39RS0001-01-2025-000835-08
Дело № 2-2384/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
31 июля 2025 года г. Калининград
Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:
председательствующего судьи Седовой Е.А.,
при секретаре ФИО2
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, его расторжении, списании стоимости кредита, начисленных процентов и неустоек,
УСТАНОВИЛ:
31 июля 2024 года в ПАО «ВТБ» на имя ФИО1 оформлен кредитный договор, по условиям которого на ее расчетный счет зачислены 100 000 руб., и в дальнейшем указанная сумма по номеру телефона истца переведена ей же на расчетный счет в АО «Райфайзенбанк», а в дальнейшем с учетом уже ранее находившихся денежных средств на счете в общей сумме 135 000 руб. по номеру телефона неустановленному лицу. Поскольку указанных действий истец не совершала, то обратилась в правоохранительные органы по факту мошеннических действий, оформления кредита и в дальнейшем вывода денег. 13 августа 2024 года обратилась с заявлением в банк, в котором просила признать оформление кредита на сумму 100 000 руб. и перевод денежных средств мошенническими действиями и списать сумму задолженности в размере 100 000 руб. Однако досудебная претензия оставлена без удовлетворения, поступило уведомление о необходимости погашения обязательного ежемесячного платежа. Посчитав свои права нарушенными, истец просила суд признать недействительным и расторгнуть кредитный договор от 31 июля 2024 года № №, оформленный в ПАО «ВТБ» на имя ФИО1 на сумму 100 000 руб., списать сумму кредита в размере 100 000 руб., начисленные пени, штрафы.
ФИО1 в судебном заседании пояснила, что личным кабинетом в банке не пользовалась, 31 июля 2024 года имела плохое самочувствие. Не отрицала, что она дала распоряжение о переводе денежных средств в АО «Райфазейнбанк», разговор с банком на аудиозаписи подтвердила. Однако кредитный договор в Банке ВТБ не оформляла.
Представитель ответчика ПАО «Банк ВТБ» ФИО3 просил в иске отказать по основаниям, изложенным в возражениях на иск. Указал, что истец является клиентом банка с 2019 года, представила личные данные, в том числе свой номер телефона, на который просила направлять пароли, представить услугу ВТБ-онлайн. Из протоколирования действий истца следует, что в банк поступил запрос на предоставление кредита в системе ВТБ-онлайн, с подтверждением СМС-кода, в дальнейшем кредит был одобрен не на всю заявленную сумму, предоставлены условия договора, после ознакомления с которыми клиент подтверждает согласие на заключение кредитного договора вводом кода из СМС-уведомления. Истец была уведомлена о зачислении денежных средств на ее счет. В дальнейшем истец распорядилась денежными средствами путем их перевода на свой счет в АО «Райфайзенбанк». Операции по счету истца совершены банком на основании распоряжений клиента с ее же телефона и с ее же номером телефона, что видно из протоколирования действий. Кроме того, обращал внимание, что истец не отрицала, что давала распоряжения о переводе денег со счета в АО «Райфайзенбанк», зная, что остаток был до зачисления со счета из ПАО «Банк ВТБ» не более 35 000 руб. Таким образом, письменая форма договора была соблюдена, оснований для признания недействительным договора и его расторжения не имеется.
Представитель третьего лица АО «Райфайзенбанк» ФИО4 просила в иске отказать, поскольку денежными средствами истец распорядилась по своему усмотрению. Операции по счету подтверждала лично путем СМС-кодов. До зачисления денежных средств из других банков у истца не было достаточно средств для перевода третьим лицам, однако в разговоре с сотрудником банка клиент подтвердил банковские операции, соответственно, осознавала за счет каких денежных средств происходит перевод третьим лицам.
Выслушав лиц участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась. Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.
В силу ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или кредитная организация (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.
В соответствии со ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.
Согласно п. 1 ст. 160 ГК РФ, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.
В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. 2 ст. 836 ГК РФ).
Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок определены ст. 168 ГК РФ.
В соответствии с пунктом 1 названной статьи, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 этой же статьи).
Аналогичная позиция изложена в п. 6 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019)», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24 апреля 2019 года.
Материалами дела подтверждается, что 25 июля 2019 года между истцом и Банком ВТБ (ПАО) посредством подписания заявления заключен Договор комплексного обслуживания.
Согласно п. 1.2.2 заявления истец просил направлять пароль для доступа в ВТБ-онлайн, СМС-коды, сообщения на мобильный телефон клиента, указанный в заявлении – 900 353 34 37.
На основании заявления истцу предоставлен доступ в мобильное приложение, а также открыт банковский счет **** 2778.
Подписав заявление, истец присоединилась к Правилам дистанционного банковского обслуживания (ДБО), Правилам совершения операций по счетам физических лиц, Правилам комплексного обслуживания и иным условиям и Тарифам.
В силу п. 5.2. приложения к Правилам ДБО, получив смс-коды, клиент сверяет данные совершаемой операции, вводит код при условии согласия.
В соответствии с п. 4.1 Правил ДБО доступ клиента к ВТБ-онлайн допускается при условии успешной аутентификации.
Установлено, что 31 июля 2024 года истцом инициирован процесс заключения кредитного договора и подана заявка на получение кредита на сумму 400 000 руб. на срок 60 месяцев и подписана единая форма согласия.
Банком направлялись СМС-уведомления о подтверждении электронных документов (согласие на обработку персональных данных, заявка на кредит), об одобрении кредита, о необходимости подтверждения электронных документов (кредитного договора), о перечислении денежных средств на счет истца, о переводе денежных средств себе на счет в другой банк.
При этом истец не уведомляла банк при поступлении СМС-уведомлений о том, что действия совершаются не ею.
Факт поступления СМС истцом не оспаривался.
Таким образом, 31 июля 2024 года дистанционным способом между истцом и банком был заключен кредитный договор на сумму 100 000 руб.
Оформление кредита произведено в мобильном приложении на телефоне истца Redmi Note 9S с использованием принадлежащего ей же номера телефона <***>, что подтверждается протоколами операции цифрового подписания.
Кроме того, из представленных документов следует, что истец с ДД.ММ.ГГГГ является клиентом АО «Райфазенбанк», имеет в банке текущий счет **** 5942, в качестве контактного номера телефона указан +№
31 июля 2024 года истец со счета в ПАО «ВТБ Банк» перевела 100 000 руб. на свой же счет в АО «Райфайзенбанк», которые 31 июля 2024 года истец самостоятельно в дальнейшем перевела посредством системы СБП в пользу третьего лица.
При этом несогласие с операцией, как и с операцией совершенной 01 августа 2024 года на сумму 85 000 руб. не оформляла.
Подтверждение операции исходило с вышеназванного телефонного устройства истца и принадлежащего ей номера телефона.
Таким образом, истец самостоятельно воспользовалась системой онлайн банков, подтвердила свои учетные данные, и совершила операции по получению кредита и переводу денежных средств третьим лицам.
В судебном заседании истец разговор с сотрудником банка не отрицала, также сообщила о том, что денежные средства ей требовалось перевести в счет исполнения ранее возникших обязательств перед третьим лицом.
При этом суд соглашается с доводами представителей банков о том, что истец, осуществляя перевод со своего счета в АО «Райфайзенбанк», не могла не знать о том, что денежные средства поступили на счет в связи с оформлением кредита, поскольку до их поступления остаток составлял 35 000 руб., что было недостаточно для суммы перевода.
Принимая во внимание, что банки направляли истцу, а истец получал смс-уведомления с кодами для проведения операций, направленные по телефонному номеру, который указан в исковом заявлении, операции совершены с использованием системы дистанционного банковского обслуживания, при этом истец самостоятельно заключила с Банком ВТБ договор, включающий и дистанционное банковское обслуживание, была ознакомлена с Правилами обслуживания, спорные операции совершены с использованием тех кодов из смс-сообщений, которые направлялись банком истцу на ее номер телефона и ее телефонное устройство, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания кредитного договора недействительным, поскольку нарушений требований ст. 820 ГК РФ о письменной форме кредитного договора не имеется.
Не имеется правовых оснований и для расторжения кредитного договора, поскольку приведенные в иске обстоятельства в силу ст. 450 ГК РФ расторжение договора не влекут.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 (паспорт №) к Банку ВТБ (ПАО) (ИНН <***>) о признании кредитного договора недействительным, его расторжении, списании стоимости кредита, начисленных процентов и неустоек оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.
Судья Е.А. Седова
Мотивированное решение составлено 27 августа 2025 года.