31RS0012-01-2023-000483-67 Дело №2-529/2023
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
5 сентября 2023 года г. Бирюч
Красногвардейский районный суд Белгородской области в составе:
председательствующего судьи Никулиной Т.В.
при секретаре Винниковой Л.В.
с участием ст. помощника прокурора Красногвардейского района Яловенко Л.И.,
истцов С.В.И.. и С.Д.Н.., представителя истцов – адвоката Падалко Ю.П.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску С.В.И. и С.Д.Н. к Министерству обороны Российской Федерации и Казне Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства Белгородской области о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
10 декабря 2022 года <данные изъяты> на <данные изъяты> м автодороги «<данные изъяты>» произошло дорожно-транспортное происшествие. Военнослужащий войсковой части № Министерства обороны РФ <данные изъяты> Д.Т.Д., исполняя обязанности военной службы (боевой приказ командира о перевозке гуманитарной помощи), управляя автомобилем <данные изъяты>, в нарушение пунктов 1.4 и 1.5 Правил дорожного движения, выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты> под управлением С.А.В., принадлежащим ЗАО <данные изъяты> В результате ДТП С.А.В., водитель Д.Т.Д. и пассажир в его автомобиле - З.Н.А. погибли. 30.12.2022 по факту ДТП было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, потерпевшим в котором был признан отец С.А.В. - С.В.И. Кроме того, вдовой осталась жена С.А.В. – С.Д.Н. Постановлением следователя военного следственного отдела СК России по <адрес> от 22.02.2023 производство по уголовному делу в отношении Д.Т.Д. было прекращено по п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с его смертью.
С.В.И. и С.Д.Н. обратились в Красногвардейский районный суд с иском к Министерству обороны Российской Федерации и Казне Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Белгородской области о взыскании солидарно компенсации морального вреда по 1500000 руб каждому.
Сослались на то, что в результате гибели С.А.В. - их сына и мужа по вине военнослужащего Д.Т.Д. при исполнении обязанностей военной службы им причинены значительные нравственные страдания - они понесли невосполнимую утрату, пережили огромный стресс, испытали сильную душевную боль. Погибший был для них опорой в жизни, между ними были близкие и душевные отношения, при этом им не были принесены даже извинения в связи с его гибелью, не было предпринято никаких действий по заглаживанию вреда. С учетом положений ст. ст. 323, 1068, 1069 ГК РФ полагают, что причинённый им моральный вред подлежит взысканию с ответчиков солидарно.
В судебном заседании истцы С.В.И. и С.Д.Н., и их представитель адвокат Падалко Ю.П. иск поддержали по изложенным в нем основаниям.
Представители ответчиков в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела были уведомлены надлежащим образом путем размещения информации на сайте суда. Представитель Министерства обороны свою позицию по иску не представил.
Представитель управления Федерального казначейства Белгородской области представил письменный отзыв, в котором указал, что обязанность по компенсации морального вреда лежит только на Министерстве обороны РФ – главном распорядителе бюджетных средств (п. 1, п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ, Указ Президента РФ от 16.08.2004 №1082), Минфин России не является совладельцем транспортного средства, обстоятельств, указанных в п. 3 ст. 1079 ГК РФ, по делу нет и органы Федерального казначейства не представляют его интересы. Кроме того, сослался на завышенные требования истцов о возмещении морального вреда, как не соответствующие принципу разумности и справедливости.
Представитель войсковой части <данные изъяты>, привлечённой к участию в деле по ходатайству представителя Министерство обороны в качестве третьего лица, в судебное заседание также не явился, возражений на иск не представил.
В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителей ответчиков и третьего лица.
Выслушав объяснения истцов и их представителя, заключение прокурора о частичном удовлетворении иска, исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, в том числе материалы уголовного дела, истребованные по ходатайству представителя Минобороны РФ, суд полагает иск удовлетворить частично по следующим основаниям.
В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).
Таким образом, в соответствии со ст. 1064 ГК РФ для наступления ответственности, вытекающей из обстоятельств вследствие причинения вреда, необходимо наличие одновременно таких условий как: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом; вина причинителя вреда.
В соответствии с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).
Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вред, причинённый источником повышенной опасности, возмещается в порядке, установленном ст. 1079 ГК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ.
Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (п.2).
Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064) (п. 3).
Согласно абзацу первому п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абз. 2 п.1 ст. ГК РФ).
Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта). На юридическое лицо или гражданина может быть возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного лицами, выполнявшими работу на основании гражданско-правового договора, при условии, что эти лица действовали или должны были действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (п. 1 ст. 1068 ГК РФ).
В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).
Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении него уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Обязанность компенсировать моральный вред, причиненный гражданином, выполняющим работу на основании гражданско-правового договора, может быть возложена на юридическое лицо или гражданина, которыми с причинителем вреда был заключен такой договор, при условии, что причинитель вреда действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).Статьей 1069 ГК РФ определено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В соответствии со ст.150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с названным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. п. 15, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым в частности могут быть отнесены: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия) с учетом способа причинения, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ), в связи с чем сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан (п. 30 Постановления).
Согласно разъяснениям в п. 32 Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.
Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, при определении которого суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Объяснениями сторон, материалами уголовного дела №, исследованного в судебном заседании, подтверждается, что 10 декабря 2022 года <данные изъяты> произошло дорожно-транспортное происшествие. При столкновении автомобилей <данные изъяты>, под управлением военнослужащего войсковой части Д.Т.Д. и автомобиля <данные изъяты>, под управлением С.А.В., погибли водители и пассажир в автомобиле <данные изъяты> – военнослужащий З.Н.А.
10.12.2022 следователем СО ОМВД России по <адрес> был произведён осмотр места происшествия, зафиксировано наличие на автодороге двух автомобилей со значительными повреждениями: <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> и <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, трое погибших, разбросанный на дороге и обочине перевозимый груз, и иные следы, что подтверждается протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей (т. 1 л. д. 60-88). Осмотрены также поврежденные автомобили (л.д. 89-96).
В этот же день сообщение о преступлении из СО ОМВД России по <адрес> было передано на рассмотрение в военный следственный отдел СК России по <адрес>.
30.12.2022 по данному факту следователем военного следственного отдела СК России по <адрес> по материалам проверки было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ.
По результатам расследования установлена вина в ДТП военнослужащего - водителя автомобиля <данные изъяты> Д.Т.Д. Постановлением следователя-криминалиста военного следственного отдела СК России по <адрес> от 22.02.2023 производство по уголовному делу в отношении Д.Т.Д. было прекращено по п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с его смертью.
Согласно постановлению Д.Т.Д. с по 10.12.2022 проходил военную службу по контракту в войсковой части <данные изъяты> в должности заместителя <данные изъяты>. З.Н.А., призванный на военную службу по мобилизации, проходил военную службу в войсковой части <данные изъяты> в должности командира медицинской роты с по 10.12.2022, С.А.В. работал в должности водителя-экспедитора в <данные изъяты> с по 10.12.2022.
10.12.2022 в связи с получением и перевозкой гуманитарной помощи Д.Т.Д. управлял личным технически исправным автомобилем <данные изъяты>, двигаясь с пассажиром З.Н.А. по автомобильной дороге «<данные изъяты>. Во встречном направлении двигался технически исправный автомобиль «<данные изъяты>, принадлежащий <данные изъяты> под управлением С.А.В.
10.12.2022 <данные изъяты>» Д.Т.Д. нарушил пункты 1.4 и 1.5 Правил дорожного движения, выехал на левую (встречную) полосу движения и допустил столкновение с транспортным средством под управлением С.А.В., что повлекло смерть З.Н.А., С.А.В. и самого Д.Т.Д. На момент ДТП все погибшие находились в трезвом состоянии.
Согласно заключению автотехнической экспертизы выполнение водителем автомобиля <данные изъяты> Д.Т.Д. требований п. 1.4 и абз. 1 п. 1.5 Правил дорожного движения, т.е. осуществление движения по правой стороне проезжей части исключало рассматриваемое ДТП. Место столкновения автомобилей <данные изъяты> расположено на полосе движения транспорта <адрес>, т.е. на полосе, по которой двигался автомобиль под управлением водителя С.А.В., следовательно, для автомобиля <данные изъяты> под управлением Д.Т.Д. она была встречной (т. 2 л.д. 54-63).
Пунктом 1.4 Правил дорожного движения, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090, предусмотрено, что на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств.
В соответствии с абз. 1 п. 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
Вина водителя Д.Т.Д. в совершённом ДТП подтверждается материалами уголовного дела и сторонами не оспаривается.
Близкий родственник Д.Т.Д. – его отец Д.Д.П. не возражал против прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям.
На момент рассмотрении гражданского дела постановление не отменено и не изменено.
По результатам расследования следователем внесено представление командиру в/ч <данные изъяты> о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления – нарушении ст. 16 и ст. 20 Устава внутренней службы должностным лицом, ответственным за выполнение боевого приказа командира от (т. 2 л.д.118-119).
Факт гибели водителя Д.Т.Д. и пассажира - военнослужащего З.Н.А. в автомобиле <данные изъяты> подтверждается свидетельством и справками о смерти (т.1 л.д. 130, 202).
Факт гибели водителя автомобиля <данные изъяты>» С.А.В. подтверждается протоколом установления смерти, свидетельством и справкой о смерти. Из документов следует, что С.А.В. погиб в результате ДТП при столкновении с автомобилем на автодороге «<данные изъяты>» вблизи <адрес>. (т. 1 л.д. 123, 179 - 182).
Из заключения СМЭ от 9.01.2023 № видно, что в результате ДТП С.А.В. получил многочисленные телесные повреждения, часть которых квалифицируются как тяжкий вред здоровью, они не могли быть скомпенсированы организмом и повлекли смерть. Смерть С.А.В. наступила в результате закрытой травмы <данные изъяты> (т.2 л.д.73-86).
Свидетельствами о рождении и о заключении брака подтверждается, что С.А.В. родился в <адрес>, т.е. на момент смерти ему исполнилось лишь 28 лет. Истец С.В.И. приходился погибшему отцом, а С.Д.Н. – супругой. Брак был зарегистрирован (т. 1 л.д. 25-27).
С.В.И. был признан потерпевшим в рамках уголовного дела (т. 1 л.д.154-160).
Автомобиль <данные изъяты>, принадлежал ЗАО «<данные изъяты>», что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства, данными ПТС.
Водитель С.А.В. являлся работником ЗАО «<данные изъяты>» и на момент ДТП исполнял свои трудовые обязанности - перевозил груз в <адрес> (т. 1. л.д. 28-34, 111-116, 186-189).
Выпиской из приказа командира войсковой части № Министерства обороны РФ от № подтверждается, что на момент ДТП Д.Т.Д. являлся военнослужащим Министерства обороны РФ (т.1 л.д. 136).
При исследовании вопроса о принадлежности автомобиля <данные изъяты>, владельце источника повышенной опасности установлено, что согласно свидетельству о регистрации транспортного средства и ПТС данный автомобиль зарегистрирован за жителем <адрес> Г.И.С. (т.1 л.д. 104-106), однако, согласно договору купли-продажи продан за 100000 руб Д.Т.Д. (л.д. 108). По правилам ст. ст. 432, 433, 454 ГК РФ переход права собственности на движимое имущество (автомобиль) не требует государственной регистрации и договор признается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям, условия договора исполнены, транспортное средство выбыло из обладания предыдущего собственника, документы на автомобиль также переданы вместе с ним, т.е. нет оснований считать Г.И.С. владельцем источника повышенной опасности.
Материалами дела подтверждается, что на момент ДТП, управляя автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, водитель Д.Т.Д. исполнял обязанности военной службы.
Согласно тексту боевого приказа командира войсковой части № Министерства обороны РФ № от в целях получения и перевозки гуманитарной помощи водителю личного автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, З.А.В. и пассажирам – старшему лейтенанту Д.Т.Д. рядовому К.И.П., лейтенанту З.Н.А. было приказано совершить марш из н. <адрес> в н.<адрес> и обратно для получения и перевозки гуманитарной помощи. Д.Т.Д. назначен старшим машины. Контроль за выполнением приказа возложен на заместителя начальника штаба (т. 1 л.д. 135).
Из показаний свидетеля З.А.В. следует, что в начале декабря 2022 года вместе с Д.Т.Д. и З.Н.А. они следовали в <адрес> и обратно на автомобилях <данные изъяты>, полученных военнослужащими в качестве гуманитарной помощи для выполнения боевых задач. Согласно приказу в составе трех автомобилей перевозили гуманитарную помощь, при этом, со слов Д.Т.Д., ранее он не управлял таким автомобилем. Показания свидетеля согласуется с показаниями Д.Р.Д. и З.Н.В. (т. 1 л.д. 198-201, 205-208, т. 2 л.д. 34-37).
Особенности военной службы обусловливает то юридически значимое обстоятельство, что военнослужащий Д.Т.Д. был не вправе уклониться от выполнения приказа командира по перевозке гуманитарного груза на автомобиле <данные изъяты>, что подтверждается требованиями Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утверждённого Указом Президента РФ от 10.11.2007 N 1495.
Согласно п. 8 Устава содержание и объем прав, обязанностей и ответственности военнослужащих зависят от того, находятся ли они при исполнении обязанностей военной службы или нет.
Военнослужащий считается исполняющим обязанности военной службы, в частности, в случаях: а) участия в боевых действиях, выполнения задач в условиях чрезвычайного или военного положения, вооруженных конфликтов; б) исполнения должностных обязанностей; д) выполнения приказа (приказания) или распоряжения, отданного командиром (начальником);
Согласно ст. 39 Устава приказ - распоряжение командира (начальника), обращенное к подчиненным и требующее обязательного выполнения определенных действий, соблюдения тех или иных правил или устанавливающее какой-либо порядок, положение. Приказ может быть отдан в письменном виде, устно или по техническим средствам связи одному или группе военнослужащих. Приказ, отданный в письменном виде, является основным распорядительным служебным документом (нормативным актом) военного управления, издаваемым на правах единоначалия командиром воинской части.
Обсуждение (критика) приказа недопустимо, а неисполнение приказа командира (начальника), отданного в установленном порядке, является преступлением против военной службы.
Приказ (приказание) должен соответствовать федеральным законам, общевоинским уставам и приказам вышестоящих командиров (начальников). Отдавая приказ (приказание), командир (начальник) не должен допускать злоупотребления должностными полномочиями или их превышения. Командирам (начальникам) запрещается отдавать приказы (приказания), не имеющие отношения к исполнению обязанностей военной службы или направленные на нарушение законодательства Российской Федерации. Командиры (начальники), отдавшие такие приказы (приказания), привлекаются к ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации (ст. 41).
Командир (начальник) перед отдачей приказа обязан всесторонне оценить обстановку и предусмотреть меры по обеспечению его выполнения (ст. 42).
В соответствии со ст. 43 Устава приказ командира (начальника) должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок. Военнослужащий, получив приказ, отвечает: "Есть" - и затем выполняет его. Выполнив приказ, военнослужащий, несогласный с приказом, может его обжаловать.
Подчиненный, не выполнивший приказ командира (начальника), отданный в установленном порядке, привлекается к уголовной ответственности по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.
Командир (начальник) несет ответственность за отданный приказ (приказание) и его последствия, за соответствие содержания приказа (приказания) требованиям статьи 41 настоящего Устава и за непринятие мер по обеспечению его выполнения. Отменить приказ (приказание) имеет право только командир (начальник), его отдавший, либо вышестоящий прямой начальник (ст. 44).
Таким образом, несмотря на то, что, что автомобиль, на котором было совершено ДТП, не значился в собственности Министерства обороны, в соответствии с приказом командира войсковой части <данные изъяты> от на момент ДТП старший лейтенант Д.Т.Д. выполнял обязанности военной службы – осуществлял перевозку гуманитарной помощи из <адрес> на автомобиле, т.е. фактически автомобиль находился в распоряжении воинской части, Д.Т.Д. действовал в интересах Министерства обороны и как военнослужащей был не вправе уклониться от выполнения приказа независимо от принадлежности автомобиля. При таких обстоятельствах по смыслу ст. 1079 ГК РФ, а также разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от N 1, Министерство обороны РФ признается владельцем источника повышенной опасности и в силу ст. ст. 1068 и 1079 ГК РФ надлежащим ответчиком по данному гражданскому делу.
В соответствии с Федеральным законом от 31.05.1996 N 61-ФЗ "Об обороне", п. 1 Положения о Министерстве обороны РФ, утвержденного Указом Президента РФ от 16.08.2004 N 1082 "Вопросы Министерства обороны РФ" Минобороны России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, иные установленные федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента РФ и Правительства РФ функции в этой области, а также уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в сфере управления и распоряжения имуществом Вооруженных Сил РФ и подведомственных Минобороны РФ организаций.
Согласно п. 12.1 ч. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ Министерство обороны РФ, как главный распорядитель бюджетных средств, несет от имени Российской Федерации субсидиарную ответственность по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств (бюджетных учреждений).
Войсковая часть <данные изъяты> в которой проходил службу Д.Т.Д., входит в структуру Министерства обороны Российской Федерации. Таким образом, обязательства по возмещению ущерба возлагаются на Министерство обороны РФ как на главного распорядителя бюджетных средств соответствующего бюджета и ответственного по долгам воинской части.
Оснований для взыскания вреда в солидарном порядке с Казны Российской Федерации, предусмотренных ст. ст. 323, 1080 ГК РФ, о чем просит истец, не усматривается.
Истцами заявлена компенсация морального вреда в размере 1 500 000 руб. Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда по данному делу, суд учитывает следующие обстоятельства.
Согласно ст. 20 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жизнь. В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни.
К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека относится и право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, которое является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.
В результате гибели С.А.В. по вине военнослужащего - водителя Д.Т.Д. истцам причинены значительные нравственные страдания, понесли невосполнимую утрату.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что истец С.В.И. приходился отцом погибшему, а С.Д.Н. – супругой, т.е. они относятся к числу близких родственников. С.А.В. погиб в молодом возрасте, не реализовав свои планы и мечты, в том числе по отношению к своим близким.
Из объяснений истцов, данных в ходе судебного заседания, материалов уголовного дела следует, что истцы испытывают глубокие нравственные страдания в связи с потерей сына и мужа, поскольку при жизни их связывали тесные семейные отношения, они были доброжелательными, основывались на взаимопомощи и поддержке. С.А.В. с женой проживал по соседству с родителями, вместе работали, постоянно общались, сын помогал своим родителям и в дальнейшем они рассчитывали на его помощь и поддержку в старости.
С.Д.Н. росла сиротой, других родственников не имеет, погибший был для нее самым близким человеком, между ними были хорошие взаимоотношения, они хотели иметь общих детей, вместе строили жилой дом, она осталась без его помощи и поддержки.
Гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, тяжелейшим событием в жизни, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, неоспоримо причинившим нравственные страдания.
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Исходя из принципа разумности и справедливости, степени нравственных страданий, но при этом учитывая неосторожную форму вины в ДТП, суд полагает взыскать в пользу каждого из истцов по 700000 руб компенсации морального вреда.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
решил:
Иск С.В.И. и С.Д.Н. к Министерству обороны Российской Федерации и Казне Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства Белгородской области о взыскании солидарно компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Министерства обороны Российской Федерации в пользу С.В.И. (СНИЛС <данные изъяты>) и С.Д.Н. (СНИЛС <данные изъяты>) компенсацию морального вреда по 700000 руб каждому.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в порядке апелляции в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы через Красногвардейский районный суд.
Судья
Мотивированное решение изготовлено 12.09.2023.
Судья