Демин В. В"> №"> Демин В. В"> №">

ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

48RS0022-01-2021-000488-82

Судья Юдакова Л.В. I инстанция - дело № 2-А5/2022

Докладчик Маншилина Е.И. апел. инстанция - дело №33-2612/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 августа 2023 года судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:

председательствующего Крючковой Е.Г.

судей Маншилиной Е.И., Панченко Т.В.

при ведении протокола секретарем Державиной Ю.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Липецке гражданское дело по апелляционным жалобам истца ООО «Согласие» и третьего лица ФИО1 на решение Елецкого районного суда Липецкой области от 26 июля 2022 года, которым постановлено:

«В удовлетворении иска ООО «Согласие» и ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о признании недействительной (ничтожной) сделкой договора купли-продажи земельной доли и применении последствий недействительности сделки, по иску ООО «Согласие» и ФИО1 к ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 и ФИО18, ФИО19 о признании недействительным договора дарения земельной доли и применении последствий недействительности сделки отказать».

Заслушав доклад судьи Маншилиной Е.И., судебная коллегия

установила:

ООО «Согласие» обратилось с иском к ФИО2, ФИО3 о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи земельной доли в праве общей собственности.

В дальнейшем истец ООО «Согласие», изменив предмет иска, обратился с требованиями о признании недействительной (ничтожной) сделки купли-продажи доли в праве на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, применении последствия недействительности сделки. Свои исковые требования истец обосновывал тем, что исходное право общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № зарегистрировано за ФИО2 28 сентября 2011 года на основании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок. По состоянию на 28 сентября 2011 года ФИО2 не являлась участником долевой собственности на земельный участок, поэтому договор дарения от 28 сентября 2011 года не соответствует требованиям пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 24 июля 2002 года № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», является ничтожной сделкой, поэтому последующая сделка ФИО2 по приобретению земельной доли в данном земельным участке является ничтожной. Истец просил признать недействительной (ничтожной) сделкой договор купли-продажи доли в праве на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения от 12 октября 2021 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, и применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО2 (запись о государственной регистрации права № от 15 октября 2021 года) на долю площадью 4,74 га в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, и признать право собственности ФИО3 на указанную земельную долю (т.2 л.д. 126-128).

Определениями суда от 8 ноября 2021 года, 8 февраля 2022 года, 24 марта 2022 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Росреестра по Липецкой области, а также собственники земельных долей в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, а именно: ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО27, ФИО31, ФИО1, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО1, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53, ФИО54, ФИО55, ФИО56, ФИО57, ФИО4, ФИО58, ФИО59, ФИО60, ФИО61, ФИО62, ООО «Агрорегион», ФИО46, ФИО63, ФИО64, ФИО65, ФИО66, ФИО67, ФИО68, ФИО13, ФИО69, ФИО70, ФИО71, ФИО72, ФИО5 (т.2 л.д. 9-11, 136-137, 210).

Определением суда от 6 апреля 2022 года по заявлению ФИО1, он привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне истца (т.2 л.д. 219-220, 226).

ООО «Согласие», ФИО1 также обратились в суд с иском к ФИО2 и ФИО4 о признании недействительным договора дарения земельной доли от 28 сентября 2011 года, заключенного между ФИО73, ФИО74 и ФИО2, ФИО4, применении последствий недействительности сделки, указывая, что поскольку на момент совершения данной сделки ФИО2 и ФИО4 не являлись участниками долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, им не могла быть подарена земельная доля без выдела в счет нее земельного участка. Последствием недействительности договора дарения от 28 сентября 2011 года, по мнению истцов, должно быть признание недействительными (ничтожными) всех сделок, совершенных ФИО2 с земельными долями в период 2019-2021 гг., отмены регистрационных записей в Управлении Росреестра по Липецкой области, а именно регистрационных записей: № и № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № и № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № и № от ДД.ММ.ГГГГ.

Определением суда от 6 июня 2022 года указанные дела объединены в одно производство, с присвоением объединенному делу № 2-А5/2022. К участию в деле в качестве соответчиков привлечена ФИО5, а также лица, заключившие договоры купли-продажи с ФИО2: ФИО3 (договор купли-продажи от 12 октября 2021 года), ФИО6 (договор купли-продажи от 12 октября 2021 года), ФИО7 (договор купли-продажи от 24 февраля 2021 года), ФИО8 (договор купли-продажи от 28 сентября 2021 года), ФИО9 (договор купли-продажи от 24 февраля 2021 года), ФИО10 (договор купли-продажи от 9 декабря 2020 года), ФИО11 (договор купли-продажи от 20 ноября 2020 года), ФИО12 (договор купли-продажи от 1 октября 2019 года), ФИО13 (договор купли-продажи от 22 ноября 2019 года), ФИО14 (договор купли-продажи от 10 января 2020 года), ФИО15 (договор купли-продажи от 23 октября 2020 года), ФИО16 (договор купли-продажи от 16 сентября 2019 года) и ФИО17 (договор купли-продажи от 11 сентября 2019 года), ФИО18 (договор купли-продажи от 11 сентября 2019 года), ФИО19 (договор купли-продажи от 17 мая 2019 года) (т.3 л.д. 240).

Определениями суда от 27 июня 2022 года, 11 июля 2022 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены: ФИО18 (договор купли-продажи от 11 сентября 2019 года), ФИО19 (договор купли-продажи от 17 мая 2019 года (т.5 л.д. 73, 87-88).

В судебном заседании представитель истца ООО «Согласие» и третьего лица с самостоятельными требованиями ФИО1 по доверенности ФИО75 исковые требования поддержал по заявленным основаниям.

Представитель ответчика ФИО2 адвокат Щиголев М.В. возражал против удовлетворения исковых требований, указал, что договор дарения доли в земельном участке без ее выделения, будучи безвозмездной сделкой, не нарушает права и законные интересы истца, который мог рассчитывать только на преимущественное право покупки доли, а не на получение ее в рамках безвозмездной сделки. Договор дарения от 28 сентября 2011 года заключен между прямыми родственниками: родителями и детьми. В 2015 году ФИО73 и ФИО74 умерли, ФИО2 и ее сестра ФИО4 в силу положений статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации являются наследниками первой очереди к имуществу своих родителей первой. Право наследования доли земельного участка предусмотрено как нормами ГК РФ, так и положениями ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения». Также заявил о пропуске истцом срока исковой давности, ссылаясь на то, что истцу о недействительности сделки стало известно 6 октября 2018 года при проведении общего собрания участников общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, на котором присутствовал полномочный представитель ФИО2 - ФИО76 и который представил свидетельство о государственной регистрации права собственности на земельную долю на ее имя, в котором как документ основание указан договор дарения от 28 сентября 2011 года. При этом на данном собрании присутствовали генеральный директор ООО «ЛИММАК-Агро» управляющей компании ООО «Согласие» ФИО77, а также действующие сотрудники ООО «Согласие» ФИО78 и ФИО79 О договоре дарения, как основании возникновения права собственности ФИО2 и ФИО4 на долю земельного участка ФИО1 узнал осенью 2012 года, что подтверждается опросом ФИО58 от 15 апреля 2022 года.

Ответчик ФИО5 исковые требования не признала.

Ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, третьи лица в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом. Ответчик ФИО16 в письменном заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие, указав, что с иском ООО «Согласие» и ФИО1 не согласна.

Суд постановил решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе и в дополнениях к жалобе истец ООО «Согласие» просит решение суда отменить и принять новое решение об удовлетворении иска, ссылаясь на недоказанность установленных судом обстоятельств, имеющих значение для дела; неправильное применение норм материального и процессуального права, которое привело к принятию неправильного решения.

В апелляционной жалобе и в дополнениях к жалобе третье лицо ФИО1 просит решение суда отменить, указывая на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, неверное применение норм материального права.

В соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителя истца ООО «Согласие» и третьего лица ФИО1 - ФИО75, представителя ответчика ФИО2 - Щиголева М.В., представителя третьего лица ФИО21 по ордеру адвоката Измалковой Т.С., обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, проверив законность и обоснованность решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционных жалоб и возражений относительно жалоб, судебная коллегия не находит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены судебного решения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 2002 года № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» (далее - Федеральный закон от 24 июля 2002 года № 101-ФЗ) данный федеральный закон регулирует отношения, связанные с владением, пользованием, распоряжением земельными участками из земель сельскохозяйственного назначения, устанавливает правила и ограничения, применяемые к обороту земельных участков и долей в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения - сделкам, результатом совершения которых является возникновение или прекращение прав на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения и доли в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения.

В силу положений пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 24 июля 2002 года № 101-ФЗ к сделкам, совершаемым с долями в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, применяются правила Гражданского кодекса Российской Федерации. В случае, если число участников долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения превышает пять, правила Гражданского кодекса Российской Федерации применяются с учетом особенностей, установленных настоящей статьей, а также статьями 13 и 14 настоящего Федерального закона.

Без выделения земельного участка в счет земельной доли такой участник долевой собственности по своему усмотрению вправе завещать свою земельную долю, отказаться от права собственности на земельную долю, внести ее в уставный (складочный) капитал сельскохозяйственной организации, использующей земельный участок, находящийся в долевой собственности, или передать свою земельную долю в доверительное управление либо продать или подарить ее другому участнику долевой собственности, а также сельскохозяйственной организации или гражданину - члену крестьянского (фермерского) хозяйства, использующим земельный участок, находящийся в долевой собственности. Участник долевой собственности вправе распорядиться земельной долей по своему усмотрению иным образом только после выделения земельного участка в счет земельной доли.

Таким образом, Федеральный закон от 24 июля 2002 года № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» связывает возможность отчуждения доли на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения лицу, не являющемуся участником долевой собственности, с выделением земельного участка в счет своей доли с соблюдением порядка, предусмотренного законом.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент заключения оспариваемого договора дарения) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент заключения оспариваемого договора дарения) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО73 и ФИО74 являлись собственниками земельной доли каждый площадью 4,74 га (или 47400 кв.м) в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № из земель сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства общей площадью 5088600 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>.

28 сентября 2011 года ФИО73, ФИО74 (дарители), с одной стороны, и ФИО4, ФИО2 (одаряемые), с другой стороны, заключили договор дарения, в соответствии с которым дарители безвозмездно передали в собственность одаряемых в равных долях долю земельного участка в размере 94800 кв.м (то есть по одной земельной доли каждому), из земель сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства с кадастровым номером № (т.3 л.д. 247, т.4 л.д. 10).

Право общей долевой собственности ФИО4 и ФИО2 на земельные доли за каждой на 4,74 га указанного земельного участка зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 28 сентября 2011 года, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации, выписками из ЕГРН (т.1 л.д.105-106, т.2 л.д. 71-72, т.4 л.д. 11, 30-55).

Судом также установлено, что на момент заключения договора дарения ФИО4 и ФИО2 участниками долевой собственности на данный земельный участок, а также лицами, использующими этот участок для сельскохозяйственного производства, не являлись.

При этом общее количество участников общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № составляет более пяти лиц.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что совершенная сделка дарения противоречит положениям пункта 1 статьи 12 Федерального закона № 101-ФЗ от 24 июля 2002 года «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения».

Из материалов дела следует, что ФИО73 умер 14 января 2015 года, ФИО74 умерла 10 сентября 2015 года (т.4 л.д.11,12). При этом наследство после смерти ФИО73 приняла супруга ФИО74; дочери ФИО4 и ФИО2 подали нотариусу заявления об отказе от наследства в пользу ФИО74 Наследство после смерти ФИО74 принята дочь ФИО2, что подтверждается свидетельством о праве на наследство от 14 апреля 2016 года на денежные вклады (т.5 л.д. 75, т.7 л.д. 224-225) Данные обстоятельства никем не оспаривались.

ФИО1 принадлежит земельная доля 4,47 га (или 47400 кв.м) в указанном земельном участке с кадастровым номером №, право долевой собственности зарегистрировано 23 июня 2011 года (т.1 л.д.74).

Установлено также, что ООО «Согласие» на основании договора № от 1 июля 2011 года аренды земельного участка находящегося в общей долевой собственности являлось арендатором земельного участка площадью 508,86 га с кадастровым номером №, заключенного на срок 10 лет (т.1 л.д.34-47).

1 августа 2012 года между ООО «Согласие» и ООО «АгроРегион» заключен договор № субаренды земельного участка с кадастровым номером №, с учетом дополнительного соглашения от 19 декабря 2012 года срок субаренды был установлен по 1 июля 2021 года. Впоследствии решением Арбитражного суда Липецкой области от 20 марта 2019 года (дело №А36-1864/2018) договор № от 1 августа 2012 года субаренды земельного участка с кадастровым номером 48:09:1910204:260 был расторгнут (т.2 л.д.182-195).

Из материалов дела следует, что ответчик ФИО2 на основании сделок купли-продажи, приобрела земельные доли участников в праве общей долевой собственности земельного участка с кадастровым номером №, а именно у: ФИО3 по договору купли-продажи от 12 октября 2021 года; ФИО6 по договору купли-продажи от 12 октября 2021 года; ФИО7 по договору купли-продажи от 24 февраля 2021 года; ФИО8 по договору купли-продажи от 28 сентября 2021 года; ФИО9 по договору купли-продажи от 24 февраля 2021 года; ФИО10 по договору купли-продажи от 9 декабря 2020 года; ФИО11 по договору купли-продажи от 20 ноября 2020 года; ФИО12 по договору купли-продажи от 1 октября 2019 года; ФИО13 по договору купли-продажи от 22 ноября 2019 года; ФИО14 по договору купли-продажи от 10 января 2020 года; ФИО15 по договору купли-продажи от 23 октября 2020 года; ФИО16 по договору купли-продажи от 16 сентября 2019 года; ФИО17 по договору купли-продажи от 11 сентября 2019 года); ФИО18 по договору купли-продажи от 11 сентября 2019 года; ФИО19 по договору купли-продажи от 17 мая 2019 года (т.5 л.д. 25, 42-58, 81-82).

Обращаясь с исковыми требованиям о признании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок от 28 сентября 2011 года недействительной сделкой, ООО «Согласие» и ФИО1 ссылались на то, что дарители не могли подарить свою невыделенную земельную долю ФИО4 и ФИО2, которые не являлись участниками общей долевой собственности на земельный участок, поэтому данная сделка является ничтожной. Законный интерес ООО «Согласие» и ФИО1 выражается в том, что ФИО2, приобретя статус участника общедолевой собственности на основании указанной сделки, приобретая впоследствии земельные доли, нарушила их права в части преимущественного права на приобретение земельных долей, а также ввиду незаконного выдела части земельного участка.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик ФИО2 заявила о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям, просила применить последствии пропуска срок исковой давности и отказать в иске.

Разрешая заявленные требования, и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции исходил из того, что, несмотря на то, что при заключении договора дарения от 28 сентября 2011 года были допущены нарушения положений пункта 1 статьи 12 Федерального закона №101-ФЗ от 24 июля 2002 года «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», поскольку ФИО4 и ФИО2 не являлись участниками долевой собственности на данный земельный участок, ни лицами, использующими этот участок для сельскохозяйственного производства, вместе с тем договор дарения от 28 сентября 2011 года не нарушает права и законные интересы ООО «Согласие» и ФИО1, и не влечет для них никаких неблагоприятных последствий.

При этом суд учитывал, что на день заключения договора дарения 28 сентября 2011 года истец ООО «Согласие» как сельскохозяйственная организация, использующая земельный участок с кадастровым номером № на праве аренды (договор от 1 июля 2011 года), и третье лицо с самостоятельными требованиями ФИО1 как участник долевой собственности с 23 июля 2011 года в силу положений пункта 2 статьи 12 ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» имели право преимущественной покупки земельной доли без выделения земельного участка при возмездном отчуждении такой доли, а не получения ее в рамках рассматриваемой безвозмездной сделки - договора дарения в силу пункту 1 статьи 572 ГК РФ. При совершении сделки по безвозмездному отчуждению доли в земельном участке без ее выделения, права ООО «Согласие» и ФИО1 не нарушаются, применение последствий недействительности сделки в виде приведения сторон в первоначальное состояние, не может повлечь за собой восстановление каких-либо прав и интересов ООО «Согласие» и ФИО1, как не имеющих какого-либо преимущества в получении спорного имущества. В данном случае применение последствий недействительности оспариваемого договора дарения приведет к уже существующим правам ФИО2 на земельную долю (собственность), поскольку она является наследником первой очереди дарителя ФИО74, которая приняла наследство после смерти супруга ФИО73, и вступила в наследство (т.5 л.д.75). То обстоятельство, что ФИО4 отказалась от наследства после смерти отца и пропустила срок принятия наследства после смерти матери, не может повлечь иной исход, поскольку принявшая наследство ФИО2 к ней претензий не имеет.

Суд также указал, что ООО «Согласие» как сельскохозяйственная организация в 2012 году утратила интерес в использовании земельного участка с кадастровым номером №, передав его по договору от 1 августа 2012 года в субаренду ООО «АгроРегион», а третье лицо с самостоятельными требованиями ФИО1 интереса к количественному составу участников общей долевой собственности на земельный участок, количеству земельных долей в данном земельном участке не имеет. В письменных объяснениях помощнику прокурора г. Ельца от 6 мая 2022 года ФИО1 указал, что ему ничего неизвестно о рассмотрении судом гражданского дела по иску ООО «Согласие» к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи земельной доли; никакие лично исковые требования он в суд не подавал; им выдана доверенность на представительство его интересов ФИО75 и ФИО80; предмет иска к ФИО2 ему неизвестен, какие действия от его имени совершаются в суде также неизвестно (т.5 л.д. 27-28).

Отказывая в удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок ООО «Согласие» и ФИО1 пропущен срок исковой давности по требованиям о признании сделки оспоримой, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. Отказ в признании недействительной сделки дарения, влечет отказ в признании недействительными последующих договоров купли-продажи.

Судебная коллегия, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, считает, что оснований для удовлетворения заявленных исковых требований ООО «Согласие», ФИО1 у суда первой инстанции не имелось.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как указывалось выше, исходя из положений пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 24 июля 2002 года № 101-ФЗ, в случае, если число участников долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения превышает пять, без выделения земельного участка в счет земельной доли такой участник долевой собственности по своему усмотрению вправе свою земельную долю продать или подарить ее другому участнику долевой собственности, а также сельскохозяйственной организации или гражданину - члену крестьянского (фермерского) хозяйства, использующим земельный участок, находящийся в долевой собственности. Участник долевой собственности вправе распорядиться земельной долей по своему усмотрению иным образом только после выделения земельного участка в счет земельной доли.

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Из положений статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 21 июля 2005 года №109-ФЗ), действовавшей на момент заключения договора дарения земельной доли от 28 сентября 2011 года, следует, что срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Согласно указанным положениям начало течения срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, равно как и по требованию о признании сделки недействительной в силу ничтожности, обусловлено началом исполнения такой сделки.

Федеральным законом от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 100-ФЗ) внесены изменения в статью 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым

срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В силу пункта 9 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

Как разъяснено в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», положения Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона № 100-ФЗ применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

В пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 1 сентября 2013 года (пункт 6 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ). При этом согласно пункту 9 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Таким образом, срок исковой давности по требованиям ООО «Согласие» и ФИО1 о признании договора дарения от 28 сентября 2011 года ничтожной сделкой составляет три года. Поскольку срок исковой давности по данным требованиям не истек до 1 сентября 2013 года, то к спорным правоотношениям подлежит применению пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ. Учитывая, что ООО «Согласие» и ФИО1, не являются стороной сделки дарения от 28 сентября 2011 года, то для них срок исковой давности начинает течь с момента как они узнали или должны была узнать о начале их исполнения.

Из материалов дела следует, что 6 октября 2018 года было проведено общее собрание участников общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № по вопросам повестки дня, в том числе по вопросу расторжения договора аренды с ООО «Согласие», на котором согласно протоколу общего собрания было принято решение не расторгать договоров аренды с ООО «Согласие» (т.2 л.д.95-99). При проведении данного общего собрания, согласно явочному листу присутствовал представитель ФИО2 по доверенности ФИО76, а также ФИО1 (т.2 л.д. 100-111). Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО76 показал, что он представил при регистрации и голосовании свой паспорт, доверенность от имени ФИО2, а также свидетельство о праве собственности ФИО2 на земельную долю в вышеуказанном земельном участке, в котором указано основание возникновения права собственности - договор дарения от 28 сентября 2011 года.

При этом дата регистрации права собственности ФИО2 на указанную земельную долю - 28 сентября 2011 года отражена в явочном листе.

Из протокола общего собрания от 6 октября 2018 года также усматривается, что на собрании присутствовал генеральный директор ООО «ЛИММАК-Агро» управляющей компании ООО «Согласие» ФИО77

В силу пункта 7 статьи 14.1 Федерального закона от 24 июля 2002 года № 101-ФЗ только лица, представившие документы, удостоверяющие личность, документы, удостоверяющие право на земельную долю, а также документы, подтверждающие полномочия этих лиц, могут принять участие в голосовании.

Поскольку представитель ФИО2 - ФИО76 был допущен к голосованию, соответственно, документы, необходимые для голосования, в том числе, документ, удостоверяющий право ФИО2 на земельную долю, был удостоверен председателем и секретарем собрания.

При таких обстоятельствах, с 6 октября 2018 года ООО «Согласие» и ФИО1 было известно о том, что ФИО2 с 28 сентября 2011 года является участником общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 48:09:1910204:260, вследствие чего они имели реальную возможность узнать основания приобретения права собственности и оспорить их в случае нарушения своих прав.

Из объяснений третьего лица ФИО58 в суде апелляционной инстанции также следует, что ФИО1 в 2012 году узнал о договоре дарения, как основании возникновения права собственности ФИО2 и ФИО4 на долю земельного участка.

Надлежит также отметить, что в соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 год №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» по смыслу пункта 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении третьих лиц договор, подлежащий государственной регистрации считается заключенным с момента государственной регистрации.

ООО «Согласие», являясь арендатором земельного участка, действуя добросовестно, в том числе для исполнения своих обязательств арендатора, имело возможность, в том числе при передачи земельного участка в 2012 году в субаренлу ООО «АгроРегион» получить сведения о правообладателях земельного участка, изменении их состава.

Исходя из анализа представленных в материалы дела доказательств следует, что ООО «Согласие» как сельскохозяйственная организация в 2012 году утратила интерес в использовании земельного участка с кадастровым номером №, передав его по договору от 1 августа 2012 года в субаренду ООО «АгроРегион», земельный участок находился в субаренде до расторжения договора субаренды решением Арбитражного суда Липецкой области от 20 марта 2019 года.

В силу пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» в редакции, действующей до 1 января 2017 года, сведения, содержащиеся в реестре, являются общедоступными и предоставляются органом, осуществляющим государственную регистрацию.

Аналогичные положения содержаться в части 5 статьи 7 Федеральный закон от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», действующем с 1 января 2017 года.

С 4 марта 2013 года в пункт 1 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации введены принципы осуществления регистрации прав на недвижимое имущество, среди которых названы принципы публичности и достоверности государственного реестра, обеспечивающие открытость и доступность сведений, содержащихся в ЕГРН, для неограниченного круга лиц, а также достоверность, бесспорность зарегистрированных в реестре прав.

Таким образом, в силу действующего законодательства, сведения, внесенные в ЕГРН являются открытыми.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, каких-препятствий для обращения в регистрирующий орган с соответствующим запросом у ООО «Согласие», ФИО1 не имелось. По состоянию на момент заключения договора аренды в 2011 году истцу было известно о собственниках земельного участка и о том, что ФИО2, не являлась его правообладателем. При этом представленный представителем ООО «Согласие», ФИО1 - ФИО75 по запросу ООО «Согласие» ответ Управления Росреестра Липецкой области о том, кому предоставляются копии правоустанавливающих документов (договоров дарения, купли-продажи), не подтверждает обоснованность доводов о невозможности получения сведений об основаниях зарегистрированных прав, поскольку основания возникновения права в выписке из ЕГРН указываются. Более того, ООО «Согласие» достоверно было известно, что ФИО2, ФИО4 изначально земельная доля в земельном участке не принадлежала.

При изложенных обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что срок исковой давности для оспаривания договора дарения от 28 сентября 2011 года, заключенного между ФИО73, ФИО74 (дарители) и ФИО4, ФИО2 (одаряемые), по которому 28 сентября 2011 года зарегистрированы права дарителей в ЕГРН ООО «Согласие» и ФИО1 пропущен, поскольку о нарушении своего права ООО «Согласие», ФИО1 узнали как минимум 6 октября 2018 года, при этом с исковыми требованиями о признании данного договора ничтожной сделкой обратились 31 марта 2022 года (т. 4 л.д. 2-3), то есть с пропуском установленного законном трехлетнего срока для оспаривания ничтожной сделки, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. Отказ в признании сделки дарения недействительной, влечет отказ в признании недействительными последующих договоров купли-продажи, и применении последствий недействительности сделок.

Доводы апелляционных жалоб о том, что десятилетний срок исковой давности для признания договора дарения от 28 сентября 2011 года недействительной сделкой в силу ничтожности не пропущен, не может повлечь иной исход, поскольку десятилетний срок исковой давности, предусмотренный пункт 1 статьи 181 ГК РФ по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166), не продляет срок исковой давности, но ограничивает его предельным сроком в десять лет.

Ссылки в апелляционной жалобе истца на иную судебную практику не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции единообразия в толковании и применении норм материального и процессуального права, поскольку при рассмотрении дел судом учитываются обстоятельства, присущие каждому конкретному делу и основанные на представленных доказательствах, в связи с чем, является несостоятельной.

Доводы апелляционных жалоб ООО «Согласие» и ФИО1 не содержат правовых оснований для отмены правильного по существу решения суда.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Елецкого районного суда Липецкой области от 26 июля 2022 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ООО «Согласие», ФИО1 - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21 августа 2023 года.