УИД 66RS0023-01-2022-000524-22

дело № 2-478/2022

Мотивированное решение изготовлено 12.09.2022

Решение

Именем Российской Федерации

г.Новая Ляля Свердловской области 05 сентября 2022 года

Верхотурский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего Талашмановой И.С.,

при секретаре судебного заседания Вахрушевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с реабилитацией,

при участии представителя истца ФИО2, представителя прокуратуры Свердловской области Пристая В.В.,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с реабилитацией.

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 была привлечена к уголовной ответственности и в последующем оправдана в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления. Данный факт свидетельствует о незаконности уголовного преследования, в связи с чем у ФИО1 возникло право требовать возмещения морального вреда, причиненного ей незаконным уголовным преследованием. Нахождение истца, ранее не судимого, в статусе обвиняемого, а в последующем - подсудимого, повлекло сильные душевные страдания, негативные переживания, связанные с незаконным уголовным преследованием, что свидетельствует о причинении истцу нравственных страданий. Факт привлечения истца к уголовной ответственности, обвинении в совершении преступлений коррупционной направленности, совершения процессуальных действий в отношении ФИО1 в ходе производства по уголовному делу, рассмотрении уголовного дела в судах первой, апелляционной и кассационной инстанций, неоднократное продление сроков предварительного следствия, доказывание своей невиновности, нарушили ее личные неимущественные права, принадлежащие ей от рождения, а именно: достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которого она не совершала, честное и доброе имя, деловую репутацию. Нарушение данных неимущественных прав причинило истцу нравственные страдания, поскольку она не могла не переживать и не испытывать переживаний по поводу того, что подверглась уголовному преследованию, и претерпевала в связи с этим указанные лишения. Следует учитывать состояние здоровья истца в момент привлечения к уголовной ответственности и то, что она была вынуждена обращаться за медицинской помощью и принимать лечение в результате причиненных ей нравственных страданий. Наличие публикации в средствах массовой информации местного значения, в котором истец была объявлена лицом, совершившим коррупционное преступление, что с учетом численности населения города, негативно отразилось на мнении окружающих об истце, понизила оценку ее деловых и личных качеств, в глазах большого количества граждан. На основании изложенного, просила взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в размере 5 000 000 рублей.

Истец в судебное заседание не явилась, о рассмотрении дела извещена, направила в суд своего представителя.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в иске, просил требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен, направил в суд отзыв на исковое заявление, где просил о рассмотрении дела в его отсутствие, с исковыми требованиями не согласился, в обоснование указав, что истцом ФИО1 не представлено документов с какой даты началось уголовное преследование в отношении нее, чтобы понять продолжительность уголовного преследования. Считает, что заявленная компенсация морального вреда в требуемом размере является завышенной, поскольку согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации определение размера компенсации морального вреда ставится в зависимость от причиненных нравственных страданий и требований разумности и справедливости. ФИО1 должна подтвердить документально (справками врача, выпиской из амбулаторной карты), либо свидетельскими показаниями наличие физических или психических страданий, а также возникновение вследствие переживаний психосоматических заболеваний (при их возникновении). Доводы же, которые указаны в исковом заявлении, носят общий, предположительный характер, доказательствами не подтверждены. К исковому заявлению не приложены медицинские документы, а также публикации в средствах массовой информации, в связи с чем полагал данные факты надуманными. Доводы истца о переживаниях за честное и доброе имя, а также деловую репутацию в связи с тем, что окружающие люди узнали об уголовном преследовании ФИО1, они изменили к ней отношение в худшую сторону, не подлежат принятию в качестве оснований требований о компенсации морального вреда, поскольку данные доводы основаны только на предположениях и сам факт привлечения к уголовной ответственности ФИО1 не является для окружающих ее людей основанием для утраты доверия, потери уважения. Утрата доверия и уважения общества может быть основана лишь на приговоре суда о виновности ФИО1 в совершении преступления. Поэтому обосновывать свои требования о компенсации морального вреда с Министерства финансов Российской Федерации тем, что истец переживала за свою репутацию, является неправомерным, так как за плохое мнение и отношение к ФИО1 окружающих его знакомых, соседей государство ответственность нести не может. Кроме того, истцом не определены критерии стоимостной оценки размера вреда, заявленная им сумма 5 000 000 руб. выбрана произвольно, ничем не обоснована и выходит за пределы разумности. Утверждения о причинении морального вреда не могут являться достаточными для удовлетворения требований о его компенсации, они должны быть подтверждены соответствующими доказательствами. Определяя размер компенсации морального вреда, следует исходить не только из необходимости максимального возмещения причиненного морального вреда реабилитированному лицу, но и не допускать неосновательного обогащения потерпевшего. Обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечивать баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушила бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан. В представленном исковом заявлении ФИО1 не усматривается оснований для возмещения морального вреда в заявленной сумме 5 000 000 руб. ввиду отсутствия соответствующих фактов и документов, подтверждающих столь существенного морального вреда.

Представитель третьего лица Управления Федерального казначейства РФ в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен.

Представитель третьего лица СУ СК России по Свердловской области направил в суд возражения на исковое заявление, где указал, что приговором Новолялинского районного суда Свердловской области от 18.01.2021 ФИО1 признана виновной в том, что являясь должностным лицом - судебным приставом-исполнителем Новолялинского районного отдела судебных приставов, в период с 23.05.2017 по 30.11.2018 в корыстной и иной личной заинтересованности использовала свои служебные полномочия вопреки интересам службы, а именно путем внесения заведомо подложных сведений в официальные документы вынесла постановления об окончании исполнительного производства, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций, охраняемых законом интересов государства. Приговором Новолялинского районного суда Свердловской области от 18.01.2021 истец признана виновной по ч. 2 ст. 292, ч. 1 ст. 285 Уголовного кодекса российской Федерации с назначением наказания в виде штрафа в размере 100 000 руб. В апелляционном порядке обвинительный приговор суда первой инстанции отменен с вынесением оправдательного приговора. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 07.10.2021 кассационное представление прокурора о пересмотре апелляционного приговора в отношении ФИО1 оставлено без удовлетворения. Таким образом, размер понесенного морального вреда должен доказываться наряду со всеми иными обстоятельствами по делу, поскольку законом не предусмотрена возможность освобождения истца от доказывания размера требуемой последним суммы компенсации морального вреда при наличии незаконных действий государственных органов. В нарушение указанной процессуальной обязанности, истцом не обосновываются и не подтверждаются обстоятельства причинения вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями деликвентов и его наступлением, характер и степень причиненных страданий, а также размер подлежащей выплате компенсации, что исключает возможность удовлетворения заявленных требований. Доводы истца, изложенные в исковом заявлении, не обоснованы и не подтверждены соответствующими доказательствами по делу. Не обоснованы доводы истца об ухудшении состояния здоровья. Факты ухудшения здоровья должны быть подтверждены доказательствами, устанавливающими причинно-следственную связь между заболеванием и причинами, способствовавшими заболеванию. Какая-либо экспертиза по данному факту не проводилась, подобных ходатайств со стороны истца не заявлялось. Доказательств данным доводам истца суду не предоставлено. В числе доводов искового заявления содержится указание на причинение истцу нравственных страданий в связи с нарушением права на честное и доброе имя, в связи с тем, что она была дискредитирована в глазах окружающих, пострадала ее репутация. Данные доводы не могут быть приняты судом во внимание, поскольку противоречат принципу презумпции невиновности, согласно которому обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. В случае, если кто-либо (коллеги, родственники либо иные лица) каким бы то ни было образом нарушили по данному эпизоду личные неимущественные права ФИО1, ссылаясь на возбуждение в отношении нее уголовного дела, данные обстоятельства могут являться основанием для предъявления исковых требований к непосредственным деликвентам. Нарушений уголовно-процессуального законодательства со стороны следственных органов при производстве следственных действий по уголовному делу не имелось. В порядке ст. 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации действия следователя (оперативных сотрудников) в суд не обжаловались, незаконными не признаны. Освещение в средствах массовой информации тех или иных сведений также не является основанием для возложения на государственные органы ответственности за деятельность соответствующих печатных изданий и телевизионных каналов. Надлежащими ответчиками в данном случае будут те средства массовой информации, которые, по мнению истца, распространили не соответствующие действительности сведения. Истцом, в обоснование своих доводов, не представлено доказательств о нарушении личных неимущественных прав действиями ответчика, не представлены доказательства причинения физических и нравственных страданий, не представлены доказательства причинно-следственной связи действий ответчика и обстоятельствами, указанными истцом.

Представитель третьего лица СУ СК России по Свердловской в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица прокуратуры Свердловской области направил в суд возражения на исковое заявление, где с требованиями согласился частично, указав, что приговором Новолялинского районного суда Свердловской области от 18.01.2021 ФИО1 осуждена за совершение преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 292, ч. 1 ст. 285 УК РФ к наказанию в виде штрафа, в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, окончательно назначено наказание в виде штрафа в размере 100 000 руб. Судебной коллегией по уголовным делам Свердловского областного суда 14.04.2021 вынесен новый апелляционный приговор, которым приговор Новолялинского районного суда Свердловской области от 18.01.2021 отменен, ФИО1 оправдана в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 292, ч. 1 ст. 285 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в ее деяниях составов преступлений. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 07.10.2021 апелляционный приговор судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 14.04.2021 оставлен без изменения. В силу ч. 2 ст. 133 УПК РФ ФИО1 относится к лицам, имеющим право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием. ФИО1 заявлены требования о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 5 000 000 руб. Однако относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о причинении истцу физических и нравственных страданий в заявленном размере, не представлено. Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялась в том, что являясь должностным лицом - судебным приставом-исполнителем Новолялинского районного отдела судебных приставов, в период с 23.05.2017 по 30.11.2018 из корыстной и иной личной заинтересованности использовала свои служебные полномочия вопреки интересам службы, вынесла постановления об окончании исполнительных производств на основании п. 1 ч. 1 ст. 47 Федерального закона № 299-ФЗ «Об исполнительном производстве», что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций, охраняемых законом интересов государства (ч. 1 ст. 285 УК РФ), а также совершила служебный подлог - внесла в официальные документы (акты о наличии обстоятельств, в соответствии с которыми исполнительный документ возвращается взыскателю, постановления об окончании исполнительных производств) заведомо ложные сведения, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов граждан, организаций, охраняемых законом интересов общества и государства (ч. 2 ст. 292 УК РФ). Оправдывая ФИО1, суд апелляционной инстанции указал, что действия истца не образуют состава преступления, так как меры на установление имущества должников ею принимались, направлялись запросы в соответствующие органы. Ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей является основанием для привлечения последней к дисциплинарной ответственности. Доказательств наличия у ФИО1 умысла на внесение заведомо ложных сведений в официальные документы и на злоупотребление должностными полномочиями материалы уголовного дела не содержат. Обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ч. 2 ст. 292 УК РФ, предъявлено ФИО1 20.02.2020. В порядке ст. 91 УПК РФ ФИО1 не задерживалась, мера пресечения в отношении истца не избиралась. Осуществление процессуальных действий при проведении расследования уголовного дела является обязательным в силу положений уголовно-процессуального законодательства. Ссылка в исковом заявлении на распространение в средствах массовой информации в отношении истца сведений, каким-либо образом порочащих ее честь и достоинство, надлежащими доказательствами не подтверждена. С требованием о компенсации вреда, причиненного в связи с распространением публикации о совершении ФИО1 преступления, а также об опровержении информации истец вправе обратиться в соответствующее средство массовой информации. Каких-либо доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между ухудшением здоровья истца и осуществлением в отношении нее уголовного преследования, не представлено. Само по себе прохождение лечения в период уголовного преследования не свидетельствует об указанном. Чрезмерная компенсация морального вреда ФИО1 не будет отвечать принципам разумности и справедливости. С учетом конкретных обстоятельства дела, согласно ч. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования по ч. 2 ст. 292, ч. 1 ст. 285 УК РФ, подлежит снижению в соответствии с требованиями разумности и справедливости до 100 000 руб.

Представитель третьего лица прокуратуры Свердловской области Пристая В.В. в судебном заседании требования признала частично, полагала разумной ко взысканию сумму компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., повторила доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление.

Суд в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил, рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав объяснения явившихся лиц, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации действия (или бездействие) органов государственной власти, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда (Определение от 04.06.2009 № 1005-0-О).

На основании ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Ответственность государства за действия государственных органов и должностных лиц, предусмотренная ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает при совокупности таких условий как противоправность действий (бездействия), наличие морального вреда, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и причиненными физическими или нравственными страданиями. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении требования о взыскании убытков.

В соответствии с ч. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.01.2012 № 149-О-О «По жалобам граждан ФИО3 и ФИО4 на нарушение их конституционных прав пунктом 1 статьи 1070 и статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации», ввиду тождественности правовых последствий, связанных с нарушением личной свободы, указанные правовые нормы применимы и к случаям содержания лица в местах лишения свободы по истечении срока отбытия им наказания, назначенного по приговору суда.

В соответствии с ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Исходя из содержания указанной нормы процессуального права применительно к положениям абз. 3 ст. 1100 и п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридически значимым обстоятельством в настоящем деле является факт нахождения истца в местах лишения свободы свыше срока, определенного в соответствии с судебными актами, вступившими в законную силу (с учетом их последующего пересмотра в соответствии со ст. 10 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что 25.06.2019 заместителем руководителя Верхотурского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Свердловской области в отношении ФИО1 возбужденное уголовное дело № (номер обезличен), по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Приговором Новолялинского районного суда от 18.01.2021 ФИО1 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 292 ч. 2 и ст. 285 ч. 1 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначено наказание в виде штрафа в размере 100 000 руб. К реальному лишению свободы истец не приговаривалась.

Апелляционным приговором Свердловского областного суда от 14.04.2021 приговор от 18.01.2021 отменен, постановлен оправдательный приговор на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в действиях ФИО1 составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 292, ч. 1 ст. 285 Уголовного кодекса Российской Федерации, с признанием права на реабилитацию.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 07.10.2021 апелляционный приговор от 14.04.2021 в отношении ФИО1 оставлен без изменения.

Таким образом, в силу п. 4 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации истец имеет право на реабилитацию.

Как следует из материалов дела, предварительное следствие длилось с июня 2019 по апрель 2020 года, обвинение предъявлено 20.02.2020, мера процессуального принуждения либо мера пресечения в отношении истца не избиралась. Первое судебное заседание состоялось 12.05.2020, обвинительный приговор суда первой инстанции постановлен 18.01.2021, апелляционным приговором Свердловского областного суда от 14.04.2021 приговор отменен, истец оправдана. Таким образом, предварительное следствие и судебное разбирательство длилось 1 год 10 месяцев.

Также, согласно приказу № 880-к от 28.04.2020 с ФИО1 был расторгнут служебный контракт № 504, она освобождена от замещаемой должности федеральной государственной гражданской службы судебного пристава-исполнителя Новолялинского районного отдела службы судебных приставов и уволена с федеральной гражданской службы 30.04.2020 в связи с сокращением должностей гражданской службы в государственной органе.

Ранее, 06.03.2020 ФИО1 была уведомлена в письменном виде об отказе в принятии на службу в органы принудительного исполнения РФ в связи с тем, что она является обвиняемой по уголовному делу.

Таким образом, увольнение истца было связано с уголовным преследованием.

Из ответа МАУ НГО «Редакция газеты «Обозрение» на судебный запрос следует, что 05.07.2019 в газете была опубликована заметка, авторство которой принадлежит прокуратуре района, о том, что возбуждено уголовное дело в отношении судебного пристава-исполнителя Новолялинского РОСП УФССП по СО, без указания фамилии подозреваемого (обвиняемого). Судом установлено, что по состоянию на 2019 год в штате Новолялинского РОСП состояло не менее 5 судебных приставов-исполнителей. Каких-либо иных данных, позволяющих достоверно установить, что речь идет о ФИО1, в заметке не приведено.

Согласно картам вызова сокрой медицинской помощи, в период судебного разбирательства истец 4 раза обращалась за скорой медицинской помощью: 31.05.2020 – жалобы на высокое давление, головную боль, установлен диагноз: артериальная гипертензия, не кризовое течение, 16.11.2020 – жалобы на чувство страха, одышку, головные боли в затылочной области, диагноз: артериальная гипертензия, неосложненный гипертонический криз, 15.12.2020 – жалобы на общую слабость, недомогание, головокружение, сонливость, пониженное давление, чувство тяжести в груди, диагноз: медикаментозная гипотензия, 31.03.2021 – жалобы на головные боли пульсирующего характера, общее недомогание, дрожь в теле, связывает сове состояние с расстройством, диагноз: артериальная гипертензия, неосложненный гипертонический криз.

21.05.2021 заместителем прокурора Новолялинского района направлены письменные извинения за незаконное привлечение к уголовной ответственности.

Факт незаконного уголовного преследования истца установлен и сторонами не оспаривался, истцу причинены моральные страдания, следовательно, моральный вред подлежит возмещению и суд соглашается с наличием оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При этом, обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда на основании, положений ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные установленные обстоятельства, а также состояние здоровья истца, с учетом требований разумности и справедливости суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению частично и взыскивает в счет компенсации морального вреда 160 000 руб.

Таким образом, исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично.

За требование о взыскании компенсации морального вреда государственная пошлина истцом не уплачивалась, в связи с чем, неуплаченная государственная пошлина не может быть взыскана с ответчика Министерства Финансов Российской Федерации в порядке распределения судебных расходов в пользу истца. Также указанная сумма судебных расходов не может быть взыскана с Министерства Финансов Российской Федерации в порядке ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так как указанный орган государственной исполнительной власти освобожден от уплаты государственной пошлины на основании подп.19 п.1 ст.333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с реабилитацией - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда в связи с реабилитацией денежные средства в размере 160 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Верхотурский районный суд Свердловской области.

Председательствующий И.С. Талашманова