Решение по делу № 2-1539/2023 от 03.10.2023

Дело № 2-1539/23

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 октября 2023 года. г. Ростов-на-Дону

Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Фаустовой Г.А.

при секретаре Конопля Е.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1539/23 по иску ФИО2 к ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ростовской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о признании заключения медико-социальной экспертизы незаконным, об установлении связи причины смерти лица от профессионального заболевания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее истец) обратилась в суд с иском к ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ростовской области» Министерства труда Ростовской области (далее ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области» - ответчик) с требованиями: признать незаконным заключение Бюро №20 - филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области» Минтруда России № № года о результатах установления связи причины смерти инвалида, а также лица, пострадавшего в результате несчастного случая на производстве, профессионального заболевания, катастрофы на Чернобыльской АЭС и других радиационных или техногенных катастроф либо в результате ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных в период военной Службы, в случаях, когда законодательством РФ предусматривается предоставление семье умершего мер социальной поддержки. Установить связь причины смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ от профессионального заболевания.

В обоснование заявленных исковых требований истец указала, что она состояла в браке с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения с ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО7.

ДД.ММ.ГГГГ Бюро медико-социальной экспертизы № 20 ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области» Минтруда России вынесено заключение № о результатах установления связи причины смерти инвалида, а также лица, пострадавшего в результате несчастного случая на производстве, профессионального заболевания, катастрофы на Чернобыльской АЭС и других радиационных или техногенных катастроф либо в результате ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных в период военной службы, в случаях, когда законодательством РФ предусматривается предоставление семье умершего мер социальной поддержки.

Согласно указанному заключению смерть инвалида ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не связана с профессиональным заболеванием. Указанные выводы сделаны на основании акта медико-социальной экспертизы гражданина № от ДД.ММ.ГГГГ в БМСЭ № 20.

С указанными выводами истец не согласна.

В 1998 году мужу истца был подтвержден (установлен) диагноз: «пылевой бронхит...», - профессиональное заболевание в связи с длительной работой в качестве горно-рабочего очистного забоя в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов. И установлена 3 группа инвалидности в связи с профессиональным заболеванием.

В последующем, при обследовании в ГУ Центр профессиональной патологии г. Шахты в период с ДД.ММ.ГГГГ, был установлен основной диагноз: «Пылевой обструктивный бронхит второй стадии. Эмфизема легких. Дыхательная недостаточность второй степени. Corpulmonoli. ХСН П-А - заболевание профессиональное.

Сопутствующие заболевания: ИБС. Стенокардия напряжения III ФК. Постинфарктный кардиосклероз. Гипертоническая болезнь 3 ст. и т.д.

Заключением Бюро МСЭ-21 - филиал ФГУ «ГБ МСЭ по Ростовской области» № от ДД.ММ.ГГГГ при повторном освидетельствовании с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно установлена 2 группа инвалидности в связи с профессиональным заболеванием.

В марте 2019 года мужу истца был также установлен диагноз «Тромбоэмболия правой легочной артерии».

При судебно-медицинском исследовании трупа (акт № от ДД.ММ.ГГГГ) судебно-медицинским экспертом ФИО4 было установлено, что смерть ФИО1 наступила от заболевания: хроническая аневризма сердца, осложнившегося развитием хронической сердечно-сосудистой недостаточности.

Однако, также выявлены: застойное венозное полнокровие внутренних органов (мускатная печень). Дистрофические изменения паренхиматозных органов. Отек легких. Отек головного мозга. Пневмосклероз, перибронхиальный фиброз, буллезная эмфизема легких.

Поскольку исследование трупа производилось на основании направления и.о. дознавателя Отдела МВД России по Белокалитвинскому району и имело основной целью подтвердить (или опровергнуть) признаки насильственной смерти, экспертом не уделялось внимания выявлению наличия (отсутствия) связи причины смерти ФИО1 с профессиональным заболеванием.

Но именно это заключение и было положено в основу обжалуемого заключения Бюро№20 - филиала ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» № от ДД.ММ.ГГГГ о результатах установления связи причины смерти инвалида, а также лица, пострадавшего в результате несчастного случая на производстве, профессионального заболевания, катастрофы на Чернобыльской АЭС и других радиационных или техногенных катастроф либо в результате ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных в период военной службы, в случаях, когда законодательством РФ предусматривается предоставление семье умершего мер социальной поддержки.

Истец полагает, что все медицинские документы экспертным составом БМСЭ № 2Q - филиалом ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области» Минтруда России в должной мере изучены не были, а, следовательно, сделаны неверные выводы об отсутствии причинной связи между профзаболеванием и смертью.

Не была дана оценка того, что имевшееся у ФИО1 профессиональное заболевание - «Обструктивный бронхит и т.д», явно, не могло не способствовать развитию легочной эмболии. В свою очередь, легочная эмболия, характеризующаяся как «смертельно опасная патология, обусловленная внезапной окклюзией легочной артерии и приводящая к нарушению системной гемодинамики. Эмбол (которым может являться и амикотическая жидкость и инородное тело) является механическим препятствием на пути тока крови. Из-за выраженной обструкции возникает спазм сосудов, развивается острое легочное сердце или инфаркт легочной ткани, уменьшается сердечный выброс, снижается оксигенация крови, повреждаются внутренние органы.»; - объективно, не могла не способствовать утяжелению течения сердечно-сосудистой недостаточности и, как следствие всех факторов, вызвать остановку сердца и смерть.

А поэтому истец полагает, что имеются объективные данные для связи причины смерти ФИО1 с профессиональным заболеванием.

По изложенным основаниям истец и обратилась с настоящим иском в суд.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена, согласно заявлению исковые требования поддерживает, просит дело рассмотреть в ее отсутствие. Дело рассмотрено в отсутствие неявившегося истца в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Ответчик к ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ростовской области» Министерства труда Ростовской области о времени и месте слушания дела извещен, представителя в судебное заседание не направил, просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Дело рассмотрено в отсутствие неявившегося представителя ответчика в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Суд, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО2 состояла в браке с ФИО1, что подтверждается свидетельством о заключении брака от №.

Согласно копии справки филиала № 21 ФГУ «ГБМСЭ по Ростовской области» ФМБА серии МСЭ-2006 № 0375003 от 27.05.2010г. установлено 60 % утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием с 27.05.2020г. бессрочно

ФИО5 установлена инвалидность 2 группы с причиной «профессиональное заболевание» с 01.07.2010г. бессрочно, что подтверждается справкой МСЭ-2009 № 2474168.

24.09.2020г. ФИО1 умер, что подтверждается свидетельством о смерти от №

Не согласившись с указанными выводами, ссылаясь на наличие у ФИО1 профессионального заболевания, истец обратилась в суд с настоящим иском.

С целью установления обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения настоящего спора, по делу назначена судебная медико-социальная экспертиза, производство которой поручено экспертам ФГУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Краснодарскому краю» Министерства труда России, с постановкой на разрешение экспертов следующего вопроса: Имеется ли причинно-следственная связь смерти (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 с его профессиональным заболеванием?

Согласно выводам поступившего в материалы дела заключения судебной медико-социальной экспертизы, выполненного экспертами ФГУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Краснодарскому краю» Министерства труда России, исследовав представленные на рассмотрение материалы и документы, в том числе первичную медицинскую документацию о профессиональном заболевании, акт судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ № с заключением судебно-медицинского эксперта о заболевании, явившемся причиной смерти ФИО1, медико-социальная экспертная комиссия пришла к выводу, что причинно-следственной связи смерти ФИО1 с его профессиональным заболеванием не имеется.

Частью 1 ст. 55 ГПК РФ предусмотрено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Заключение эксперта является лишь одним из доказательств, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Более того, заключение эксперта само по себе не служит основанием возникновения у сторон по делу каких-либо прав или обязанностей. Заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы, для суда необязательно и оценивается судом по общим правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

Оснований сомневаться в правильности и достоверности сведений, указанных в исследовательской части заключения ФГУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Краснодарскому краю» Министерства труда России, и в выводах экспертизы, у суда не имеется, поскольку исследование было назначено и проведено в соответствии с нормами действующего законодательства, подготовлено компетентными специалистами в соответствующей области, которым были разъяснены их права и обязанности, предусмотренные статьей 85 ГПК РФ. Эксперты в установленном законом порядке были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ.

Судом не установлено наличия в выводах заключения какой-либо неопределенности или противоречий, заключение экспертов является ясным, полным, объективным, определенным, содержащим подробное описание проведенного исследования и сделанные в результате выводы, неполноты заключений эксперта по вопросу, постановленному перед экспертами судом, не содержат.

Принцип правовой определенности предполагает, что стороны не вправе требовать пересмотра выводов заключения судебной экспертизы, назначенной по определению суда, только в целях проведения повторной экспертизы и получения нового заключения другого содержания. Иная точка зрения на то, какие должны быть выводы в заключении экспертизы, не может являться поводом для назначения повторной или дополнительной экспертизы и постановки под сомнение выводов экспертизы, назначенной по определению суда.

Таким образом, принимая во внимание отсутствие каких-либо убедительных относимых и допустимых доказательств, опровергающих выводы проведенной по делу повторной судебной экспертизы, оснований подвергать сомнению выводы экспертов суд не усматривает, а потому при разрешении данного спора суд считает необходимым положить в основу решения суда результаты заключения судебной экспертизы, проведенной ФГУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Краснодарскому краю» Министерства труда России.

Исследовав и оценив, представленные в материалы дела документы, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд приходит к выводу об оставлении заявленных исковых требований без удовлетворения, по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (часть 8 статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется нормами Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору (пункт 1 статьи 1 данного закона).

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору (абзац третий пункта 1 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Факты, имеющие юридическое значение для назначения обеспечения по страхованию в случае отсутствия документов, удостоверяющих наступление страхового случая и (или) необходимых для осуществления обеспечения по страхованию, а также в случае несогласия заинтересованного лица с содержанием таких документов, устанавливаются судом (пункт 5 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ).

Оценивая оспариваемые истцом результаты медицинского освидетельствования, с учетом выводов проведенной по делу судебной медико-социальной экспертизы, суд приходит к выводу, что при вынесении Бюро медико-социальной экспертизы № 20 ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области» Минтруда России заключения от ДД.ММ.ГГГГ № а также акта медико-социальной экспертизы гражданина № от ДД.ММ.ГГГГ в БМСЭ № 20, был соблюден предусмотренный порядок, исследованы все представленные медицинские и медико-экспертные документы, сделаны верные выводы. Каких-либо доказательств в порядке ст.ст.56,57 ГПК РФ, опровергающих выводы экспертных составов, истцом не представлено.

Таким образом, оценив представленные сторонами доказательства в порядке ст.67 ГПК РФ в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что причиной смерти ФИО1 явилось именно профессиональное заболевание, в связи с чем, не находит оснований для признания заключения МСЭ незаконным и установления связи причины смерти лица от профессионального заболевания.

При таких обстоятельствах и с учетом изложенного суд приходит к выводу, исковые требования ФИО2 подлежат оставлению без удовлетворения в полном объеме.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ростовской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о признании заключения медико-социальной экспертизы незаконным, об установлении связи причины смерти лица от профессионального заболевания - оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Ленинский районный суд г.Ростова-на-Дону в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья: Г.А. Фаустова

Мотивированный текст решения в окончательной форме изготовлен 09 октября 2023 года.

Судья: Г.А. Фаустова