Решение по делу № 2-4730/2024 от 15.05.2025

2-95/2025 (2-4730/2024)

27RS0№-04

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 мая 2025 г. <адрес>

Индустриальный районный суд <адрес>

в составе председательствующего судьи Казак М.П.

с участием представителя истца ФИО34

ответчика ФИО21

представителей ответчиков ФИО24, ФИО25,

при ведении протокола с/з помощником судьи ФИО26

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО22 к ФИО21 о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО22 обратился в Индустриальный районный суд <адрес> с иском к ответчикам ФИО35, ФИО36, ООО «Кульдурский бруситовый рудник» о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

В обоснование заявленных требований истцом указано о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов 30 минут в районе <адрес>, ЕАО произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств <данные изъяты> управляемым ФИО36

Сотрудниками ДПС Госавтоинспекции по <адрес> по факту совершенного дорожно-транспортного происшествия в отношении обоих водителей вынесены определения об отказе в возбуждении дел об административном правонарушении, согласно которым ФИО39 А.Г. управляя транспортным средством Автогрейдером ДЗ-98 задним ходом, не убедился в безопасности своего маневра и в результате чего совершил столкновение с ТС «NISSAN KONDOR», гос. знак Р2930Т/27; ФИО35, управляя ТС «NISSAN KONDOR» гос. знак Р2930Т/27, не справился с рулевым управлением и совершил наезд на Автогрейдер ДЗ-98, гос. знак ЕА7839/79.

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине водителей ФИО36 и ФИО35 автомобилю истца «NISSAN KONDOR», государственный регистрационный номер Р2930Т/27 принадлежащему истцу причинены технические повреждения.

<данные изъяты>

Согласно заключению эксперта-техника ИП ФИО27 от ДД.ММ.ГГГГ № стоимость затрат для восстановления поврежденного <данные изъяты>

Ссылаясь на указанное, истец просил взыскать с ответчиков ФИО35, ФИО36, ООО «Кульдурский бруситовый рудник» материальный ущерб в размере 1 893 900 руб., расходы на услуги эксперта в размере 30 000 руб., судебные расходы по оплате госпошлины в размере 17 670 руб.

<данные изъяты>

В ходе судебного разбирательства истец, в соответствии с положением ст. 39 ГПК РФ, уточнил исковые требования и, ссылаясь на доводы, приведенные в заявлении, просил суд взыскать с ответчика ФИО21 материальный ущерб в размере 1 893 900 руб., расходы на услуги эксперта в размере 30 000 руб., судебные расходы по оплате госпошлины в размере 17 670 руб. Одновременно просил принять отказ от исковых требований к ФИО35 и ФИО36 и производство по делу в указанной части прекратить.

Определением Индустриального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ принят отказ истца от заявленных требований к ФИО35 и ФИО36 и в указанной части производство по делу прекращено и в силу положений п. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В судебном заседании истец ФИО22 не присутствовал, о дате и месте его проведения был уведомлен в установленном порядке, об отложении слушания по делу не ходатайствовал, обеспечил участие своего представителя.

В соответствии с положениями ст.167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, неявку которого расценивает как отказ от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав.

В судебном заседании представитель истца ФИО28 поддержал исковые требования истца с учетом уточнений, ссылаясь на доводы, приведенные в исковом заявлении и уточнении к нему, просил исковые требования удовлетворить в полном объеме. Отвечая на вопросы суда, пояснил о том, что на момент ДТП автомобиль истца находился в технически исправном состоянии, включая тормозную систему, на автомобиле истца были установлены зимние шины, ДД.ММ.ГГГГ были проведены техобслуживание и ремонт автомобиля, однако диагностическую карту предоставить затрудняется.

<данные изъяты>

Между тем, участвуя в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО21 иск признавал частично и указал о том, что он приобрел грейдер в 2018 г. у ООО «Кульдурский бруситовый рудник» и передал в фактическое пользование ФИО36, который эксплуатировал и осуществлял техническое обслуживание грейдера. Считал, что у ФИО36 есть право управления специальной техникой, так как он занимался уборкой снега автогрейдером по договору с администрацией. Так же указывал о том, что грейдер не был оборудован предупреждающими знаками.

Объясняя указанные противоречия, ФИО21 указал о том, что ДД.ММ.ГГГГ он не совсем понял вопрос, заданный ему судом и дал неверные пояснения. Настаивал на том, что фактически грейдер он продал ФИО36, который с ним полностью рассчитался, но документально они договорные отношения не оформили.

В судебном заседании ФИО25, действующий в интересах ответчика ФИО21 и ФИО36 иск не признал, указав о том, что в ходе судебного разбирательства установлен факт купли продажи грейдера ФИО21 ФИО29, в связи с чем считает, что ФИО21 является ненадлежащим ответчиком. То обстоятельство, что грейдер не был поставлен на регистрационный учет, для разрешения спора значения не имеет. На момент ДТП на грейдер не был оформлен полис ОСАГО, собственником и водителем был ФИО29, который выбыл из числа ответчиков, согласно уточнению исковых требований истцом. Считает, что ущерб должен быть взыскан с собственника ТС. Кроме того, считает, что вина в совершении ДТП лежит на водителе ФИО30, который вышел в рейс не отдохнувшим, в связи с чем концентрация его внимания была нарушена, в результате чего не смог оценить дорожную обстановку и предпринять меры во избежание ДТП, при этом он выбрал скорость движения управляемого им автомобиля без учета затяжного поворота, состояния дороги. ДТП произошло в светлое время суток, грейдер на дороге было хорошо видно, при этом скорость движения грейдера была предельно низкой и не составляла более 3 км/час. И пояснений ФИО38 в ходе судебного заседания следовало что он заметил грейдер на расстоянии более чем 100 метров, однако он не смог оценить дорожную обстановку и предпринять действия во избежание ДТП. Просил в полном объеме отказать в удовлетворении исковых требований к ФИО21.

В ходе судебного разбирательства ФИО36, при даче пояснений в качестве ответчика, иск не признал, указав о том, что ДД.ММ.ГГГГ он управлял грейдером, очищал дорогу после снегопада, выпавшего накануне. От вокзала он очистил правую полосу дороги до перекрестка, примерно три километра, на перекрестке развернулся, чтобы начать чистить другую полосу в направлении вокзала. У него забился отвал снегом, поэтому он, подъехав к обочине, освободил отвал от снега и задним ходом стал выравнивать грейдер на дороге, двигаясь со скоростью не более 3 км/час. В зеркало заднего вида он увидел грузовик, который двигался на него и остановил грейдер, после чего почувствовал что произошло столкновение указанного грузовика с грейдером. Как он понял, водитель ФИО35 нажал на тормоз и грузовик юзом влетел в грейдер в его заднюю часть, посредине, отчего повредилась кабина грузовика и водитель ФИО35 был зажат в салоне управляемого им автомобиля. Чтобы освободить ФИО35 и не создавать на дороге затор, он на грейдере отъехал от места столкновения вперед по ходу движения на 10 м. в сторону правой обочины. Считает, что причиной ДТП является превышение скорости водителем ФИО35, который не учел состояние дорожного покрытия, при этом грейдер можно было объехать с левой стороны проезжей части дороги, где расстояние было примерно метра четыре от края проезжей части. После ДТП, он сфотографировал место происшествия, автомобиль, состояние дороги, тормозной путь грузовика. Так же указал, что по техническим характеристикам максимальная скорость грейдера 12-15 км/час., он работал на первой передаче со скоростью 3 км/час. Для ФИО38 препятствий для обзора не было, он его увидел, как только тот выехал из-за поворота, после чего остановил грейдер. При работе на Грейдере должен быть включен проблесковый маячок, но его не было, так же когда он убирал снег на дороге, Дорожные знаки и конусы, он не выставлял, т.к. грейдер едет достаточно медленно. Так же подтвердил доводы ФИО21 о том что приобрел у него грейдер, однако документально они не оформили.

Показания ФИО36 в части обстоятельств ДТП суд признает достоверными, поскольку они согласуются с материалами проверки по факту ДТП и сомнений не вызывают.

В судебном заседании ответчик ФИО35 не присутствовал, о дате и месте его проведения был уведомлен в установленном порядке, ранее участвуя в судебном заседании, указал о том, что он состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО22, работал водителем. ДД.ММ.ГГГГ на <данные изъяты> выполнял рейс по доставке товара в <адрес>, выехал из Хабаровска около 2 часов ночи, доехал до Архары, где отдохнул и часов в 8 утра поехал дальше, с ним в машине находился экспедитор ФИО1. В указанный день он двигался по <адрес> в <адрес> ЕАО, примерно со скоростью 20-30 км/ч, поскольку дорожные условия после снегопада не позволяли двигаться с большей скоростью. Управляемое им ТС было технически исправно, грузовик был груженный товаром, на колесах была установлена зимняя резина с минимальным процентом износа. Техосмотр автомобиля механиком перед выездом не проводился, машину осматривал сам. В месте столкновения дорога двуполосная, по одной полосе в каждом направлении движения, впереди по ходу его движения, ему навстречу, посредине дороги задним ходом двигался грейдер, что он увидел на расстоянии примерно от 300 до 500 метров. По габаритам объехать грейдер ни с левой, ни справой стороны он не мог, поэтому он подал звуковой сигнал, грейдер остановился, он принял меры к экстренному торможению, однако из-за снега на дороге, уклона дороги, машина пошла юзом и он «въехал в грейдер». При этом на грейдере не было никаких предупреждающих знаков, так же не было выставлено на дороге предупреждающих дорожных знаков о проведении очистных работ. Считает, что у него не было технической возможности предотвратить столкновение. После столкновения грейдер отъехал от его автомобиля на расстояние 100-200 м., чтобы дать ему /ФИО35/ возможность выбраться из кабины, так как от удара ему зажало ноги. После дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ он сфотографировал место происшествия, автомобиль, состояние дороги. При составлении схемы ДТП он присутствовал, по поводу схемы ДТП у него были замечания, так же он не был согласен с установлением обоюдной вины. Считает, что в совершении ДТП виноват водитель грейдера.

<данные изъяты>

Из пояснений эксперта ФИО31 в ходе судебного заседания следовало о том, что по настоящему делу он проводил судебную экспертизу, выводы которой поддерживает в полном объеме. Причины возникновения рассматриваемого ДТП он доступно изложил в своих выводах. В ходе экспертизы он исследовал и материалы дела, и материалы ДТП. В схеме ДТП не указаны ни тормозной путь, ни следы бокового юза, так же согласно схемы ДТП грейдер был переставлен после столкновения и зафиксирован в 200 метрах от фактического места столкновения. Считает что с технической точки зрения возможность предотвратить ДТП была у водителя грейдера, который должен был при движении задним ходом прибегнуть к помощи других лиц, а так же огородить место проведения работ, согласно ПДД. У грузового автомобиля «Ниссан Кондор» задний привод, а ведущими являются передние колеса, которые направляет рулевая рейка. В момент ДТП скорость движения транспортных средств была низкой, не более 20 км/час. Двигался ли в момент столкновения грейдер задним ходом или находился в неподвижном состоянии экспертным путем установить невозможно, поскольку грейдер покинул место столкновения. На схеме ДТП он обозначен в другом месте, следов передвижения не зафиксировано. В результате ДТП у грузового автомобиля пострадала правая часть кабины, у грейдера пострадала левая задняя часть. Тормозной путь грузового автомобиля не было возможности установить, потому что сотрудниками ГИБДД тормозной след не был установлен и на схеме не отражен. Поскольку тормозной след сотрудниками ГИБДД не был зафиксирован, он указал в своем заключении остановочный путь при вероятной скорости 60 км/час, но допускает, что фактически скорость могла быть иной. При производстве экспертизы видимость на участке дороги, где произошло ДТП он не учитывал, но учитывал что на участке дороги, где произошло ДТП, не было дорожных знаков, ограничивающих скорость движения, поэтому в своих расчетах исходил из максимально возможной скорости движения транспортных средств - 60 км/час. Вес и загруженность грузового автомобиля при проведении расчетов в рамках исследования так же он не учитывал, поскольку они в материалах ДТП не отражены. Так же указал о том, что радиус поворот не влияет на траекторию столкновения, однако уклон дороги может оказать влияние.

Исследовав материалы дела, представленные сторонами доказательства, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Так, статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2). К таким способам защиты гражданских прав относится возмещение убытков (статья 12 ГК РФ).

Статья 15 Гражданского кодекса РФ определяет, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

В силу п.1 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу виновник ДТП возмещает вред, причиненный потерпевшему в результате ДТП, в полном объеме (п.1 ст.1064 ГК РФ).

Обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда, как правило, при наличии состава правонарушения, который включает наступление вреда, противоправность поведения причинителя, причинную связь между его поведением и наступлением вреда, а также его вину.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п.2 ст.1064 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ, презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу п.1 ст.4 ФЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее Закон об ОСАГО), владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Согласно положениям п. 6 ст.4 Закона об ОСАГО, владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Правила дорожного движения в Российской Федерации, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1090, устанавливают единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации. Другие нормативные акты, касающиеся дорожного движения, должны основываться на требованиях Правил и не противоречить им (пункт 1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил.

Согласно пункту 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу п.2.1.1 Правил дорожного движения РФ, п.2 ст.15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" при управлении транспортным средством водитель обязан иметь при себе полис ОСАГО, допускающий его право на управление этим автомобилем.

Раздел 10 Правил, который регулирует скорость движения, в пункте 10.1 предусматривает, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил (абзац первый). При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (абзац второй).

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст.59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, а в соответствии со ст. 67 ГПК РФ оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Учитывая, что стороны не предоставили доказательств иных, помимо имеющихся в материалах дела, суд полагает возможным оценивать спорные правоотношения по имеющимся доказательствам.

<данные изъяты>

При этом, согласно рапорту ИДПС ОСВ ДПС Госавтоинспекции УМВД России по ЕАО от ДД.ММ.ГГГГ на участке дороги в месте ДТП имелся снежный накат, гололед, дорога не обработана противоскользящими материалами.

<данные изъяты>

<данные изъяты>.

Из трудового договора, путевого листа от ДД.ММ.ГГГГ приказов о приеме на работу и увольнении, следует, что ФИО35, управляя а/м «NISSAN KONDOR», государственный регистрационный номер Р2930Т/27, принадлежащим истцу исполнял свои трудовые функции.

<данные изъяты>

В ходе судебного разбирательства ответчики ФИО35 и ФИО36, каждый в отдельности, не оспаривая обстоятельств ДТП, оспаривали свою вину в произошедшем ДТП.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по настоящему делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам АНО «Дальневосточный экспертно-юридический центр.

Согласно выводам заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ:

ДТП от 29.03.2024г, имеет следующий механизм.

<данные изъяты>

Третья стадия механизма ДТП - перемещение ТС после удара.

Отбрасывания транспортных средств не произошло.

В результате удара ТС «NISSAN CONDOR» гос. per. знак Р2930Т27 остановился на месте столкновения.

Водитель автогрейдера «ДЗ-98» гос. per. знак <***> с места столкновения уехал своим ходом.

2<данные изъяты>

<данные изъяты>

Также, с технической точки зрения, производя работы по расчистке дороги в опасном месте (сразу за поворотом с уклоном), при этом покрытие дороги - снежный накат, водитель автогрейдера должен был заблаговременно разместить как минимум ограждающие устройства (конусы) для информирования водителей о работах на полосе движения ТС (в соответствии с «ФИО37 58350-2019. Национальный стандарт Российской Федерации. Дороги автомобильные общего пользования. Технические средства организации дорожного движения в местах производства работ. Технические требования. Правила применения»).

<данные изъяты>

- оградить участок проведения работ, оснастить транспортное средство спецсигналом, при движении задним ходом прибегнуть к помощи других лиц.

С технической точки зрения, при условии выполнения данных действий по обеспечению безопасности дорожного движения водитель ФИО36 имел техническую возможность избежать столкновения.

В <данные изъяты>

<данные изъяты>

Оценивая заключение эксперта по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд учитывает, что оно выполнено квалифицированным экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Стороны при назначении экспертизы, отводов эксперту не заявляли и согласились на проведение экспертизы именно в данном учреждении. Заключение соответствует требованиям Федерального закона РФ N 73 от ДД.ММ.ГГГГ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Выводы, изложенные в заключении подтверждены экспертом в ходе судебного разбирательства. У суда нет оснований не доверять судебной экспертизе, проведенной по определению суда и в соответствии со ст. 80 ГПК РФ. Оснований расценивать заключение эксперта как недопустимое доказательство не имеется.

Вместе с тем, суд не может согласиться с выводами эксперта в части отсутствия причинной связи действий водителя ФИО35 с произошедшим ДТП, поскольку несмотря на отсутствие в материалах проверки по факту ДТП указаний на несоблюдение водителем ФИО35 установленного скоростного режима для данного участка автодороги, водитель ФИО35 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации (затяжной поворот, уклон дороги, снежный накат на дороге, наличие груза в фургоне) должен был руководствоваться положениями ст.10.1 ПДД и выбрать такую скорость движения управляемого им автомобиля, которая позволяла бы обеспечивать ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД и при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. При этом из заключения эксперта и пояснений эксперта в судебном заседании следует, что при определения технической возможности избежать столкновения ТС ФИО35 путем торможения, в расчетах им была принята за основу скорость движения а/м равная 60 км/ч., в то время как в своих объяснениях на месте ДТП ФИО35 указывал о движении его а/м со скоростью 20 км/ч. Если в расчетах приведенных экспертом применить указанную скорость, суд приходит к выводу о том, что ФИО35, имел техническую возможность избежать ДТП путем торможения, если бы он сразу, увидев опасность для его движения, начал снижать скорость, а не тормозить после того как подал звуковой сигнал и грейдер остановился.

С учетом указанного, проанализировав схему места совершения ДТП, объяснения водителей ФИО36, ФИО35, данные последними сотрудникам ДПС, а так же пояснения указанных лиц в ходе судебного заседания, пояснения эксперта ФИО31 в судебном заседании, сопоставив их между собой и выводами эксперта, приведенные выше, суд приходит к выводу о том, что произошедшее ДТП находится в прямой причинной связи между действиями каждого водителя, причастного к рассматриваемому ДТП (ФИО35 и ФИО36), несмотря на то что они не были <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>, так же из пояснений водителя ФИО36 следует, что он, осуществляя работы по расчистке дороги от снега, очистив отвал от снега, двигался задним ходом по своей полосе движения (по дороге ведущей с западной стороны к <адрес>), выравнивая грейдер на полосе после освобождения отвала от снега. При этом никто из указанных лиц не сообщал о том, что грейдер двигался посредине проезжей части дороги. А, кроме того, из пояснений ФИО36 и ФИО35 в судебном заседании следует, что в момент столкновения т/с «NISSAN CONDOR», грейдер находился в статичном состоянии (остановился) и фактически ФИО35, не справившись с управлением т/с «NISSAN CONDOR» г.н.з. Р 293 ОТ27 на скользкой дороге допустил наезд на Грейдер ДЗ – 98 н.з. ЕА 7839/79.

<данные изъяты>

<данные изъяты> ФИО36, при осуществлении уборки снега на участке дороги, имеющем уклон и поворот, в нарушение требований ФИО37 52289-2019 "Технические средства организации дорожного движения. Правила применения дорожных знаков, разметки, светофоров, дорожных ограждений и направляющих устройств", ФИО37 58350-2019 "Дороги автомобильные общего пользования. Технические средства организации дорожного движения в местах производства работ. Технические требования. Правила применения", а так же п. 14 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1090, не соблюдены требования по обеспечению безопасности дорожного движения, в частности не принял меры по осуществлению временного ограничения движения транспортных средств на участке дороги, в месте где он проводил работы по очистке дороги от снега, не разместил ограждающие устройства (конусы), информационные (предупреждающие) дорожные знаки о дорожных работах в целях информирования водителей, двигавшихся в указанном направлении о работах на полосе движения ТС. При этом, в нарушение требований п.3.4 ПДД, на управляемом ФИО36 транспортном средстве отсутствовал проблесковый маячок желтого или оранжевого цвета, а так же, в нарушение требований п.8.12 ПДД, при движении задним ходом создавая помехи другим участникам движения не прибегнул к помощи других лиц.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что действия обоих водителей способствовали возникновению аварийной ситуации, при этом степень виновности водителя ФИО35 суд определяет 70%, ФИО36 – 30%.

То обстоятельство что на момент ДТП риск автогражданской ответственности собственника и водителя автогрейдера Д-98 не была застрахована и что ФИО36 не имел разрешенной категории для управления грейдером, для разрешения настоящего спора правового значения не имеет, поскольку само по себе управление транспортным средством в отсутствие полиса ОСАГО не влияет на основания и объем ответственности, как и отсутствие соответствующей категории, позволяющей управлять самоходной техникой.

Определяя лицо, на которое следует возложить ответственность за причиненный ущерб, суд приходит к следующим выводам.

Так, в силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Таким образом, деликатные обязательства, возникшие из причинения вреда связанного с источником повышенной опасности (юридический факт) имеют ряд характерных исключений, связанных как с изъятием элемента противоправности деяния (виновности) из фактического состава необходимого для наступления гражданско-правовой ответственности, так и с возложением обязанности возмещения вреда на лицо, владеющего источником повышенной опасности, на основании вещных или обязательственных прав.

Для признания того или иного субъекта владельцем источника повышенной опасности необходимо установить наличие одновременно как факта юридического владения, так и факта физического владения вещью.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Понятие владельца транспортного средства также приведено в статье 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 42-КГ24-1-К4)

По смыслу приведенных правовых норм, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу в установленном законом порядке (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). При этом, передача самого транспортного средства в управление, ключей и документов от него, не является единственным доказательством наделения лица, не являющегося собственником, правом владения транспортным средством, а факт управления транспортным средством, в том числе и по воле его собственника, не свидетельствует о законном владении лицом, управлявшим им, данным транспортным средством.

В связи с этим передача транспортного средства другому лицу в техническое управление без надлежащего юридического оформления такой передачи не освобождает собственника от ответственности за причинённый вред.

При возникновении спора о том, кто являлся законным владельцем транспортного средства в момент причинения вреда, обязанность доказать факт перехода владения возлагается на собственника этого транспортного средства.

Вопрос о наличии или отсутствии перехода законного владения разрешается судом в каждом случае на основании исследования и оценки совокупности доказательств.

В силу положений статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1).

Собственник вправе, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, распоряжаться им иным образом (пункт 2).

Несмотря на право собственника распоряжаться своим имуществом (п.1 ст.209 ГК РФ), использование транспортного средства предполагает необходимость соблюдения условий, предусмотренных законодательством в сфере безопасности дорожного движения.

Поскольку транспортные средства законодателем к объектам недвижимости не отнесены, при отчуждении транспортных средств, действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя в соответствии с п.1 ст. 223 ГК РФ – момент передачи транспортного средства.

<данные изъяты>

<данные изъяты>, право собственности на автогрейдер … переходит к покупателю с момента получения автогрейдера по акту приема передачи.

Указанный автогрейдер снят с учета инспекции <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, таким образом, в настоящее время с ДД.ММ.ГГГГ его собственником согласно паспорту самоходной техники ВВ 626344 является ФИО33

Согласно объяснениям ФИО36 данным сотрудникам ДПС управляемый им автогрейдер он арендовал на три года у ООО «Кульдурский бруситовый рудник». Однако, материалы проверки документального подтверждения указанному доводу не содержат.

В ходе рассмотрения дела судом, ФИО36 указал о том, что указанный автогрейдер он выкупает у ФИО21, выплачивая частями. В то же время ФИО21 в ходе судебного разбирательства вначале сообщил, что он автогрейдер в 2018 выкупил у ООО «Кульдурский бруситовый рудник» и передал в управление ФИО36, а затем, сообщил о том, что он автогрейдер продал ФИО36 и тот с ним полностью рассчитался. Однако документального подтверждения указанным доводам суду не предоставлено.

Согласно справке 13 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО36 в трудовых отношениях с ООО «Кульдурский бруситовый рудник не состоял, так же не оказывал услуги по гражданско-правовым договорам для ООО «Кульдурский бруситовый рудник»

Таким образом, собственником источника повышенной опасности автогрейдера (самоходной техники) ДЗ-98, г.з. ЕО 7839/79 на момент ДТП в силу требований вышеприведенных правовых норм является ФИО21 и последнему для освобождения его от гражданско-правовой ответственности следует представить доказательства передачи права владения автогрейдером ФИО36 в установленном законом порядке. Однако, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, в ходе судебного разбирательства ФИО21, таковых доказательств суд не предоставлено, его доводы о продаже автомобиля ФИО36, поддержанные последним, объективными данными не подтверждаются. При этом при оформлении материалов ДТП ФИО36 не сообщал сотрудникам ГИБДД о нахождении т/с в его собственности.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что лицом ответственным за возмещение ущерба является собственник транспортного средства автогрейдер ДЗ-98, имевший регистрационный знак на момент ДТП ЕА 7839/79 ФИО21, который, возместив ущерб, не лишен права регрессного требования понесенных убытков к лицу, являющегося фактическим причинителем вреда – ФИО36

Определяя размер ущерба, подлежащий возмещению истцу, суд приходит к следующему.

Так, обращаясь с настоящим иском, истец в обоснование заявленного требования предоставил заключение эксперта-техника ИП ФИО27 от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которого стоимость затрат для восстановления поврежденного ТС без учета амортизационного износа составляет 1 893 900 руб., с учетом амортизационного износа округленно – 494 900 рублей.

В ходе судебного разбирательства сторонами указанный размер ущерба не оспаривался, ходатайств о назначении судебной экспертизы не было заявлено. В связи с чем при определении размера ущерба суд за основу принимает предоставленное истцом заключение, которое не противоречит требованиям ст. 84-86 ГПК РФ, выполнено лицом, имеющим специальное образование, необходимые квалификацию и стаж экспертной работы, выводы эксперта достаточно мотивированы и подтверждены документально. Доказательств, опровергающих выводы эксперта, а так же ставящих под сомнение достоверность и обоснованность заключения, в том числе, свидетельствующих о несоответствии указанных объемов повреждений и в отчетах цен ценам, объективно сложившимся в <адрес> в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком суду не представлено. Суд не усматривает заинтересованности специалиста, проводившего осмотр и оценку автомобиля истца, в исходе дела, не доверять указанному заключению у суда нет оснований. В связи с чем суд признает данное заключение относимым, допустимы и достоверным доказательством.

С учетом указанного, установленной степени вины каждого водителя, причастного к рассматриваемому ДТП, сумма ущерба, подлежащая возмещению истцу составляет - 568 170 рублей, которая пропорциональна степени вины водителя ФИО36 в причинении ущерба истцу и подлежит взысканию с ответчика ФИО21

Разрешая требования истца о возмещении понесенных им судебных расходов в связи с рассмотрением данного дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье расходы, присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, расходы на оплату услуг представителей, почтовых расходов.

В обоснование заявленных требований о возмещении судебных расходов, истец предоставил:

- акт № от ДД.ММ.ГГГГ, платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому оплачено за проведение экспертизы 30 000 рублей

- платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ об уплате государственной пошлины за подачу искового заявления.

Суд признает, что расходы истца по определению размера ущерба и оплате государственной пошлины связаны с нарушенным правом истца и рассматриваемым делом, поскольку определение размера ущерба необходимо для формирования размера исковых требований и определения размера госпошлины, подлежащей уплате при обращении с настоящим иском в суд.

С учетом изложенного, принимая во внимание размер удовлетворенной части требований истца от размера, заявленных при подаче иска, требования истца подлежат частичному удовлетворению, в том числе: 9 000 рублей в счет возмещения расходов по проведению независимой экспертизы ИП ФИО27 и 5 301 рублей в счет возмещения расходов, связанных с оплатой государственной пошлины.

В остальной части требований истцу следует отказать.

На основании вышеизложенного, руководствуясь положениями ст.ст.194-199, 56 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО22 к ФИО21 о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО21 в пользу ФИО22 в счет возмещения материальный ущерб в размере 568 170 руб., расходы на услуги эксперта в размере 9 000 руб., судебные расходы по оплате госпошлины в размере 5 301 руб.

В остальной части требований- отказать.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме в <адрес>вой суд через Индустриальный районный суд <адрес> путем подачи апелляционной жалобы.

Мотивированное решение принято ДД.ММ.ГГГГ

Судья М.П. Казак