РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
4 сентября 2025 г. <адрес>
Сургутский городской суд <адрес>-Югры в составе:
председательствующего Хуруджи В.Н.,
при секретаре Петровой А.Д,
с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Сургутского городского суда гражданское дело № по иску ФИО8 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
Истец обратился в суд с исковыми требованиями к ответчику о взыскании компенсации морального вреда.
Свои требования мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 20 час. 30 мин., ответчик ФИО3, находясь в квартире, расположенной по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>, высказал в адрес истца слова оскорбительного характера, чем унизил честь и достоинство истца. Прокуратурой <адрес> по заявлению истца проведена соответствующая проверка, в ходе которой факт оскорбления ответчиком нашел свое подтверждение. При производстве по делу об административном правонарушении составлено заключение ФИО4 - кандидатом филологических наук, доцентом кафедры лингвистического образования и межкультурных коммуникаций бюджетного учреждения высшего образования <адрес> – Югры «Сургутский государственный университет», имеет диплом о профессиональной переподготовке «Судебная лингвистическая экспертиза: аналитико-экспертная деятельность филолога-практика» № от ДД.ММ.ГГГГ Согласно вышеуказанному заключению исследователя № от ДД.ММ.ГГГГ, в представленных на исследование материалах содержится оскорбительное выражение, негативно-оценочное суждение, которое носит персонифицированный характер, содержится оценочная информация. Так, дед (отец матери ребенка) оценивает отца ребенка высказыванием «Какой ты отец - ты мразь». Формулируя оценочное суждение / высказывание «Какой ты отец - ты мразь» в отношении отца ребенка, дед приписывает отцу отрицательную характеристику, используя номинацию «мразь». «Мразь» - уничижительное, бран. ничтожный, презренный человек, происходит из старославянского языка, от того же корня, что и «мерзко», «мерзость». Словарь ФИО5 гласит: «мразь презренный человек» (где «презренный» - заслуживающий презрения пренебрежительного отношения к кому-либо морально низкому, недостойному, подлому). Дед противопоставляет номинацию «мразь» - статусу «отец». Использование номинации «мразь» несет намерение создать негативный образ оскорбить «конкретный объект» - отца ребенка. В заключении указано, что участниками коммуникации (вербального ряда) являются: а) отец ребенка (осуществляет видео и аудиозапись происходящего в жилом помещении / квартире); б) мать ребенка; в) дед ребенка (отец матери ребенка). Присутствуют в помещении, помимо непосредственных участников коммуникации, ребенок и бабушка ребенка (мать матери ребенка). ДД.ММ.ГГГГ помощником прокурора <адрес> были получены объяснения от ФИО3, который подтвердил, что он изображен на видео, которое предоставил истец в прокуратуру <адрес> и подтвердил, что события происходят по адресу: ХМАО-Югра, <адрес>. При этом ФИО3 не подтвердил, что сказанное им слово «мразь» было адресовано истцу ФИО8, однако не смог пояснить в отношении чего или кого было адресовано сказанное им слово. С материалами дела, в том числе с видеозаписью, предоставленной ФИО8, ответчик ознакомлен в прокуратуре <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ заместителем прокурора <адрес> было отказано в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 5.61 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности. Высказанные ответчиком в адрес истца слова оскорбительного характера, в присутствии несовершеннолетнего сына истца, причинили истцу моральный вред. Поскольку факт оскорбления истца ответчиком нашел свое подтверждение, со стороны ответчика имело место оскорбление истца, нарушающее такие личные нематериальные блага гражданина, как достоинство личности, честь и доброе имя, в том числе в присутствии несовершеннолетнего сына истца, то с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда, которую истец оценил в 300 000 рублей. При определении размера компенсации морального вреда прошу учесть, что ответчик оценивает истца высказыванием «Какой ты отец - ты мразь», и согласно заключению исследователя, формулируя оценочное суждение/высказывание «Какой ты отец - ты мразь» в отношении истца, ответчик приписывает мне отрицательную характеристику, используя слово «мразь», и противопоставляет слово «мразь» - статусу «отец». Использование слова «мразь» несет намерение создать негативный образ оскорбить «конкретный объект» - истца, как отца ребенка в его присутствии. Прошу обратить внимание, что ответчик на видеозаписи обращается к ребенку со словами: «ты больше не пойдешь к папе», то есть вмешивается в семью истца, указывает сыну истца, что он не будет общаться со своим отцом, после чего, в присутствии ребенка ответчик обращается ко истцу: «какой ты отец, ты не отец – ты мразь». Из видеозаписи и заключения исследователя подтверждается, что в момент оскорбления истца ответчиком в помещении присутствовали бывшая супруга истца, ребенок и бабушка ребенка. Действиями ответчика истцу причинены нравственные страдания - нарушено душевное спокойствие истца, возникли чувства страха, унижения, испытан стресс, поскольку ответчик оскорбил истца в присутствии его несовершеннолетнего сына, а также в присутствии бывшей супруги и её матери. Определяя размер компенсации морального вреда в размере 300 000 руб., истец исходит также из того, что ответчик высказал слова оскорбительного характера находясь в квартире истца, в которую его никто не приглашал, истец возражал против вмешательства ответчика в семейный дискурс, несмотря на это, ответчик позволил себе вмешательство в семью истца, обращаясь к несовершеннолетнему сыну истца со словами «ты больше не пойдешь к папе» и далее в присутствии несовершеннолетнего ребенка произнес в адрес истца следующие слова: «какой ты отец, ты не отец – ты мразь».
Истец просит взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.
Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представитель истца в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.
Ответчик в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представитель ответчика в судебном заседании возражал относительно удовлетворения исковых требований, представил возражение на исковое заявление, согласно которого поясняет, что конфликт между сторонами произошел ДД.ММ.ГГГГ в квартире по адресу: <адрес>, принадлежащей не только истцу, но и дочери ответчика - ФИО6. Дочь ответчика ФИО6 и несовершеннолетнего ребенка ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в июле 2024 г. ФИО8 выгнал из квартиры, доступ к квартире и к личным вещам прекратил. ДД.ММ.ГГГГ ребенок проводил время с отцом, однако попросил дочь ответчика забрать его. Истец устроил скандал, не пускал ребенка к матери, стал оскорблять дочь, пихать, выгонять из квартиры. Ребенок стал плакать. Дочь позвала ответчика с супругой в качестве поддержки в целях забрать сына (внука ответчика) домой, так как по настоящее время она проживает в квартире родителей из-за агрессивного и неконтролируемого поведения истца. Несовершеннолетний ребенок ФИО9 нуждается в соблюдении режима, спокойной и бесконфликтной обстановки в связи с особенностями здоровья. ДД.ММ.ГГГГ истец сам спровоцировал конфликт, силой удерживал внука, мешал дочери ответчика забрать ребенка из-за наличия между ними споров в связи с разводом, разделом имущества и общения с ребенком, довел ребенка до истерики, оскорблял ответчика и его дочь. С момента прекращения брачных отношений с дочерью ФИО8 преследует истца, его дочь и внука, угрожает семье, направляет дочери сообщения угрожающего и оскорбительного содержания в отношении всей семьи, в состоянии алкогольного опьянения применял физическую силу в отношении внука, в том числе в результате чего ребенку был причинен ушиб мягких тканей головы, что подтверждается справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной БУ «Сургутская клиническая травматологическая больница», неоднократно бил мою дочь. Дочь неоднократно жаловалась на поведение истца в полицию и прокуратуру, поскольку поведение истца представляет опасность для нее и несовершеннолетнего ребенка, как в части причинения физического вреда, так и нанесения психологических травм. При этом истец не исполняет свои обязанности родителя, уклоняется от уплаты алиментов. В сложившейся ситуации требования истца являются необоснованными, исковое заявление подано исключительно из побуждений мести, с целью злоупотребления правом и получения неосновательного обогащения. Характер и степень нравственных страданий истцом описаны для введения Суда в заблуждение, так как истец сам провоцировал продолжение конфликта, оскорблял ответчика и его дочь, общался на повышенных тонах, уклонялся от мирного урегулирования имеющихся разногласий. В конфликте ДД.ММ.ГГГГ в адрес ответчик истец говорил, что ответчику недолго осталось, что он трус. В адрес дочери в моем присутствии, истец говорил, что она квартирантка, что ничего у нее здесь нет, допускал оскорбления в ее адрес, обзывал тупой и толкал её. Истец сознательно опускает, что используемый термин применялся ответчиком не применительно к истцу, а к ранее описанному в диалоге\ собирательному поведенческому образу. Сумма же компенсации морального вреда, заявленная истцом, является чрезмерно завышенной, не пропорциональной даже доводам истца, в то время как компенсация морального вреда всегда подлежит взысканию с лица причинившего оскорбления в разумных пределах. Члены семьи ФИО3, защищая свои права, неоднократно обращались в полицию с заявлениями о привлечении к ответственности истца за побои, оскорбления, однако, полиция отказывает в привлечении истца ФИО8 к ответственности. При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, считаем, что судом должны быть учтены фактические обстоятельства дела, характер физических и нравственных страданий истца, его социальный статус, провокационное поведение с его стороны во время конфликта ДД.ММ.ГГГГ, оскорбления, которые истец высказал в адрес ответчика и членов его семьи, полное отсутствие нравственных страданий у истца, поскольку истец не переживал по поводу оскорбления, а также отсутствие в деле доказательств наступления конкретных негативных последствий для здоровья истца, находящихся в прямой причинно-следственной связи с нарушением ее неимущественных прав ответчиком. Считает, что должны быть приняты во внимание установленные данные о личности ответчика ФИО3, являющегося пенсионером, ветераном труда, состояние его здоровья, степень его вины, а также принципы разумности и справедливости, в связи полагает, что взысканию с ответчика в пользу истца надлежит компенсации морального вреда в размере сумма 3 000 рублей, что соответствует штрафу, согласно ст.5.61 КоАП РФ, согласно которой, оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме, влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от трех тысяч до пяти тысяч рублей, что будет отвечать требованиям разумности и справедливости.
Дело рассмотрено в отсутствие не явившихся истца и ответчика при данной явке в порядке ст.167 ГПК РФ.
Выслушав представителей сторон, изучив письменные материалы дела и видеозапись происшествия, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.
Согласно части 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления. В случае нарушения каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (часть 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.
Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.
Суд установил, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 20 часов 30 минут ответчик ФИО3, находясь в квартире, расположенной по адресу: <адрес> высказал в адрес истца слова оскорбительного характера, чем унизил честь и достоинство истца.
По данному факту ФИО8 обратился в органы прокуратуры <адрес>.
Постановлением заместителя прокурора <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 5.61 КоАП РФ на основании подпункта 6 пункта 1 статьи 24.5 КоАП РФ отказано по причине истечение сроков давности привлечения к административной ответственности.
В рамках дела об административном производстве проведена лингвистическая экспертиза.
Согласно заключению лингвистической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ выполненного бюджетным учреждением <адрес> – Югры «Сургутский государственный педагогический университет» следует, что предметом исследования являлась видеозапись указанных событий, представленная ФИО8, в которой имеются оскорбительные выражения, негативно-оценочное суждение, которое носит персонифицированный характер.
Не согласившись с вынесенным постановлением, ФИО8 подал жалобу на имя прокурора <адрес> – Югры.
Постановлением исполняющего обязанности прокурора <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении жалобы ФИО8 по факту несогласия с вынесенным ДД.ММ.ГГГГ определением об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по части 1 статьи 5.61 КоАП РФ в отношении ФИО3 отказано; определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по части 1 статьи 5.61 КоАП РФ в отношении ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.
Истец указывает, что моральный вред выражен тем, что истец испытывал нравственные страдания в виде нарушения таких личных нематериальных благ гражданина, как достоинство личности, честь и доброе имя, в том числе совершенное в присутствии несовершеннолетнего сына истца, в результате чего истец в последствии испытывал физические страдания в виде онемения конечностей, возникновения артроза. В обосновании данных доводов истец представил рецепт врача от ДД.ММ.ГГГГ, выписки из медицинской карты бюджетного учреждения <адрес> – Югры «Сургутская городская клиническая поликлиника №».
Ответчик в судебном заседании пояснил, что не отрицает указанные истцом обстоятельства, однако просит принять во внимание поведение самого истца в отношении дочери ответчика супруги истца – ФИО10, которую истец выгнал из совместной квартиры летом 2024 г., оскорблял ДД.ММ.ГГГГ (день конфликта) в присутствии ее отца, матери и ребенка, обзывая тупой, дурой, квартиранткой, внука ответчика, которого ФИО8 довел до слез, насильно удерживая и не пуская к матери, несмотря на то, что ребенок просился к матери, оскорбления со стороны самого истца в адрес ответчика ФИО3 были причиной, что ФИО3 дал негативную оценку поведения истца ФИО8
Указанные обстоятельства послужили основанием для возникновения конфликта между истцом и ответчиком.
Между тем, как указывает ответчик, с июля 2024 г. по настоящее время истец каждый раз, встречая ответчика на улице или около подъезда, оскорбляет ответчика в присутствии дочери, супруги и внука, стучит в окно машины, требует выйти на разборки, препятствует движению, может загородить дорогу в подъезд, называя трусом, подкаблучником, все время, повторяя в адрес ответчика, что «тебе не долго осталось».
Сторона истца данные обстоятельства не опровергала.
Более того, данные обстоятельства подтверждаются постановлением УУП ОП-2 УМВД России по городу Сургуту от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела по статье 116 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ по факту применения физической силы в отношении несовершеннолетнего сына ФИО7, постановлением УПП ОП-2 УМВД России по городу Сургуту от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела по части 1 статьи 119, 330 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании пункта 1 части 1 статьи 24 УПК РФ по фату противоправных действий (угроза), постановлением инспектора ОДН ОП № УМВД России по городу Сургуту от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренного статьей 156 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании пункта 1 части 1 статьи 24 УПК РФ по фату противоправных действий (удержания ребенка), постановлением УУП ОП-2 УМВД России по городу Сургуту от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела по статье 116 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ по факту применения физической силы между супругами.
Сторона ответчика ходатайствовала о допросе в судебном заседании свидетелей ФИО6 (дочь ответчика и бывшая супруга истца) и ФИО11 (жена ответчика и бывшая теща истца) для установления обстоятельств, имевших место ДД.ММ.ГГГГ
Опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ она пришла по адресу: <адрес> к бывшему супругу забрать ребенка, который отказался его отдавать. Истец начал выталкивать свидетеля, провоцируя конфликт при несовершеннолетнем ребенке. В этот момент истец начал снимать конфликт на видеозапись. Свидетель позвонил родителям, чтобы последние могли помочь забрать ребенка. После прихода родителей свидетеля, истец продолжал возникший конфликт в отношении бывшей супруги и ее родителей, грубо выражаясь и провоцируя на ссору. Свидетель пояснила, что общий несовершеннолетний ребенок с особенностями здоровья, в связи, с чем ему важен режим и распорядок дня, именно поэтому свидетель настаивала на возвращении ребенка домой. Обратила внимание на наличие в суде множества гражданских дел между бывшими супругами по различным спорам.
Опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 пояснила, что ее дочь позвонила отцу и попросила помочь забрать ребенка. Когда свидетель с супругом (ответчиком) поднялись в квартиру, между всеми сторонами возник конфликт по поводу ребенка. Как указывает свидетель, на конфликт провоцировал сам истец, называя его «подкаблучников», указывая, что ответчику «тебе не долго осталось».
В судебном заседании так же была исследована представленная суду и органы прокуратуры <адрес> видеозапись конфликта, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ. Оценивая представленную видеозапись, суд установил, что действительно ответчиком высказал истцу оскорбительное выражение, обозвал истца «мразью».
Поскольку оскорбление направлено на унижение личного достоинства человека, посягает на принадлежащие ему нематериальные блага, то истец вправе требовать в связи с этим с ответчика компенсацию морального вреда на основании статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Сторона ответчика полагает, что с учетом создавшейся обстановки при высказывании оскорбляющего слова дающего негативную формально оценку личности истца при не доказанности физических и нравственных страданий, компенсация морального вреда не может превышать 10000 рублей.
В соответствии со статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно пункту 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.
При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В силу пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
Избранное выражение ответчиком преследовало цель унижение личности истца и безусловно, влечет возможность восстановления нарушенных прав путем защиты общегражданским способом –взыскание компенсации морального вреда.
Суд при оценки объема защищаемого права, принимает во внимание поведение самого истца, который фактически создал конфликтную ситуацию и провоцировал ответчика и его близких на ответную негативную реакцию и конфликт, вынудив тем самым произнести оскорбляющую фразу, что подтверждается показаниями свидетелей, доводами ответчика и просмотренной видеозаписью.
Учитывая состояние ребенка, обстановку в которой данное оскорбительное слово было произнесено, фактор возможной реакции ребенка на данное слово маловероятно.
Ответчик в судебном заседании и в возражениях на исковое заявление, указал, что готов компенсировать моральный вред в размере 3 000 рублей, полагая, что соответствует штрафу в соответствии с ст.5.61 КоАП РФ, согласно которой, оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме, влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от трех тысяч до пяти тысяч рублей, что будет отвечать требованиям разумности и справедливости.
Компенсация чести и достоинства должна отвечать цели, для достижения которой установлен данный способ защиты неимущественных прав граждан и быть соразмерной последствиям ее нарушения.
Истец не представил доказательств того, что в указанной сложившейся ситуации была унижена его честь до такой степени, что для ее восстановления требуется взыскание компенсации в размерах указанных истцом в сумме 300000 рублей.
Факт последствий в виде заболевания после оскорбительного высказывания, стороной истца не доказан, а представленные медицинские документы об этом не свидетельствуют.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитываются обстоятельства причинения вреда, характер нравственных страданий, выразившихся в воспринятые оскорбительного слова, наличие конфликтных отношений между сторонами в том числе при провоцировании их истцом, тот факт, что ответчик не отрицал факта высказывания в отношении истца оскорбительного выражения, признание исковых требований в размере 3000 рублей, и полагает суд возможным взыскать в пользу истца с ответчика денежную компенсацию морального вреда в сумме признанной стороной ответчика в размере 3 000 рублей.
Суд полагает, что размер, взысканный в пользу истца денежной компенсации морального вреда определен судом с учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств и соответствует требованиям разумности и справедливости.
Руководствуясь ст.ст. 88-98, 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО8 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО8 3000 рублей компенсации морального вреда; в остальной части исковых требований – отказать.
Настоящее решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда <адрес> - Югры через Сургутский городской суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.
Председательствующий судья В.Н. Хуруджи
Копия верна: В.Н.Хуруджи