответствии с которым время начала, окончания и продолжительности рабочего дня (смены), время и продолжительность перерывов в работе, число смен в неделе и в сутках, чередование рабочих и нерабочих дней устанавливаются в графиках работы с учетом требований действующего законодательства. График работы доводится до сведения работника до начала учетного периода. Также работнику установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом равным 1 (одному) году в соответствии календарным годом: январь-декабрь, порядок применения которого регламентируется Правилами внутреннего трудового распорядка в соответствии с трудовым законодательством РФ.

В силу ст. 103 ТК РФ, сменная работа - работа в две, три или четыре смены - вводится в тех случаях, когда длительность производственного процесса превышает допустимую продолжительность ежедневной работы, а также в целях более эффективного использования оборудования, увеличения объема выпускаемой продукции или оказываемых услуг.

В соответствии с ч. 1 ст. 102 ТК РФ, при работе в режиме гибкого рабочего времени начало, окончание или общая продолжительность рабочего дня (смены) определяется по соглашению сторон.

Согласно ч. 2 ст. 102 ТК РФ, работодатель обеспечивает отработку работником суммарного количества рабочих часов в течение соответствующих учетных периодов (рабочего дня, недели, месяца и других).

В соответствии с ч. 1 ст. 104 ТК РФ, когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная для данной категории работников (включая работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда) ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать один год, а для учета рабочего времени работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, - три месяца.

Из ч. 3 ст. 104 ТК РФ следует, что нормальное число рабочих часов за учетный период определяется исходя из установленной для данной категории работников еженедельной продолжительности рабочего времени. Для работников, работающих неполный рабочий день (смену) и (или) неполную рабочую неделю, нормальное число рабочих часов за учетный период соответственно уменьшается.

При этом, согласно ч. 4 ст. 104 ТК РФ, порядок введения суммированного учета рабочего времени устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка.

Исходя из этого, разрешая исковые требования о возложении на ответчика обязанности провести перерасчет отработанного рабочего времени и оплатить сверхурочную работу в количестве 718 часов, за период с ДД.ММ.ГГГГ в размере 359 000 рублей, суд исходит из следующего.

Трудовая деятельность истца ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ осуществляется в порядке сменной (суточной) работы, в режиме гибкого рабочего времени и с суммированным учетом рабочего времени с учетным периодом равным 1 (одному) году в соответствии календарным годом: январь-декабрь, при этом до ДД.ММ.ГГГГ учетный период составлял 1 (один) месяц.

В этой связи, проверяя обоснованность указанных исковых требований ФИО2, суд проверяет период с ДД.ММ.ГГГГ исходя из учетного период - 1 (один) месяц, а период с ДД.ММ.ГГГГ из учетного периода 1 (один) год.

Так, норма рабочего времени исходя из 40 – часовой рабочей недели, в течение 2020 года составляла: январь – 136 часов, февраль – 152 часа, март – 167 часов, апрель – 175 часов, май – 118 часов, июнь – 167 часов, июль – 175 часов, август – 168 часов, сентябрь – 168 часов, октябрь – 176 часов, ноябрь – 159 часов, декабрь – 183 часа.

В январе 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 6 суточных дежурств (144 часа, из расчета: 6 х 24), при норме 136 часов, соответственно 8 часов работы отработаны сверхурочно.

Исходя из правил, установленных п. 5.13 коллективного договора, указанная сверхурочная работа подлежала оплате в полуторном размере (так как сверхурочная работа менее двух часов за каждый рабочий день учетного периода).

Представленным суду расчетным листком за январь 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени в количестве 8 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 235).

В феврале 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 6 суточных дежурств (144 часа, из расчета: 6 х 24) и два дневных дежурства по 8 часов (16 часов), всего 160 часов, при норме 152 часа, соответственно 8 часов работы отработаны сверхурочно.

Исходя из правил, установленных п. 5.13 коллективного договора, указанная сверхурочная работа подлежала оплате в полуторном размере.

Расчетным листком за февраль 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени в количестве 8 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 235 оборотная сторона).

В марте 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 7 суточных дежурств (168 часов, из расчета: 7 х 24) и один нерабочий оплачиваемый день ДД.ММ.ГГГГ с 09 до 18 час. (9 часов), всего 177 часов, при норме 167 часов, соответственно, 10 часов работы отработаны сверхурочно.

Расчетным листком за март 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени в количестве 10 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 236).

В апреле 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 7 суточных дежурств (168 часов, из расчета: 7 х 24) и два дневных дежурства по 8 часов (16 часов), всего 184 часа, при норме 175 часов, соответственно 9 часов работы отработаны сверхурочно.

Расчетным листком за апрель 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени в количестве 9 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 236 оборотная сторона).

В мае 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 5 суточных дежурств (120 часов, из расчета: 5 х 24) и одно дневное дежурство (8 часов), всего 128 часов, при норме 118 часов, соответственно, 10 часов работы отработаны сверхурочно.

Расчетным листком за май 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени в количестве 10 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 237).

В июне 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 7 суточных дежурств (168 часов, из расчета: 7 х 24) и одно дневное дежурство (9 часов), всего 177 часов, при норме 167 часов, соответственно, 10 часов работы отработаны сверхурочно.

Расчетным листком за июнь 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени в количестве 10 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 237 оборотная сторона).

В июле 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 7,5 суточных дежурств (180 часов, из расчета: 7,5 х 24, так как одно дежурство закончилось в новом месяце) и при этом ДД.ММ.ГГГГ дежурство было на один час длиннее времени окончания дежурство, итого 181 час, при норме 175 часов, соответственно, 6 часов работы отработаны сверхурочно.

Расчетным листком за июль 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени в количестве 9 часов, что составляет 6 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 238).

В августе 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 7 суточных дежурств (168 часов, из расчета: 7 х 24) и одно дневное дежурство (10 часов), всего 178 часов, при норме 168 часов, соответственно, 10 часов работы отработаны сверхурочно.

Расчетным листком за август 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени в количестве 10 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 238 оборотная сторона).

В сентябре 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 1 суточное дежурство (24 часа, из расчета: 1 х 24), при том, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился в ежегодном оплачиваемом отпуске, итого 8 часов сверхурочно.

Исходя из правил, установленных п. 5.13 коллективного договора, сверхурочная работа подлежала оплате в полуторном размере.

Расчетным листком за сентябрь 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени в количестве 8 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 239).

В октябре 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 7,5 суточных дежурств (184 часа, из расчета: 7,5 х 24, так как одно дежурство ДД.ММ.ГГГГ закончилось в новом месяце) при норме 176 часов, соответственно, 8 часов работы отработаны сверхурочно.

Расчетным листком за октябрь 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени - 8 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 239 оборотная сторона).

В ноябре 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 7 суточных дежурств (168 часа, из расчета: 7 х 24) при норме 159 часов, соответственно, 9 часов работы отработаны сверхурочно.

Расчетным листком за ноябрь 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени - 9 часов в полуторном размере (т. 2 л.д. 240).

В декабре 2020 года, согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 отработано 6 суточных дежурств (144 часа, из расчета: 6 х 24) и два дневных по 10 часов (20 часов), итого 184 часа, при норме 183 часа, соответственно 1 час работы отработаны сверхурочно.

Расчетным листком за декабрь 2020 года подтверждается оплата ФИО2 сверхурочного отработанного времени - 1 часа в полуторном размере (т. 2 л.д. 240 оборотная сторона).

Проанализировав указанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что все часы, сверхурочно отработанные ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ были оплачены работодателем в установленном правилами внутреннего трудового распорядка и коллективного договора порядке, соответственно, оснований для возложения на ответчика обязанности произвести перерасчет отработанного рабочего времени и оплатить сверхурочную работу за период с ДД.ММ.ГГГГ не имеется.

Разрешая исковые требования ФИО2 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, исходя из учетного периода 1 (один) год, суд исходит из следующего.

2021 год – ФИО2, согласно графикам несения службы, запланировано 2012 часов работы, при этом, отсутствий работника, уменьшающих норму было 247 часов, фактически за год истцом отработано 1765 часов, при том, что норма производственного календаря по Кабардино-Балкарской Республике на 2021 год – 1928 часов.

Исходя из разницы запланированных часов (2012 часов) и нормы часов по производственному календарю на год (1928 часов), ФИО2 оплачено сверхурочно 84 часа, что подтверждается представленным расчетным листком за декабрь 2021 года (конец учетного периода), согласно которому за 84 часа сверхурочного отработанного времени произведена соответствующая п. 5.13 коллективного договора выплата в полуторном размере (т.2 л.д. 246, оборотная сторона).

Доказательств фактической работы ФИО2 в 2021 году в количестве - 2088 часов, как об этом указано в исковом заявлении, материалы дела не содержат, судом таких доказательств не установлено.

2022 год – ФИО2, согласно графикам несения службы, запланировано 2012 часов работы, при этом отсутствий работника, уменьшающих норму было 159 часов, фактически за год истцом отработано 1853 часа, при том, что норма производственного календаря по Кабардино-Балкарской Республике на 2022 год – 1939 часов. Исходя из разницы запланированных часов (2012 часов) и нормы часов по производственному календарю на год (1939 часов), ФИО2 оплачено сверхурочно 73 часов, что подтверждается представленным расчетным листком за декабрь 2022 года (конец учетного периода), согласно которому за 73 часа сверхурочного отработанного времени произведена соответствующая п. 5.13 коллективного договора выплата в полуторном размере (т. 2 л.д. 252, оборотная сторона).

Доказательств фактической работы ФИО2 в 2022 году в количестве - 1982 часа, как об этом указано в исковом заявлении, материалы дела не содержат, истцом таких доказательств не предоставлено.

Вместе с тем, стороной ответчика подтверждается и судом установлено, что данные в табеле рабочего времени и фактически отработанные дни, согласно постовой ведомости и графику передачи смены за 2022 года, расходятся на 3 часа сверхурочной работы в пользу ФИО7, соответственно, за них работодатель должен произвести оплату рабочего времени в полуторном размере.

Также в результате некорректного ведения табеля ФИО2 недополучил доплату за работу в ночное время за 20 часов работы в 2022 году.

В процессе рассмотрения дела ответчиком указанные недоплаты за 2022 год были произведены, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ а также выпиской из приказа от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 2, 3)

2023 год – ФИО2, согласно графикам несения службы, запланировано 1888 часов работы, при этом, отсутствий работника, уменьшающих норму было 160 часов, фактически за год истцом отработано 1720 часа, при том, что норма производственного календаря по Кабардино-Балкарской Республике на 2022 год – 1925 часов. В указанный год сотруднику произведена переплата за 56,5 часов. Сведений о переработке не имеется.

Доказательств фактической работы ФИО2 в 2023 году в количестве - 1920 часа, как об этом указано в исковом заявлении, материалы дела не содержат, истцом таких доказательств не предоставлено.

Вместе с тем, стороной ответчика подтверждается, что ввиду запланированного работнику рабочего времени в меньшем размере (1888 часов), чем установлено производственным календарем (1925 часов), по вине работодателя, последний обязан произвести доплату за количество неотработанных по его вине часов по правилам ст. 105 ТК РФ.

В процессе рассмотрения дела ответчиком указанные недоплаты за 2023 год были произведены, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ а также выпиской из приказа от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 2, 3)

2024 год – ФИО2, согласно графикам несения службы, запланировано 2022 часов работы, при этом, отсутствий работника, уменьшающих норму было 310 часов, фактически за год истцом отработано 1712 часов, при том, что норма производственного календаря по Кабардино-Балкарской Республике на 2022 год – 1931 час. Исходя из разницы запланированных часов (2022 часа) и нормы часов по производственному календарю на год (1931 час), ФИО2 оплачено сверхурочно 91 час, что подтверждается представленным расчетным листком за декабрь 2024 года (конец учетного периода), согласно которому за 91 час сверхурочного отработанного времени произведена соответствующая п. 5.13 коллективного договора выплата в полуторном размере (т.2 л.д. 264, оборотная сторона).

Вместе с тем, стороной ответчика подтверждается и судом установлено, что данные в табеле рабочего времени и фактически отработанные дни, согласно постовой ведомости и графику передачи смены за 2024 года, расходятся на 6,5 часов сверхурочной работы в пользу ФИО7, соответственно, за них работодатель должен произвести оплату рабочего времени в полуторном размере. Также в результате некорректного ведения табеля ФИО2 недополучил доплату за работу в ночное время за 8 часов работы в 2024 году.

Проанализировав указанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что все часы, кроме 3 часов в 2022 году и 6,5 часов в 2024 году, сверхурочно отработанные ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ и кроме часов работы в ночное время в 2022 году в количестве 20 часов и в 2024 году в количестве 8 часов, были оплачены работодателем в установленном правилами внутреннего трудового распорядка и коллективного договора порядке, а также при рассмотрении настоящего гражданского дела по существу (платежное поручение от ДД.ММ.ГГГГ), соответственно, оснований для возложения на ответчика обязанности произвести перерасчет отработанного рабочего времени и оплатить сверхурочную работу за период с ДД.ММ.ГГГГ не имеется.

Вместе с тем суд считает необходимым отметить, что в части недоплаты 3 часов в 2022 году и 6,5 часов в 2024 году, сверхурочно отработанных ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ и часов работы в ночное время в 2022 году в количестве 20 часов и в 2024 году в количестве 8 часов, имел место факт нарушения прав ФИО2 на получение своевременной выплаты в установленном законом и локальными нормативными правовыми актами порядке, который был устранен только при рассмотрении дела в суде.

По указанным основаниям суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 в части возложения на ПАО «Сбербанк России» обязанности провести перерасчет отработанного рабочего времени и оплатить сверхурочную работу - 718 часов, за период с ДД.ММ.ГГГГ в размере 359 000 рублей.

Разрешая исковые требования ФИО2 о возложении на ПАО «Сбербанк России» обязанность компенсировать ему время, установленное на законный отдых (4 часа) 1560 часов, а также время, не использованное на прием пищи, обед - 780 часов, в размере 1 170 000 рубле, за период с ДД.ММ.ГГГГ суд исходит из следующего.

По утверждению истца, нарушение режима труда и отдыха, выражено в отсутствии времени отдыха, при суточном режиме работы (24 часа), при положенных законом 2-х часов на прием пищи (обед) и минимум 4-х часов на отдых, ввиду чего полагает, что работодатель должен компенсировать ему указанное время.

Вместе с тем, заявляя указанное требование, истцом не учтено следующее.

Согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 предоставлялся перерыв для отдыха и питания в течение 1 (одного) часа с 12 час. 00 мин. до 13 час. 00 мин., который в отдельные дни длился 1,5 часа – с 12 час. 00 мин. до 13 час. 30 мин., а иногда и два часа – с 12 час. до 14 час.

Не оспаривая факт, что часовой перерыв ему был представлен в установленном порядке, ФИО2 указывает, что период такого перерыва не мог быть менее двух часов

В тоже время, в силу ч. 1 ст. 108 ТК РФ, в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается.

Согласно ч. 2 ст. 108 ТК РФ, время предоставления перерыва и его конкретная продолжительность устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка или по соглашению между работником и работодателем.

В соответствии с ч. 3. ст. 108 ТК РФ, на работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Перечень таких работ, а также места для отдыха и приема пищи устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка.

Правила внутреннего трудового распорядка, действующие в ПАО «Сбербанк России» не содержат положений, которыми бы предусматривалось необходимость предоставления перерыва для отдыха и питания не менее двух часов.

Применительно к этому, с учетом соответствия времени представленного перерыва для отдыха и питания требованиям ст. 108 ТК РФ, суд находит не подтвержденными утверждения ФИО2 о том, что перерыв должен быть не менее двух часов, соответственно, и его утверждения о том, что неиспользованное время на отдых, в течение которого он осуществлял трудовую деятельность, подлежат оплате в двойном размере.

Кроме того, отклоняя доводы ФИО2 о том, что во время перерыва для отдыха и питания он не имел право покинуть рабочее место, суд отмечает, что невозможность работнику в период перерыва для отдыха и питания покинуть рабочее место, не свидетельствует о том, что работник фактически не использовал предоставляемые перерывы по назначению, при том, что актом выездного внепланового инспекционного визита Управления Роспотребнадзора по КБР от ДД.ММ.ГГГГ № подтверждается наличие комнаты персонала, которая, в том числе, оборудована столом обеденным со стулом, холодильником бытовым «Атлант», микроволновой печью, электрочайником и т.д.

Также суд учитывает, что при установленном у ФИО2 суммированном учете рабочего времени, неиспользованное им по своему усмотрению время на перерыв, было учтено при определении общего количества отработанных часов.

По изложенным обстоятельствам суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований ФИО2 о возложении на ПАО «Сбербанк России» обязанность компенсировать ему время, установленное на законный отдых (4 часа) 1560 часов, а также время, не использованное на прием пищи, обед - 780 часов, в размере 1 170 000 рубле, за период с ДД.ММ.ГГГГ

Разрешая требование ФИО2 о возложении на ПАО «Сбербанк России» обязанности обеспечить безопасные условия труда и соответствие рабочего места нормам трудового законодательства и требованиям СанПин, суд исходит из следующего.

ФИО2 указывает, что он осуществляет деятельность во вредных условиях труда, с нарушением со стороны работодателя порядка организации безопасных условий труда на рабочем месте.

Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; на полную и достоверную информацию об условиях труда и о требованиях охраны труда на рабочем месте, включая реализацию прав, предоставленных законодательством о специальной оценке условий труда (абз. 4 и 7 ч. 1 ст. 21 ТК РФ).

Согласно ч. 2 и 7 ст. 209 ТК РФ, безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни воздействия таких факторов не превышают установленных нормативов. Рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. Общие требования к организации безопасного рабочего места устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Отношения, возникающие в связи с проведением специальной оценки условий труда, а также с реализацией обязанности работодателя по обеспечению безопасности работников в процессе их трудовой деятельности и прав работников на рабочие места, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда».

В соответствии с ч. 1 ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 426-ФЗ, специальная оценка условий труда является единым комплексом последовательно осуществляемых мероприятий по идентификации вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (далее также - вредные и (или) опасные производственные факторы) и оценке уровня их воздействия на работника с учетом отклонения их фактических значений от установленных уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти нормативов (гигиенических нормативов) условий труда и применения средств индивидуальной и коллективной защиты работников.

По результатам проведения специальной оценки условий труда устанавливаются классы (подклассы) условий труда на рабочих местах (ч. 2 ст. 3 Федерального закона № 426-ФЗ).

Условия труда по степени вредности и (или) опасности подразделяются на четыре класса - оптимальные, допустимые, вредные и опасные условия труда (ч. 1 ст. 14 Федерального закона № 426-ФЗ)

На основании ч. 4 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», специальная оценка условий труда на рабочем месте проводится не реже чем один раз в пять лет, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. Указанный срок исчисляется со дня внесения сведений о результатах проведения специальной оценки условий труда в информационную систему учета в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, а в отношении результатов проведения специальной оценки условий труда, содержащих сведения, составляющие государственную или иную охраняемую законом тайну, со дня утверждения отчета о проведении специальной оценки условий труда. На рабочих местах, указанных в части 1 статьи 11 настоящего Федерального закона, в отношении которых действует декларация соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда, повторное проведение специальной оценки условий труда не требуется до наступления обстоятельств, установленных частью 5 статьи 11 настоящего Федерального закона.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> было составлено заключение эксперта № по результатам специальной оценки условий труда (т. 3 л.д. 47) и о проведении идентификации потенциально вредных и (или) опасных производственных фактов (т. 3 л.д. 48), из которых следует, что при оценке условий труда <данные изъяты> по адресу: <адрес> отношении 357 рабочих мест, вредные факторы не идентифицированы (подлежат декларированию).

Из декларации соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 43-46), поданной <данные изъяты> в соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, в том числе, что на рабочих местах охранников (должность, занимаемая истцом) не выявлены вредные и (или) опасные производственные факты, а условия труда соответствуют государственным нормативным требованиям охраны труда.

Декларирование соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда осуществляется в порядке, установленном ст. 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда».

Согласно ч. 1 ст. 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», в отношении рабочих мест, на которых вредные и (или) опасные производственные факторы по результатам осуществления идентификации не выявлены, а также условия труда, на которых по результатам исследований (испытаний) и измерений вредных и (или) опасных производственных факторов признаны оптимальными или допустимыми, за исключением рабочих мест, указанных в части 6 статьи 10 настоящего Федерального закона, работодателем подается в территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, по месту своего нахождения декларация соответствия условий

Декларация соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда является бессрочной в случае сохранения условий труда на соответствующем рабочем месте (ч. 4 ст. 11 Федерального закона № 426-ФЗ).

Согласно ч. 5 ст. 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 426-ФЗ, в случае, если с работником, занятым на рабочем месте, в отношении которого принята декларация соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда, произошел несчастный случай на производстве (за исключением несчастного случая на производстве, произошедшего по вине третьих лиц) или у него выявлено профессиональное заболевание, причиной которых явилось воздействие на работника вредных и (или) опасных производственных факторов, либо в отношении работника и (или) на его рабочем месте выявлены в ходе проведения федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, нарушения государственных нормативных требований охраны труда, содержащихся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, в отношении такого рабочего места действие данной декларации прекращается и проводится внеплановая специальная оценка условий труда.

С учетом отсутствия в материалах доказательств того, что на рабочем месте охранника (должность истца), произошел несчастный случай на производстве или у него выявлено профессиональное заболевание, причиной которых явилось воздействие на работника вредных и (или) опасных производственных факторов, а также отсутствия в материалах дела иных квалифицирующих требований, установленных ч. 5 ст. 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 426-ФЗ, суд приходит к выводу, что рабочее место охранника, в отношении которого принята декларация соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда, не относится к вредным условиям труда, вопреки утверждению истца об обратном.

Утверждения истца о том, что рабочее место (пост охраны) не соответствует гигиеническим требованиям, изложенным в: СанПиН 2.2.2/ДД.ММ.ГГГГ-03, СанПиН 2.ДД.ММ.ГГГГ-96, СанПиН 2.2.4 1294-03, СанПиН 2.2 1/2.1.1. 1278-03, CH 2.2.4/2. ДД.ММ.ГГГГ-96, CH 2.2.4/2.ДД.ММ.ГГГГ-96, СН 2.2.4/2. ДД.ММ.ГГГГ-96, СН 2,2.4/2. ДД.ММ.ГГГГ-96 и СанПиН 2.ДД.ММ.ГГГГ-03, а также о том, что гигиеническая оценка факторов рабочей среды должна проводиться по Р ДД.ММ.ГГГГ-05, судом отклоняются по следующим основаниям.

Так, из акта выездного внепланового инспекционного визита Управления Роспотребнадзора по Кабардино-Балкарской Республики от ДД.ММ.ГГГГ № составленного в отношении Кабардино<данные изъяты> расположенного по адресу: <адрес> следует, что на момент проверки на первом этаже здания <данные изъяты> по адресу: <адрес> имеется комната дежурной охраны – пост №, площадью 9,5 кв.м., рассчитанный на 1 (одно) рабочее место сотрудника охраны. Внутренняя отделка: пол покрыт ламинатом, стены окрашены влагостойкой краской светлых тонов, рабочая поверхность на уровне стула отделан деревянными защитными панелями, потолок подвесной типа <данные изъяты> Пост оборудован рабочим столом, стулом, шестью мониторами жидкокристаллическими, предназначенными для фиксации наружного и внутреннего наблюдения. Естественное освещение отсутствует, искусственное представлено светодиодными потолочными лампами с защитной арматурой. Предусмотрено наличие механической приточно-вытяжной вентиляции. Входная дверь оборудована воздушной завесой подачей холодного или теплого воздуха.

Из этого же акта следует, что для приема пищи в цокольном этаже имеется комната персонала, оборудованная тремя шкафами для личной и спецодежды, столом обеденным со стулом, холодильником бытовым «Атлант», микроволновой печью, электрочайником. Внутренняя отделка: пол выложен линолеумом, стены окрашены влагостойкой краской светлых тонов, потолок подвесной по типу «Армстронг» со встроенными люминесцентными светильниками с защитной арматурой. Имеется умывальная раковина с подводкой холодной и горечей воды через смеситель, оборудован жидким мылом с дозатором, держателем для одноразовых бумажных полотенец, емкостью для сбора ТКО.

Согласно указанному акту выездного внепланового инспекционного визита Управления Роспотребнадзора по КБР от ДД.ММ.ГГГГ № в ходе обследования проведены лабораторно инструментальные замеры уровня искусственной освещенности, параметров микроклимата, ЭМИ, шума и вибрации. Результаты лабораторно-инструментальных исследований соответствуют предельно-допустимым параметрам.

Из экспертного заключения к протоколу измерений физических фактов № Н 1436 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что проведена санитарно-эпидемиологическая экспертиза протоколов инструментальных измерений уровней шума на объекте комната дежурной охраны – пост № <данные изъяты> расположенного по адресу: Кабардино<адрес> измеренные уровни шума соответствуют требованиям п. 35 СанПин ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания».

Из экспертного заключения к протоколу измерений физических фактов № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что проведена санитарно-эпидемиологическая экспертиза протоколов инструментальных измерений уровней вибрации на объекте комната дежурной охраны – <данные изъяты> расположенного по адресу: <адрес> измеренные уровни вибрации соответствуют требованиям п. 5.4 СанПин ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания».

Из экспертного заключения к протоколу измерений физических фактов № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что проведена санитарно-эпидемиологическая экспертиза протоколов инструментальных измерений искусственной освещенности на объекте комната дежурной охраны – <данные изъяты> расположенного по адресу: <адрес> измеренные уровни искусственной освещенности соответствуют требованиям п. 5.53 СанПин ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания».

Из экспертного заключения к протоколу измерений физических фактов № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что проведена санитарно-эпидемиологическая экспертиза протоколов инструментальных измерений микроклимата на объекте комната дежурной охраны – <данные изъяты> расположенного по адресу: <адрес> измеренные уровни микроклимата соответствуют требованиям п. 5.2 СанПин ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания».

Из экспертного заключения к протоколу измерений физических фактов № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что проведена санитарно-эпидемиологическая экспертиза протоколов инструментальных измерений уровня электромагнитных излучений от ПЭВМ на объекте комната дежурной охраны – <данные изъяты> расположенного по адресу: <адрес> измеренные уровни электромагнитных излучений от ПЭВМ соответствуют требованиям ФИО9 50948-2001 «Средства отображения информации индивидуального пользования. Общие эргономические требования и требования безопасности».

Из экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что проведена санитарно-эпидемиологическая экспертиза протокола испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ (площадь помещений, объем), выданного аккредитованной испытательной лабораторией (центром) ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в КБР», в ходе которой установлено, что площадь помещения комнаты дежурной охраны – <данные изъяты> расположенного по адресу: <адрес> составляет 9,5 кв.м., объем – 27,74 куб.м., что соответствуют требованиям п. 5.2 Главы V СП ДД.ММ.ГГГГ-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», а также требованиям п. 5.1 Главы V СП ДД.ММ.ГГГГ-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда».

Аналогичного существа и содержания протоколы проведения исследований, испытаний (измерений) параметров микроклимата (т. 3 л.д.49-53), ЭПМ, создаваемых ПЭВМ (т. 3 л.д. 54-60), параметров световой среды (т. 3 л.д. 61-65) были составлены <данные изъяты> года в отношении Кабардино-Балкарского отделения № ПАО «Сбербанк».

Оценив представленные акт и заключения к протоколам измерений физических фактов по правилам ст. 67 ГПК РФ, с учетом установленных по делу обстоятельств о соответствии рабочего места охранника нормативным требованиям охраны труда, суд приходит к выводу, что утверждения истца о несоответствии уровней освещенности, параметров микроклимата, ЭМИ, шума и вибрации, площади помещения, на его рабочем месте, не нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Таким образом, объективных доказательств, подтверждающих факт несоответствия рабочего места санитарным нормам и правилам, а также требованиям трудового законодательства, истцом суду не представлено, в то время как ответчиком доводы истца опровергнуты надлежащими и допустимыми доказательствами, подтверждающими обеспечение безопасности работника в процессе трудовой деятельности и права работника на рабочее место, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Кроме того, суд отклоняет как необоснованные и доводы истца о том, что несоответствие рабочего места санитарным нормам и правилам, а также требованиям трудового законодательства привело к образованию различных заболеваний, поскольку установлено, что рабочее место не относится к вредным или опасным условиям труда, а также исходя из того, что представленные истцом медицинские документы (т. 1 л.д. 140-144) не содержат сведений о причинах образования поставленных ФИО2 диагнозов, и, как следствие, их причинно-следственной связи с осуществлением трудовой деятельности.

Более того, из представленного стороной ответчика заключения № по результатам медицинского осмотра ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 197) следует, что медицинские противопоказания к работе не выявлены.

При условии установления судом факта осуществления трудовой деятельности истцом на рабочем месте, соответствующим государственным нормативным требованиям охраны труда, также подлежат отклонению как необоснованные доводы истца о том, что он, осуществляя деятельность во вредных условиях труда, и, как следствие, имеет право на: сокращенную продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый, а также на повышение оплаты труда.

По изложенным основаниям суд отказывает в удовлетворении требования о возложении на работодателя обязанности обеспечить безопасные условия труда и соответствие рабочего места нормам трудового законодательства и требованиям СанПин.

Также суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 о возложении на ПАО «Сбербанк России» обязанности компенсировать увеличение объема работы в двухкратном размере за период с ДД.ММ.ГГГГ так как работа двоих сотрудников была возложена на одного истца в размере 4 827 346 рублей, ввиду следующего.

Заявляя указанное требование, ФИО2 ссылается на то, что до ДД.ММ.ГГГГ административное здание <данные изъяты> <данные изъяты> в то время как с ДД.ММ.ГГГГ на охрану административного здания оставили <данные изъяты> а остальных <данные изъяты> тем самым увеличив нагрузку на оставшегося суточного <данные изъяты> что привело к существенному ухудшению условий труда.

Отклоняя указанные доводы истца, суд исходит и следующего.

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя.

Исходя из содержания ст. 8, ч. 1 ст. 34, ч. 1 и 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации и абзаца 2 ч. 1 ст. 22 ТК РФ следует, что работодатель в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность принимает необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала, изменение численности, штата и т.д.).

Штатное расписание отдела <данные изъяты> по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ состояло из 41 единицы, из которых 2 старших охранника и 24 охранника, по состоянию на <данные изъяты>

Сторонами не оспаривается, что изменение штатной численности отдела безопасности по Кабардино-Балкарскому отделению № ПАО «Сбербанк России» обусловлено действующей в банке Методикой определения расчетной численности сотрудников подразделений безопасности территориальных банков ОАО «Сбербанк России» от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 3 л.д. 4-32), целью принятия которой является определение порядка расчета численности сотрудников подразделений безопасности территориальных банков (пункт 1.1.), содержащей также методику определения расчетной численности подразделения охраны территориального банка (приложение №).

Из пункта 2.3 методики определения расчетной численности подразделения охраны территориального банка (приложение №) следует, что численность охранников устанавливается исходя из количество постов охраны, выставляемых для обеспечения физической защиты банковских объектов.

Расчет числа штатных единиц охранников для комплектования круглосуточного часового) поста производится согласно требованиям трудового законодательства, с учетом следующих показателей:

- нормальная продолжительность рабочего времени составляет 40 часов в неделю.

- календарный фонд рабочего времени, с учетом режима работы круглосуточного поста составляет 8760 часов (24 часа х 365 дней в году = 8760 часов).

- норма рабочего времени в год составляет 1987 часов.

Исходя из указанных норм рабочего времени, для комплектования одного круглосуточного поста (24 часа в сутки) требуется численность охранников - 4 единицы (8760 часов: 1987 часов единицы).

Из графиков несения службы (т. 1 л.д. 65-139), а также штатного расписания отдела безопасности по <данные изъяты> (т. 3 л.д. 33-42), судом установлено, что истцом осуществлялась охрана поста № (административное здание) наряду с иными сотрудниками (охранниками), количество которых в спорный период времени было кратно или превышало установленную методикой определения расчетной численности подразделения охраны территориального банка, численность охранников.

Применительно к этому, поскольку нормативная численность сотрудников поста охраны в спорный период соответствовала принятой и действующей в банке методики определения расчетной численности подразделения охраны территориального банка, постольку утверждения истца об увеличении работы суточного охранника вдвое, является необоснованным и не может быть принято судом в качестве доказательства выполнения ФИО2 дополнительной работы или увеличения ее объема.

Более того, положения ст. 60.2 ТК РФ, которые истец считает подлежащими применению при рассмотрении его требования о взыскании дополнительной работы (работы за двоих охранников, выполняемой одним охранником), в рассматриваемом случае применению не подлежат, ввиду следующего.

Согласно ч. 1 ст. 60.2 ТК РФ, с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса).

В соответствии с ч. 2 ст. 60.2 ТК РФ, поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии (должности).

Вместе с тем, доказательств того, что ФИО2 было поручено работодателем выполнение дополнительной работы по такой же профессии, как и доказательств увеличения объема его работы, материалы дела не содержат, как и не имеется сведений о том, что ФИО2 принял или отказался от принятия такого поручения работодателя.

Суд приходит к выводу, что само по себе сокращение численности работников (охранников), поставленное в соответствии с методикой банка в зависимость от количества постов охраны, не влечет возложение дополнительных обязанностей на оставшихся сотрудников по вверенным им в охрану постов охраны, при этом учитывает, что материалы дела не содержат доказательств увеличения объема работы истца, после изменения (уменьшения) штатной численности охранников в ПАО «Сбербанк России».

По указанным основаниям суд отказывает в удовлетворении требования о возложении на ответчика обязанности компенсировать увеличение объема работы в двукратном размере за период с ДД.ММ.ГГГГ

Разрешая требование ФИО2 о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

При рассмотрении требований ФИО2 о перерасчете отработанного рабочего времени и возложении обязанности оплатить сверхурочную работу судом установлено, что имела место недоплата 3 часов в ДД.ММ.ГГГГ и 6,5 часов в 2024 году, сверхурочно отработанных ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ а также часов работы в ночное время в 2022 году в количестве 20 часов и в 2024 году в количестве 8 часов, то есть имел место факт нарушения прав ФИО2 на получение своевременной выплаты в установленном законом и локальными нормативными правовыми актами порядке, который был устранен только при рассмотрении дела в суде – путем произведения оплаты платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 2).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ).

Из п. п. 46, 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Трудового кодекса РФ» разъяснено, что в случае нарушения трудовых прав работников суд в силу статей 21 (абзац 14 части 1) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Установив факт нарушения работодателем трудовых прав истца невыплатой ему сверхурочного отработанного времени и работы в ночное время суток, суд, с учетом обстоятельства настоящего дела, характера причиненных истцу нравственных страданий, объема нарушения трудовых прав истца, степень физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости, а также учитывая, что указанные выплаты истцу произведены в период рассмотрения судом дела, считает возможным удовлетворить требования истца в части компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, отказав во взыскании указанной компенсации в большем размере.

Разрешая ходатайство ПАО «Сбербанк России» о пропуске истцом срока на обращение в суд, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

В силу ч. 2 ст. 392 ТК РФ, за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

С учетом того, что с настоящим иском истец обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ при том, что заявленные требования и возникшие по ним правоотношения не носят характера длящихся, суд приходит к выводу, что за период с ДД.ММ.ГГГГ истцом пропущен срок для обращения в суд за разрешением трудового спора о невыплате положенных ему выплат, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

По указанным основаниям с ответчика, с которого в пользу истца взыскана компенсация морального вреда, в доход бюджета Нальчикского городского округа КБР подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО8 ФИО14 удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «Сбербанк России» в пользу ФИО8 ФИО15 компенсацию морального вреда в размере 10000 (десять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 – отказать.

Взыскать с ПАО «Сбербанк России» в доход бюджета Нальчикского городского округа Кабардино-Балкарской Республики государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда КБР, путем подачи апелляционной жалобы в Нальчикский городской суд КБР в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий: Огузов Р.М.